blueberry

***

Чонгук видел, как светились восторгом и любопытством глаза Тэхёна. Хоть тот и старался не показывать свою заинтересованность, его омега явно был поражён окружавшей их роскошью. Шикарный отель с великолепным холлом, номер-люкс площадью несколько сотен квадратных метров, и восхитительный вид на Токио из панорамных окон. Ночью тут будет особенно красиво. Тэхён покрутился по номеру, деловито осмотрелся и наконец обратился к Чонгуку. Между прочим, впервые с того злополучного разговора в самолёте. — А где я буду спать? — Здесь несколько спален, — Чонгук снял пиджак и скинул его в кресло, сам же расстегнул манжеты на рубашке и начал подкатывать рукава. — Ты можешь выбрать любую. — То есть, мы будем спать не вместе? — в голосе Тэ мелькнуло разочарование. Вот тебе и раз. Какая прыть. Они целовались-то всего трижды. Нет, конечно, Чонгук был бы не против, но всё же в первую очередь он думал об омеге и его комфорте. — Я счёл, что это может быть неуместным, — уклончиво ответил Чон. Признаться, он начинал чувствовать себя как на минном поле. Возникало ощущение, что любое сказанное слово может быть использовано против него. — Понятно, — Тэхён поджал губы и вновь замолчал. Он направился в сторону спален, видимо, решил всё же выбрать. А Чонгук недоумевал, что он снова сделал не так? По-хорошему со всем этим стоило бы разобраться прямо сейчас, но у него уже был запланирован звонок с партнёрами. Конечно, Чон освободил этот уикенд, чтобы уделить время Тэхёну, но сначала требовалось уладить формальности. Он лишь надеялся, что за эти полчаса омега его не возненавидит. Пока Чон общался по телефону, приходила горничная и разложила вещи в шкафу. Но почему-то разместила одежду и Чонгука, и Тэхёна в одной комнате. — Так велел господин Ким, — оправдывалась юная японка, постоянно кланяясь. — Простите, господин Чон. Если нужно, я всё исправлю. — Не нужно, — Чонгук дал девушке чаевые и отпустил её. И где же этот господин Ким? Чонгук прислушался и услышал шум воды в ванной. Похоже, Тэхён принимал душ. Гук и сам бы не отказался, но его ванная уже была занята. Можно, конечно, было пойти в гостевую, но куда больше его сейчас интересовало, что задумал Тэхён. Присев в кресло, Чонгук налил себе виски на два пальца и добавил в бокал лёд. Он наслаждался напитком, прикрыв глаза и представляя, как Тэхён сейчас стоит под душем абсолютно нагой. Ничего, совсем скоро таким же обнажённым он будет в постели Чонгука. Наконец Тэхён, одетый в шёлковый халат, довольно откровенно липнущий к влажному телу, показался в спальне. Он на секунду замер, завидев Чонгука, но потом, как ни в чём не бывало, направился к шкафу. — Ты велел горничной сложить наши вещи в одном шкафу, — это был даже не вопрос, констатация факта. — Верно, — ответил Ким, деловито перебирая свою одежду. В итоге он достал брюки песочного цвета и какую-то белую блузку. Всё элегантное, не вычурное, благородное, под стать самому Тэ. — Я не собираюсь бродить по комнатам в поисках своей одежды. — Ты хочешь, чтобы мы спали вместе? — Чонгук сделал глоток виски и почувствовал приятное тепло, разливающееся по телу. Ему нравилось наблюдать за Тэхёном. Он развесил свой наряд на вешалке, а затем подошёл к туалетному столику. — Я не бедный родственник, чтобы отсылать меня в другую комнату, — Тэхён расправил плечи. Чонгук видел лишь его спину, но даже та выражала недовольство. Чон решил, что надо бы расставить точки над «и» и прояснить уже ситуацию. Он неспешно поднялся и подошёл к омеге, сидящему у зеркала. Тот наносил на лицо какой-то крем. С