Возвращение в поместье Принц /Return to Prince Manor

      Пролетели последние три учебных дня, наполненные слухами о том, как погиб Волдеморт. У Гарри и Северуса несколько раз брали интервью Рита Скитер и её коллега-репортёр Амос Джиггер, предлагавший своим собеседникам «пропустить по стаканчику» огневиски или, в случае Гарри, сливочного пива. Северус вежливо отказался, а вот Гарри с удовольствием разделил свой напиток с общительным журналистом. Хогвартс почтил визитом сам министр, и, поздравив Гарри и Северуса, провозгласил семью Снейпов героями столетия за то, что они прикончили Волдеморта. Он заказал новую статую под названием «Поражение Волдеморта от Снейпов-победителей», чтобы разместить её на фонтане в Министерстве. Благодаря показаниям, взятым у Крауча-младшего под веритасерумом, он уже не сомневался в правдивости утверждений Снейпа и Дамблдора о возвращении Волдеморта.       На следующий день после Великой Битвы Седрик во время завтрака подошёл к Гарри в Большом зале.       — Снейп, можно тебя на два слова? Наедине?       — Конечно, Диггори. — Гарри последовал за Седриком в маленькую комнатку, где ещё осенью чемпионы собирались, чтобы выслушать правила турнира. — О чём ты хотел поговорить?       Прочистив горло, Седрик начал:       — Ну, я… Просто хотел сказать, как мне жаль, что я не объявил сразу, что это ты помог мне справиться с последним заданием. Когда я появился, то всё, что я хотел сделать — позвать на помощь профессора Снейпа. Но все видели, как я вернулся с Чашей, так что они просто… решили, что я выиграл Турнир. Мой факультет был так счастлив, а мой отец… да он летал просто!.. И всё же я должен был сказать им. С моей стороны было неправильно позволить им думать, что победил я. Может, мне сходить к Дамблдору и рассказать ему, что на самом деле произошло? Я не считаю, что вправе забрать приз…       — Седрик, стой, — поднял руку Гарри. — Не волнуйся ни о Турнире, ни о призовых деньгах. Я уже говорил: мне не место на Турнире, я и попал-то туда только из-за Барти-младшего, который что-то сотворил с Кубом Огня… или, как его называют фейри, Чашей Чудес. По хорошему, я должен был сидеть на трибуне и болеть за тебя. Оставь себе и Кубок, и деньги. Мне они не нужны.       — Ты уверен?       — Более чем. Это будет наш маленький секрет, — успокоил "барсука" Гарри.       Седрика его слова, казалось, так и не убедили.       — Но ведь ты провёл нас мимо руноследа…       — Ты мог пройти и сам, усыпив его. Не переживай, Седрик. Пусть будет так. Надо, чтобы не только у Гриффиндора был свой герой. Ну, и чтобы репортёры охотились за кем-то, кроме меня, — улыбнулся Гарри.       — Ладно, Снейп. — Седрик протянул руку, и Гарри пожал её. — Друзья?       — Друзья.       Они открыли дверь и чуть не врезались в Гермиону, которая держала в руке стеклянную банку. Седрик удивлённо посмотрел на неё:       — Ты теперь собираешь жуков, Грейнджер?       Гермиона кивнула.       — Это очень редкий вид. Такого я раньше не встречала.       — Супер, — безразлично пробормотал Диггори. — Покажи его профессору Спраут. Она обожает редких жуков, но до тех пор, пока они не в её теплицах или оранжерее. — Седрик попрощался с гриффиндорцами и прошёл в зал.       Гарри посмотрел на Гермиону, вопросительно подняв бровь.       — Что это за жук? — Он был большим, ярко-зелёным, со странными отметинами вокруг глаз. — Я такого никогда не видел.       — Он единственный в своем роде: жук Скитер, — прошептала Гермиона, затащив Снейпа в маленькую комнату и захлопнув дверь.       Гарри почувствовал головокружение от её слов.       — Я не понимаю. О чём ты говоришь, Гермиона?       Та понизила голос:       — Помнишь, мы пытались выяснить, как Скитер удаётся раскапывать грязные секреты для своих статей? Как она узнаёт о людях то, что никто другой не может? Ну, я видела, как вы с Седриком вышли из зала сегодня утром, и заметила, что Скитер выскользнула из-за стола и последовала за вами. Я решила за ней проследить. Когда же я дошла сюда, то её не было — только зелёный жук сидел на двери. И тогда я поняла.       — Поняла что?       — Поняла, что она — анимаг. Её форма — жук. Смотри, как цвет жука совпадает с её костюмом? А отметины вокруг глаз напоминают очки — прямо как у Макгонагалл, когда она превращается в кошку.       Гарри посмотрел на пойманного жука и увидел, что Гермиона права.       — Я знаю заклинание, чтобы вернуть ей истинное обличие, — сказал Гарри и навёл на банку свою палочку.       Жук начал отчаянно мотать головой.       — Видишь, Гарри. Ты Рита, не так ли? — спросила насекомое Гермиона.       Жук отрицательно покачал головой.       Девушка нахмурилась.       — Не ври. Гарри, накладывай заклинание!       Жук стал отчаянно кивать и качать головой.       Гарри сузил глаза.       — Вы услышали всё, что говорил Седрик?       Быстрое отрицательное покачивание головой.       — Но большую часть разобрали?       Положительный кивок.       — Вы планировали написать об этом статью?       Резкий кивок.       Гарри сжал зубы.       — Если напишете хоть слово об этом, я раскрою вас, как анимага, Скитер. Потому что готов поспорить, вы не регистрировались.       — Нет. Я запомнила всех зарегистрированных анимагов в Британии. Их не так уж много, — решительно сообщила Гермиона. Она, нахмурившись, взглянула на жука. — Вы — самый подлый, изворотливый, коварный кусок дерьма, что я встречала. Лезть в частную жизнь людей и использовать информацию, чтобы сделать себе карьеру! Это просто отвратительно. Гарри, мы действительно должны доложить о ней!       — М-м-м… — Снейп-младший поджал губы, а потом медленно покачал головой. — Мы не можем, Миона. Нельзя так рисковать. Она слишком много знает о последнем разговоре, который должен остаться тайной.       — Хорошо, но вы поклянётесь никогда не раскрывать того, что слышали в разговоре между Гарри и Седриком, или… Согласны?       Жук отчаянно закивал.       — Хорошо. — Грейнджер выпустила жука, который подпрыгнул и улетел.       Гермиона дала «пять» Снейпу.       — Давай пойдём, поедим — я проголодалась.       Гарри снова вошёл в зал и присел за стол. Он поблагодарил Бога, что домашние эльфы сохранили его завтрак горячим. «Ну, одна загадка решена, — подумал он, жуя кусок бекона. — Гермиона могла бы стать неплохим детективом».       — Где ты был? — спросил Рон, который запоздало сообразил, что Гарри не на своем обычном месте.       — Ловил жуков с Гермионой, — загадочно ответил Гарри.       — А? Каких жуков?       — Позже расскажу. Просто ешь, — отмахнулся Гарри и приступил к трапезе.

