Broken

      Том с трудом вырвал своё сознание из кошмара. Тягучий душный воздух наполнил лёгкие с тихим хрипом. В комнате было темно. Стояла глубокая ночь.       Едва очнувшись, он заплакал, в немом крике раскрывая рот. Ему хотелось деть себя куда-то, сделать с собой хоть что-то, чтобы успокоиться от непонятного всплеска эмоций. Том сжимал свои волосы и кусал запястье, сильно стискивая зубы. Истерическое дыхание становилось чаще и громче, перерастая в глухие стоны. Он свернулся в клубок, сжал челюсть так сильно, что, казалось, скоро перегрызёт себе кость. Ударив ногой в стену, Том, наконец, выпустил запястье из хватки и накинул на голову подушку, сжимая её мягкие края.       Что было в том сне, Том уже даже не помнил. Ему хотелось орать во всё горло, но он только заходился нервными вдохами, похожими на приступ астмы, которые немного глушила подушка. Он не соображал и ничего не слышал. Не слышал даже, как Алан пришёл к нему.       — Том? — позвал мужчина, осторожно вытаскивая подушку из-под рук сына.       Том вздрогнул. Он посмотрел на Алана и закрыл лицо ладонями.       — Прости, что разбудил тебя, — невнятно, глотая слёзы, сказал Том.       — Тебе плохо? — Алан опустился на край кровати и мягко притянул юношу к себе, своими объятиями окутывая его со всех сторон.       Том задрожал. Он чувствовал одновременно безопасность и страх. Тёплые объятия рук отца и холодную клетку, давящую мощными прутьями. И всё же появление Алана прервало эту странную истерику. Том был благодарен за это. Он кивнул.       — Хочешь, я останусь здесь?       — Да.       Он не мог упустить это.       Ласковые поглаживания успокаивали. Том закрыл глаза. Он дышал неровно, но уже постепенно приходил в себя.       Алан плавно опустился на кровать, устроился рядом. Места хватало, и они оба удобно устроились в объятиях друг друга.       Это было странно. Эмоции становились всё более необъяснимыми. Единственное, что Том мог вытащить из этого непонятного месива — ему, наконец, досталось внимание.       Уснуть не получалось. Том долго неподвижно лежал в объятиях, не решаясь шевельнуться, чтобы не разбудить отца. Но расслабленная рука Алана медленно соскользнула, когда он перевернулся.       Том посмотрел на спокойное лицо мужчины, на лежащую рядом руку. Кончиками пальцев он мягко почти невесомо коснулся её и снова метнул взгляд на лицо. Спит. Похоже, крепко. Уже уверенней Том стал гладить ладонь. В один момент его внимание заострилось на ране чуть выше запястья. Кожа вокруг укуса посинела, засохшая кровь формировала полукруг, местами отчётливо проглядывались следы зубов.       Том быстро поднял глаза, в надежде, что это зрелище не вернёт его в ту ночь снова. Но оно вернуло. Том будто пытался пробежать по болоту, но обречённо увяз в нём. Сначала ноги едва отрывались от ненадёжной почвы, но он не останавливался, надеясь добраться до берега. А потом… потом его медленно засосало в отвратительную мутную жижу, такую густую, обездвиживающую. Он погружался всё глубже, мышцы слабели и шансов вылезти уже не оставалось. Том отчаянно вытягивал шею, чтобы не задохнуться, но болото поглотило его полностью. Он вдохнул. Тягучая мерзость ворвалась в носоглотку, глаза застелил непроглядный мрак, веки слиплись, тело сдавила тяжесть трясины. Том застыл. Попытки вдохнуть ещё раз наполняли лёгкие грязью и слизью, от которой он не мог даже откашляться.       Что-нибудь.       ⠀⠀⠀⠀Бабочки. Цветочки.       ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Видео с котятами.       Идиотский Трэвис.       ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Вкусный вишнёвый пирог. ⠀      ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Таблица химических элементов.       Что-нибудь.       Он пытался переключиться. Спрятать зверские картинки из своей головы. Заместить их хоть чем-нибудь. Но ни за что не получалось зацепиться.       Только несколько минут кошмара.

