Сливовый пирог

Уилсон встретил Баки на пороге и почти шикнул на него, как на птиц в парке, отгоняя от кабинета ладонями с растопыренными пальцами. – Если не возражаешь, повторим прошлый раз. Баки отодвинулся в сторону уже не реагируя раздражённо, как бывало временами до этого, когда Сэм начинал изображать из себя ведущего телешоу. – Уезжаешь ещё раз в отпуск прямо сейчас? Сэм состроил на лице гримасу: – Рано радуешься. Идём. И он тронул за локоть Баки, задавая направление. Это тоже не раздражало настолько, насколько могло бы. Такое вторжение в личное пространство. – Чем плох рабочий кабинет? – Мне нравится водить тебя на прогулку, – спокойно отозвался Сэм. – Прелесть, – буркнул Баки, а Уилсон ехидно ухмыльнулся. На этот раз вместо кофе Сэм потягивал фруктовый смузи. – Что? Это отличная вещь! – отреагировал Уилсон на молчаливое наблюдение. Баки пожал плечами, отворачиваясь. Сегодня намного теплее, на нем бордовый лонгслив. Солнце настолько прогрело воздух, что даже до локтей закатал рукава. И как-то было все-равно, что Уилсон видит шрамы или любой случайный прохожий. – Как это произошло? Ему не нужно уточнять, что именно и так понятно. – Подрался за последний смузи, – он бросил в Сэма незлой взгляд исподлобья. Рано или поздно все спрашивают, но не все удовлетворяют собственное любопытство. Сэм наигранно-одобрительно закивал: – Чертовски офигенный смузи был. Баки фыркнул, откидываясь на спинку лавки и вытягивая ноги. Ткань туго натянулась на рельефе грудных мышц. Они сидели молча некоторое время и наслаждались, возможно, последними тёплыми днями. Уже начало сентября и скоро станет промозгло, темно и уныло. – Лодку удалось починить? – Смотря что называть починкой, – Сэм покачал головой. – Она не идёт ко дну, когда пришвартована. С механикой нужно возиться и стоит это приличных денег. Предвосхищая вопрос, почему бы просто не сдать на металлолом, отвечу – не просто. Уилсон вдохнул воздух, делая паузу. – Почему непросто? – Семейное наследие. Реликвия. И, черт возьми, она в таком состоянии, что иначе и не скажешь. Уилсон прикончил смузи одним глотком, перевел взгляд на Баки. Тот кивнул: – Антиквариат. Уилсон сверлил его глазами несколько секунд, пока с серьезным видом не кивнул в ответ: – Да, ископаемое. В немом согласии они вдвоем уставились на горизонт. На самом деле не было необходимости бесед, тем более длительных и выходящих за рамки профессионализма. Обсуждение прошедшего отпуска с, в некотором роде, подопечным – это точно не пункт в государственной программе. Тем не менее, спустя пол года они пришли к практически непринужденному диалогу. – У нас была похожая реликвия в семье, – негромко заговорил Баки. – Фургон, который отец унаследовал от деда. А тот, наверное, от своего деда. Развалюха та ещё. – Ещё на ходу? Баки коротко покачал головой: – Испустила дух, когда я был подростком. – Аминь, – Уилсон совершил жест с воображаемым бокалом в руке. Баки с одобрительным выражением на лице негласно выразил, что точно так же. Было тепло и как-то по своему комфортно. Он заложил руки за голову и лениво смотрел на газон перед ними. Ещё немного и окончательно развезет на солнце. И Уилсон, судя по всему, находился в похожем состоянии. Или очень близком. Он снова заговорил медленно и разморено: – Сара заставит меня нырять на дно и чинить лодку даже там. – Кто такая Сара? – Моя сестра. Так вот на дне крабы будут подавать гаечные ключи. Я даже не стану жаловаться, потому что это лодка моего старика. И она – часть семьи. Баки еле