Little whore

Когда по квартире разнеслась приятная мелодия звонка, Итан расплылся в улыбке. Неужели его заказ, наконец, доставлен? Сделав небольшой глоток виски, он поднялся из кожаного кресла, направляясь к долгожданному гостю. Его просьба, вполне сравнимая с приказом, прозвучавшая, как "Отправь мне одного из твоих смазливых брюнетов. Можешь того, который был у меня на прошлой неделе. Райан, кажется. Впрочем, Стив, ты и сам знаешь мои предпочтения, чуть ли не лучше меня самого. О, и скажи, чтобы губы накрасил. И приоделся", была исполнена и притом очень качественно. Парнишку, нервно переминающегося с ноги на ногу на его пороге, Итан раньше никогда не видел, хоть и был частым гостем в заведении своего приятеля Стива. И все-таки он и правда слишком хорошо знал вкус Торкио - мальчишка был чуть пониже него, темные кудри аккуратно обрамляли восхитительное лицо. Карие глаза выглядели столь наивно, что Итану хотелось показать невинному пареньку все самое похабное и неприличное, что только имелось в запасах его грязных фантазий. - Вы мистер Торкио? - прочистив горло, неуверенно спросил брюнет, когда молчание затянулось. - Да, проходи, - кивнул Итан, отлипая наконец от порога. Стоило двери за ними захлопнуться, как легкая ткань плаща спустилась с тонких плеч, являя на свет образ парнишки. Крепкая грудь, обтянутая кожаными ремнями учащенно вздымалась, заставляя мужчину усмехнуться, скользя взглядом ниже. Ножки парня прикрывала, если конечно можно так выразиться, короткая черная юбочка, оставляя для фантазий лишь самое интересное. Чуть ниже середины бедра ляжки обтягивали края сетчатых чулков, дополняя невероятную картину. - Иди за мной, - сказал Итан, удовлетворенно кивнув. Мальчишка быстро стянул грубые ботинки и последовал за ним, поражая Торкио своей стеснительностью. Как вообще, работая в такой сфере, можно смущаться? - Как тебя зовут? - спросил Итан, резко останавливаясь посередине спальни, отчего паренек, восхищенно оглядывающийся по сторонам, чуть было не влетел в него. - Дамиано, - вновь прочистив горло, ответил он. - Хорошо выглядишь, Дамиано, - медленно произнес Итан, подцепляя пальцем острый подбородок, заставляя его обладателя приподнять голову и нервно сглотнуть. - Расслабься, милый, - улыбнулся Торкио перемещая ладонь на щеку брюнета, еще ближе придвигаясь к его лицу. - Назови мне свою цену, - прошептал он в самые губы, покрытые яркой алой помадой по его просьбе. - Пятнадцать долларов за танец, - чуть ли не заикаясь, начал Дамиано, - двадцать за минет и двадцать пять за проникновение. - Почему так дешево? Обычно шлюхи Стива берут гораздо больше, - рука Итана ощутимо сжала талию брюнета, и тот дернулся, бегая глазами по помещению, боясь смотреть на своего заказчика. - Я только устроился, - хрипло ответил он, чувствуя, как вторая горячая ладонь ползет от кромки чулка к его бедрам. - Маленькая неопытная шлюшка? - усмехнулся Итан. Дамиано хотел было что-то ответить, но сильные руки, поддерживающие его, вдруг исчезли с его тела, оставляя после себя неприятный холод. Давид уже смирился с тем, что в этой жизни нужен лишь в сфере проституции, и настраивал себя на то, что придется ублажать противных старых мужланов, которым уже никто за бесплатно не дает, как на первом же своем выезде попал в руки молодого богача, обладающего невероятно притягательной внешностью. Дамиано удивлялся пустоте, обитающей в его голове. Ни одной мысли не проскальзывало в его разуме. Он лишь наблюдал за тем, как мужчина подходит к столу, и на его широкую спину спускаются длинные темные пряди волос, поражающие своей красотой. - Тут пять сотен. Взяв их, ты соглашаешься на все, что я захочу. Абсолютно на все, - заявил Итан, протягивая парню несколько бумажек. Ошалело посмотрев на протянутые деньги, Дамиано нервно сглотнул. Его рука было дернулась, чтобы забрать купюры, но он вовремя одернул себя, все же осмелившись в первый раз за все время заглянуть в глаза Торкио. От его тяжелого внимательного взгляда низ живота стянуло. Глубина темных глаз завораживала, и Давид