Всё складывается совсем по иному...

***

— Юги-и! Верни мою шапку! — Кричала пятилетняя Ясиро Нэнэ, бегая за семилетним мальчишкой, у которого явно было шило в заднице. Этот мальчишка был противен Ясиро только своим появлением на ее родном дворе и в доме. Он точно в каждой бочке затычка, так ещё и с просто отвратительным характером! Вот какой нормальный человек станет отбирать у маленькой миленькой девочки шапку в мороз, почти -20? Возможно есть такие, но они явно ненормальные, так ещё и неадекватные! Аманэ Юги, как раз-таки отобравший у бедной девочки шапку, будет явно в их числе. — Аманэ! Холодно же, дурак! — А ты догони, и верну! — Показывая девочке язык, крикнул мальчик, и совершенно случайно перестал следить за дорогой по которой бежит. Поэтому споткнулся об угол горки, и, вскрикнув, упал. Аманэ ещё повезло тем, что было на улице было много снега, поэтому он упал носом в снег, а не в твёрдый асфальт. Юги распластался на снегу, а шапка девочки выпала из его рук, поэтому пока он лежал и отплевывался от снега, Ясиро уже подняла её. Кинув мимолётный взгляд на мальчишку, девочка показала ему язык и фыркнула, после чего, отвернувшись, громко, чтобы этот наглец точно услышал, крикнула: — Ты сам виноват! Вот терпи теперь и поднимайся сам! После чего ушла к себе домой, так как на улице было слишком холодно. Плюсом, еще было очень мокро: этот несносный Аманэ до этого успел забросать ее снегом. Ну ни стыда, ни совести!

***

— Дорогая, плохо погуляла? — спросила мать, в очередной раз заметив свою дочь всю мокрую от снега. — Прекрасно! — саркастично бросила Нэнэ, удаляясь в свою комнату. — Как же меня одолел этот Аманэ! Вот почему он вечно так издевается надо мной? Мне же неприятно!.. На нервах крикнула Ясиро, закрыв за собой дверь своей комнаты. Она не понимала, почему этот чёртов Юги её так ненавидит. Что она ему сделала? А вот ничего! Почему же тогда так происходит? Непонятно! — Милая, — вдруг вошла в комнату мать. Застав свою дочь полураздетой, она немного нахмурилась и сразу добавила: — Нэнэ, оденься поприличней, к нам скоро придут гости. Помнишь, у тебя есть красивое домашнее платье? Одень его. — Мам, а какие гости? — изумилась маленькая Нэнэ. — Наши соседи, семья Юги, с их мальчиком. Вы, вроде как, дружите, верно? Казалось, Ясиро сейчас взорвётся от нахлынувшего гнева. Какие они, мать его, друзья? Да они же враги! И вообще, какое право этот Аманэ имеет чтобы приходить в дом Нэнэ, после того, как несколько извалял ее в снегу, чуть не выкинул её шапку, и обозвал «дурочкой с переулочка»? Возмутительно! — Мама! Мы не друзья, мы враги! Я не хочу чтобы они приходили сюда! Я не выйду из комнаты, пока этот Аманэ будет находиться у нас в доме! — вспыхнула девочка, сведя брови к переносице. — Нэнэ, ты и так, и так увидешься с ним, так как вам придётся ещё в одной комнате сидеть. Всё же, взрослые разговоры, они взрослые, а не детские. И с мамой Аманэ, Сарой, мы друзья детства, давно не виделись и хотим пообщаться. А мальчик у них хороший, и вы должны найти общий язык. Собирайся быстрее, они уже скоро будут здесь. — строго произнесла мать, после чего удалилась из комнаты и начала ждать дочь в коридоре. Нэнэ была сама не в себе от нахлынувшей с головой ярости. Ну почему она через силу должна сидеть с этим наглецом? Он обидно обзывается, и Ясиро это не нравится. Какой тут вообще может быть общий язык, когда они могут спорить о том, у кого красивее глаза? Да и вообще, сразу ясно что у Нэнэ. «Ну уж нет, никаких посиделок вдвоем с этим идиотом! Этот Юги мне уже надоел! — подумала Нэнэ, но вдруг успокоилась, поймав очередную мысль. — Хотя какой смысл от моих мыслей, если даже мама меня не слушает!» Делать нечего. Придется переодеваться и ждать, когда возобновятся детские крики, споры со всех углов дома и слёзы, которые будут идти ручьём. У кого? Да кто его знает. Скорее всего у Нэнэ, так как она всего-то маленькая девочка, которую никто не станет слушать. А объяснять кому-либо об отношениях между ней и Аманэ и вовсе бесполезно. Девочка подошла к своему белому шкафу. Открыв одну дверку, она начала искать среди множества вешалок ту, на которой висело её платье. Найдя его, взяла в руки и закрыла дверцу. Быстро переодевшись в нежное малиновое платье, что было чуть светлее цвета глаз девочки, Нэнэ вышла в гостиную, чтобы помочь матери разложить еду на стол и встретить гостей. От слова «совсем» ей не хотелось встречать Аманэ, что так по-хамки к ней относится совершенно не из-за чего.

