***
Это происходит довольно… Часто. Каждую ночь, если быть более конкретным. С десяти лет юная Александра Кирштейн-Жаркина видела эти сны. Из раза в раз всё тот же сюжет, она помнила его наизусть: вот она бежит по мокрым серым улицам города, что был ей неизвестен, вот заворачивает в тёмную кофейню и тут же ловит свой самый страшный кошмар, скользкими лапами мерзко пробирающийся в её мозг. В носу запах крепкого кофе. И чего-то… Апельсинового. Он всегда был таким. Неизвестным, непонятным, недосказанным. Он являлся ей жутким намёком. Тёмным, морозным и, в то же время, удушающе душным. Но кое-что изменилось.***
Сашуля в попе шпуля проснулась в холодном поту. Она просыпалась так, в прочем, каждый день, так что мокрая насквозь кровать не была чем-то незаурядным. Вытянув из под простыни пелёнку для впитывания мочи младенца, (Если вдруг вы подзабыли что нужно младенцу на первое время, то ознакомьтесь со списком: Детские товары для купания и ванны; Увлажнители воздуха; Подгузники, салфетки и пеленки; Аптечка; Детские ватные палочки; Пустышки и прорезыватели; Горшки и писсуары; Детская косметика и гигиена… Не то что бы это был необходимый запас, но если начал собирать - трудно остановиться… ) девочка ступила потной пяткой на чистый прикроватный коврик. – Милая, вставай скорее! Скоро мы выезжаем в школу! На столе кофейный кекс и кофе, приправленный кофейными зёрнами и апельсиновым соком. Всё как ты любишь! – откуда-то из глубины квартиры послышался зов матери Анны. – А я пока покормлю твоего жирного брата! Вставай, бездельник! – Иду, маманна… – донеслось в ответ. Пройдя необходимые водные процедуры и славно протрапезничав Сашка выпрыгнула со свистом на улицу с рюкзачком и поспешила к кофейного цвета Рено Дастеру. Сегодня её подвозила маманна, после чего женщина отправлялась на поиски диффузора для знакомой вонючей семьи Картманов. – Готова, милая? – Моя статья. Лаймовый сосок. УБРАЛИ ДРАННИКИ ИЗ МЕНЮ((( Завтрак миллионера Биляяя у нас сегодня была дегустация новых блюд в меню – Что ж. У тебя всегда так на новом месте. Ну ничего! Оклемаешься до школы? – Мгм… – невнятно промычала в ответ Киршишка плюшевая мишка.***
Маленький, но борзый, Рено Дастер кофейного цвета 2004 года резво нёсся по улицам города, в который только-только переехала семья Кириештейнов. Саша, немного досадно рассматривала антураж города за окном. Встречай нас, Тула! Но кое-что заставило девочку нахмурить брови и приподнять свою белобрысую головку. Стойкое ощущение дежавю достигло апогея на орбите чувств. Зрачки резко сузились, а волосы на шее встали дыбом. Она уже видела эту местность.***
Вот чем отличался сегодняшний сон от всех остальных до этого. Впервой Кирештыш смогла осмотреться по сторонам. Конечно, это не вызвало должного удивления у пострадавшей и при пробуждении быстро забылось, однако на реальности никто не ставит триггер ворнинги и что-то да может повлечь за собой воспоминания. В этот раз она забежала дальше кофейни. Оббежав несколько поворотов, ведомая чувством интуиции и страха, девушка выбежала к Тульскому Кремлю, но чувство вело её в несколько другое место. Отдел полиции города Тула.***
– Эй? Э-эй! Милая, мы приехали. Ты уснула? – предавшись воспоминаниям Сашок в попе запашок не услышала маманну с первого раза. – Мы приехали. Впереди тяжёлый день, конечно, но мне пора в магазин дифуззоров. Встретить тебя после школы? – Не… Нет, не нужно. Я помню дорогу, дойду сама. Мне ещё на собеседование, помнишь? – Конечно, махарошая, жду дома! Получив ещё пару напутствий девушка наконец распрощалась с маманной и направилась к главному входу в школу. В не совсем обычную школу. В дарк интернат Эннеакоуч. Сокращённо - ДИЭк. Через пару дней Саша должна будет переехать в комнату в кампусе и разделить свою жилплощадь с соседкой. Что ж, пока не слишком поздно стоит насладиться свободой. И, желательно, завести друзей. Два года назад они с маманной и жирным волосатым братом стали часто переезжать. Всё из-за Кирешонтейн и её мучительных кошмаров. Они становились причиной ухудшения ментального состояния девочки, лунатизма и фобий. Тогда маманна обратилась к лучшим из лучших врачей по всей Расисе, а лучшие из лучших, в свою очередь, направили к самому лучшему. И самый лучший находился в стенах этого интерната. Они не назвали имени, дали лишь место и направление. Узнав, куда она теперь направляется Саша смутилась. Она любила позалипать в Лайк-Ток перед сном и частенько натыкалась на легенды Петербургского метро и те самые… О самых странных и страннейших из школы дарк интерната Эннеакоуч. Но маманна была настроена решительно. Её то уж конкретно заебали эти крики по ночам и одержимость кофе дочерью.***
Сегодня был вступительный день, в начале которого должно провестись собрание, а после ознакомительные уроки. Кажется, завтра оставшаяся часть ознакомительных уроков, а уже послезавтра распределение по кампусам. Глубоко вздохнув, девчонка шагнула за порог. Она приехала довольно рано, так что времени осмотреться, казалось бы, предостаточно. Здание было внушительных размеров, как снаружи, так и внутри. Четыре этажа, внушительных размеров зал, пара корпусов на улице и мелкие пристройки, узкая лестница в подвальные помещения… Стук сердца замедлился. Она уже видела это место. Что-то вело её всё ближе и ближе к спуску… Загипнотизированная темнотой, Саша ступила на ступень ниже. Это был сон на яву. Видение. Снова бег, уже знакомые заученные повороты улицы. Сегодняшний образ центра города. Новые видения. Участок. Вытоптанная тропа на пожухлой траве. Низенький заборчик. Морозный воздух. Женщина… Женщина? Раньше она не видела людей. Девушка, как оказалось, весьма молодая, медленно обернулась. – Есть кое-что, чего они не ведают… Будь осторожна, Кириштейн. – Кто Вы? – Ты узнаешь. Сейчас я дарую тебе проводников. Помощники укажут путь и помогут тебе выбраться невредимой из города, – девушка протянула ладони и на них возникли две человеческие фигуры. – Эту звать на левом плече будешь Хехелен, эту же величать на правом Барбарой Кулич. – Чего? Зачем? – однако женщина стала расплываться в сознании, образуя собой нечто среднее между светом и облаком густого тумана. – Назови хоть своё имя! – Мы ещё встретимся, милая, ничего не бойся. Зови меня Камдачкова… Видение рассеялось. Осознав себя в реальности, Саша прекрасно прочувствовала боль от удара затылком о каменный пол. Кажется, она немного задержалась. Сфокусировав зрение на экране смартфона, она в этом убедилась. Поднявшись по стенке нужно было привести себя в порядок. Хотя бы внешне. Что касается видений, такое происходило с ней впервые. Стоит ли говорить об этом маманне?***