уже совсем не отдавал себе отчета, когда его пальцы сжали хрустящие доллары. - Хороший мальчик, - усмехнулся Итан, и от этой усмешки по спине Дамиано невольно прошлись мурашки. - На кровать, - теперь в его голосе не было и намека на веселье. Он был холодным, как сталь, и отнюдь не доброжелательным. Сердце Дамиано, и до этого уж слишком часто сжимающееся от волнения, забилось в разы быстрее. На ватных ногах, он сделал пару шажков назад, не оборачиваясь, и уперся икрами в края широкой кровати. - Не волнуйся, милый. Я не сделаю ничего, что не пришлось бы тебе по нраву. Я ведь вижу, что у тебя уже стоит, - в подтверждение своим словам, Итан сжал член, пока еще только начинающий твердеть, через ткань юбки, наслаждаясь еле слышным стоном, прозвучавшем в паре сантиметров от его уха. - На кровать, - повторил он, вновь отходя от подрагивающего парнишки. Рвано выдохнув, Дамиано забрался с ногами на постель, наблюдая за тем, как Итан отходит обратно к столу, бросая на него помятые купюры. Далее Торкио направился к огромному шкафу, останавливаясь напротив зеркала, встроенного в его дверцу. Он принялся неторопливо расстегивать свою рубашку, похоже, даже не обращая внимания на тяжело дышащего парня, сжимающего в кулаках его простыни. В отражении зеркала Дамиано различил полоску смуглой кожи, увеличивающуюся все больше с каждой расстегнутой пуговицей. Когда черная ткань и вовсе сползла про крепким плечам, Давид был готов задохнуться от великолепия представшего перед ним тела. Именно на такие образы он дрочил всю свою сознательную жизнь - сильные, в меру накаченные тела, проступающие на руках вены, широкие плечи и властный голос. Боже, да Дамиано уже готов кончить от одних фантазий, а впереди еще столь интересный вечер в компании этого божества. Давид и моргнуть не успел, как Итан направился к нему. В его руках блестел позвякивающий металл, который в скором времени захватит руки брюнета в свой плен, и он совершенно не против, но, пока этого не случилось, он не позволит себе упустить возможность прикоснуться к Итану. Приподнявшись на коленях, он ухватился пальчиками за массивный ремень мужчины, притягивая его ближе. - Малыш осмелел? - усмехнулся Торкио, наблюдая за тем, как Дамиано с нескрываемым восхищением оглаживает его пресс. Откинув наручники на подушку, Итан перехватил запястья парня, отбрасывая его на кровать и тут же нависая сверху. - Помнишь, я сказал, что ты будешь соглашаться на все, что я тебе скажу? - уточнил он, пробираясь руками под легкую ткань юбки, оглаживая бедра Дамиано. - Так вот сейчас, я говорю, что ты не имеешь права касаться моего тела, - заявил он, стоило Давиду потянуться к шелковистым прядям, ласкающим кончиками его живот. - Ну а чтобы у тебя не возникало соблазна сделать это, мне придется убрать твои ручонки куда подальше, - закончил он, когда Дамиано все же пропустил длинные волосы через свои пальцы, поражаясь их красоте. О, как Итан ошибался. Стоило холодному металлу обхватить тонкие запястья, как желание прикоснуться к бесподобному телу усилилось в разы. - Я хочу, чтобы ты сказал мне, чего хочешь, - широкая ладонь по-хозяйски скользнула вниз, оттягивая краешек чулка и тут же отпуская его, наслаждаясь резким шлепком. Дамиано вновь нервно сглотнул. Теперь в голове хаотично проносилась огромная толпа мыслей, но ни одна из них не была достаточно приличной, чтобы произнести ее вслух. - Я жду, - нетерпеливо напомнил мужчина, крепко сжимая внутреннюю поверхность бедра, заставляя Давида изогнуться от ноющей боли. - Я хочу вас, - проскулил Дамиано, виляя бедрами, лишь бы избавиться от крепкой хватки, пускающей болезненные импульсы, отчего-то передающиеся прямиком в пах, словно забывая посетить мозг. - Милый, это я и так вижу, - улыбнулся Торкио, потираясь щекой о приподнятую ткань юбочки. - Я хочу подчиняться вам, - шепнул Давид, чувствуя, как его щеки заливает краска. - Ты уже это делаешь, - вновь оборвал его длинноволосый, приподнимаясь повыше, нежно скользнув языком по дрожащему животу. - Ну же, сладкий. Мы видимся с тобой