***

      — Да вы шутите! — воскликнул Рон с набитым ртом, когда услышал, что Гарри рассказал ему о Скитер. — Я никогда бы не подумал, что она а…       — Тише, Рон! — зашипел Снейп. — Никто, кроме нас, не должен знать об этом.       — О, точно, — проглотил ещё один кусок Уизли. — Простите.       — Гриффиндорцы! — фыркнул Драко. — Не могут сохранить секрет, даже если от этого зависит их жизнь.       — Мы с Гарри можем, — возмутилась Гермиона.       — Я тоже могу, — присоединилась к ней Кэти.       — Это потому, что вы — девушки с мозгами, а мой брат — Снейп, — заявил Драко. — Кстати, о Снейпах: когда ты собираешься показать мне руноследа, Гарри?       — Сейчас, — ответил тот, отталкивая тарелку. — Я готов.       — Какой рунослед? — спросил Рон. — Они очень редкие, я никогда их не видел.       — Тогда пойдём со мной.       Драко, Рон, Кэти и Гермиона встали и собрали свои вещи — у них уже не было занятий, как и домашней работы.       Гарри отправился на поле для квиддича, где находился лабиринт. Он всё ещё стоял, и Гарри осторожно повёл всех внутрь. Снейп прошёл через небольшое пространство, где на пьедестале стояла Чаша, а потом через дубовую дверь. Он огляделся и увидел большое гнездо из сухих листьев и веток. Снейп тихо зашипел, приветствуя руноследа.       Из гнезда высунулась сонная голова.       — Кто зовёт? — зашипела в ответ Азелла.       — Это я, Гарри Снейп, — ответил Гарри на парселтанге. — Помнишь, я обещал, что вернусь и отвезу вас туда, где можно спокойно жить и растить своих змеёнышей?       — Ах, да! Юный волш-шебник, ты сдерш-шал своё обещ-щание! — сказал Азиль, и в его голосе явно слышались довольные нотки.       — Впервые человек с-сделал то, ш-што обещ-щал! — заявил Аштерит, а затем бросил на Гарри сердитый взгляд. — Но зачем ты разбудил нас-с в такую рань, Говорящ-щ-щий? Мы любим с-с-сон до полудня, а потом принимаем с-с-солнечные ванны.       Из гнезда поднялись все три головы, после чего рунослед качнулся вперёд, выползая из гнезда так, чтобы смотреть на Гарри, свернувшись, как чешуйчатый клубок. Три головы кивнули и развернулись, пробуя воздух своими раздвоенными языками.       — Прости. Я просто хотел убедиться, что ты в порядке, — повинился Гарри. — Мои друзья и брат пожелали с тобой познакомиться.       — О? — Все три головы качнулись, посмотрев в сторону двери, где стояли Драко, Гермиона, Кэти и Рон.       — Чёрт возьми! — воскликнул Рон, у которого глаза вылезли из орбит от страха. — Ты не говорил, что это — гигантский рунослед!       — Боже мой! Он почти с тебя, Гарри, — заметила Гермиона. — Интересно, как он стал таким большим?       — Глупыш-шка! — засмеялся Азиль. — С-смея никогда не перес-стаёт рас-сти. Мы вырас-стаем нас-столько, нас-сколько позволяет природа!       Гарри перевёл слова Азиля остальным.       — Сколько ему лет? — спросил Драко. — Или это «она»?       Гарри повернулся и перевёл вопросы брата, хотя был почти уверен, что змея понимает человеческую речь. Он не возражал побыть «толмачём» — когда ещё ему удастся потренировать свои навыки.       — Нам, по-вашему, около ста лет. И поскольку среди нас два самца и одна самка, вы можете обращаться к нам «он».       — О. Хорошо. Как тебя… э-э-э… вас зовут? — спросил Драко.       Это Гарри мог не переводить:       — Правая голова — Азиль, средняя — Азелла, а левая — Аштерит.       — Мы рады познакомиться с вами, Азиль, Азелла и Аштерит, — почтительно произнесла Кэти и поклонилась змее.       Рунослед зажмурился от удовольствия.       — А-а-а… Как приятно, когда вас ценят!       — Это моя… э-э-э… будущая пара, — объяснил змее Гарри, ибо на парселтанге не было слова «девушка».       — Хорош-ший выбор! — одобрил Аштерит.       — Она с-с-спос-собна вынос-сить много детёныш-шей, — откровенно сказала Азелла.       — А… Да… — Гарри затих, покраснев. Он забыл, какими прямолинейными были змеи, когда дело доходило до обсуждения вопросов размножения.       — И она уваж-жительно с-с нами общ-щаетс-ся, — одобрительно признал Азиль.       — Что они говорят, Гарри? — спросила Кэти.       — Что ты им нравишься и «спасибо», — кратко перевёл Гарри.       — Какая у него удивительная окраска! — с восхищением произнесла Гермиона. — Оранжевые чешуйки как пламя, а чёрные — как ночь. Очень красиво!       — А на с-с-солнце ещ-щё лучш-ше! — добавил рунослед.       Змея крутилась и разворачивалась, чтобы подростки могли полюбоваться блеском её чешуи на свету.       — Но, Гарри, как мы собираемся взять с собой змею такого размера? — отметил Драко. — Папа не сможет аппарировать кого-то таких внушительных габаритов одновременно с нами. Да и мы не летаем.       Гарри был в растерянности. Он никогда не думал, как они собираются перевозить руноследа.       — Э-э-э…       Аштерит поднял голову.       — Хм… Говорящ-щ-щий… Это не будет проблемой. Мы можем уменьшитьс-с-ся.       — Правда?! В тебе есть магия?!       — Немного, — сообщила Азелла. — Смотри!       Рунослед засветился, а затем начал уменьшаться, становясь всё меньше и меньше, пока не стал размером с королевскую кобру.       — Вот! Теперь могу уместиться в твоём кармане, — прошипел Азиль, и Гарри встал на колени, а рунослед заполз ему по руке и обвился вокруг шеи под воротником мантии.       После этого ребята тут же вернулись в замок.       — Не могли бы вы остаться в моей комнате до конца дня? Людям не очень комфортно рядом со змеями.       Азиль вздохнул.       — Как пожелаеш-ш-шь.       — Люди боятся нас-с-с, почитая с-с-символом зла. Я не понимаю этого, — печально сказала Азелла. — Мы едим парас-ситов, которые принос-сят болезни и портят ваш-шу пищ-щу.       — Люди лиш-шены раз-зума! — проворчал Аштерит.       Рунослед свернулся на подушке Гарри, и тот улыбнулся, прежде чем отправиться в класс.

***

      Наступило последнее школьное утро, Гарри проснулся рано и взял с собой руноследа на утреннюю прогулку, позволив ему поохотиться в траве перед завтраком — он был ещё в своей маленькой форме, и мог есть мышей или маленьких птиц. Рунослед признался Гарри, что редко становится огромным, потому что очень трудно найти пищу походящих размеров, хотя подросток заверил его, что в поместье будет много оленей и кабанов.       В то время как рунослед охотился, Гарри отправился к сторожке Хагрида, а затем сделал крюк к Чёрному озеру. Он был в нескольких футах от тёмной воды, когда увидел удивительное зрелище: Луна Лавгуд, стоя босиком в траве, одетая в довольно лёгкое зелёное с золотом платье, похожее на сарафан, с длинными волосами, развевавшимися во все стороны, обнимала высокого мужчину в тёмных одеждах.       Он был весь в чёрном, вплоть до отполированных ботинок. Гарри, конечно же, узнал его — это был Дункан Вейвстрайдер, келпи, который помогал ему с переводом древнего свитка и который сопровождал Луну на Рождественский бал. Гарри считал, что эти двое были идеальной парой, несмотря на то, что изначально Дункан увлёкся Кэти. И теперь Снейп оказался прав, так как они обнялись и поцеловались на прощание.       Луне пришлось встать на носочки, чтобы поцеловать Дункана, но тот, казалось, не возражал. Он просто подхватил её на руки, и так и держал.       Гарри покраснел и отвернулся. Он был рад, что Луна наконец нашла кого-то, кто оценил её. Он не был уверен, видит ли Дункан мозгошмыгов и других странных созданий, о которых она говорила, но одно знал точно: келпи останется верен Луне, таким уж он был. Некоторые фейри могут быть ветреными, однако большинство из них были постоянными: если уж давали слово, то держали его, как Сара и Дункан.       