lovers

      Солнце уже клонилось к закату, когда они покинули храм Сурастаны. Туман поднимался над тропическими лесами, и воздух наполнился той липкой дымкой после жары.       Странник... Да, теперь Странник спускался за ней по мостику с высоты Священного Дерева. Ее шаги остановились, и он тоже, поднимая голову на нее. Девушка смотрела на красное солнце, которое уже почти полностью скрылось за горизонтом, но его свет ещё не успел остынуть.       Путешественница перевела взгляд на Странника, который стоял поодаль.       — Зачем ты за мной идёшь?       — Ты согласилась дать мне имя.       — Ты не обязан за мной ходить.       — Мне некуда идти.       Девушка вздохнула, будто он приносил ей одни неудобства, и его это незамедлительно задело. Странник насупился, но она уже отвернулась и не могла видеть его взгляда.       — Ты бы мог попросить Нахиду наречь тебя, — нехотя сказала она.       — Она меня жалеет. Ты нет.       Девушка постучала пальцем по подбородку, подумала о чем-то, – Странник заметил это, – и потом продолжила спускаться вниз по лестнице. Они вышли на тихую улицу и подошли к неприметному дому, такому же, как и все в городе Сумеру... Путешественница отворила дверь. Странник все ещё стоял сзади. Они посмотрели друг на друга.       Она закрыла дверь. Замок щёлкнул. Странник фыркнул и оглянулся. Уже совсем стемнело и только последние прохожие торопились домой. Юноша сел у двери, собрав колени под подбородком и стал ждать.       Только рассвет коснулся кромки деревьев, с обратной стороны двери начало происходить какое-то движение. Через пару минут из домика вышла Путешественница в своем неизменном белом платье.       — Что ты тут делаешь?       — Жду, — он повернул к ней голову, и суставы в шее щёлкнули. Странник немного поморгал – ночь прошла, люди стали выходить на улицы и точно заметили бы, что его зрачки не двигаются. Нужно было соответствовать.       — Всю ночь? — она вскинула брови.       — Да, — Странник встал, отряхиваясь от пыли.       Путешественница ещё какое-то время смотрела на него, а он на нее. Потом девушка отвернулась и пошла ко входу на Большой Базар. Странник, конечно же, за ней.       Тут будто и не ложились спать. Торговцы уже разворачивали свои прилавки, заклинатели змей не переставали играть свои чарующие мелодии и театральная труппа уже репетировала на сцене.       Они подошли к торговцу фруктами.       — Ай, дэвушка-красавица, подходи, покупай, смотри, какие спелые персики. — И она ведь подошла! И стала выбирать! Странник скрестил руки на груди, притопывая ногой. К нему пытался обратиться другой торговец, но уже пряностями, и одного взгляда хватило, чтобы он замолчал и больше к нему не подходил.       — На, подержи, — девушка всучила ему корзину, уже полную спелых персиков. Странник чуть не задохнулся от такой наглости. И потом принюхался. Персики и правда были хороши, и так вкусно пахли, что... Тут Странника кольнуло что-то под ребрами, и он снова насупился от очередного напоминания о том, чего у него нет.       — Зачем мы всем этим занимаемся? — он пошел за ней дальше вглубь базара.       — Мне нужны персики, — Путешественница похлопала глазами, будто ее правда удивил его вопрос.       — И как это относится к имени? — резко, резче, чем хотел, спросил он, всплеснув руками. Он чуть не задел проходящую мимо старушку, и она пригрозила ему сухим сморщенным кулаком и ушла, бормоча ругательства на сумерском. Странник их все равно не разобрал.       — Относится, — она серьезно кивнула.       Юноша заворчал что-то нечленораздельное, и пошел за ней.       Следующей их остановкой была большая и богатая лавка с тканями. Странник остался стоять с той самой корзинкой, пока девушка советовалась с торговцем. Он глянул вниз, в корзинку. Несколько особенно переспелых персиков помялись, и их сок брызнул на другие. Странник поджал губы, сам не заметив, как облизнулся при взгляде на них.       — Какой цвет тебе нравится? — девушка показала ему два отреза ткани: один глубокого синего оттенка и второй красно-розовый, совсем как эти персики.       — Никакой, — выплюнул он и отвернулся, надеясь, что дал понять, что ничего из этого его не интересует.       — Хорошо, — она кивнула. Какие-то еще приготовления произошли за его спиной. Путешественница появилась в его поле зрения с рулоном той тёмно-синей ткани, перекинутым через плечо. Странник не успел моргнуть, как держал теперь этот рулон на своем плече.       — Ты издеваешься надо мной? — скрипнув зубами, процедил он.       — Тебе тяжело? — она сложила брови домиком.       Страннику оставалось лишь выдохнуть сквозь зубы.       Он надеялся, что эта остановка была последней. Они остановились у лотков с амулетами, и ее настойчиво окучивала зазывающая их торговка.       — Вот тут, девочка, тришараит, нефрит, коралл, — женщина повела рукой с браслетом из звенящих монет над прилавком. — Амулеты на удачу, на здоровье, на любовь... — она поглядела очень внимательно в сторону Странника, который держался в стороне с корзинкой в одной руке и перекинутым через плечо рулоном ткани в другой. Юноша фыркнул, оскалившись, и торговка только лукаво хихикнула, переводя взгляд на покупательницу.       — Как думаешь, работает? — она взяла несколько на руку, чтобы показать ему.       — Это все чушь, — он отвернулся. Путешественница и торговка многозначительно переглянулись за его спиной.       Когда девушка прошла мимо, он заметил, что на ее шее теперь поблескивает амулет, за который она только что расплатилась. Странник рассмотрел его повнимательнее, и поджал губы. Опять под ребрами что-то затянуло, но он не мог понять что.       — Мы не идем к тебе домой, — заметил он, когда они свернули в противоположную сторону от ее дома.       — Нет, — просто ответила она. Они вышли за пределы города, миновали стражников у главных ворот и пошли по мосту, перекинутому через реку, которая окружала город Сумеру почти как озеро.       — Куда мы идём? — спросил Странник, пытаясь вложить в свои слова больше веса.       Путешественница не ответила. Впереди показалась загадка с элементальными монументами дендро. Ее глаза загорелись, как две монетки моры, и она побежала к ним, оставляя Странника позади. Он вздохнул и поплелся за ней. Корзинка и рулон не были тяжёлыми, совсем нет, но все же...       Когда он приблизился, дендро монументы уже зажглись зелёным и Путешественница рылась в появившемся сундуке.       — Одни куриные ножки... — она разочарованно помотала головой и встала, только чтобы сразу опуститься на рядом лежащий валун. Странник сел рядом. Девушка убрала волосы с лица и потянулась к нему, и он, распахнув глаза, отпрянул. Она взяла персик из корзинки. — Будешь?       — Нет, — губы Странника дернулись, будто он снова хотел оскалиться, но стерпел.       — Ну мне больше достанется, — Путешественница пожала плечами и откусила. Сок брызнул во все стороны, пачкая ее руки, подбородок и платье, но, кажется, ее это не волновало. Странник отвернулся.       Через какое-то время она пошарила рукой рядом и нашла палочку, начиная чертить что-то на земле. Странник наклонился поближе, глядя, как она выводит знаки инадзумской письменности.       — Синдзо, — сказала она, дописав, и Странник узнал в этих иероглифах слово.       — Что это?       — Твое имя.       Странник поднял на нее взгляд, вскинув бровь.       — Твое имя, — повторила Люмин медленнее, будто говорила с ребенком. Юноша насупился. — Синдзо.       — Это будет «сердце» на инадзумском, — он недоверчиво прищурился.       — Так и задумано, — Люмин кивнула, снова откусывая персик.       «Синдзо...» — Странник покатал звуки на языке, будто пробовал его. В груди, как раз на месте сердца что-то всколыхнулось и затянуло, но уже не так, как было весь день.       — Ты снова издеваешься надо мной? — он придвинулся ближе, заглядывая в ее лицо. — «Сердце»? Серьезно?       — Ты же хотел его, — Люмин кинула косточку куда-то себе за спину, — сердце. Вот я и дала, что ты просил.       Странник... Нет, теперь Синдзо промолчал. Он нашел в корзинке самый аккуратный, самый маленький персик и взял его в руку. Он долго рассматривал его, прежде чем откусить.