Письма и дневники

Здравствуй, добрый друг мой, Андрей Львович. Не могу передать, как не хватает мне наших с тобой неспешных бесед перед камином, с рассуждениями и поисками сути вещей. Здесь я совсем один. Местное общество сторонится меня. Уж и не знаю, чем не угодил им мой приезд или я сам. Единственный, кто принял меня - дальний родственник по матушке. Не упомню, кем приходится. Каюсь, нерадивым учеником я был по малолетству да глупости. Придется восполнять теперь пробелы в знаниях семейного древа. Степан говорит, я ему внучатый племянник, но не по прямой линии. Хотя я думал, никого из местной родни в живых не осталось. Поведение родственника показалось мне до крайности странным. Поначалу принял Василий Петрович меня весьма радушно. Все выпытывал, надолго ли я приехал и что намерен делать с поместьем. Потом начал сетовать на длительную болезнь матушки и мое недостойное сыновнее поведение. Попытки же мои выяснить, чем матушка болела, пресекал. Яростно. Стыдя меня за незнание таких важных деталей. Но тут же принимался уговаривать оставить все в прошлом и не гневить покойницу. Уехал я от него ни с чем. Только тягостное впечатление осталось со мной на весь последующий вечер. Прости унылые мысли мои, дорогой друг, но дела обстоят так, что теряю я всю бодрость духа. Эти тайны вокруг смерти матушки печалят меня и отвлекают от основных дел, ради которых я сюда приехал. Все здесь кажется теперь мне чужим и неприветливым. Словно это и не дом родной, а враждебное захолустье, в которое закинула меня злая судьба. Степан еще взялся просветить меня на счет местных легенд и суеверий. Ты же знаком с историей моей семьи. Так вот события, повлекшие за собой бесславную кончину моих предков, легли и в основу сказов, которые крестьяне шепотом передают друг другу вечерами. Якобы появился здесь некий Рыцарь осеннего леса. О, я прямо вижу скептическую улыбку на твоих губах. Но не смейся, друг мой, имя это придумано не для красивого слова. Если внимательно слушать, что рассказывают, все становится понятно. Этот, так называемый рыцарь, появляется только по осени и творит свой «праведный суд», как ты можешь догадаться, в лесу. Послушав Степана, я осторожно навел справки. Действительно, уже который год, в местных болотах находят утопленников. Сказать наверняка, сами они утонули или причиной послужила чья-то злая воля, никто не берется. Но есть одно обстоятельство, которое объединяет все эти случаи. И, как ты понимаешь, мне не терпится во всем разобраться. Теперь позволь попрощаться, друг мой. Дела требуют моего немедленного вмешательства. Обязательно передавай поклоны Анастасии Павловне и Льву Петровичу. По-прежнему преданный твой друг Михаил.