первый и, вероятно, последний раз. Пользуйся моей щедростью, пока я добрый. Кто ж еще исполнит твои грязные мечты? - Я хочу, чтобы вы были грубы. Хочу, чтобы вы сделали все, что захотите и не боялись применить силу, - выпалил паренек, зажмуриваясь. - Вот так бы сразу, - промурчал Итан совсем рядом с чужим ушком, тут же прикусывая его острыми клыками, заставляя Давида вздрогнуть, лязгнув наручниками об изголовье кровати. Мягкие губы с удивительно сильным для них напором врезались в губы Дамиано, на что он сдавленно простонал, жадно хватая ртом воздух и тут же с рвением отвечая на поцелуй. Руки Итана сжимали ребра парня до побеления, язык с силой отвергал любые попытки брюнета вмешаться в поцелуй. Он проникал в его рот, с остервенением проходясь по острым зубкам и тут же толкаясь глубже, заставляя Давида дергать руками в попытках достать до длинных прядей. Отстранившись лишь на секунду, Торкио заглянул в карие глаза, застланные пеленой возбуждения. Подцепив зубами нижнюю губу брюнета, он промычал, почувствовав на языке металлический привкус и различив жалобный скулеж. - Нравится тебе, маленькая сучка? - спросил Итан, проскользнув рукой под юбку и с удивлением обнаружив на парне кружевные трусики. - Еще... - шепнул Давид, чувствуя, как поврежденная губа пульсирует, и эта пульсация отдает шумом в ушах. Спустившись пониже, Итан сомкнул губы на шее, втягивая в рот нежную кожу, беспощадно прикусывая ее, заставляя парня вздернуть бедра, прижимаясь ближе к ладони, устроившейся на напряженном члене, которому явно было тесновато в тонкой кружевной ткани. Оставив несколько ярких отметин, постепенно сменяющих свой цвет с алого на фиолетовый, Итан припал к твердой горошинке соска, поражаясь тому, какой холодной оказалась штанга, находясь в таком разгоряченном теле. - Блять, боже, - пропищал брюнет, зажмурившись, когда Торкио оттянул сережку. - Не сквернословь, - тяжелая ладонь с громким шлепком приложилась о щеку Дамиано, на несколько секунд выбивая его из реальности. Оглушенный неожиданным ударом, Давид хотел было приложить ладонь к поврежденной щеке, но не смог, лишь сильнее жмурясь от того, как металл впился в его запястье. Не сказать, что пощечина не пришлась ему по нраву, напротив - уже спустя несколько секунд обожженная кожа заныла, требуя еще и еще. Стоило потерянному взгляду остановиться на длинноволосой макушке, как мир наконец вернулся на свое место, и его тут же согнуло бы пополам, если б не чертовы наручники - Итан оставлял смазанные поцелуи на его животе, оттягивая пальцами края юбки. Стоило Давиду расслабиться под нежными ласками, как острые зубки впивались в мягкую кожу, оставляя после себя глубокие следы. Член ныл так, что еще немного, и Дамиано вырвет несчастные наручники вместе с изголовьем кровати, лишь бы избавить себя наконец от грубых кружев и приласкать обделенную вниманием плоть. Но, к сожалению, на выполнение столь привлекательного плана у Давида при любом желании не хватит силенок, поэтому он сжал руки в замок, больно впиваясь ногтями в ладони. Итан доставлять парню столь долгожданное удовольствие не спешил - он лапал податливое тело, где только вздумается, старательно избегая задранной юбки, под которой виднелись измазанные смазкой трусики. - Прикоснитесь ко мне, - все же не выдержал Дамиано. Он и сам не ожидал, что его голос будет звучать настолько жалко. Сломленный голосок произвел на Итана весьма однозначное впечатление, и, вместо того, чтобы исполнить просьбу, он вцепился в мягкие ляжки паренька, резко разводя его ноги в стороны. Устроившись между ними, Торкио уставился на открывшийся ему вид, чуть ли не задыхаясь от осознания того, что на парне не просто кружевные трусишки, явно маловатые для столь напряженного члена - на нем кружевные стринги. Подхватив брюнета за талию, Итан рывком перевернул его на живот, удерживая на непослушных коленях. Задрав юбку, он медленно огладил невероятно мягкие ягодицы, сминая их в руках. - Ты скулишь и течешь от одних лишь поглаживаний. Что же будет, когда я буду ебать тебя, вдалбливая