божественным запахом. Видимо именно он сохранял кожу Тэхёна в таком идеальном состоянии. Хотя та и от природы была совершенна, если верить его снимкам в совсем юном возрасте. Мягко коснувшись плеча сквозь тонкую шёлковую ткань, Чонгук ответил: — Ты понимаешь, что разделяя со мной постель, ты полностью признаёшь себя моим омегой? — Я уже признал себя твоим омегой! — Тэхён не сдержался и буквально метнул в Чона молнии глазами. — Так какого дьявола я не могу спать со своим альфой? — Тэ, — Чонгук вздохнул и погладил его плечо, успокаивая. — Я лишь хотел, чтобы тебе было комфортно. Я ведь для тебя по сути незнакомый мужчина… — Незнакомый? — Тэхён всплеснул руками, отбрасывая в сторону крышку от тюбика, а затем вскочил на ноги. — Я знаю тебя полтора года. Да я родного отца видел реже, чем тебя за это время. Я знаю твой любимый парфюм, знаю, что ты любишь осень и на самом деле любишь долгие пешие прогулки. Знаю, что ты сладкоежка, хоть и тщательно держишь себя в руках, не позволяя лишнего. Знаю, что в детстве ты сломал ногу, упав с велосипеда, а твой брат нёс тебя домой целых три квартала на руках. Вы были очень дружны до самого университета, но потом ваши пути разошлись, о чём ты очень жалеешь. Знаю… Тэхён говорил что-то ещё, но Чонгук почти не слышал его, стоял, как громом поражённый. Он ведь не говорил многих этих вещей прямо. Получается, Тэхён сам наблюдал за ним всё это время, запоминал, привыкал. А Чонгук такой идиот, не видел дальше своего носа и был уверен, что не интересен омеге. — Что ты молчишь, болван? — Тэхён недовольно смотрел на него снизу вверх. Хоть он и был довольно высоким для омеги, всё же уступал Чонгуку в росте. Чон взглянул ему в лицо и чуть не утонул в глубине карих глаз. Всё-таки его омега был невероятно красивым. А ещё, несмотря на всю напускную холодность, Чонгук ему явно нравился. Эта мысль приятно грела изнутри. Почти как виски. Или даже сильнее. — Точно болван, — Чонгук уложил руки на талии Тэхёна и прижал омегу к себе ближе. Тот всё ещё смотрел недобро, но всё равно прильнул всем телом. В этом тонком шёлковом халатике он был слишком откровенно сексуальным. У Чонгука выдалось слишком длительное воздержание, и он опасался, что просто не удержится. — Я ведь тебе тоже нравлюсь, да? — Ты не болван, — Тэхён закатил глаза, — ты самый настоящий дурак. Поехал бы я с кем-то в другую страну, если бы не был влюблён. Чонгук услышал всё, что хотел. Поэтому просто приподнял Тэхёна выше и поцеловал. Пятый поцелуй. Когда-нибудь он собьётся со счета и перестанет реагировать так остро. Но пока что Чонгук нанизывал каждый их поцелуй словно жемужины на нитку будущего ожерелья их отношений. Тэхён снова стал податливым под его руками, будто подтаявшее масло. Это всегда был такой разительный контраст между его ершистым поведением и длинным языком и тем, как он сдавался, стоило Чонгуку включить альфу. Да, точно также как и с поцелуями, этот эффект рано или поздно исчезнет, Тэ научится оказывать сопротивление, но пока что можно было наслаждаться его мягкостью и нежностью. Руки Чонгука скользили по шёлковой ткани, оглаживая спину, пока случайно не скользнули на ягодицы. Те были особенно прекрасными. Сочными, пухлыми, но при этом упругими. Чонгук каждый раз едва не сходил с ума, когда видел своего омегу сзади. Почувствовав прикосновение там, Тэхён напрягся. Он был слишком скромным и невинным даже для такого, а уже собирался спать в одной постели с альфой. Невероятный. Подавив улыбку, Чонгук ещё раз коротко поцеловал его и отпустил. — Одевайся, пойдём обедать.