Гарри развернулся и продолжил свою утреннюю прогулку, закончив её через час в Большом зале. Все знамёна там окрасились в чёрно-жёлтый — цвета Хаффлпаффа — в честь Седрика и его победы. Гарри съел только сосиску и сэндвич с яйцом и выпил стакан тыквенного сока, потому как предпочитал аппарировать на пустой желудок: этот способ перемещения частенько вызывал у него тошноту.       После заключительной речи Дамблдора Гарри попрощался со своими друзьями, заверив их, что будет обязательно им писать, а Кэти пообещала пригласить его и Драко с Северусом в гости через неделю или две.       — Вот. — Снейп вызвал свистом Фрост, и молодая полярная сова тут же подлетела к его плечу. — Возьми её к себе, чтобы твои письма доходили. Фрост знает дорогу в поместье Принц, ведь она там родилась.       Щёки Кэти порозовели.       — Ты отдаёшь её мне? Чтобы о ней заботиться?       — Да. Я люблю её, но… Тебе она нужна больше, чем мне, ведь твой Метеор уже стар.       — Он принадлежал ещё маме, — пробормотала Кэти. — Ему действительно пора на заслуженный отдых. Иногда он теряется, и письма приходится ждать по нескольку дней.       — Ну, Фрост — отличная сова. И я не использую её так часто, как должен, потому что не хочу пренебрегать Хедвиг, — ответил Снейп.       — Спасибо, Гарри! Мне она очень нравится! — Кэти погладила Фрост по грудке, а белоснежная сова подставила голову под ласку своей новой хозяйки и тихонько заворковала.       Кэти наклонилась и поцеловала своего парня в щёку.       — Ты такой милый, Снейп! И мне повезло, что у меня есть ты.       Гарри склонил голову, покраснев, потому что так и не научился спокойно принимать комплименты.       — Пожалуйста!       Драко гордо ухмыльнулся.       — Ему досталось это от меня, — шепнул он Гермионе. — Я научил его всему, что он знает о романтике. Но, конечно, кроме этого… — Он наклонился и поцеловал Гермиону. — Этому он должен научиться сам.       Щёки Гермионы приобрели оттенок чайной розы, и она насупилась:       — Малфой, это уже слишком! — и поцеловала его в ответ.       Рон получил надушенную записку от Зары — француженки, которую он пригласил на Йольский бал, — в которой та обещала ему писать и никогда не забывать. Он покраснел, как клубника, когда Драко щебетал ему о его французской любви. Уизли понюхал записку, улыбнулся, а затем спрятал её в карман.       Гарри очень надеялся, что близнецы не найдут это письмо, ведь в противном случае они не дадут Рону прохода.       Все встали и пошли за чемоданами, коробками и вещами из своих комнат. Гарри встретил Северуса и Драко в вестибюле, и его сундук плыл за ним. Клетку с Хедвиг он держал в руке, а руноследа спрятал в карман.       — Вы готовы? — спросил Северус. Крошка спокойно сидела у него на плече, как всегда, а сломанное крыло было прижато к телу.       — Да, папа, — ответили его сыновья.       — Хорошо. Уменьшите ваши вещи и положите их в карман: мы отправляемся. — Северус держал руке поводок Кафаля, и тот спокойно сидел у его ног.       Как только ребята выполнили поручение, они вместе прошли через ворота Хогвартса, и Северус взял их за руки и переместился в Одинокие пустоши.       Место было таким же, каким запомнил его Гарри — мрачное, холодное, без единого деревца или укрытия. В ногах клубился туман, который становился всё толще и толще, и Гарри задрожал от неестественного холода, который шёл от него. Драко наблюдал за тем, как Северус сделал несколько шагов, держа свой волшебный посох, а затем остановился и посмотрел на Гарри.       — Сейчас самое время потренироваться раздвигать волшебный туман. Иди сюда.       Гарри был взволнован, но послушно подошёл к тому месту, где стоял старший Снейп, и струйки тумана взбирались по его ногам, как плющ.       — Что мне делать?       — Возьми медальон в левую руку и сосредоточься на нём. Почувствуй связь с поместьем Принц. Сосредоточься на том, как ты себя чувствуешь, представь это у себя в уме, — проинструктировал Северус. — Туман — часть поместья, он почувствует вашу связь.       