в эту самую кровать? - прошептал он на ухо задыхающемуся от избытка чувств парню, тут же оттягивая тонкую кружевную ниточку, проходящую меж ягодиц, и отпуская ее, заставляя Дамиано дернуться, всхлипывая от ноющего ощущения в паху. Громкий вскрик перешел в стон, когда острые зубы сжали чувствительную кожу ягодицы. Не желая оставлять восьмое чудо света в покое, Торкио размашисто приложился по округлой заднице ладонью, от чего Давид едва ли не взлетел к изголовью кровати. - Я бы снял с тебя эти прекрасные трусики, но уж слишком шикарно они на тебе смотрятся, - протянул мужчина, поглаживая покрасневшую ягодицу. - Да и потом, кто я такой, чтоб лишать тебя сладостной боли? - усмехнулся он, вновь оттягивая тонкую ткань, пережимая пульсирующий от возбуждения член еще сильнее, заставляя Давида всхлипнуть, уткнувшись лицом в подушку, пачкая ее в слюне. Отодвинув в сторону полоску ткани, Торкио прижался лицом к заднице брюнета, оставляя смазанные поцелуи на сверхчувствительной после удара коже. Стоило ему подобраться к сжатому колечку мышц, как зубы вновь сомкнулись совсем рядом с ним, заставляя Дамиано издать громкий крик, который не заглушила даже подушка. - Тише, милый. Не хочу, чтоб соседи подумали, будто я тебя тут разрываю на кусочки. Хотя сейчас очень хочется... - прошептал он и, облизнувшись, вновь впился в мягкую ягодицу, чуть оттягивая ее и тут же зализывая укус. Податливое тело крупно дрожало в сильных руках. Дамиано плавился под их касаниями и тут же собирался в кучку после очередного укуса. Медленная пытка сводила его с ума. Казалось, смазка вот-вот просочится через трусы и начнет капать на постель. Он не мог абсолютно ничего сделать. Его руки начали затекать от крайне неудобного для них положения, ноги были зажаты по обе стороны от его мучителя. Стеснение внутри отчаянно боролось с желанием большего, и Давид не был уверен, что сейчас краснее - его губы с помадой, размазанной по белоснежной наволочке, или щеки, горящие от смущения. - Я хочу, чтобы ты смотрел, - заявил Итан, вновь нависая над ним. Руки Давида обессиленно упали на кровать, увлекая за собой хозяина, стоило по комнате разнестись громкому лязгу наручников. Долго радоваться Дамиано не пришлось - створки тут же захлопнулись за его спиной. Перехватив парня одной рукой поперек живота, второй вцепившись в ремни, рассекающие грудь, Торкио буквально стащил его с кровати, бросая на ковер, и не задумавшись об осторожности. Брюнет проскулил от грубого соприкосновения с твердой поверхностью и тут же завалился на бок, не имея возможности опереться на руки. - Посмотри на себя, - прошипел Итан, хватая его за волосы и заставляя посмотреть на их отражение. Дамиано не поверил собственным глазам, когда его взгляд сфокусировался на зеркале - все его тело было разукрашено засосами, царапинами, следами укусов и синяками. С его подбородка спускалась струйка слюны, шея блестела от пота, а юбка задралась чуть ли не до груди. Пока парень рассматривал свое отражение, Итан сбросил брюки вместе с нижним бельем, высвобождая налитый кровью член. Подойдя к Дамиано, внимательно изучающему свое тело, он вновь вплел пальцы во влажноватые кудри, привлекая его внимание. Зрачки Давида расширились, стоило ему наткнуться взглядом на ровный член, покачивающийся рядом с его лицом. Притягиваемый влечением, он сделал несколько мелких шажков на коленях, в попытках уткнуться лицом в пах Торкио, и тут же теряя равновесие, стоило ему сделать шаг назад. Под звуки унизительного смеха он попытался было встать, но вновь завалился на бок, чертыхаясь. - Я сказал не сквернословить, - напомнил Итан, потянув парня за волосы. Взвыв от боли, Дамиано тут же заткнулся, стоило Итану вжать его лицом в свой член. В попытках урвать побольше, Давид размашисто скользнул языком по всей длине, чувствуя, как его оттягивают назад. Вновь не удержав равновесия, он упал на спину, шипя от отнюдь не мягкого приземления на задницу. - Какое жалкое зрелище, - хмыкнул Торкио, подходя по ближе. - Приступай, - холодно бросил он, кивнув на свой