Дорогой друг(?)

Последнее время я много читаю. Но так было не всегда. До начала средней школы я не прочитал ни единой книги до конца. В своё оправдание могу добавить, что у меня правда не было на то времени: школа, фигурное катание, музыкальные кружки, изучение языков с репетиторами. Когда ты ребёнок, такая загруженность держит тебя на плаву. Ты чувствуешь свою ответственность не только перед родителями, но и репетитором, который задал тебе десять листов упражнений, перед преподавателем музыкальной школы, который сказал быть готовым играть на следующей неделе с педалью, и тренером, который ждёт, пока ты сбросишь несчастные триста грамм, чтобы отправить тебя на соревнования. Но по мере того, как я становился старше, до меня медленно начало доходить, что мне совсем не нравится вариться в этой житейской суете. Каждый раз, когда возвращался в школу после длительного отсутствия, я не понимал, почему все вокруг меня такие громкие, счастливые и бодрые. Я был невероятно уставший, переживал по каждому поводу, а моим самым большим страхом было опозориться на уроке, получить самую низкую отметку во всём классе. Много детей пытались подружиться со мной, но я не понимал этого, поэтому никак не поддерживал с кем-то общение, боясь быть навязчивым. И, если быть ну уж совсем честным, я отбирал себе друзей, сам этого не понимая. Однажды нам задали написать сочинение на тему: «Моя любимая книга». Единственное, что пришло мне в голову, это написать про энциклопедию о животных, которую я периодически листал, читая абзацами о каких-то ядовитых пауках и змеях. Но я знал, что другие дети напишут хорошие работы под диктовку своих родителей, и среди них точно будут те, кто упомянут литературу старших классов, лишь бы произвести впечатление. Я уже писал выше, что не люблю позориться, но ещё больше я не люблю несправедливость. Поэтому, вместо того, чтобы порвать свою работу на мелкие кусочки, и начать с чистого листа то, что бы сделал любой другой прилежаний ученик, с которым я себя ассоциировал, я закончил писать СВОЁ сочинение. Я написал, что мне не нравится читать, что в моей жизни ещё не было такой книги, которая привила бы мне любовь к этому делу, но я знаю, что это точно когда-то произойдёт, и я с радостью напишу о ней. Преподаватель назвал моё сочинение лучшим. Он похвалил меня за мою честность, грамотность, и прочитал мою работу на весь класс. В этом же году я начал часто болеть. Я быстро рос, нагрузки становилось всё больше, и я уже медленно превращался из идеального ребёнка-паиньки в вечно недовольного и раздражённого парня. Тогда я и начал читать. Сидеть дома в зимнее время одному — скучно, и я из чистого любопытства начал рассматривать огромные домашние шкафы с книгами. Я влюбился в это чувство, когда пустая комната, в который ты находишься, заполняется людьми, событиями и красками истории, а моя собственная пустота — чувствами, эмоциями и переживаниями героев. Я осознал, что совсем не один, когда со мной есть книга. Такое общество мне нравилось больше, чем в школе. Через время я понял, что книги помогают не только «заполнить пустую комнату», но также и опустошить забитые народом места.