заметно кивнул и прикрыл глаза. Они посидят ещё несколько минут, потом он пойдет домой. Или прогуляется ещё. Голова совсем опустела, а тело налилось тяжестью. Нужно было выбрать более тенистое место. Он ощутил как в бок легонько толкнули. – Барнс, ты не уснул? Потому что на тебя кое-кто очень внимательно смотрит, – голос Сэма был пропитан неслыханным ехидством. Баки нахмурил брови, не понимая о чем вообще речь, и открыл глаза. Уилсон взглядом направил влево, на тротуар у проезжей части. Там была Айрис вместе с какой-то девушкой, Баки никогда не видел ее до этого. Айрис узнала его издалека и Уилсон не упустил возможность поговорить. – Знакомая? Они смотрели друг на друга пару ее шагов, Айрис что-то ответила подруге, которая дернула за рукав, обращая на себя внимание. Баки выпрямился и сел, подобрав ноги. Потер затылок, стало душновато. Надо уйти в тень или пойти выпить смузи. Лавка превратилась в неудобную конструкцию и он сместился, пытаясь найти более удобную позу. Он пропустил вопрос мимо ушей. Айрис не собиралась подходить, она стояла на пешеходном переходе, а ее спутница бросала заинтересованные взгляды через плечо. Баки сцепил пальцы в замок и снова посмотрел на неё. Она как будто почувствовала и обернулась. Нерешительно помахала с улыбкой. Он ответил, только улыбнуться не получилось нормально. А потом ее потянула за руку подруга или кто она там ей была и они быстро перешли дорогу, растворяясь в потоке людей. – Теперь, когда её не видно и к тебе, возможно, вернулся слух, – напомнил о себе Уилсон, – может поделишься кто это? – Соседка, – он пожал плечами, как бы между делом. – Через стену. – Выглядит довольно милой. Как зовут? Он не должен испытывать чувство собственничества, но вопрос вызвал лёгкое недовольство. Потому что Уилсон много говорит, много замечает и решил влезть даже в личную жизнь. Пусть у Баки и не было личной жизни, но оставить хоть крохотную часть неизведанной территории для себя хотелось. Даже если это всего лишь имя. – Барнс, я не побегу отбивать у тебя девушку, – Уилсон хорошо умел читать по лицам и слышать то, что даже не было произнесено вслух. Баки резко вскинул на него глаза: – Она не моя девушка! У меня нет девушки. Сэм медленно кивнул, выразительно расширив глаза: – Она знает об этом? – Что? – Баки скривился, развернувшись всем корпусом к Уилсону. – Что за чепуху ты несёшь? Уилсон довольно ухмыльнулся, как будто только что сбылось предсказание по которому выиграли в лотерею. И он автор предсказания. – Слушай, Баки, я рад. Серьезно, – с несерьёзным видом приложил ладонь к сердцу Сэм. Баки кисло наблюдал за клоунадой рядом с собой, размышляя, что, пожалуй, погорячился с выводами и Сэм на самом деле заноза в заднице. – А я рад, что ты рад. Что бы это не означало, – хмуро ответил Баки. Потому что ну какого черта раздувать из мухи слона? Совершенно на ровном месте. Как бабушка когда-то делала, стоило ему вскользь упомянуть имя одноклассницы. Сразу начинались расспросы, которые всегда заканчивались тем, что он краснел и сходила тысяча потов. В переходном возрасте у него было много комплексов на собственный счёт и мало опыта в общении с противоположным полом. Длилось это недолго. Факт. И вот теперь благодаря Уилсону он рефлексирует и вспоминает бабушку. – Любопытно, – пробормотал Сэм себе под нос, а сказал громче. – На сегодня приём окончен. Он поднялся, попутно всматриваясь в наручные часы: – Я из-за тебя обед пропустил. Баки тяжело поднялся следом и равнодушно отозвался: – Я из-за тебя тоже.