возбужденный член. - Не могли бы вы ослабить наручники? - прошептал Дамиано, виновато опустив взгляд на ковер. Тяжелая ладонь с новой силой приложилась по щеке парня, в очередной раз опрокидывая его на пол. - Я почти не чувствую рук, - предпринял еще одну попытку брюнет, нагло пользуясь своим сорванным голосом, придающим его словам искренности. Конечно его руки были в полном порядке, а вот щеки, которые горели алым пламенем, уж слишком жаждали нового удара. И они его получили. Подцепив Давида за ремень, пересекающий его спину, Итан заставил его подняться на ноги, подождав, пока не убедится, что брюнет точно не упадет. Высвободив руки из железной хватки, мужчина растер их в своих ладонях, тут же подталкивая брюнета к зеркалу, удивленно вскидывая брови, когда по комнате разнесся наполненный наслаждением протяжный стон. Обернувшись, он на пару секунд забыл что собирался делать. Дамиано, прижавшись спиной к зеркалу и спустив несчастные стринги до середины бедра, самозабвенно дрочил, захлебываясь собственными стонами. Впрочем, крепкая хватка на шее довольно быстро отрезвила парня, заставляя его издать скорее жалобный скулеж, чем стон, и приподнять руки в извиняющемся жесте. - Кто разрешил тебе себя трогать? - спросил Итан, приблизив свои губы к лицу парня. - Простите, - еле слышно прошептал он, невольно толкаясь бедрами вперед, проезжаясь стояком по низу чужого живота. Рыкнув что-то невнятное, Торкио развернул его, вжимая лицом в холодное стекло, в момент запотевшее от горячего дыхания. - Не смей двигаться, - хлесткий шлепок пришелся по розоватой ягодице, оставляя на ней белый след от ладони. Оставив разгоряченное тело, лишь для того, чтобы натянуть на свой колом стоящий член презерватив и захватить смазку, Итан окинул его взглядом. Каждая мышца парня была напряжена. Оставить свой член без ласк сейчас было для Дамиано большим достижением. Его несчастная измятая юбка прикрывала лишь поясницу, трусики упали к стопам, чулки местами были порваны. Чертово творение искусства. Итану хотелось запечатлеть эту картину у себя в памяти и никогда в жизни ее не забывать. - Пожалуйста, - всхлипнул парень, переминаясь с ноги на ногу, в попытках обеспечить хоть малейшее трение, не касаясь себя руками. - Что "пожалуйста"? - спросил Итан, подходя к брюнету, но не трогая его. - Выеби меня, - проскулил Дамиано, самостоятельно разворачиваясь к мужчине, забыв про все его приказы. - Деньги себе оставь, да что угодно, блять, сделай, только выеби уже. - Херовая из тебя шлюха. Совсем не умеешь потакать прихотям своих заказчиков, - усмехнулся Торкио, заставляя Давида наклониться, вновь впечатывая его лицом в зеркало. Шлепнув его по ляжке, Итан невольно облизнулся, глядя на то, как отчаянно брюнет выпячивает свой зад, прогибаясь в пояснице. Выдавив на палец побольше смазки, он приставил его ко входу, устроив свободную руку на бедре, предотвращая попытки парня самостоятельно насадиться на пальцы. - А ты, я смотрю, подготовился, - хмыкнул он, замечая, что даже три его пальца входят без проблем. - Кто ж знает, насколько нетерпеливым будет клиент? - прошипел Дамиано, извиваясь в руках длинноволосого, лишь бы он двигался внутри поактивнее. - А по итогу нетерпеливым оказался не клиент, а ты. - А кто знал, что клиент такой горячий попадется? - ответил Давид, чувствуя, как надломлено звучит его голос. Самодовольно усмехнувшись, Итан вытащил из брюнета пальцы, наслаждаясь тихим хныканьем. Не щадя смазки, Торкио наконец пустил свой член в дело. От одного ощущения толстой головки у своего входа, Дамиано готов был задохнуться, а уж когда эта самая головка проникла внутрь, растягивая нежные стенки, он и вовсе взвыл от удовольствия, чуть ли падая, но вовремя оказываясь зажатым между крепким телом и зеркалом. Отражение, к слову, было гораздо живописнее и горячее любой порнушки, которую Давид когда-либо смотрел. А смотрел он много и крайне сосредоточенно. Длиннющие волосы Итана оплетали его плечи и грудь, широкие ладони поглаживали бедра, иногда спускаясь к ляжкам и поднимаясь к