***

«…выпал снег», — прочитал я и немедленно захлопнул книгу. Завтра первый день лета, а я страдаю непонятно чем, вместо того, чтобы готовиться к экзаменам, или хоты бы просто выйти на улицу, подышать свежим воздухом. Да мне и здесь хорошо, у себя в кровати на втором ярусе, с щелью между потолком и стеной, из которой периодически вылезает небольшой паучок. — Я тебя вижу, — вдруг сказал я вслух. А он, как будто всё понимая, немедленно заполз обратно к себе в домик. Поправивши очки, я продолжил читать, лишь бы не открывать учебник по высшей математике, потому что это бессмысленно, пытаться выучить материал за весь семестр за один вечер. Правда, как только я начал вчитываться, мой телефон завибрировал. Лениво повернувши голову в сторону, я увидел на экране: «sun0_0 отправил вам историю». Кажется, назревают очередные сплетни, а Сону, как это и должно быть, узнаёт обо всём самый первый. «Публикация недоступна». «Хм, — удивился я, — наверное удалили». Вы: Не могу посмотреть Я откинул телефон обратно в сторону и продолжил читать. Потом спрошу, что там было, подумал я. Наверное, опять первокурсники с филологического что-то натворили. Я был почти на все сто уверен в этом, но всё-таки доля сомнения и какая-то необоснованная тревожность не покидали меня. Ким не особо интересовался такими вещами в последнее время, так как был озабочен подготовкой к экзаменам, в отличии от меня, но, тем не менее, кажется, он посчитал это достаточно важным. Мои мысли заглушили громкие шаги в коридоре, а через несколько секунд кто-то уже стучался ко мне в дверь. Господи. Мне так лень вставать с кровати… Что всем нужно от меня сегодня? Кто бы то ни был, но стучал всё настойчивее и громче, раскалывая мою голову пополам. Кажется, у меня нет выбора… Чуть было не переломав все кости, слазя со второго яруса своей кровати, я мысленно перебирал все матерные слова, что знаю. А после я ждал секунд пятнадцать, чтобы рассеялась темнота в глазах. — Та иду я! — раздражённо выкрикнул я. Открывши дверь, передо мной стоял вспотевший Нишимура, еле переводя дыхание. — Что случилось? Тебе плохо? — я оглянул его с головы до ног. Он отрицательно кивнул, а после повернулся назад, всматриваясь куда-то вглубь коридора. — Ладно, — отвечал мне затылком младший, — не буду. Подождём Сону. — Что? Ты можешь сказать, что произошло? Мне нужно готовиться к экзамену по… Уже через мгновение послышались шаги на лестнице. Еле справляясь с отдышкой, к нам явился Сону, шёпотом проклиная всех и всё. — Он рассказал? — спросил Ким, ударивши Рики в плечо. Я отрицательно кивнул. — Не говори! — вцепившись в младшего, он ловко развернул его в свою сторону. — Я тебя прошу! — Я не буду этого делать, если ты согласишься со мной! Ты же точно знаешь, что я прав! — Меня насторожила такая серьёзность со стороны Ни-ки. Он крайне редко ведёт себя так. — Это не наше собачье дело! — выкрикнул Сону, заставив меня с младшим вздрогнуть. — Я виноват. Знаю! Но ты меня сейчас подставишь, Ни-ки! — Я ничего не понимаю, — я тоже. — Ты сказал, что я неправ. Если это так, то ничего такого не произойдёт, если я покажу ему. — Ч-что происходит?.. — аккуратно спросил я, опасаясь, что мне прилетит по шее от кого-то из них. — Мы сидели в вестибюле вашей общаги, и… — Рики не отрывал глаз от Сону, распинаясь в пороге. — Делай, что хочешь… — выдохнул старший. Казалось, его глаза были на мокром месте. — Дай ему сказать, ради бога! Ничего такого в этом точно нет, — раздражённо выдал я. — Ты иногда любишь навести суеты, лишь бы остальные заинтересованно слушали тебя. Ким удивлённо поднял брови, и мне уже казалось, что по его щеке стекает слеза. Признаю, что, возможно, я погорячился, когда сказал это… Но я не считаю, что должен забрать свои слова обратно. — Конечно! — выкрикнул Сону. — Давай, Ни-ки! Скажи ему! Пусть он знает правду! — я никогда прежде не видел его таким расстроенным и одновременно злым. — Какую правду?.. — я пытался разговаривать тише и спокойнее, но со стороны это больше смахивало на пассивную агрессивность. — Знаешь что, Сонхун? — начал Ким, отпихивая в сторону