***

      Дома не хотелось находиться.       Но покидать его не хотелось тоже.       — Поиграем в Барби? — Эмили протянула Тому куклу. Его любимицу в розовом комбинезоне с пышными кудрявыми волосами.       — Прости, Эмили, — выдохнул Том. Он подавил в себе жестокое желание взять эту Барби и оторвать её счастливую бошку. — Я не хочу.       — Ну, если передумаешь, то у нас там планируется вечеринка и любовные интриги.       — Очень заманчиво. — Том выдавил улыбку.       Эмили ушла. Она была понимающим ребёнком. Иногда капризным, но всё же слишком хорошим для этого мира. И как у неё это удавалось…       Наверняка эти любовные интриги были куда веселей тех, что происходили в этих стенах. Отец вёл себя странно. Неестественно. Его прикосновения изменились. Взгляд изменился. Изменилось всё.       Том словно попал в альтернативную вселенную.       С другим Аланом. Аланом, который умеет заботиться, умеет быть нежным и внимательным.       Но, кажется, в этой вселенной Том был для него не сыном.       — Мой хороший, — прошептал Алан, зарываясь носом в чёрные волосы.       По спине пробежали мурашки. Том вцепился пальцами в ручку, занесённую над тетрадью с домашним заданием.       Алан склонился ещё ниже. Шею обожгло его горячее дыхание. Губы коснулись кожи. В животе забурлило жжение. Приятное и саднящее.       — Что ты делаешь? — тихо спросил Том, не сводя глаз с тетради.       — Прости, — медленно сказал Алан. Он выпрямился, отшагнул. — Я не понимаю.       Том, наконец, обернулся. Неясно, что его толкнуло — возможно, под рёбра забрался страх, что всё обрушится, и Алан станет прежним, — но он поднялся и молча прижался к мужчине.       Руки Алана мягко обняли.       Как же хорошо.       Том поднял голову. Встретился с отцом взглядом. Вокруг висело напряжение. Странное. Не такое, как было раньше.       Всё было не такое.       Тёплые губы внезапно коснулись губ Тома. С них сорвался нервный звонкий выдох. Алан целовал его. Настойчиво. Мокро. В ступоре Том вперился в него взглядом. Жар опалил изнутри, будто там извергался вулкан, и лава медленно растекалась по телу до самых кончиков пальцев.       — Пап… — выдохнул Том в поцелуй.       — Мой мальчик, — возбуждённо прошептал Алан. — Ты ведь мой, правда, Том? — Его губы жёстко впились в губы сына, а пальцы сжали волосы на затылке. Том коротко промычал, закрыв влажные глаза.       Он отвечал даже не задумываясь.       Это был не первый его поцелуй. Первый случился ещё несколько месяцев назад, когда Том пошёл на свидание с парнем из интернета. Он ничего не почувствовал. Не было того самого трепета, бабочек в животе, о которых так все говорят. Первый поцелуй слишком романтизирован — такой вывод он сделал.       Но сейчас его захлестнули эмоции.       Мерзко. Горячо.       Больное удовольствие выбивало разум из его головы. Руки сами собой обхватили шею отца, впились в воротник.       — Чёрт возьми, — негромко обронил Алан, выпуская чёрные локоны.       Том не решался что-то ответить. Он всё чувствовал. Чувствовал, как отец возбудился. Как уплотнившийся член прижимался к нему через ткань брюк. Это пугало.        Но ещё больше пугала собственная реакция.       Нет. НЕТ.       Это полное безумие.              Стук сердца гулко отдавался в ушах. Том отстранился.       — Мне нужно продолжить заниматься. — Том выжал из себя непоколебимость, и вернулся на своё место.       — Хорошо.       Алан ушёл, и тогда спусковой крючок сработал.       Эмоции изверглись наружу. Том врезался лбом в стол и яростно скомкал тетрадь. Под трясущиеся пальцы попался циркуль.       Холодный металл. Игла. Вонзить. Разорвать.       Том резко воткнул острый конец в руку, с остервенением начал чиркать им по коже, раздирая её, оставляя кровавые борозды. Они множились, превращаясь в хаотичный узор агонии. Слёзы застилали глаза, челюсть застыла, её будто заклинило.       Это твой ОТЕЦ.       Он делает ЭТО с тобой.       ТЕБЕ НРАВИТСЯ?!       Циркуль улетел куда-то в пространство комнаты. Но Том с собой ещё не закончил. Он вцепился в своё лицо так сильно, будто пытался сорвать его с черепа.       ОМЕРЗИТЕЛЬНО.       Как далеко ты зайдёшь?