***

— Здравствуйте, здравствуйте! Аманэ, здравствуй! Какой же ты красивый, а как вырос! — обнимая мальчика, восхищенно болтала мать Нэнэ. Сама же девочка чувствовала некую зависть к этому. Нет, мама её любит, но видятся и обнимаются они не часто из-за маминой работы, после которой женщина приходит слишком уставшей для объятий и разговоров с дочерью. А здесь всё так просто… — Маки, милая моя, проходи скорее, сейчас чай будем пить! И да, Аманэ, можете с Нэнэ пока идти к ней в комнату, поиграйте немного. — Хорошо, Аина-сан, — ответил мальчик, следуя за Нэнэ, что уже почти зашла к себе в комнату, даже не удосужившись подождать Аманэ. Быстро забежав в комнату за Нэнэ, пока она закрывала дверь, Аманэ решил осмотреться. Комната была довольно милой, и совсем не такой, какой её ожидал увидеть Юги. Старший думал, что будут только розовые тона, цветочки, сердечки и куколки — как обычно и бывает у других девочек, но было совсем по-другому: нежно-голубые обои подчёркивали синеватую раму окна, а ковёр и кровать были белых цветов, в то время как рядом стоящий диванчик был цвета морской волны, что отличалось от всего в комнате, но совсем не портило ее красоты. Так же в комнате был белый стол, на котором сложенными лежало множество карандашей, фломастеров и красок, рядом лежали белоснежные листы. Совсем в другой стороне, на столике поменьше, расположенным возле дивана, лежали уже готовые рисунки Нэнэ. Аманэ, не сдерживая своего интереса, подошёл к этому маленькому столику и начал рассматривать рисунки уже рядом стоящей с ним Ясиро. На одном из разукрашенных карандашами листов красовались различные домики, люди, коровы и деревья. Видимо, деревня. На другом рисунке был нарисован рыжий голубоглазый котёнок с красным клубочком в лапах. Ещё один рисунок очень сильно заинтересовал мальчика. На нём была запечатлена сама Нэнэ, смотрящая в окно с неким интересом, и наблюдающая за плывущими в сторону моря облаками. Получилось очень даже красиво для пятилетнего возраста, по выводу Аманэ. — Вау… — только и выдавил Аманэ, шокируясь такому прекрасному распределению теней, ровным линиям и схожести самой Ясиро с собой на рисунке. — Вот это талант! Ты такая молодец, а ещё — это так красиво! Глаза девочки были широко распахнуты от таких приятных слов. Правда, это слишком приятно. Вскоре Нэнэ отвела взгляд в сторону, и смущённо улыбнулась, произнеся тихое: — Тебе правда нравится?.. — Конечно! И даже очень! — в порыве восхищения воскликнул Аманэ, удивляясь этой маленькой и милой девочке всё больше и больше. Ясиро начала удивлять Юги только с начала своего переезда сюда (переезда Аманэ), а это было только год назад… Даже не верится, время очень быстро летит! — А… Мне неловко просить, но сможешь нарисовать меня?.. Пожа-а-алуйста! — сложив руки в умоляющем жесте, попросил мальчик. — Ну-у… даже