младшего, который в раза два был его больше. — Ты приходишь ко мне только тогда, когда тебе нужно выговориться. Когда ни один, и ни второй твой друг не может тебя выслушать! Будь то, потому что им всё равно, или потому что ты боишься и не хочешь открываться им. А я… — К чему ты ведёшь, Сону? — спокойно спросил я, чувствуя, как по спине пробежала дрожь. — «К чему я веду», значит? — фыркнул Ким. — Ни к чему! Я же истеричка и сплетник, и просто драму развожу!.. — Я не говорил такого. Успокойся, пожалуйста. Ты ни с того ни сего начал это всё! Рики бы рассказал этот бред за десять секунд, мы бы посмеялись и забыли бы уже давно… — Не надо меня успокаивать, — строго сказал он. И, должен признать, мне стало немного страшно. — Я знаю, что говорю. А ты, видимо, нет! Забыл уже, да? — он натянуто улыбнулся, точно как злодей из какого-то фильма. — Я не понимаю, о чём ты, — почти искренне ответил я. — Ты даже не считаешь меня своим другом, а… — Это неправда! — засмеялся я. — Немедленно перестань! Всё хорошо! Не нужно выдумывать! — Тогда почему твои «настоящие» друзья не знает об этом?.. — Его грустное выражение лица просто разбивало мне сердце. — Кого это ты имеешь в виду? Ты на что-то намекаешь??? — Хватит, Сонхун! — вмешался младший, сильно выбесив меня. Это не его собачье дело! Любой другой нормальный человек уже давно бы ушёл, ради приличия. — Мне приятно, что ты приходишь выговориться именно ко мне, но… Будь добр, неси ответственность за свои слова. — Казалось, он вот-вот зальётся слезами… — Ты доверяешь мне такие важные вещи… Я знаю, в кого ты влюблён, но не знаю, с кем ты разговариваешь вообще! Понимаешь? Я знаю тебя лучше всех, и в то же время, я не знаю о тебе ничего. — Как это связано с тем, что хочет сказать Рики? — я был непоколебим. Даже слёзы Сону не заставят меня расколоться. — Покажи ему, Ни-ки, — улыбнулся младшему Сону. — Они друзья. Просто это нелепое совпадение. Извините, я правда устроил спектакль, — он поднял руки, изображая позу «сдаюсь». — Ты сейчас серьёзно?.. — Всё в моей голове начало становиться на свои места. — Дай я покажу, и мы уже пойдём… Я, не отрывая взгляда от Кима, тыкнул в сторону Нишимуры указательным пальцем, как бы давая понять, что сейчас не время говорить. Такой реакции со стороны младшего я совсем не ожидал: он больно схватил меня за запястье и бросил мою руку вниз. — Что ты себе позволяешь? Я тебя старше! — сказал я, нахмурив брови. Я не люблю влезать в драки, но сейчас я был на взводе, а он, как раз, попал под горячую руку. — Ты ведёшь себя, как последняя скотина, Сонхун, — спокойно начал Нишимура. — Я принципиально ничего не буду показывать. — Делай, что хочешь, только выметайся из моей комнаты с таким отношением! Понял?! — заорал я. Он сделал всего один шаг в мою сторону, но я уже сжал кулаки. Хоть Сону и остановил Рики одним единственным словом, «нет», я был уже готов подраться. — Ты ведёшь себя, как ребёнок, Сонхун, — прошептал Нишимура, — поэтому я не буду тебя бить — мне жаль таких, как ты. Только не нужно обвинять в своих проблемах других! Особенно, Сону! Что он тебя сделал?! — Не надо, Ни-ки. Идём дальше готовиться к… — Нет, Сону! — строго сказал он. — Почему ты позволяешь ему обращаться так с тобой?! Он должен ответить за свои слова! — Он ничего не должен. Это его дело. Идём, пожалуйста, отсюда, иначе я позову охранников! — Ты дерьмовый друг, — напоследок сказал Рики, разворачиваясь на выход. Мне нечего было ответить. Я просто захлопнул дверь за ними, да так сильно, что наши соседи высунулись из своих комнат, чтобы возмутиться. Если быть ну уж совсем честным, то я подписываюсь под каждым словом младшего. Вот только не уверен, что готов признать это за рамками своего сознания. Я был зол, но не на него, а на самого себя. «Нужно успокоиться», — глубоко вдохнул я. В моменте иногда некоторые вещи кажутся критичными, но на самом деле всё не так уж и плохо. Я стараюсь почаще напоминать себе об этом. Но сегодня эти же слова звучали белым шумом в моей и без того больной башке. «Ни-ки! — фыркнул я. — МАТЬ ВАШУ, НИ-КИ УЖЕ ПОЗВОЛЯЕТ ГОВОРИТЬ МНЕ ТАКОЕ!».

