ТРИ СТАДИИ.

***

POV Ксавьер. Не понимаю, что Уэнсдей нашла в этой волчице, чёрт с ней, Энид. Для меня эта на вид простая девчонка выглядит крайне нелепо и ни капли не утонченно, много лишних и ломаных движений. Конечно, чувству юмора и красоте глаз можно позавидовать, но кому это нужно в нашем мире. Разве я не лучше? Идеальные волосы, красивая и статная осанка, милая улыбка и жертвенность, разве не мечта любой? Вот и я также думаю. Так какого черта, я вынужден видеть то, как она страдает по ней в видениях? Это так удручает. Лучше бы видел этого ублюдка Тайлера, как раньше. Ещё и чертов бал по окончании триместра… Это там Вещь? Погодите-ка, это ведь отличный вариант! — Эй, Вещь, ты чего там несёшь? Дай посмотреть. End POV Ксавьер.

***

— Уэнсдей, ну пошли, у меня проход в вип-зону, — Ксавьер чуть ли не лежал возле её ног, пытаясь уговорить молодую девушку, — Я клянусь, ты не пожалеешь. — Ксавьер, я не собираюсь туда идти, — девушка продолжала печатать на машинке роман, не обращая внимания, на надувшегося парня, позже переводит взгляд на того и громко выдыхает, — Я хочу побыть наедине. — Я не уйду, пока ты не согласишься, — он упирается ладонью в щеку и посвистывает, предполагая факторы, которые могут вынудить Аддамс согласится, — К тому же, там будут Энид и Аякс, типо парного свидания устроим. Как тебе идея? — Парного? — Уэнсдей же на это болезненно усмехается, — Бред. Я не пойду. — Уэнсдей, ты собираешься сидеть и скучать в комнате одна? — парень почти рычит от досады. — Я собираюсь писать роман. — И думать о Энид? — якобы в воздух спрашивает парень, встречаясь с обеспокоенным взором Аддамс. — К чему тут это? — пытаясь сделать монотонным голос, произносит девушка. — К тому, что мне в видениях твои чувства к ней приходят каждую ночь, — Ксавьер морщится, — Может хватит по ней страдать? — Как та картина? — переспрашивает Уэнсдей, игнорируя последний вопрос. — Именно так, — Ксавьер краснеет, поджимая пальцы, — Только там, вы не целуетесь, как на картине. Уэнсдей смущённо уводит взгляд на окно, а позже сжимает переносицу, морщась. Тогда этот кусок бумаги воспринимался как глупость, сейчас — как знак о любви. — Это так раздражает. Чувства людей так сложны, — она переводит взгляд на Ксавьера, а после тычет ему фактом прямо в лицо, — Так что избавляйся от своих ко мне. Ксавьер не считает который раз сжимает кулаки от бессилия.