Гарри повиновался: сняв медальон и, держа его в руке, сконцентрировался на своём доме, по которому ужасно скучал. Представил усадьбу, сад и пруд с рыбой; оранжереи, где они с Драко гоняли на мётлах и куда он ходил на рассвете собирать фиолетовые сердцевидные мерлинны.       Домой. Домой. Я хочу домой.       Он почувствовал, что где-то глубоко внутри вспыхнула его связь с поместьем.        Внезапно туман поглотил его.       — Хорошо, теперь подними руки вверх, как дирижёр, — продолжил объяснять Снейп. — Вот так. Теперь произнеси на латыни: «Расступись» и быстро опусти руки.       Гарри скопировал быстрое уверенное движение отца и почувствовал движение тумана.       Он не желал ему подчиняться, и Гарри разочарованно пожаловался:       — Пап, не выходит.       — Ну, сразу ни у кого не получается: ты просто недостаточно сосредоточен. Попробуй ещё раз.       Гарри произнёс формулу три раза, прежде чем туман, наконец, решил развеяться, открывая вид на кованые железные ворота с выемкой для амулета, какой был только у них с Северусом.       Гарри с горящими взглянул на отца.       — Окажешь нам честь?       — С удовольствием, — ответил тот и прижал свой амулет к воротам. По кованой решётке медленно потекло жидкое серебро, заставляя прутья светиться.       Через несколько мгновений ворота широко распахнулись.       Гарри почувствовал зов поместья ещё до того, как шагнул сквозь туман на его территорию. Он не мог сопротивляться, а потому оказался там раньше отца и брата, чувствуя, что земля приветствовала его с каждым шагом. «Наследник вернулся! К нам вернулся наследник!»       Гарри широко улыбался от переполняющих его чувств.       «Да, вернулся. Эй, мне интересно, можно ли повидаться с Севом Принцем?»       Цветы хихикнули и замолчали.       «Он где-то здесь», — прошелестел ветер.       Так как призрак был привязан к земле, он не мог уйти, но мог сделать себя невидимым и пугать людей по собственному желанию.       Гарри ощутил скрытую магическую силу в земле, которая поднялась и вошла в него, и он почти взорвался от радости. Он чувствовал землю и всё то, что росло и жило на ней. Он хотел бегать кругами, как сумасшедший или бешеный пёс, кататься по земле и смеяться до полного изнеможения.       Он наконец-то был дома, и это было прекрасно.       — Мы с Драко распакуем вещи. Почему бы тебе не остаться здесь ненадолго и не поискать Азилю, Азелле и Аштериту новый дом?       — Я как раз собирался это сделать. Ты читаешь мои мысли?       — Совсем нет. Просто логическое заключение. — Северус игриво потрепал волосы Гарри. — Увидимся дома, сынок. Мы перекусим, и вы с братом сможете приступить к выполнению летних заданий.       — Папа! Нет! — возмущённо крикнули мальчики в один голос.       Северус ухмыльнулся.       — Шучу.       Гарри направился к саду, который был наполнен ароматами персиков, груш, яблок и апельсинов. Он знал, что на рассвете созреют мерлинны.       Он прошёл по саду, сорвал персик и надкусил его. Сладкий сок потёк по подбородку. Всё здесь было невероятно вкусно: это была часть магии фейри, сохранявшая все плоды молодыми, цветущими и спелыми.       Гарри направился к лесу, где и вытащил из кармана руноследа.       — Вот ваш новый дом. Будьте осторожны: тут водятся опасные животные. Как волшебные, так и обычные. Но я уверен, что вам здесь понравится.       Рунослед огляделся, охотно исследуя свою новую вотчину. Он замерцал и стал размером с питона. Поблагодарив юного волшебника на прощание, он медленно уполз в чащу.       — Мы с-с-скоро встретимс-ся! — пообещал Азиль.       — Как только найдём подходящее мес-сто для гнезда! — добавила Азелла.       — И с-с-слегка подкрепимс-с-ся, — напомнил Аштерит. — Прощ-щай, Говорящ-щий С-с-снейп!       Гарри смотрел, как рунослед удалялся, гадая, когда они снова увидятся, а потом развернулся и направился в поместье.