***

Остаток дня прошёл относительно спокойно, не считая самобичевания, которые сопровождали меня весь вечер. Вот почему я такой мерзкий?.. Как же тяжело прикрыть свой рот вовремя! Я даже не помню, что говорил, но другие будут держать на меня обиду ещё долго. Я рассуждал на эту тему весь день, но избежать повторения ситуации не удалось… К слову, не прошло и пять часов, когда всё повторилось. Только в утрированной форме. Остальные — не Сону, чтобы закрывать на это глаза или, как Ни-ки, говорить, что я веду себя, как «ребёнок», а детей бить нельзя. Или как он там выразился, господи, прости?.. В любом случае, он был прав, но мне бы хотелось упустить этот момент. Я почти на все сто уверен в том, что Рики уже забыл, что произошло, и дальше проживает своё беззаботное детство, как ни в чём не бывало. Я так долго размышлял на эту тему, что не заметил, как быстро пролетело время. Самое страшное в этом всём, наверное, было то, что я абсолютно ничем не занимался. Я просто пялился в одну точку, сидя на нижнем ярусе кровати, где, кроме матраца, ничего больше не было. Кажется, так могло бы продолжаться вечно, но я пришёл в себя, когда заметил, что случайно разодрал кожу на руке до крови. Не знаю, как это произошло, но примерно час назад мне показалось, что я не справляюсь с этим внезапным и невыносимым зудом. Я рассматривал кровь под ногтями, думая, как тяжело будет её вымыть, когда в комнату ворвался Джей. — Привет, — спокойно сказал я, наблюдая за тем, как Чонсон, швыряет свои тетради на пол рядом с кроватью напротив моей. Он резко повернулся на меня, и я заметил, что Джей сегодня не в настроении. На этой неделе много экзаменов, и он, в отличии от меня, всегда старательно готовиться к ним. Если Джейк был помешан на учёбе, потому что он привык быть везде первым и лучшим, то Чонсон просто очень ответственный, старательный и он боится разочаровать людей вокруг, особенно, своего отца и преподавателей. — Как дела? — попытался улыбнуться я, пряча рану второй рукой. — Нормально, — пробормотал он, заваливаясь на кровать Хисына. Он сильно вспотел, а его щеки покраснели. Я наблюдал за тем, как он нервно срывал с себя тёмно-синий галстук, а после откинул его куда-то в сторону тетрадей. — А у тебя? — Разуйся, — фыркнул я, уставившись на его туфли. У Джейка бы уже случился приступ, увидев он, с какой скоростью Чонсон уничтожает порядок в нашей комнате. — Я только помыл полы. — Они чистые, дай мне отдохнуть, — он потянулся за своим портфелем, доставая оттуда какие-то чипсы. Боже, за что мне это всё?.. — Ты издеваешься надо мной?! — выкрикнул я, будучи не в состоянии больше сдерживаться. — Я же сказал, что убирался недавно! Почему нельзя быть аккуратнее? — У нас и так самая чистая комната во всём мужском общежитии. Тебе этого мало? — закатил глаза Джей, закидывая к себе в рот еду. — Потому что мы с Джейком всегда убирались за тобой, а Хисын здесь почти не появляется! А теперь я должен сам всё это делать! Имей совесть, а? — Я встал с кровати и отправился в ванную комнату, чтобы наконец-то смыть кровь и немного успокоиться. — Я же всегда всё убираю! Может, не всегда сразу, но… Слышишь, что я говорю? — кричал мне вслед Пак. Я не знаю, что меня так сильно раздражало в нём сегодня. Наверное то, что у него есть силы ходить на пары, друзья, он старательно готовиться к экзаменам и хорошо кушает. Джей догнал меня возле ванной комнаты, но я проигнорировал его, зайдя внутрь, чтобы помыть руки. Он растянулся в пороге, отражаясь у меня в зеркале: с деловым видом жевал какой-то мусор и пялился в свой телефон. — Сегодня такой день дерьмовый выдался… — он сделал паузу, чтобы проглотить еду, — вообще, бля… Этот сукин сын не захотел мне выше семидесяти двух ставить. Я говорю, что мне всего три… О! — через зеркало я увидел, как его брови поднялись, а рот округлился. — Что такое? — заинтересованно спросил я, осторожно протирая руки полотенцем так, чтобы не выпачкать его, и обернулся к нему лицом. — Ты видел? — Джей повернул ко мне экраном свой телефон, но, честно говоря, я мало, что смог увидеть. — Подожди секунду, — я взял свои очки с раковины, где оставил их ранее, и