Loneliness isn't that bad with two people.

Зима становится только холоднее, и наступающее утро всегда тяжелое. Уэнсдей начинает свой поход в ванную с медленного шарканья тапками, а потом выходит из нее промерзшей до костей. Она обматывает шею шарфом, когда они с Энид отправляются во двор. На кухне все же происходит магия, поэтому, когда они спускаются, завтрак подают почти сразу. До открытия школы осталось всего полторы недели. Энид, понимает это, и вероятно по этому больше говорит и использует больше шансов схватиться за руку Уэнсдей или спать, свернувшись калачиком рядом с ней. Ей некому пожаловаться. Уэнсдей просто не знает, что делать с этими новыми чувствами, которые она испытывает. Она молча решает, что с ней все будет хорошо, если она будет внушать себе это постоянно. *** Дверь на балкон замерзла. Если кто-нибудь пройдет через него, то его, скорее всего, встретит безжалостный ветер и снежинки, застрявшие в волосах. Так что это действительно огромная загадка, почему Энид все еще пытается открыть ручку. "Что делаешь?" — спрашивает Уэнсдей из своей постели. "Вот увидишь. Это будет совершенно волшебно. Как только я… открою… эту… дверь… о!" Энид отлетает с стуком, ее спина бьется об пол с такой силой, что даже Уэнси вздрагивает. "У тебя все нормально?" Уэнсдей встает и подбегает, нависая над Энид. Нет, судя по тому, как Энид потирала голову, ее мозг, вероятно, единственная часть, которая пострадала. "Так тебе и надо." "Эй! Я очень старалась, чтобы открыть эту дверь!» «Я не вижу смысла. Здесь холодно, а на улице будет еще холоднее». "Ну давай же!" Энид тянет Уэнсдей за руку и тащит ее на свежий воздух, под град ревущего снега и ночное небо. — Разве это не красиво? Все, что она может чувствовать, это ледяной ветер. "Ты сумасшедшая!" — кричит Уэнсдей, прикрывая глаза рукой, чтобы защититься от снежинок. "Я ухожу." «Нет, смотри. Энид указывает на небо. «Смотри, куда? Ты… Уэнсдей поднимает голову, и все слова замирают у нее на губах. Огни, зеленые, синие и желтые, пересекают небо узорами. Если бы было с чем сравнивать, то это было бы северное полярное сияние на полюсе, но такого она никогда раньше не видела. Уэнсдей смотрит на Энид с вопросом который застрял в горле. «Офигенно, правда? Об этом мало кто знает, потому что обычно к тому времени как такое небо появляется уже все на каникулах. Но я увидела это в прошлом году. Видимо, магия в этой школе создает силовое поле или что-то в этом роде, и оно взаимодействует с атмосферой. Энид высовывает язык, чтобы поймать снежинки «Но кого волнует вся эта научная чепуха! Это самая крутая вещь на свете, правда?!» Уэнсдей может только кивнуть. Она старается не думать о том, как Энид сказала, что увидела это в прошлом году, старается не думать о маленькой Энид, которая проводила свои дни в полном одиночестве в пустой школе, чтобы избежать своей семьи. Ну вот и Уэнсдей наконец заговорила "Это красиво." «Ха!» Энид ухмыляется. — Думаю,я не зря старалась открыть эту дверь, верно? «Я не позволю тебе объявить это победой», — растягивает слова Уэнсдей «Ну-ну. Посмотри на себя. Ты улыбаешься». И, к сожалению, Уэнси понимает, что… на самом деле улыбается. Это еще один сюрприз. "Никому не говори об этом" Они деражатся за перила, вглядываясь в ночное небо. И даже если кто то из них прижимается к другой еще ближе, они не обращают на это внимание. Энид начинает судорожно дышать, что является явным признаком того, что она замерзла. «Я рада, что ты тусовалась со мной последние несколько недель. Я имею в виду. Не знаю, нужно ли тебе это, но мне нужно. Ты понимаешь?" «Ммм». — И, типа, ты не можешь этого отрицать! Я научила тебя вязать! И согрела твои руки! И показала тебе этот невероятный вид!» «Ммм». Энид раздраженно смотрит на нее. — Ты можешь хоть что-нибудь сказать? На самом деле Уэнсдей хочет многое сказать. Она просто не из тех, кто говорит очень часто. Возможно, это вредно, но сейчас Уэнси знает, что Энид разрешила бы ей молчать весь день, если бы она этого захотела. Это одна из тех важных вещей которые Энид делает для Уэнсдей. Ей это очень нравится. — Мне не нужно говорить, — шепчет Уэнсдей и наклоняется вперед, чтобы поцеловать ее. Энид определенно трясет, хотя Уэнси не уверена, что на этот раз от холода. Она вздрагивает, и что-то касается лица брюнетки, это рука Энид. Девушка двигается терпеливо, осторожно, медленно, все, что противоположно тому, что она обычно делает. Если Уэнсдей задумается об этом, то может быть Энид попытается оправдать это отсутствием опыта. Но ей это тоже нравится. Когда они расходятся, Энид просто улыбается самой широкой улыбкой, которая когда либо была у нее. "Ух ты. Так мы теперь не просто друзья, а лучшие? — Хватит шутить, — закатывает глаза Уэнсдей, Энид смеется. Тем не менее, Уэнси снова целует ее.