***

      Один большой «подводный» сэндвич и стакан сока мерлинны — и Гарри почувствовал, что уже сыт и хочет вздремнуть. Так как у Северуса ещё не было списка дел по дому или летнего графика работ, Гарри знал, что может это сделать, и направился в свою спальню, но перед этим на всякий случай уточнил:       — Папа? Мы с Драко всё так же занимаем одну комнату?       — Нет. Вы же не наказаны, а значит снова можете спать в своих постелях, — ответил Северус, держа в руках чашку с ромашковым чаем.       Драко и Гарри радостно закричали и направились каждый в свою комнату, чтобы распаковать вещи или, в случае Гарри, поспать.       Спустя мгновение к нему присоединилась Крошка, свернувшись клубочком на подушке рядом с ним.       Драко разбудил его к ужину, который был простым: суп и жареный бекон с сыром и помидорами, так как готовил Драко.       Рядом с Крошкой стояло блюдце молока с мёдом, немного бекона и хлеба с сыром.       После ужина Гарри вымыл посуду, а затем они разместились на диване, чтобы почитать и обсудить события Турнира.       Наконец Гарри почувствовал, что его веки тяжелеют, и зевнул.       — Спокойной ночи всем. Пойду-ка я спать.       — Спокойной, Гарри.       — Спокойной ночи, сынок.       «Приятных снов, Гарри. Поместье радуется твоему возвращению»       Гарри пошёл в ванную и, закончив водные процедуры, лёг спать. Он свернулся клубком под прохладными простынями и радостно подумал: «Наконец-то я дома!»       Он крепко заснул и во сне снова встретил Сева Принца — своего предка-полуфейри, Духа-Хранителя поместья Принц.       Гарри обнаружил, что сидел в оранжерее под мерлинновым деревом, а перед ним стоял высокий мужчина с длинными тёмными волосами, завязанными в хвост, одетый в платье средневекового периода, чёрные тартановые брюки и длинную серебряную тунику с голубой рубашкой под ней. Его глаза были такими же зелёными, как у Гарри.       — Рад новой встрече с тобой, юный Снейп. Ты наконец-то вернулся в поместье Принц. Ты закончил свои странствия?       — Сев! — Гарри влетел в объятия старшего Принца. — Да, и мне так приятно снова быть дома.       Северус Принц широко улыбнулся; кончики его острых ушей слегка высовывались из-под волос.       — Я точно знаю, что ты чувствуешь. В каких бы удивительных местах я ни побывал и сколько интересного ни видел — с домом ничто не сравнится. Даже дворец Королевы фейри. — Он крепко обнял молодого наследника. — С возвращением, Гарри. Хорошо, когда и наследник, и его преемник оба находятся здесь. Земля радуется. — Он наклонился и поцеловал Гарри в лоб. — Иди, дитя, спи спокойно.       Гарри открыл глаза, но, увидев, что ещё ночь, снова уснул. Вокруг было тихо, ни один звук не потревожил его покой. Он спал глубоко и мирно и проснулся, когда рассвет коснулся верхушек деревьев.       Встав с постели, Гарри запрыгнул на метлу и вылетел в сад с небольшой сумкой. Он начал собирать мерлинны и, наполнив сумку, вернулся в дом. Драко всё ещё спал, так что Гарри не пришлось сражаться за то, чтобы принять душ первым. Иногда быть ранней пташкой весьма полезно.