неловко пытался их надеть, пока Чонсон ждал меня с протянутой рукой. Он показал мне чью-то историю, но я не мог разобрать, кто изображен на фотографии. Какие-то парень и девушка, вдвоём со светлыми волосами. — Это кто? — В смысле? — искренне удивился Джей. Он повернул экраном к себе прищурившись, а потом снова ко мне. — Ты что, правда не узнаёшь? Я отрицательно кивнул головой. Откуда я должен был знать этих людей? — Я её тоже не знаю, но Джейка ты хоть узнал? Я нахмурился, потом попытался улыбнуться… Я просто не мог поверить в это. Джей хочет пошутить так надо мной? Может, Сону случайно проговорился ему, поэтому он хочет, чтобы я… — Дай на секунду, — я резко выдернул телефон у него из рук. Поставивши яркость на максимум, и вплотную уткнувшись носом в экран, я снова попытался рассмотреть изображение. И правда… Девушка лет двадцати-двадцати пяти, блондинка, загорелая, в открытой летней одежде, которая подчёркивала её формы. Она так мило улыбалась, а положил ей руку на талию… Джейк?! Я не мог поверить своим глазам. Парень рядом с ней и правда Джеюн? Он так изменился за это время… Я бы не сразу узнал его, встретивши где-то на улице. — От-откуда у тебя это? — я боялся запоминать какие-то детали. Поэтому я побыстрее всучил телефон владельцу. — Джейк же выложил, — удивлённо ответил Чонсон. — Ну… не он, а она его отметила, а… — Та понял я. Только что? — я раздражённо захлопнул дверь ванной комнаты, чуть было не убив Джея, который стоял в коридоре. — Спокойно! Что с тобой? Я что, тебе что-то сделал? — обиженно спросил старший. Я проталкивался вглубь комнаты, спотыкаясь о шмотки Джея, пока последний пытался понять, что не так. — БЛЯДЬ! Я ЖЕ ПОПРОСИЛ УБРАТЬ СВОИ ВЕЩИ! — закричал я, откидывая ногой его портфель. — Засрал тут всё за пять минут! Где мой телефон вообще?! — Откуда я должен знать, где он? Сам же куда-то его засунул… Я полез за матрац, на котором сидел, пытаясь отодвинуть его, чтобы достать провалившийся за него телефон. Через несколько секунд я завалился на пол, пытаясь отдышаться. — Нашёл? — я кивнул. — Я же говорил! Нет! Нужно опять обвинить всех вокруг! — Кто бы говорил… — пробурчал я себе под нос, искренне надеясь, что Джей ничего не услышит. — Он удалил? Я нервно обновлял ленту, не веря своим глазам, — ничего, абсолютно ничего. — Что? — тупо спросил Чонсон. Иногда я хочу его ударить. — «История»! Джейк удалил? Обнови! — Что, бля? — я глубоко выдохнул, закрыв лицо руками. Мне хочется плакать, настолько мои нервы на пределе. — Он выложил это вчера?.. Может, время вышло… или… — кажется, я выгляжу крайне жалко, судя по лицу, которое скривил Чонсон. — Что? — Сонхун… А ты видел, что он выкладывал в этом месяце? «В этом месяце»?.. — Э-э… Ну-у-у… Я не… — я не могу в это поверить. — У меня нет на это времени! — соврал я. Пусть отчасти так и было, но это определённо касалось не всех. — Кажется, он… — видно было, как Джей пытается подобрать подходящие слова, — ну он скрыл их… От тебя. Только я не понимаю зачем. Наверное, случайно, — деловито кивнул он, поставив руки на пояс. — Скажи ему, чтобы… — Нет, — отрезал я, хотя можно было обойтись и без моего ответа. — То есть… наверное, случайно, ты прав. — Я не думаю, что это было специально, — вы же всегда нормально общаетесь, и… — Джей, — вся моя нервная система держалась на одном тонком волоске, — мне нахрен не всрались твои предположения! Ладно? — Господи, — он закатил глаза. — Что опять не так?! Чего ты такой нервный? Что я тебе сделал вообще?! — Я попытался встать с пола, чтобы наши лица оказались на одном уровне. — Если вы поссорились с Джейком, то не нужно проецировать свою агрессию на меня! — Это не твоё дело! — выкрикнул я, глядя прямо в глаза старшему. — Просто убери свои тряпки, и всё! — прошипел я, сцепив зубы. — Да успокойся ты со своими вещами! — ещё громче заорал Чонсон. Я увидел, как на его шее выступили вены, а изо рта брызжет слюна, — кажется, с него тоже достаточно. — Одно и то же… Господи! У тебя уже крыша едет! Хотя бы раз в неделю на пары ходил, или просто… в магазин там, я не знаю! — Не надо меня учить — я сегодня уже наслушался! — Тем более! Что с тобой не