***

      Зачем я на это согласился?..       Том напряжённо выдохнул и натянул на ногу белый чулок, осторожно, чтобы не порвать. Он посмотрел в зеркало на двери шкафа-купе. Вид крайне непривычный. Лёгкое платье с рюшами нежного фиалкового оттенка было практически в пору, но он не чувствовал себя комфортно. На секунду в голову закралась тень сомнения — может, плюнуть и снять это всё? Том переминался с ноги на ногу в нерешительности. Время ещё есть. Стоит переодеться.       Короткий звуковой сигнал в телефоне остановил его. Сообщение было, как обычно, коротким и ясным:       «Я подъезжаю».       Том про себя выругался. Переодеться он уже точно не успеет. Да и отец, очевидно, ждёт увидеть его именно таким. Алан купил это комплект ещё пару дней назад, и только сегодня Том решился надеть его.       Их отношения резко изменились после дня рождения. Уже неделю, (которую Том для школы проводил на больничном), они становились всё ближе и ближе. Но свои терзания раз за разом приходилось скрывать. Подавлять их.       Несмотря на это, ласка и забота Алана перекрывали всё.       Да. Отец был искренне прощён, хоть и далось Тому это крайне тяжело, а в глубине души он всё так же боялся. Некоторые прикосновения вызывали желание отстраниться, уйти, только вот... Том начал входить во вкус.       Сделав глубокий вдох, он покинул комнату, начал медленно спускаться по лестнице.       Эмили сейчас была в школе. Хорошо, что она этого не увидит. Но, пожалуй, ей бы понравилось такое платье.       Тому оставалось пройти ещё несколько ступеней, но он остановился, когда ключ в замке повернулся, и входная дверь напротив открылась.Том впился пальцами в перила лестницы.       — Привет, — тихо поприветствовал он, не узнавая собственный голос.       — Том… — Алан закрыл за собой дверь и обвёл взглядом сына, заостряя внимание на худых ногах, а после на лице. — Ты правда сделал это?       Том занервничал ещё больше. Вдруг это была насмешка? Алан не раз сравнивал его с девчонкой, а теперь он ещё и самовольно нырнул в платье. Снова оказался слишком наивным и глупым. Захотелось провалиться сквозь землю или хотя бы убежать в свою комнату и запереться там. Но Том не успел сдвинуться с места. Отец подошёл к нему за несколько шагов, и его руки обхватили тонкую талию.       — Боже мой, — полушёпотом произнёс Алан, с лёгким нажимом проскальзывая по бедру сына ладонью.       Отмахиваясь от мыслей, насколько же всё это извращённо, Алан полностью и без сопротивления отдавался своим чувствам.       — Тебе… нравится? — осторожно спросил Том, опуская ладонь на плечо Алана.       — Да.       От мужчины исходил жар. Его рука нетерпеливо, даже немного грубо залезла под юбку платья. Длинные пальцы сжали бедро немного выше резинки чулка. Том шумно выдохнул, его щёки налились краской.              Вот оно. Опять.       Том почувствовал, как его ноги оторвались от ступеньки. Алан поднял его и, прижимая к себе, пошёл наверх. Он плюхнулся спиной на свою мягкую постель и поднял глаза, встречаясь взглядом с отцом.       — Не бойся, — проговорил Алан, опираясь рукой слева от плеча Тома, второй в это время мягко разведя его полусогнутые ноги.       Том боялся. Несмотря на то, что отец в последнее время давал любви больше, чем за всю жизнь, он всё равно едва ли мог полностью расслабиться рядом с ним. Но Алан коснулся губ, нежно поцеловал. Напряжение медленно утекало.       Под юбкой Том вновь почувствовал прикосновения. Коленом Алан отодвинул худую ногу в сторону. Его тёплая ладонь легла на внутреннюю сторону бедра. Оторвавшись от влажных губ, мужчина посмотрел в мутные глаза сына. Рука скользнула к промежности, пальцы прошлись по кружевному белью. Оно было не очень удобным, слишком тесным и миниатюрным, хоть и красивым. Ладонь Алана огладила небольшой бугорок, и Том сжал пальцы на ногах, у него покраснели даже кончики ушей. Надолго бельё на нём не задержалось.       Послышался звон расстёгивающегося ремня. Том замер и прикрыл глаза, стараясь дышать ровнее. Сильные руки вдруг схватили его под коленями и задрали согнутые ноги вверх, размещая их по обе стороны талии мужчины. Том распахнул глаза. Он передумал.       — Нет, я не хочу, — быстро проговорил он, приподнимаясь на локтях. — Пожалуйста, н...       