не знаю… — решила отдать должное Ясиро, — у меня ещё куча недоделанных рисунков… — Прошу тебя! Ну ты же так красиво рисуешь! Проси что хочешь, только нарисуй меня, ну пожалуйста! — перебивая девочку, умолял Аманэ. Ясиро долго сопротивлялась, так как не хотела рисовать своего обидчика, но ей казалось что если она послушает его мольбы ещё хоть минуту, то её уши лопнут. Пришлось согласиться. — Ла-адно! — протянула девочка, закатив глаза. — Спасибо, спасибо большое! — мальчик засветился от счастья и поднял руки девочки вверх. — Хихи… — Ясиро недоверительно улыбнулась. Что это он такой добрый? За то время, что он у неё в гостях, ни единого плохого слова он не сказал. Но вообще, лучше пока наслаждаться компанией доброго Аманэ. Девочка опустила руки и подошла к своему белому столу. Мальчик пошёл следом, с любопытством наблюдая за ней. Ясиро пододвинула стул и села на него. Потянувшись на край стола, она взяла в ручки белый лист бумаги и несколько простых карандашей. Она положила их перед собой и снова потянулась в угол. Нэнэ взяла точилку и, конечно, ластик. — Так, нам нужен ещё один стул, — заметила малиноглазая, посмотрев по сторонам. Аманэ всё ловил на лету и через секунду он уже выбежал из комнаты. Нэнэ услышала крик мальчика «нам нужен стул!» и смиренно сидела на месте, ожидая, когда мальчик придёт и сядет перед ней. Только Юги сел на стул рядом с Нэнэ, из кухни раздался радостный голос уже поддатой матери Ясиро. И когда они только успели?.. — Дети-и! Идите к нам, чай будем пить! — эхом раздалась фраза Аины, и дети немедля прошли на кухню к своим матерям, что мирно сидели и беседовали по поводу того, как Нэнэ и Аманэ учились бы в одной школе. — Мамуль, а где торт? — спросила Нэнэ, садясь радышком с матерью, что придвинула кружку с чаем ближе к дочери. — Сара, подай пожалуйста две тарелки с тортиком, а то мы уж очень сильно любим сладкое! — хихикнула Аина, принимая от матери Аманэ две тарелки с лимонным тортом. — Ох, Аина, ты бы знала как мы тоже торты любим… Готовы целыми днями есть! — еле слышный, но не менее нежный хохот двух женщин раздался в помещении, отчего дети только переглянулись друг с другом. Сидели Аманэ с Нэнэ рядом, так как на эти места указали Сара и Аина, матери детей. Те и не имели права ослушаться старших, и приняли те места, на которые указали матери. Садясь на своё место, Аманэ немного отодвинул стул Ясиро, и когда та садилась, с громким вскриком чуть не упала. Аманэ, завидев такую картину, только прыснул в кулак, отчего Сара сразу же догадалась, кто является виновником напрасного страха малышки Нэнэ, и показала мальчику кулак, что значило только одно: дома Аманэ ждёт очередной скандал по поводу его отвратительного поведения. Нэнэ быстренько успокоили и пододвинули её стул ближе к столу, девочку усадили на него, и та успокоилась.

