Надежды нет

Лиза нервно постукивает пальцами о стол, практически не отрывая взгляда от телефона. Она отслеживает каждое уведомление, кусая губы, и каждый раз вздыхает, видя ненужный спам. Стрелки настенных часов еле слышно тикают умеренный ритм. В комнате повисло напряжение. Короткий стук в дверь заставляет выйти из своих мыслей, поправить кипельно-белый халат, и с небольшим хрипом произнести: – Войдите. – Я за папками пришла, – Кира заходит в комнату, слегка озираясь по сторонам. Она медленно шагает по кабинету, подмечает в голове каждую интересную деталь, в последующем переводя своё любопытство на Лизу. – Нам их так никто и не выдал. – Совсем забыла, – Лиза вскакивает с насиженного кресла, начиная юлить по комнате. Из-за нервоза её руки слегка подрагивают, когда она водит ими в воздухе перед полками, перебирая пальцами, – Не помню, куда убрала их. Минуту, – она впускает кисти рук в свои волосы и немного их оттягивает, обводя глазами большой шкаф. Кира внимательно следит за каждым движением девушки, складывая свои руки на груди. – Что-то случилось? – Чужое волнение не прошло мимо. Оно кажется достаточно напряжным, потому это чувство проходит к Кире цепной реакцией. Неизвестно, что вообще может быть волнительнее паники учёного. Лиза тихо выдыхает, останавливаясь на месте. Сглатывает: видно, раздумывает, стоит ли говорить. В итоге сдаётся. Она понимает, что военные – единственные, кто могут помочь с проблемой. – Поставки, – садится обратно на место, откидываясь на спинку кресла. – Их нет уже почти две недели, как и связи с самими поставщиками. Провизия заканчивается, особенно, учитывая, что прибыли вы. Людей много, и еды становится всё меньше. – Такие задержки бывали раньше? – Кира облокачивается плечом о стену, хмурым взглядом впиваясь в чужой. Лиза отрицательно машет головой, закусывая губу. – Как далеко ближайший город? – Спустя некоторое время молчания интересуется Кира. – Часа три езды где-то, – к концу замедляется в словах, затем вскидывает удивлённый взгляд на собеседницу, – Неужели... – И вы за это время ни разу не спохватились? – Кира смотрит не менее удивлённо, вскидывая вверх густые брови. Весь процесс сбора, конечно, может занять пару дней, но не так, чтобы почти две недели. Она медленно вздыхает, понимая, что и у учёных своей работы по горло, чтобы они думали обо всём и сразу вовремя. – Ладно... Тогда я обо всём договорюсь с Крис, главное скажи, что нужно, – Кира чуть подбадривающе улыбнулась, наблюдая, как чужие карие глаза заблестели. Они кивают друг другу, и солдат направляется к выходу. – Я принесу вам папки, как найду... – Добавляет учёная уже в сторону двери. Девушка выходит из комнаты, так и не достигнув своей первоначальной цели, но набрав проблем себе на голову. Обдумывает своё предложение повторно, надеясь, что оно не было слишком поспешным. Стоит мыслить трезво: если поставок не будет, то все они подохнут как мухи, или станут очередной закуской для «черноглазых монстров». И кто знает, что хуже. Кира возвращается в свою спальню, становясь прямо перед приоткрытым на проветривание окном. – Ты принесла? – Кристина лежит на кровати, сложив ноги друг на друга. Она листает что-то в телефоне, внимательно пробегая глазами по экрану. – Нет, Лиза их принесёт позже, – Кира похрустывает пальцами. Думает, как лучше сказать о предстоящей вылазке, но всё равно выдаёт, как на духу. – Нам нужно в город, провизии нет уже почти две недели. – Лучший способ в таких ситуациях: сказать всё прямо в лоб. Крис распахивает глаза, оглядывая с головы до ног подругу. Столь ранний выезд за пределы организации не входил в их планы: они должны защищать территорию, а не заниматься разъездами. – Ты сейчас шутишь, Медведева? – Шипит, словно змея. – Сначала они отправляют нас служить сюда, почти на верную смерть, – вскакивает резко с постели, вскидывая руки в стороны, злится. – Так ещё и не хотят оказывать какую-либо поддержку? На кой нам выполнять чужую работу?! Температура в комнате значительно повышается, что ощутимо каждой крохотной частицей тела. Никто не в восторге; раздражена не одна Кристина, по весьма понятным причинам. Стоило заведомо понимать, что на базе они отсиживаться до лучших времён будут навряд ли. – А у нас есть выбор? – голос чуть срывается, и фраза летит довольно резко. Крис от этого злится ещё больше. Кира