так?.. — я вопросительно поднял брови. Я не готов был услышать это от Джея. — Прости, но… это странно, что ли? Относись ко всему проще. Я понимаю, что иногда бывает тяжело, но не тебе одному! Ты даже не спросил, как прошёл мой экзамен, а я всю неделю говорил тебе о нём! Мне столько всего нужно рассказать, но ты даже не даёшь открыть рот со своими психами. — И правда… В последнее время я совсем не интересуюсь переживаниями близких мне людей. — Ты тоже можешь рассказать мне о том, что тебя тревожит. Для этого и нужны друзья, если что! Не нужно держать всё в себе, а потом сгорать от ненависти ко всем, включая самого себя. Потерпи ещё месяц, пока не закончатся экзамены, и не вернётся Джеюн… Кто-то постучал в дверь. — Замолчи, — выдохнул я, разворачиваясь, чтобы открыть дверь, так как был ближе к выходу. Джей пытался обогнать меня, но я, как будто назло ему, хотел открыть эту чёртову дверь. — Привет! — Пиздец, — не выдержал я. В пороге стоял Чонвон с огромной спортивной сумкой в руках. — А-а… — Джей попытался обратить моё внимание на него, но я не мог перестать разочарованно смотреть на Яна. — Я хотел как раз тебе сказать, Сонхун… Сегодня Чонвон ночует у нас. — Вы, блядь, все издеваетесь надо мной сегодня, да? Долго не думая, я быстро запрыгнул в свои кроссовки, и уже через несколько мгновений спускался вниз по лестнице.

***

Солнце только-только начало садиться, раздражая меня своим ярким жёлтым светом, а тёплый летний ветер разносил пыльцу, на которую у меня страшная аллергия. Такая себе прогулка получается. И вообще, я понятия не имею, куда мне идти и что делать дальше. Обычно, когда происходит что-то подобное, то я иду к Сону, где мы то молча занимаемся своими делами, то жалуемся друг другу на жизнь. Я никогда раньше не находился в ссоре с Чонсоном, Сону и Джейком одновременно — к кому обратиться за советом в данной ситуации? С Ни-ки, с которым я чуть было не подрался? Или, может, с Яном, которого я обматерил, не успел он появиться на пороге? Единственный, кто остался, это Ли Хисын. Но моя гордость никогда не позволит мне обратиться за помощью к нему. Я всегда говорю, что привык справляться со всем сам, и это вовсе нельзя назвать ложью, однако, рассказывая о своих проблемах, ты словно обесцениваешь их, и когда ты слышишь мнение других на этот счёт, то всё оказывается не так уж и плохо и вполне решаемо. Люди вокруг меня метались из стороны в сторону, постоянно смотря на время, как будто они опаздывают на работу, а не идут прямиком оттуда. Я несколько раз задумывался над тем, чтобы зайти в какую-то забегаловку, наесться там до отвалу, потом напиться, чтобы было тепло, и пойти спать в центральный парк где-то на лавочке. Что меня останавливает? Думаю, ничего. Правда, денег на карте хватит или на еду, или на алкоголь. Естественно, я сделаю выбор в сторону второго. Теперь осталось как можно дальше отдалиться от общежития, чтобы найти какой-то сомнительный паб, в котором ну уж точно не будет моих однокурсников, и где я смогу напиться до рвоты, и никто об этом не узнает. А если я случайно умру, то владелец паба скорее выкопает мне могилу своими же руками, чем позвонит в скорую. Конечно, пока я шёл по центральной улице, ничего подходящего я не мог найти. Поэтому пришлось заворачивать в какие-то другие места, о существовании которых я даже не догадывался. Я на автомате проверил, заряжен ли мой телефон, на случай если меня выгонят из бара, потому что мне кажется, что я даже трезвый не дойду обратно. Ещё одной проблемой стало то, что время было совсем неподходящее: одни заведения уже закрывались, а другие ещё не открылись. Но одно такое место я всё-таки нашёл. Не что-то настолько устрашающее, насколько я себе представлял, но само расположение меня сильно смущало — такси сюда точно не подъедет. Открыв дверь, я опешил от количества людей. Я совсем не ожидал, что такого рода места бывают людными в принципе. Мою голову посетила мысль, развернуться и уйти к чёртовой матери, пока на меня не обратили внимание эти пьяные с полудня мужики-разведёнки. Не успел. — Документы? — выкрикнул кто-то. Я поднял взгляд на стойку, которая находилась в двух