***

— Аманэ, — вдруг позвала мальчика Аина, после чего тот отвлёкся на женщину, — ты же уже ходишь в школу, верно? Вопрос был не трудным, а даже наоборот, поэтому и ответ на него не заставил себя долго ждать: — Да! — Прекрасно, — восхитилась женщина, — а вот Нэнэ только через два года пойдёт… Кстати, как учишься? Понимаешь хоть что? Хорошо ли учителя объясняют? — Аина-сан, всё просто прекрасно! Я учусь на отлично, по вашим меркам! А учительница у нас хорошая, и объясняет превосходно! — воскликнул Аманэ. Он был очень умным мальчиком, и никогда ему не требовался лишний час на то, чтобы сделать какой-либо предмет. Юги всё схватывал на лету. — Это хорошо, — с улыбкой произнесла Аина, и начала разговор с Сарой, пока Аманэ решил поговорить с Нэнэ. — Ясиро? — Гм? — промычала девочка, дожёвывая кусочек торта во рту. — Ты что-то хотел, Аманэ? — Да, давай поговорим? — задал риторический вопрос Юги подсаживаясь ближе к Ясиро и повернул голову в ее сторону. Взгляд его горел заинтересованностью. — Я не против, — пробубнила девочка, откладывая пустую тарелку к уже пустой кружке, в которой совсем недавно был чай. — Расскажи что-нибудь! — всплеснул руками мальчик, не задевая Нэнэ, ведь старался сделать это аккуратно. — Я не знаю что тебе рассказывать… Спроси что-нибудь, а я попытаюсь ответить! — радостно воскликнула Нэнэ, ожидая вопроса от Аманэ. Тот немного помолчал, потеребил кончик скатерти от стола в руках, повертел в руках полупустую кружку, после чего опустил взгляд в ноги, но не в свои… И тут у него сразу же нагрянула идея вопроса. — Нэнэ, почему у тебя ноги похожи на дайкон? И вообще, даже, на слоновые! — Хихикнул Юги. Родители уже давно пошли в комнату матери Нэнэ, отчего не могли услышать столь обидные и ранящие сердце девочки слова. Глаза Ясиро резко расширились, рот открылся для того чтобы что-то сказать, но девочка не могла выдавить из себя ни звука. Будто её паролизовало. Это была последняя капля. Из глаз Нэнэ резко, фонтаном брызнули слёзы, а сердце бешено заколотилось. Ну, а произнести звук девочка наконец смогла, и он был схож с каким-то скулёжем, что ли… Слышать такие слова в свой адрес было более, чем обидно. Казалось, после этой фразы она возненавидит форму своих ног на всю жизнь. Увидев слёзы Нэнэ, мальчик резко опешил, а улыбка спала с его лица, будто её стёрли стёркой. Он действительно настолько сильно ранил бедняжку Ясиро? — Нэнэ… — собирался извиниться мальчик, как выше упомянутая выбежала прочь из кухни, и побежала в свою комнату, плотно захлопнув её на щеколду. Сказать насколько это было громко — ничего не сказать. На лице Аманэ появился некий шок. Он чувствовал себя виноватым. Естественно, почему же ему не чувствовать себя виноватым, когда так сильно ранил девочку, что смогла открыться ему через год их вражды? Аманэ почувствовал жуткое отвращение к своим действиям. На столь громкий звук закрытой двери прибежали испуганные матеря, с предсказуемым вопросом: «что случилось?!». — Аманэ, а где Нэнэ?.. Что у вас тут вообще случилось? — спрашивала Аина, подходя ближе к мальчику, что пытался как-то более менее успокоиться, что всё же смогло у него получится. — Он-на… В своей комнате, — немного заикаясь, ответил мальчик, и пошёл в сторону дивана, стоящего посередине зала. — Опять поругались, наверное… — предположила Сара, зная, что эта догадка верна. Эти двое никогда не будут дружить, сколько бы Аина и Сара не старались. — Ага, — поддакивала Аина, подходя к двери комнаты дочери. — Я пойду поговорю с Нэнэ, а то у неё в последнее время с психикой проблемы, как бы не натворила чего… — волнуясь, тараторила Аина. — Я всё понимаю, можешь идти. Я пока поговорю с сыном, а то он у меня в последнее время ни с кем общий язык найти не может. Только с Цукасой и общается… — А почему он, кстати, не пошёл? — Задала вопрос Аина. — Голова кружилась, сказала ему чтобы дома сидел, теблетку дала, телевизор, наконец, подключила… когда уходила, сидел довольный, смотрел что-то, — преспокойно ответила Сара, уходя в сторону сына. Аина тоже решила не медлить, и пошагала в сторону комнаты дочери. Сразу дверь открыть не получилось, так как та была закрыта не щеколду. Аина несколько раз постучала, и, понимая, что её не открывают, а возможно так и не откроют, прислонилась ухом к двери. Из той доносились всхлипы и мычание. Аина решила поступить по-другому, своим нежным голосом, женщина произнесла: — Донь, родная, открой дверку, пожалуйста! Долго ждать того, как звякнула щеколда двери не пришлось, а уж того, как быстро открылась дверь и из-за неё выбежала в объятия матери заплаканная девочка, — и подавно. Мать быстренько поймала Нэнэ и прижал к себе, пытаясь успокоить и одновременно заходя в комнату.