***

— Неудачно ты чувствуешь, — говорит Уэнсдей которую в очередной раз пихают в бок подружки Бьянки, — Какого тут так много людей? Лучше бы в комнате сидела, там не так шумно и чувствовала бы себя вполне самодостаточно. — Ты так до конца дня будешь мучаться? — Ксавьер громко выдыхает, пытаясь хоть немного приободрить и настроить брюнетку, — По-крайней мере увидишь тут много еды. — Ксавьер, ты серьёзно? — Уэнсдей запихивает в своё левое ухо палец и старается выглядеть максимально злой, растворяясь в болтовне Торпе, — В этом весь бал? — Да подожди ты, торопыга, — произносит Ксавьер, за что в следующую секунду чувствует ужасную боль в области пятки, как никак Уэнсдей наступила туда каблуком вполне обоснованно, по её мнению, — Твою мать! Я должен был ожидать этого, вполне в твоём духе. — В моём, значит, — Аддамс прикрывает глаза в преддверии начала, звук музыки из зала приятно расслабляет тело, окружающая обстановка не самая лучшая, но один день можно и потерпеть, думает девушка. — Ты входишь в резон, — усмехается парень. — Ага, — отмазывается брюнетка, наблюдая за тем, как с противоположной стороны мнутся люди в маленьком проходе, что забавляет её, она указывает туда пальцем, заставляя парня посмотреть в ту сторону, — Надеюсь, что кто-то помрет, чтобы поскорее отменили этот цирк. — Ты совершенно необоснованно зла, — он смотрит в карие глаза напротив, Уэнсдей же видит Юджина у которого за столиком сидит Бьянка, попутно флиртуя с ней, — Нравится видок? — Меня сейчас стошнит смехом, — брюнетка пытается успокоить свою и так излишнюю агрессию от происходящего, а в купе с этим удручающим «зрелищем», она держится на грани, чтобы не уйти. — Хорошо, хорошо, — он отворачивается в сторону ребят и направляется к ним. Уэнсдей стоит на месте, попивая шампанское заставляя мозг мутнеть. Ксавьер что-то шепчит этим двоим, хихикая, а позже подходит обратно к брюнетке, — Скоро медленный танец. Потанцуем? — Конечно, всегда об этом мечтала, — Аддамс в очередной раз саркастично отвечает, за что получает недовольный взгляд Бьянки, злящуюся на шанс отношений между двумя изгоями. — Если я напишу тебе картину с Энид, ты согласишься? — он вытаскивает свою ручку из сумки и вращает перед лицом Уэнсдей. — Я подумаю, — Аддамс неохотно задумывается, щуря глазки.

***

— Ладно, портрет этого стоит, — девушка держала пластиковую тарелку на которую стекала какая-то вишневая карамель. — Прикрой ротик, — Ксавьер почти вдавливает яблоко в рот Аддамс, еле успевающей его кусать, — И не забывай, оно очень калорийное, так что жуй дольше и маленькими кусочками. — Спасибо, — Аддамс прикрывает глаза, стараясь не ударить парня, как резко тишину разрывает музыка, каждый в зале замолкает, а в середину выходит ведущий безликий.

***

— Добрый вечер, уважаемые ученики! Так как близится конец учебы, мы организовали этот бал в дань уважения вашему труду. В зал резко вваливается еще большая толпа людей, заставляя других менять местоположение, лишь бы не задохнуться в этой куче. А дальше Уэнсдей не слышит потому что видит Энид и чёрт, как же она… — Она сногсшибательна, — тихо прошептала брюнетка, а по телу холодок пробежал, каждая молекула тела юной девушки жаждала большего, она впитывала каждую секунду. А позже музыка для медленного танца включилась резко и неожиданно, поэтому Аддамс попыталась отпустить образ ангельской внешности. Было что-то опасное в ней, тянущее словно дешёвая жевательная резинка, прилипающая к зубам, только та где-то в грудной клетке осела, область сердца странно ныла и просила большего. Будто молила о дальнейшем сосуществовании, пересечения взглядов, долгих поцелуев и грязных разговоров в полупустой комнате. Такое у Уэнсдей впервые. Ксавьер замечает это и тянет Аддамс в свои объятья, прижимаясь всем телом, пытаясь впитать весь образ девушки. — Не отвлекайся, — мягко произносит парень, когда Аддамс опускает глаза в пол. Кишечник противно тянет от этих касаний, её тошнит. Она даже не встречается с Энид, а уже чувствует будто изменила. Забавно чувствовать любовь, думает Аддамс. Ей овладело это чувство, которое рано или поздно настигает многих людей, — чувство какого-то странного удовлетворения, какой-то странной полноты; словом, то, что романисты и пожилые дамы называют любовью с первого взгляда. В какой-то осознающий ситуацию момент, глаза девушек пересеклись, что-то щелкнуло, словно ключ повернулся в замке. Уэнсдей отчётливо понимала, что не романтична, да и никогда не верила в любовь и до сих пор не верит, но в тот момент что-то почувствовала и не смогла отвести взгляда, будто приковали к батарее и сказали: «Вот это твоя судьба.» Но в разумной голове диктовал ещё одну гипотезу мозг, непрерывно думающий всегда. Очевидно, что любовь — это временное повышение уровня дофамина, норадреналина, пролактина, люлиберина и окситацина. Малюсенькая молекула фенилэтиламина (ФЭА) вызывает определенные ощущения: приподнятое настроение, возбужденность, эйфорию. Любовь с первого взгляда — это в нейронах лимбической системы происходит насыщение ФЭА. А нежность — это эндорфины (опиум для двоих). Общество водит нас за нос: впаривают великую любовь, когда на самом деле научно доказано, что эти гормоны действуют только три года. Не зря всё это учила же, правда, Уэнсдей? — Я не хочу танцевать, — произносит девушка, переводя взгляд за спину парня, сталкиваясь с глазами Энид, в которых казалось вся жизнь брюнетки кажется мелочью, живот тянет уже не из-за тошноты. — Расслабься, я не собираюсь тебя съесть, — парень обвивает талию девушки, задевая кружева на спине пальцем. — Очень успокивающе, — произносит Уэнсдей, заламывая палец парня, почти выворачивая, — Я не та девушка, с которой стоит распускать свои хлипкие ручонки. — Сильная хватка, — морща лоб, произносит парень, переводя взгляд на ярко-синеющий палец, — Может отпустишь? — Ещё раз так сделаешь и окажешься не только без пальца, но и без конечности, а то и нескольких, — рычит Уэнсдей, а после отталкивает от себя парня, уверенно направляясь к выходу из зала. — Эй, стой, — парень гонится за ней, превозмогая боль в пальце, Аддамс притворяется что не слышит, — Подожди, я не хотел! Уэнсдей, я—