опирается локтями о подоконник, пытаясь придумать, как можно вывернуть ситуацию. Им всем нужно продовольствие. Что бы она не пыталась придумать, всё равно всё сводится к одному и тому же выводу, который является единственным правильным решением этой задачи. Надо вразумить Кристину. – На тебе ответственность не только за себя, но и за тех, кто сейчас находится под твоим руководством, – в ответ девушка поднимает в миг потемневший взор на военного. Поверить не может, что перед ней стоит и правда её подруга. Но затем Крис одёргивает себя: куда пропала та рациональная, холодно действующая девушка, которая всегда находит грамотный выход из самых сложных ситуаций? Откуда вообще взялась эта бушующая истеричка? Надо брать себя в руки. – Ты права, – спустя небольшую паузу признаёт собеседница, собираясь что-то добавить следом, но резкий стук в дверь отвлекает обеих от разговора. Лиза заходит в своём излюбленном белоснежном халате в комнату. Иногда Кире кажется, что чужой гардероб лишь из этих халатов и состоит, хотя на самом деле и понимает, что скорее это привычный профессиональный дресс-код. Брюнетка кивает, здороваясь, и протягивает вперёд руку с двумя папками. – Тут абсолютно всё, что мы знаем о них, – Кира забирает папку, открывая ту на самой первой странице. В глаза сразу же бросаются фотографии со столь неприятным содержимым, что хочется несдержанно поморщиться. – Спасибо, – Кристина голову склоняет в бок, обращая свой взгляд в текст, который, возможно, своей информацией однажды спасёт их жизни. – А что с провизией? – не отрываясь от листов, спрашивает у ученой. – Думаю, что Кира тебе всё рассказала. Я могу присесть? – указывает головой на небольшое кресло, затем садится, поправляя одежду. – Боюсь, что-то случилось. Такого никогда не происходило, – Лиза ведёт глазами в сторону окна, коротко обращая внимание на Киру и наблюдая за колышущимися перед той шторами. – Выбора у нас всё равно нет, – Кира недовольно выдыхает, произнося то же самое, что и пару минут назад подруге. Пробегается снова глазами по строчкам в документе, вертит в руке папку, пролистывая файлы. – Тогда отправляемся послезавтра утром, – Кристина откладывает бумаги в сторону. – Нам нужны координаты города, список всего необходимого и всё в этом духе, – пальцы загибает под каждое слово. Елизавета на это молча кивает, задерживая взгляд на пейзаже за окном. На самом деле, назвать этот пустынный вид чем то красивым и впечатляющим очень тяжело – так думается Кире, что смотрит в ту же сторону. Лиза скоро выходит из комнаты, еле слышно попрощавшись – практически шёпотом – оставляя загруженных девушек наедине с собой и мыслями. *** Кира медленно обходит кузов машины, изучая его на мелкие царапины. Взгляд карих глаз серьёзный, кажется, даже пугающий, проводит по местности около входа в лабораторию. Неприятный шум от копошения и суетливых разговоров военных действует на нервы. Девушка выдыхает с раздражением, надеясь поскорее тронуться в город, иначе такими темпами тронется лишь её голова, причём бесповоротно. – Мы скоро? – Кристина оборачивается на вопрос подруги, замечая её недовольный взгляд. Одобрительно кивает. Своим характером Кира всегда была одиночкой. Не из-за вынужденных обстоятельств или людей, что порой исключают из своего круга общения. Её собственное желание всегда стоит намного выше всего. Каждый её выбор – результат её личного решения, даже если изначально никакой выбор не предоставлялся. Её поступки – то, о чём она никогда не жалеет. Жалость к себе и своим прошлым действиям – это всегда лишняя трата времени, так думает Кира. И лишь здесь, на этой базе, она впервые за долгое время сомневается, стоило ли ей вообще сюда ехать. Она не может сказать, насколько горда собой и своим решением. Может, наоборот было глупо отправляться на такое самоубийство? И в итоге у них ничего не получится? Девушка не спала почти всю ночь, мучаясь от подобных мыслей впервые за очень много лет, и от этого ей всё больше становится не по себе. Со стороны она выглядит как прежде, будто ничего не изменилось, но на самом деле, этот всеобщий страх сумел тайком зацепить даже Киру. – Отправляемся, – громко командует подруга, выводя девушку из мыслей. Кира садится в машину, следуя за Кристиной. Надежда о том, что хотя бы дорога пройдёт в спокойствии и порядке, всё ещё сидит