strangers

            Прошёл день, за ним другой, третий и вот уже почти неделя. Алёне должно было стать хоть немного легче, хоть немного лучше. Но она только сильнее распадается с каждой минутой. Девушка пытается забыться на тренировках, убиваясь на льду, но проще не становится, боль не уходит. От Саши она больше ничего не слышала, да и чего Алёна ожидала, сама же всё закончила.             Косторная возвращается домой в ужасном настроении. День был отвратительным, а каток не принимал её, она устала падать сегодня. Зайдя в квартиру, она задумалась над тем, чтобы обработать разбитую коленку, но ей стало настолько плевать на свои физические раны, что Алёна предпочла оставить всё, как есть.             Она разогрела нежеланный ужин и села за стол. Медленные ковыряния пищи на тарелке были прерваны звонком в дверь. Швырнув вилку, Алёна поднялась, чтобы узнать, кто к ней пришёл. Она распахнула дверь, даже не подумав посмотреть в глазок, и, столкнувшись с глазами рыжеволосой, так же резко закрыла её прямо перед носом у младшей девушки. Косторная не хотела выглядеть глупо, поэтому взяла себе лишь пару секунд на то, чтобы собраться с мыслями, и снова открыла дверь, чтобы увидеть Трусову, что стояла с расстроенным лицом.             – Я вроде попросила больше не приезжать. – старшая всё-таки нашла в себе силы заговорить.             – Я знаю. – Саша отвела глаза. – Я не для этого приехала.             Алёна удивилась, что совершенно точно отразилось на её лице, но решила, что стоит впустить девушку. Хозяйка молча вернулась за стол, чтобы продолжить ужин, а Трусова, снова опешив от действий старшей, медленно зашла за ней.             – Зачем тогда ты тут, если не ради секса? – продолжила разговор Косторная, жуя курицу.             – Поговорить…             – Нам разве есть о чём? – Сашина речь была прервана, но на неё всё ещё не поднимали глаз.             – Я соскучилась. – Алёна чуть не подавилась, но старалась сохранять спокойный вид.             – Не с кем трахаться? – она слишком резка, но это всегда было её защитной реакцией. Для Алёны этот вопрос риторический, поэтому она, не дождавшись ответа, отставляет тарелку и перемещается на диван.             – Есть. Но захотелось к тебе. – Саша садится рядом. – Почему ты решила это прекратить? – она смотрит на неё.             – Это совсем не мой формат. Секс без обязательств – не моё. – Алёна равнодушно переводит свой взгляд от выключенного экрана телевизора к младшей, которая в этот момент замечает ссадину на колене у девушки и легко касается оголенной кожи.             – Где у тебя аптечка? – она обеспокоенно спрашивает, будто забыв изначальную тему их разговора.             Алёна указывает в сторону шкафа, и Саша поднимается, чтобы достать необходимое. Справившись с этим, она присаживается около дивана, чтобы было удобно обработать «боевые» раны девушки.             – Я в состоянии сделать это сама. – Алёна пытается протестовать, но не останавливает младшую.             – Я хочу помочь. – она аккуратно обрабатывает коленку, не забывая дуть на рану, чтобы светловолосой было не так больно, Алёна завороженно наблюдает за действиями девушки. – Я знаю, что подобные отношения не в твоём стиле, – она решает продолжить разговор, – но ты почему-то согласилась в начале. Так почему теперь отказываешься?             – Блять, Трусова. – старшая не выдерживает близости и этих нервирующих вопросов и вскакивает со своего места. – Потому что мне надоело быть объектом удовлетворения твоих потребностей. – громкость её голоса повышается, Саша поднимается следом. – Найди себе кого-то другого и трахайся втихаря от своего парня, зачем ты ко мне приехала? – она отворачивается, чтобы младшая в случае чего не увидела подкатывающих слёз.             Саша молчит, но подходит, чтобы развернуть девушку к себе:             – Не трогай меня. – Алёна выдёргивает свою руку. – Что ты хочешь услышать? – она смотрит на рыжеволосую блестящими глазами. – Что я влюбилась и поэтому больше не могу быть согласна на такие отношения? Это ты хочешь услышать? – Косторная не пытается ничего скрыть, потому что за неделю довела себя до состояния оголённого провода.             – Алён…             – Молчи. Ты спросила – я отвечаю. Я не могу больше продолжать это, – она показывает на них обеих, – потому что мне больно от того, что ты мной пользуешься, от того, что ты каждый раз уходишь. Да, я сама на это согласилась. Но теперь с меня хватит. Я не могу больше утешать тебя, потому что потом нужно утешать меня. А у меня таких людей нет.             Трусова приближается, обхватывая обеими руками лицо напротив. У Алёны нет сил оттолкнуть её, поэтому она просто держится за Сашины руки.             – Скажи это. – младшая будто издевается, пытаясь вытащить из неё эту фразу, вот только зачем?             – Я люблю тебя. – так тихо, но сердце рыжеволосой разрывается, и она целует. Целует всей своей душой, так, как никогда и никого раньше.             – И я люблю тебя, солнце. – она разрывает поцелуй всего на пару секунд, чтобы наконец-то произнести это.             Алёна плачет, всё ещё не до конца веря в услышанное, но вскоре до неё кое-что доходит, и она останавливается, делая шаг назад под непонимающий взгляд Саши.             – Нет, стой. Сейчас ты говоришь мне такое, а потом уйдёшь и вернёшься к Марку, я не хочу. Не могу. – слёзы текут всё быстрее.             – Глупая. – Трусова снова подходит, смотря прямо в глаза. – Я рассталась с ним сегодня. Мне надоело врать ему. И себе, в первую очередь. Мне только с тобой хорошо, и всё кажется таким правильным. Прости за то, что я поздно это поняла, но я хочу исправиться. Не топить в тебе свои чувства, делая больно, а любить. И только тебя. Я никуда больше не уйду.             Они очень близко, но в этот раз Саша не целует первая, она ждёт Алёну, ждёт её решения, потому что не хочет больше ранить. А Косторная смотрит той в глаза и видит честность, всё ту же Сашину честность. И Алёна верит. Потому что не верить у неё никогда не было причин. И, наконец, целует любимые губы.