животу, но привычно игнорируя твердый член, перемазавший смазкой всю юбку. Его лицо было совершенно - глаза, обрамленные густыми ресницами блаженно прикрыты, густые брови смещены к переносице, пухлые губы приоткрыты в немом стоне. Переведя взгляд на себя, Давид подавился очередным стоном. Так кошмарно, и в то же время развратно он еще никогда не выглядел. Растрепанные волосы, перемазанное во всем, в чем только можно, лицо, поплывший взгляд, множество отметин на теле и растерзанная одежда - он самая настоящая блядь. Заставив его повернуться к зеркалу боком, Итан вцепился в мокрые кудри, поворачивая голову парнишки к отражению. - Я хочу, чтобы ты смотрел, - повторил он. Не отпуская несчастные волосы, он резко толкнулся внутрь, выбивая из Давида весь воздух. Позволяя ему насладиться видом на то, как блестящий от смазки член медленно выскальзывает из его задницы, Итан вновь ворвался внутрь, выбивая громкий хриплый стон. Когда Дамиано заметил, как чужая ладонь тянется к его члену, он готов был взвыть от счастья, вот только вместо того, чтобы сделать приятно, рука обхватила его у основания, перекрывая любые пути к наслаждению. Держать голову Давида больше не имело смыла - он и так смотрел на зеркало, словно завороженный, поэтому Итан переместил ладонь обратно на его бедра, вновь толкаясь в горячее нутро. С каждым толчком, движения становились все чаще, а стоны Дамиано все отчаяннее - удовольствие, вызываемое размеренными толчками пробирало до костей, но все никак не могло устремиться в нужное русло. Давид чувствовал себя беспомощным. Оперевшись руками о стену, он только и мог зажмуриваться и шептать что-то, что и сам до конца не понимал. Он даже не знал были ли это обычные просьбы, угрозы или же молитвы, но когда чужая рука на его члене наконец ожила, он готов был восхвалять и Сатану, и Бога. Шум в ушах наконец ушел на второй план, и Дамиано услышал тихие проклятья, перемешанные с низкими, почти рычащими, стонами, громкое, невероятно пошлое хлюпанье и свои собственные хриплые вздохи, потому что на большее его голосовые связки уже были не способны. По крайней мере он так думал, пока толстый член не проехался по простате, заставляя взвыть и тут же податься назад, в попытках вернуть столь приятные ощущения. Под разочарованный вздох, тут же сменившийся очередным стоном, Итан убрал руку с подрагивающего члена, цепляясь пальцами за тонкую сетку чулка и с приятным треском разрывая ее, оставляя лишь самую кромку, чтоб она обожгла нежную кожу, когда он отпустит тугую ткань. Вернув свою ладонь на чужой член, Итан и не подумал, что Дамиано сдастся так быстро. Но вот его тело прошибло в предоргазменной судороге, и подхватив его за ремешки свободной рукой Торкио провел рукой по напряженному стволу, позволяя наконец парнишке излиться в кулак. Благородно подождав полминутки, позволяя Давиду, беспомощно впечатавшемуся в стену, отойти от кружащих голову ощущений, мужчина покинул расслабленное тело, снимая презерватив и отбрасывая его в сторону. Дамиано беспрекословно опустился на колени, не успел Итан и намекнуть ему об этом. Несмотря на всю усталость и вялость, Давид вобрал в рот раскрасневшуюся головку, втянул щеки и покружил язычком вокруг уретры. Что, что, а вот сосать он всегда умел. Даже в таком состоянии ему удалось довести Торкио до оргазма за считанные секунды. Стоило члену в очередной раз проникнуть в податливый рот, упираясь в самое горло, как Итан громко простонал, чувствуя, как заполняет этот самый рот горячей спермой. Дамиано, похоже, даже с удовольствием вылизал его, руками все же облапывая и упругие ягодицы, и твердый пресс, и крепкую грудь, до которых хотелось дотронуться еще при первом взгляде на своего заказчика. Обессиленно рухнув на кровать, Торкио почувствовал, как Давид беспардонно устраивается рядом, тихо пробормотав: - Пять минуточек полежу и уйду. - Деньги взять не забудь. И передай Стиву, чтоб кроме тебя мне больше никого не присылал, - прошептал в ответ Итан, заставляя Дамиано смущенно улыбнуться, утыкаясь лицом в изгиб его шеи.