метрах от меня — к слову, я стоял в пороге. Помещение было крайне небольшим, может, поэтому мне и показалось, что здесь аномально много людей. — Простите? — мне всё ещё было непонятно, кто ко мне обратился. — До-ку-мен-ты! — повторил парень за стойкой, протирая стакан. Не казалось, что он как-то агрессивно настроен по отношению ко мне. Похоже, он правда просто делает свою работу. — А, — я начал судорожно хлопать по бёдрам, позабыв, что в этих. шортах не то чтобы нет документов, а даже карманов, — простите… У меня ничего нет с собой, — он уже открыл было рот, чтобы как-то возразить, но я перебил его. — Мне двадцать лет, правда. Я учусь в университете в центре… Вон там, — я указал куда-то в сторону. Парень нахмурился, уставившись на меня, как на сумасшедшего. Или мне опять так показалось?.. — Стойте, — я быстро разблокировал телефон, открывая галерею. Я вспомнил, что у меня есть фотография студенческого. — Вот. — Сонхун? — спросил бармен. — Пак Сонхун, — улыбнулся он, приближая фотографию, пока я держал телефон. — Что пить будешь? Усаживаясь за стойку, я ещё раз оглянулся на всякий случай. Ни одного знакомого мне лица, ни одной девушки, ни одного мужчины младше тридцати, не считая бармена. Осознав это, я заинтересованно взглянул на него: высоченный, почти два метра ростом, клянусь; у него были короткие чёрные волосы, но длинная чёлка, которая почти полностью закрывала глаза; я наблюдал за тем, как он своими огромными, но аккуратными, руками бережно расставлял бокалы; его силуэт был настолько выточенным, что с него можно было писать картины. Он мне напоминал какого-то актёра. Как его там?.. — Я уже и забыл, что пьют парни твоего возраста, — вдруг начал он. — То же, что и эти мужчины, наварное, — я попытался улыбнуться. Хотя… нет. Я сделал это искренне. — Коньяк? — скривился парень, облокотившись на стойку. — Тогда… — я сделал вид, будто рассматриваю винную карту, которая стояла на браной стойке, но в голове уже крутился ответ. — Водку? — спросил я, переживая, что парень осудит меня. Но нет. Он молча кивнул, разворачиваясь за рюмкой. — Тебе разбавлять или, может, просто запивать что-то дать? — затылком спросил он. — О, если можно, колу, — зачем-то любезно улыбнулся я, хотя прекрасно понимал, что он меня не видит. — Без сахара. Колу без сахара. — Пожалуйста, — парень поставил передо мной рюмку и стакан со льдом. Он достал небольшую стеклянную бутылку из холодильника, открыл её и начал наливать в стакан. — Может, всё-таки с сахаром? — вдруг спросил он. — Что, прости? — удивился я. — Так лучше, уж поверь мне. Тебе не придётся платить за две, если что, — не переживай, — хмыкнул он. — Всё хорошо! Я не пью с сахаром, — отмахнулся я. — А… — я на секунду задумался, стоит ли мне делать это. — А тебя как зовут? — Меня? — удивился парень. Было очевидно, что он не особо часто разговаривает с посетителями, и такого рода работа не очень подходит ему. — Су-субин. Я уронил голову на грудь, пряча свою улыбку: он так смешно надул губы, когда произносил своё имя. — Субин? — переспросил я. — А-ага. — Ты давно здесь работаешь? — Да-а-а, — устало протянул он, обернувшись с недовольным видом. — Я, это… не общаюсь обычно ни с кем — такой контингент не для меня, даже, чтобы просто проявить свою любезность. Иногда мне в тягость разговаривать, а иногда я на полном серьёзе переживаю за свою жизнь. Обычно сюда приходят одни алкоголики, когда приличные заведения закрыты. — Ну, здесь достаточно прилично внутри. — Это да. А ещё здесь платят хорошо. И цены, как видишь, совсем не ниже, чем где-либо. — Как давно ты здесь работаешь? — Весь этот год. Когда на пятый курс перешёл, решил предварительно найти работу. Не уверен, что смогу найти что-то по специальности, а деньги уже нужны. — А на кого ты учишься? — Та… — отмахнулся он. — В педагогическом… — Извини, а… — я потянулся за рюмкой, — сколько тебе..? — Двадцать три, — кивнул он. — Точно… — ответил я, осушив рюмку за раз. — Я мог и догадаться… — Повторить? — Субин улыбнулся, и я заметил, что у него есть ямочки на щеках. — Да, пожалуйста, — улыбнулся в ответ я. — Только проследи, чтобы я не сразу всё выпил.