***

Дальше разговор обрывается из-за быстрого ухода брюнетки с празднования, зато игры в догонялки Ксавьеру никто не отменял. Энид провожает парочку взглядом из-за плеч Аякса. — Они ушли, — произносит та, парень-медуза же сразу отпрянывает от девушки, поправляя шапку. — Серьезно? И как это поможет нам? — Аякс приподнимает густые брови, Энид тыкает ему палец прямо в лицо. — Помолчи. — Сначала она пишет тебе, а потом идет на свидание с другим. Разве это нормально? — непонимаюше спрашивает парень. — Сначала ты говоришь, что я тебе нравлюсь, а потом хочешь лечь в кровать к Ксавьеру, — произносит Энид, — Разве это нормально? Медуза морщит брови в очередной раз. — Ладно, молчу, — он нагибается к уху волчицы, — План-то у нас какой? — Думаю, стоит пойти за ними, — как-то чрезмерно спокойно говорит Энид, парень стоящий напротив удивлённо открывает рот. — Думаю, стоит никуда не идти, — спустя секунды тишины, вторит себе он. — Плохо думаешь, — восклицает Энид, а после за руку тянет Аякса за собой. — Я уверен, что это не приведет ни к чему хорошему. — А ты уверься, к худшему это тоже мало как приведет. — Нет такого слова, — бурчит парень. — Зато есть такая я, — умилительно улыбаясь, тянет девушка. — И не поспоришь, — выдыхая произносит Аякс, направляясь следом.

