Writober2022

      Староста Слизерина облегчённо вздохнул: вечерний патруль школы, наконец, закончен. За это, увы, конечно, спасибо и новому старосте Гриффиндора, после ужина увидевшему насколько Розье устал и добровольно решившему помочь, не смотря на то, что сам прошлой ночью патрулировал. Но всё же, патруль наконец закончен, и это огромный груз с плеч.       Напоследок решив, перед тем, как идти в Башню Старост, заглянуть в гостиную родного факультета, он вспоминал пароль, спускаясь в подземелья. Пароль он вспомнил с трудом, не смотря на то, насколько глупый тот был. Зайдя в гостиную, первое, что понял староста, что что-то точно не так. «И кому не спится почти в полночь?!» – раздражённо подумал парень, а потом вспомнил, что, собственно, и зашёл, чтобы разогнать неспящих. А затем он увидел через спинку, стоящего ко входу "спиной", дивана знакомые тёмно-синие кудрявые волосы. «Клод Эзра Бриджер-Вульф, ну конечно..» – мысленно закатил глаза Розье.       Обходя диван, русый уже хотел начать раздражённую тираду, да так и замер с раскрыты ртом и поднятым вверх пальцем. Эзра..спал. Спал, чуть откинув голову назад. На столе разложена кипа учебников, а на диване рядом и на коленях мальчишки лежат пергаменты. Перо еле держат пальцы, чернильница, стоящая на столе, опасно наклонена, что вот-вот и прольётся на стол.       От Бриджер-Вульфа никогда особо не было проблем, у него нет старшего брата, за которым можно гоняться и от которого мог быть "дурной пример", но он временами влипал в приключения с друзьями и друзьями друзей. Это... нервировало. Но видя его вечно уставшим, и видимыми даже на его-то тёмной коже мешками под глазами, Феликс всерьёз начинал беспокоиться и подумывал поговорить с друзьями мальчишки. Потому что это ничерта не нормально.       Видя мальчишку сейчас, спящим на диване в окружении учебников и пергаментов, в холодном зеленоватом свете камина и свечей, Феликс Розье окончательно утвердился в своих догадках. У мальчишки, очевидно, ателофобия - страх собственного несовершенства, страх сделать что-то неправильно или быть недостаточно хорошим. Вероятно, данный диагноз развился на фоне того, что он один из двух полукровок на своём курсе их факультета, да к тому же ещё и оборотень по отцу. О последнем не знает практически никто, и уж Феликс за этим следит. Сам увидел совершенно случайно, во время одного полнолунного патруля в коридоре, окнами выходящем в Тренировочный двор.       Феликс вздыхает, окидывает синеволосого уставшим взглядом, и выуживает палочку из внутреннего кармана мантии. Чертит в воздухе руну, максимально тихо, чтобы не разбудить спящего мальчишку, бормоча «Вингардиум Левиоса», и поднимает с мальчишки пергаменты, перенося их на кофейный столик, осторожно закрывает чернила, и забирает из чужих пальцев перо, кладёт рядом с пергаментами. Розье не сразу, но находит взглядом на одном из соседних диванов и кресел плед.       Его называют злодеем. И Эзра никак этому не противостоит, даже если его собственные друзья так называют старосту. Но это вовсе не помешает Феликсу хотя бы попробовать позаботиться о том, чтобы мальчишка по-максимому выспался. Поэтому он берёт этот самый плед и подходит к мальчишке, укрывает пледом.       А затем задумывается, пытаясь вспомнить, какую луну заметил во время патруля. Чертыхается. Почти полную, пара дней до полнолуния, максимум, не больше. Вздыхает. Проверяет, спит ли мальчишка, а затем уходит из гостиной, чтобы зайти в кабинет зелий. По пути хлопает по карманам, пытаясь понять, брал ли с собой ключи от хранилища зелий Снейпа. Тот однажды дал ключ, сказав, буквально, «На всякий случай, если срочно понадобится какое-то зелье, КРОМЕ ЯДА, а меня не будет поблизости. Но потом возместишь, сделав новое.». Вздыхает, пытаясь вспомнить ингредиенты Волчьего Зелья. Сделает, обязательно сделает. Но потом. Сейчас зелье для мальчишки-оборотня, потому что с тем, как тот себя изводит, он просто-напросто упустит момент, когда настанет день полнолуния. Феликс, зайдя в кабинет, осматривается на всякий случай, и только потом проходит в даль кабинета и достаёт ключ из кармана, возится со старой замочной скважиной, отпирает, осматривает полки. Множества разных зелий, просто невероятное количество. Розье тяжело вздыхает, предчувствуя долгие поиски или даже действительно вспоминание рецепта. Замирает, заметив два колпачка в виде морды волка.       Волчьи Зелья. Две бутылки Волчьего Зелья. И, честно, Феликс даже не удивлён. На счастье, бутылки подписаны (для врождённого и обращённого оборотня нужна разная концентрация аконита), поэтому он берёт ту, на которой нацеплена бумажка с «Бриджер-Вульфу» и уходит, заперев дверь кладовки.       Снова заходит в гостиную. Знакомой синей головы не видно. «Неужели проснулся и ушёл?» – удивлённо думает русый. Обходит диван. Ан-нет, Эзра тут. Просто завалился на бок. Староста качает головой, и идёт к спальням. В какие спальни с каждым годом переходят ученики, старостам, конечно, известно. Поэтому он без труда находит нынешнюю спальню Бриджер-Вульфа и его соседей. Думает даже наложить заглушающее, чтобы никто в спальне не слышал, как он проходит к вещам Эзры. Но, заглянув, передумывает. Если эти дурни умудряются спать под храп Барнаби, то шаги их тем более не разбудят... Проходит в комнату, подходит к кровати Эзры, оставляет зелье на светлой (и чего их банде не имётся с классическими факультетскими мебелью и постельным?) подушке, задвигает полог, чтоб, не дай Салазар, никто не увидел что это за зелье, и так же незаметно уходит.       Вернувшись в гостиную, вздыхает, увидев, что мальчишка во сне уже почти потерял плед. Закатывает глаза, и магией чуть приподнимает третьекурсника, подкладывая ему подголову подушку.       Поправляет плед. Вздыхает, качая головой.       И уходит.