внутри. Девушка откидывается на сиденье, прикрывая уставшие глаза. – Разбуди, как мы приедем, – лишь шепчет напоследок, погружаясь в дрёму. Сон на новом месте в целом ей даётся довольно тяжело, заставляя организм мучиться от бессонницы и удушающей скуки, не говоря уже о крайних сутках. Её прогулки на свежем воздухе, повышенные нагрузки на ежедневных тренировках вовсе не помогают спать по ночам. И сейчас, когда веки кажутся такими тяжёлыми, хочется наконец отключиться хоть на некоторое время. Проходит пара часов до того, как Кристина тормошит чужое напряжённое плечо, заставляя Киру сонно приоткрыть глаза. – Приехали? – Кира потирает веки до ярких пятен под ними, пытаясь прийти в реальность, избавляясь от тонкой сонной пелены перед глазами. Она озирается по сторонам, и тихо выдаёт: – Мне кажется или здесь как-то слишком пусто? – девушка оглядывает одинокие серые улочки через лобовое стекло. Город опустел, для полноты картины не хватает лишь пролетающего мимо перекати-поля. – Тебе не кажется, – Крис вынимает огнестрельное оружие из кобуры, ловким заученным движением разбирая его, дабы проверить на пригодность. Кира поступает так же, убеждаясь, что её любимец готов на всякий случай. Группа людей выходят из машин, осматриваясь: вокруг них расположены панельные и кирпичные многоквартирные дома, местами с которых давно слетела краска. Окна все в пыли и местами побиты – в основном это нижние этажи и витрины магазинов. Какие-то личные вещи валяются на дороге, будто люди покидали город в спешке. По телу Киры проходят мурашки от жути. Всё какое-то тёмно-серое и почти бесцветное, а ветер, что проносится между домами, гудит жутким воем, нагоняя мрачную атмосферу. – Вы кто? – Хриплый мужской голос заставляет резко обернуться, рефлекторно наставляя оружие. Кира обводит взглядом незнакомца, подмечая порванную местами военную форму, окрашенную где-то красным. «Неужели один из этих? ...» – догадка проносится в голове, пока сухие ладони крепко держат пистолет. Она хмурится, всматриваясь в чужие раны. – Ладно, ладно, – мужчина поднимает вверх руки, условно сдаваясь. – Мне всё равно недолго осталось. Рад, что вижу людей перед смертью. – Ты видел их? – Кира косится на подругу, что стоит рядом и расспрашивает незнакомца. Отчего-то начинает волноваться. – Конечно, – громко смеётся, словно сумасшедший. – Больше скажу, они уничтожили почти всю мою команду. В лёгких внезапно заканчивается воздух. Биение сердца в этот момент отзывается в ушах, а звуки вокруг становятся практически монолитным белым шумом. Кажется, сердце прямо сейчас проломит грудную клетку. Всё-таки есть огромная разница между тем, чтобы слушать чужие истории, смотреть телек или читать книги, и тем, чтобы наблюдать всё вживую. К горлу прикатывает ком тошноты, а вместе с ним приближается некоторая паника, сдавливающая желудок. Девушка пытается себя успокоить, уверяя, что истерика здесь ни к чему. Нужно быть хладнокровной и сильной, но кажется, ноги почти не держат тело. Её руки начинают дрожать, ладони потеют. Кира белеет на глазах. Она жмурится, стряхивает головой, стараясь сконцентрироваться. Ей с огромным трудом выходит хоть как-то контролировать своё состояние. Понимает, что вокруг стоит куча людей, но их лица размыты, а речи совсем не слышны. «Кира, мать твою, успокойся» – солдат навязчиво повторяет в голове одну и ту же строчку, стараясь не терять самообладание. Постепенно пытается вслушиваться в чужой разговор. –... Как далеко? – Девушка дышит медленно и глубоко, всё-таки приводя себя в чувства. Было бы настоящим позором с её стороны запаниковать здесь, словно маленький ребёнок. Она облизывает губы, переводя не совсем уверенный взгляд с Крис на мужчину. – В этом городе. *** Непрерывная мелодия звонка на весь кабинет заставляет выйти из своих мыслей. Лиза хватает телефон со стола. – Да? – Девушка замечает знакомый номер на дисплее, отвечая на долгожданный входящий. – Вы связались с поставщиками? – произносит уставший, чуть охрипший голос на конце трубки. – Нет, что-то случилось? – Да. Город, через который они идут, заражён, – фраза словно с головой окунает в воду. Лиза понимает, что заражённые очень близко. У неё начинают болеть виски, она сильно зажмуривает глаза, поднося пальцы к переносице. Внезапно одна не менее тревожная мысль стрельнула в голову. «Кира там».