***

— Они ругаются, — произносит Аякс, видя то, как Уэнсдей секунду назад разворачивается лицом к Ксавьеру, тыча им пальцем в лицо. Энид хмурит брови на слова парня, вывести из себя Аддамс почти невозможно. Возможно Синклер просто надеется, что через пару минут тут не будет валятся труп Торпе. — Что ты пытаешься сделать подобными действиями? — монотонно произносит Уэнсдей, — Ты серьезно расчитываешь на что-то большее? Огорчу тебя. — Мне хватит и общения, но разве ты не слишком агрессивно на всё реагируешь? Вечно страдать собираешься? — спрашивает Ксавьер, а у Уэнсдей к голове кровь приливает, и она почти вбивает тело парня в стену. — Я достаточно спокойно реагирую для того, кто хочет освежевать твоё самодовольное лицо с телом. — Это комплимент? — хихикает Торпе. — Угроза, — произносит Уэнсдей, а после со всей силы ударяет дверью комнаты, заходя туда, Ксавьер бьёт кулаком в косяк, — Не смей больше здесь появлятся, у меня несварение появляется лишь стоит увидеть твоё лицо. — Блядство, — начиная с тихого, произносит он, — Ну и прячься в своей скорлупе и страдай по ебанной собаке, которая тебя даже близко не рассматривает. Инид думает о какой собаке идёт речь. У Уэнсдей новый питомец? — Ты…- дверь комнаты неожиданно открывается, пугая самого Ксавьера, а из неё выходит Аддамс, плотно сжимающая письменную машинку в руке, — Болтаешь слишком много. Если так хочется покричать, сделай это в кабинете директора или в комнате Бьянки, но не здесь, не перед моей с Энид комнатой. — Конечно же, — усмехается парень, — Тебе же нравится эта Синклер, поэтому ты и защищаешь её, — Энид вздрагивает из-за каверканья её фамилии, но слова Ксавьера сказанные ранее ещё больше вгоняют её в ступор, — Ты хоть раз думала о ком-то другом кроме себя?! Не только ты влюблена здесь! Обрати ты на меня внимание, чем я недостоин? Я делаю для тебя всё! Я готов ради тебя на верную смерть пойти, а ты тащишься по собаке, бездумно любящую склизкую змею. Я считал тебя действительно сообразительной, но сейчас, сейчас ты не больше чем влюбленная дурочка слепо думающая только о себе и своей недолюбимой. — А ты болтлив для того, кто говорит, что любит меня. Только вот одно но, я не люблю лишних разговоров и глупого трёпа, — Уэнсдей замахивается на парня машинкой, Энид и парень-медуза быстро переглядываются, начиная действовать, когда предмет уже находится возле лица Ксавьера, выбежавший Аякс мешает попасть ей в голову парня, останавливая. Аддамс слышит волчий рык справа от себя, медленно поворачиваясь. — Остановитесь! — кричит Синклер, почти свобращенная в оборотня, а глаза Уэнсдей теряются в воздухе, сердце падает в пятки, а из рук вываливается машинка, ломаясь вдребезги. Она влипла.

***

— «Если бы я знала, что это произойдет, осталась бы здесь» — думает Уэнсдей, запертая в своей комнате из-за недавнего происшествия. — Дэй, ты здесь? — мурча спрашивает Энид, на голове которой уши, после неполного обращения. — Да, тут, — взволнованно произносит Аддамс. — Те слова Ксавьера о том, что я тебе нравлюсь, это типо, — Энид немного прикрывает глаза, проходясь по ещё более бледному лицу Аддамс, а позже из-под ресниц произносит, — Признание в любви что ли? — Я…ээээ… — брюнетка не могла сказать, что было страшно. Лучше было бы выразиться, что она не чувствовала никакого страха, подобно тому как в первое мгновение не чувствуют никакой боли те, в кого попала пуля. А после, вместо спокойной веры в будущее, она стала испытывать впервые веру в мирную смерть, а не мучительную и долгую. Она наверняка никогда не задумывалась зайти так далеко в своей растерянности. А сейчас и прикаянности.

***

— Я понятия не имею о чём он, если честно, — поворачивая голову в бок, говорит Аддамс лишь бы скрыть легкий румянец на щеках. — Оу, вот как, — голос девушки напротив звучит как-то грустно, что не остаётся незамеченным перед брюнеткой, волосы падают ей прямо на лицо, прикрывая глаза, — Жаль. А после быстро выбегает из комнаты, оставляя брюнетку додумывать себе невесть что. Уэнсдей от шока открывает рот так, что можно было запихнуть туда пару десяток, а то и сотен мух. Энид только что сказала, что ей жаль из-за того, что Уэнсдей её не любит? Это звучало именно так, ну или Аддамс просто старается внушить себе, что это так. Но это же так? Поэтому поспешно хватая в руки телефон, удачно подаренный Ксавьером, она медленно разбираясь в функции приложения, печатает Энид:

Я люблю тебя, Энид Синклер. Не жалей. Пожалуйста.

— Это выглядит так, будто это писал ребёнок, — выдыхает Аддамс, перечитывая текст, падает на кровать, — дьявол, любовь — это так чертовски сложно. Особенно для меня.