***

— Аманэ, — позвала Сара зарывшегося лицом в колени мальчика, садясь рядышком с ним, — что случилось между тобой и Нэнэ? Сначала ответ продолжительное время не следовал, но вскоре, наконец, он дошёл до волнующейся за всю эту проблему Сары: — Мам… Я очень сильно обидел Нэнэ… — За этими словами последовали тихие всхлипы. Легко было понять, что Аманэ сложно давались эти слова, а уж тем более — показ своих эмоций матери. Сара подвинулась чуть ближе к мальчику и приобняла его за плечи, прижимая к себе, и Аманэ более менее начал успокаиваться. — Я не знаю что делать… Я чувствую огромную вину перед ней… — Шептал Юги, прижимаясь ближе к матери. Та против не была, а наоборот, взаимно прижимала сына к себе. — Попроси у неё прощения, сделай что-то приятное, это всем девочкам нравится! — Подбодрила Сара сына, взяла его лицо в свои руки, приподняла, и посмотрела в заплаканные янтарные глаза, как и у его матери. — Ты уверена, что это поможет?.. — Спросил мальчик, беря тёплые руки матери в свои холодные. Та нечего не сказала на такие действия, а лишь тепло улыбнулась, согревая сына не только объятиями, своими руками, но и улыбкой. — Конечно, сына моя! — Целуя мальчика в лоб, радостно воскликнула Сара, замечая изменения в лице Аманэ, да и вообще в его настроении. — Ма-а-ам… Ну перестань! — Пытаясь отвернуться от сюсюканий матери, фыркнул мальчик. Но Сара знала, что её-то сыну очень нравится тактильность и сюсюканья. На такие слова женщина лишь тяжело вздохнула и отпустила Аманэ. После чего пошла встречать вышедшую из комнаты Нэнэ Аину, и, на последок, подмигнула сыну, что значило только одно: собраться с мыслями и пойти извиниться перед Ясиро. Так Аманэ и поступил.

***

Ясиро, держа свою маму за руку, шла к матери и сыну Юги, вытирая свои красные от слёз глазки. Завидев девочку, Аманэ слегка напрягся. Несколько секунд пока Ясиро с опаской смотрела на него, он подбирал слова и формулировал предложение. — Нэнэ, прости меня, пожалуйста… — мальчик опустил голову и увёл взгляд куда-то вправо. Пронеслась небольшая пауза. Девочка продолжала смотреть на немного смутившегося Аманэ. Мамы переглянулись. Все ожидали ответа Нэнэ. — Хорошо… — она опустила взгляд в пол. — Правда? — с искорками в глазах старший Юги поднял голову и устремил взгляд на Ясиро. — Угу… — пробубнила та в ответ. — Спасибо! — обрадовался Аманэ, уже раскрыв руки для объятий, но его прервала его мама. — Аина! Смотри, сколько уже времени! Нам пора идти! — восклицая, сказала она. — И правда… — обратив внимание на цифры, изображённые на настенных часах, произнесла она. — Ладно, очень хорошо что вы помирились, — она улыбнулась. — Но Аманэ и Саре пора к себе домой. Через несколько секунд Аманэ уже тянули за руку к выходу, а он смотрел на Аину-сан и на её дочку. Через несколько минут он уже стоял в балоневых штанах, сапожках и тёплой зимней курточке. Его мама обнималась с мамой Ясиро и прощалась. — Пока, Ясиро, — Аманэ немного приподнял уголки губ. — Пока. В следующую секунду дверь между членами двух семей захлопнулась