***

Обед проходил прекрасно. Ресторан при отеле оказался под стать и статусу, и стоимости последнего. Впрочем, Чонгук, конечно же, тут уже бывал не раз. Но ему хотелось, чтобы и Тэхён получил свою долю впечатлений. А тот выглядел сдержанным, но впечатлённым. В своих брюках и белой рубашке с кружевной вставкой он выглядел потрясающе. Всё-таки элегантности почти невозможно научиться. В тебе это либо есть, либо не дано. Вот Чонгуку не было дано, сколько он ни старался поначалу, когда появились первые деньги. Поэтому в какой-то момент он оставил попытки найти свой стиль и просто остановился на беспроигрышном варианте — классическом чёрном. Да, со временем его гардероб разросся, в нём явились и другие цвета, но, как и во всех остальных сферах жизни, в предпочтениях одежды Чон оставался верен себе долгие годы. Так вот, обед проходил чудесно, пока Чонгук не заметил, что омега флиртует с официантом. Точнее, флиртовал официант, молоденький дерзкий альфа с ароматом свежего бергамота. И судя по обострившемуся запаху, у парня вот-вот должен был начаться гон. Только этим и можно было объяснить его безрассудство в попытке привлечь занятого омегу. Поначалу Чонгук посмеивался. Он не солгал Тэхёну. Чон действительно не был ревнивым человеком. Ему просто некого и не к кому было ревновать. Так что он лишь с лёгкой, чуть насмешливой полуулыбкой наблюдал за попытками официанта сделать Тэхёну комплимент. Тот реагировал сдержанно и не проявлял эмоций. — Что я и говорил, — Чонгук сделал глоток вина и кивнул в сторону ушедшего альфы. — Если таким нахалам не оказывать поощрения, они быстро сдуваются. Ревность - это удел неуверенных в себе глупцов. Тэхён вскинул на Чона острый, как кинжал, взгляд и сощурился. Признаться, даже на самых сложных переговорах Чонгук редко испытывал то самое ощущение, что называется морозом по коже. А тут… И после этого всё пошло не так. Стоило официанту вернуться, как Тэхён скромно ему улыбнулся. Нет, вы не подумайте, ничего такого, никакой провокации, просто крохотная улыбка, а этот хлыщ уже распустил хвост. Чонгук смолчал, он решил быть выше этого. Тем более, омега просто пытался его в чём-то убедить. Кто из них взрослее в конце концов? В следующий раз Тэхён склонил голову набок и медленно взмахнул ресницами, пока ему наливали вино. Опять же, ничего сверх обычных норм приличия, но Чонгук начинал заводиться. В нехорошем смысле. Потому что наглый официантишка уже начинал действовать всё более и более откровенно. И вот когда он перешёл все границы и позволил себе коснуться руки Тэхёна, его кружевной манжеты, Чонгук не выдержал. Он резко отложил приборы и потребовал сухо и сурово: — Пригласите управляющего. Парнишка вздрогнул и словно очнулся. Он побледнел и, кивнув, скрылся. Тэхён же выглядел скорее довольным, хоть и старался не показывать этого. Но он потупил взгляд, а щёки этого наглеца порозовели. — Не смей играть со мной в такие игры, — холодно проговорил Чонгук. Он действительно был зол. Но самое смешное — не на Тэхёна, а на собственную реакцию, которая озадачила и выбила из колеи. — Его могут сейчас уволить, ты этого хотел добиться? — Ты не станешь делать этого, — Тэхён поджал губы. — Ты ведь сам сказал, что не ревнуешь, что выше этого. А таким поступком покажешь, что тебе не всё равно. Чонгук поиграл желваками. Он понимал, что его развели как мальчишку. Вынуждали сейчас пойти против собственных принципов. И бедняга альфа просто стал разменной монетой в их с Тэхёном попытках обозначить границы своих отношений. Да, он прекрасно всё это понимал. Но… инстинкты брали верх. Его внутренний альфа, который обычно не позволял себе проявляться таким диким образом, сейчас требовал крови. Неужели всё поменялось лишь потому, что теперь Чонгук был вместе со своим истинным? Это просто нелепо. Нелепо, глупо и безрассудно. Но когда подошёл администратор, Чонгук потребовал сделать официанту выговор. Нет, до увольнения дело не дошло, но нахала тоже стоило поставить на место. Ведь изначально Тэхён никоим образом его не поощрял. — Надеюсь, ты доволен, — сухо произнёс Чонгук, когда они с Кимом поднимались на лифте обратно в номер. Тот стоял, сложив руки на груди, и с лёгкой усмешкой посматривал на Чона. Альфа чувствовал себя под этим взглядом неуютно. Будто младшим из них двоих был именно он. Кажется, сегодня ему преподали парочку уроков, о которых Чонгук совсем не просил. — Абсолютно, — Тэхён улыбнулся и вдруг подался вперёд, встал на носочки и коротко поцеловал Чонгука в подбородок, а затем выдохнул: — Мой альфа. И за эти два слова Чонгук был готов простить своему омеге все его интриги и безрассудства.