***

Ближе к позднему вечеру я остался совсем один. Субин обслуживал посетителей, которых стало уже немерено. К этому моменту я выпил пять шотов водки. Обычно, я останавливаюсь после четвёртого — мало того, что я быстро пьянею, так ещё я совсем перестаю контролировать своё тело, и могу упасть на ровном месте. И вообще, я ещё успел удивиться, что после пяти рюмок водки я всё ещё в сознании. — Ты как? — вдруг спросил Субин, положив руку мне на плечо. Я даже и не догадывался до этого, что улёгся на стойке, вцепившись в стакан с колой. — Субин, — еле начал я, — я не пил почти полгода. — Тебя провести в туалет? — Нет-нет, — я попытался подняться, опираясь на локти. — Я не об этом… Неважно… Я всё равно не знаю, как это сформулировать… Ты уже свободен? — Пока что, да. Через полтора часа заканчивается моя смена. Тебя кто-то заберёт, кстати? Я отрицательно кивнул, чувствуя, как подступают слёзы. — Как так? Друзья? — я снова кивнул. — А родители? Тебе же всего двадцать лет. Как они отпускают тебя, такого красивого, в это время в такого рода места??? — Когда вы закрываетесь? — спросил я, выронив стакан. — В шесть. Я уберу, — он успел словить его прямо из моих рук. — Может, тебя подвезти куда-то? Я пожал плечами, пытаясь удержаться на этом дряхлом стуле. — Мне некуда ехать. Что-то мне подсказывает, что я ему понравился. И, кажется, это взаимно. — Что? — удивился Субин. Я случайно проигнорировал его, потянувшись на место, где ранее стоял стакан с колой. — Сонхун, — он обхватил моё лицо двумя руками, пытаясь обратить внимание, — что значит «некуда ехать»? Я снова нелепо пожал плечами. — Думал, ночевать в парке сегодня. — Господи… Что произошло такое?.. — нахмурившись, он надул губы, словно размышляя, что ему делать. — Хочешь переночевать у меня? Я кивнул. Даже не задумываясь. — Подожди ещё немного, и мы поедем, ладно? — Угу. Субин снова отправился обслуживать клиентов, пока я не знал, чем занять себя, чтобы не отключиться. Внезапно вспомнив о существование телефона, я, прекрасно понимая, что буду жалеть об этом, решил заглянуть в него. Десять пропущенных от Джея, четыре от Сону и бла-бла-бла. Мне наплевать. Пусть знают, что я тоже могу обижаться. И вообще, я настолько пьян, что у меня уже не осталось сил ни на что… и настолько пьян, чтобы снова перечитать это сообщение. 29 декабря 2022 @ikeu: Меня не покидает чувство, что мы испортили нашу дружбу из-за меня. Я несколько раз срывался и делал первое, что приходило мне в голову. А потом ещё и добил тебя своим вопросом о том, чтобы начать отношения на расстоянии. Мне кажется, я просто пытался удержать тебя, как друга. Ещё раз, спокойной ночи «Как друга», — прошептал я. — Если бы хотел «как друга», то не скрывал бы от меня своих «подруг». Какой ужас… Я готов поехать домой к парню, которого знаю всего пару часов. Кажется, я постепенно начинаю понимать Хисына…