Хмурый взгляд Алана вынудил замолчать. Отец надавил рукой на грудь Тома, укладывая обратно, и вновь вовлек его в поцелуй, в этот раз более чувственный и глубокий. Том плотнее сжал ногами торс мужчины и закрыл глаза. Прозрачные капли смазки упали на бледную кожу, горячая возбуждённая плоть коснулась его бёдер, а после, направленная мужской рукой, ложбинки между ягодиц, но Том старался сосредоточиться на поцелуе. Раздалось громкое мычание, глаза намокли, колени задрожали.       Алан оторвался от губ сына и плавно двинул бёдрами, проталкивая член глубже и растягивая узкое колечко мышц. Прогнувшись в спине, Том вновь громко промычал, плотно закрывая рот ладонью. Движения отца быстро начали набирать темп. Том сжимал пальцы, мелко содрогаясь от толчков, грудная клетка быстро вздымалась, что-то чёрное и отвратительное снова заполняло всё внутри.       — Как же ты похож на девочку, — возбуждённо выдохнул Алан, склоняясь ниже к сыну. Он опёрся на локоть, вторую руку просунув поперек спины Тома и прижав его к своему телу, заставляя выгнуться. — Можешь убрать руку. Тебя никто не услышит.       Убирать руку Том не стал. Напротив, он прижимал ладонь всё сильнее к своему открытому рту, будто сам не хотел слышать своих стонов — подтверждение тому, что ему это нравится. Его тело поддавалось. Боль снова мешалась с уродливым скользким наслаждением.       Волны удовольствия окутывали, путали мысли, заставляли двигать бедрами в такт, насаживаясь на член отца. Это было такое сильное возбуждение, которого Том ещё никогда не испытывал. Пальцы вцепились в мужские плечи, теперь ничто не мешало стонам срываться с его уст. Он позволил.       Жарко. Липко. Больно.       Хорошо.       — Папочка… — прошептал Том на вдохе, стараясь прижаться к телу мужчины как можно плотнее.       — Что, моя хорошая? — так же шёпотом спросил Алан, приподнявшись и проведя рукой по чёрным локонам.       Его взгляд казался опьянённым, мутным. Грубый толчок выбил из Тома протяжный возглас. Пальцы мужчины мягко огладили тонкую шею и внезапно обхватили её, стали сжимать. Юноша поперхнулся воздухом и вцепился в руку отца, стараясь оторвать от горла. Член проникал внутрь всё быстрее и жёстче. Очень больно. Том начал хрипло кричать, но горло сдавили еще сильнее. Лишь на мгновение. Сперма брызнула внутрь, Алан его отпустил.       Том неподвижно лежал на месте и ошарашено смотрел на мужчину. На секунду ему показалось, что он вот-вот будет придушен собственным отцом.       — Прости. — Алан посмотрел на покрасневшую шею сына. — Я немного перестарался.       Всё ещё пребывая в растерянности, Том неуверенно кивнул и отвёл взгляд в сторону.       Дыхание постепенно выровнялось, но ледяное ощущение руки Алана, сжимающей горло, не отпускало, въелось под кожу.       Застегнув брюки, мужчина склонился к сыну и мягко поцеловал его в губы, оставляя на них лёгкий поцелуй. Он ушёл.       Звук закрывающейся двери уже стал каким-то сигналом. Том перевернулся на бок, вновь закрывая рот ладонью и зажмурившись. Он дрожал, задыхаясь в беззвучном истерическом припадке.       Казалось бы, всё было в порядке. Том сам согласился. В один момент он даже хотел этого, получал удовольствие и упивался близостью. Он даже осознавал, что отец на самом деле не хотел задушить его. И всё же, Тома разрывало от необъяснимой боли.        Прикосновение к плечу моментально выдернуло его из вихря этого безумия. Том повернул голову и посмотрел покрасневшими глазами на Алана.       Мужчина ничего не говорил, он просто сел рядом. Том, движимый внезапным порывом, метнулся к нему и только теперь смог полноценно разрыдаться, цепляясь за рубашку, сминая её и пропитывая слезами. Ладонь Алана мягко накрыла голову юноши.       Тепло, ласка и знакомый запах мужчины дали Тому успокоиться. Плохие мысли и эмоции постепенно ускользали от него, они будто боялись подступиться, когда рядом оказывался Алан. Том слабо улыбнулся и прижался щекой к груди отца.       — Мне нужно забрать Эмили из школы, — сообщил Алан спустя пару минут.       — Да. Хорошо. — Том поднял голову и вытер лицо.       — А тебе — переодеться и успокоиться, — продолжил мужчина, осторожно заправляя прядь волос за ухо юноши. — Несмотря на то, что это платье тебе очень идёт, только я должен видеть тебя в нём, ладно?       — Да, — тихо ответил Том.