Who doesn't love variety?

Кастиэль сидит на коленях напротив сильного человека, дергающего его за поводок, вынуждающего склоняться к полу, чуть ли не утыкаясь носом в прохладную поверхность. Нежную кожу шеи чуть трет кожаный чёрный ошейник с металлическими заклёпками, оснащенный ремешком, который смиренно замотан на руке зеленоглазого высокого парня, с упоением наблюдающим за будоражащей фантазию картиной: полностью обнаженный Кастиэль, словно послушная собачка сидит около его ног, склонив голову, и лишь изнывающий твердый член выдает его истинное желание, показывая, как нравятся ему подобные БДСМ игры, ведь он был совершенно не против нововведений в их сексуальную жизнь. — Какой ты послушный, — Дин протягивает руку, запуская ее в тёмные смоляные волосы, одобрительно растрепывая их, гладя нежную кожу головы. Но, не дав Касу расслабиться, он впивается пальцами в локоны, оттягивая за них голову, заставляя небесные выразительные глаза смотреть на него. Со стороны Кастиэля издаётся жалобный всхлип, и Дин забавится, ухмыляется, предвкушая все то, что будет сегодня происходить. — Ты же послушный мальчик, Кас, так что ты выполнишь все мои желания, верно? Кастиэль слабо кивает головой, то и дело чувствуя, как колени разъезжаются на прохладном полу, как жалит прохладный воздух, что покоится в ногах, обдувая его разгоряченное тело, что больше всего ощущается на возбужденной плоти. Дин одергивает руку, но лишь для того, чтобы начать возиться со своим ремнем, будто невзначай дергая за поводок, заставляя Каса шипеть от боли, подаваясь вперед, сталкиваясь с ногами Винчестера. Когда бляшка ремня щелкнула, а сам он полетел на пол, Кастиэль поднял голову в предвкушении, потому что ничего другого ожидать сейчас нельзя. Винчестер расстегнул пуговицу и ширинку, сверкая своими зелеными глазами, наполненными небывалой похотью. Кас, поняв его молчаливый приказ, аккуратно стянул джинсы вместе с боксерами Дина, заглядываясь на его эрегированный член, сочащийся смазкой, с набухшими венками и покрасневшей привлекательной головкой, находящийся ровно напротив его лица. Винчестер с силой сжал чужие волосы, подталкивая вперед, и Кастиэль повиновался, сразу же, не церемонясь, заглатывая головку, нежно обводя ее языком и слыша в ответ удовлетворительное мычание. Поводок ошейника чуть дернулся, и Кас неволей заглотил член почти до середины, стараясь все также увлеченно работать языком, покрывая вязкой слюной член, развратно и жадно облизывая его, принося удовольствие доминирующему. Кастиэль начал откровенно сосать, лишь сильнее возбуждаясь от руки в своих волосах, что подталкивала дальше, давила сильнее с каждым разом. Головка неприятно упиралась в горло, но Кас уже почти привык к этим ощущениям, так что для него это не было проблемой; по подбородку начинала течь слюна, но Кас даже не обращал на эти мелочи внимания, полностью концентрируясь на принесении удовольствия партнеру, активно посасывая и облизывая член, обильно сочащийся смазкой, которую он также с упоением слизывал, мыча от солоноватого приятного вкуса. — Умница, — прохрипел Дин, стараясь не смотреть вниз, чтобы не кончить раньше времени. Он отдернул Каса за волосы от своего члена, перебираясь рукой на подбородок, чуть размазывая его слюну и надавливая на нижнюю губу, оттягивая ее. Винчестер полностью выпутался из джинсов и боксеров, отпихивая их подальше, чтобы они не мешали их развратным играм. Дин сел на корточки на уровне Кастиэля, заглядывая в его покрытые пеленой возбуждения глаза, широкие зрачки с откровенно читаемым наслаждением. Дин всегда знал, что этот невинный паренек чертов извращенец, тем более, когда дело касается БДСМ. Он дернул Каса за поводок, притягивая тем самым к себе, впиваясь в его горячие губы страстным поцелуем, сплетая мокрые языки, покусывая раскрасневшиеся губы, даря приятные впечатления. Контролировать им с ошейником настолько легко, что хочется держать его на привязи вечно, чтобы этот голубоглазый парнишка беспрекословно исполнял все приказы, но беда в том, что Дин слишком любит его, чтобы так издеваться. Дин проскользил рукой по спине Каса, нежно касаясь линии позвоночника, спускаясь ниже, получая в ответ рваные вздохи в самые губы. Винчестер с силой сжал упругие ягодицы Кастиэля, на что последовал жалобный всхлип, несущий в себе плохо скрываемое желание. Но он обожает мучать своего парня, так что так просто он не даст ему желаемого. Дин возвращает руку к губам Кастиэля, и тот послушно открывает ротик, впуская два пальца внутрь, с энтузиазмом облизывая их, проходясь языком по мягким подушечкам, спускаясь дальше, вызывая у Винчестера волну возбуждения. Он вынимает пальцы из мокрого рта, возвращаясь к заднице и нащупывая тугое колечко мышц, заставляя Каса под собой трястись, подаваясь бедрами назад, насаживаясь. Дин нежно провел по красной дырочке, все еще держа Кастиэля недалеко от себя, не давая ему отстраняться, хотя тот и не хотел. Одним легким движением Дин скользнул внутрь сразу двумя пальцами, слыша вскрик, самодовольно ухмыляясь, продолжая растягивать тесный горячий проход, будто невзначай задевая простату, слыша жалобные всхлипы и полустоны, которые тот отчаянно пытался сдерживать. — Прекращай, Кас, — Дин проходит глубже, и Кастиэль сжимается вокруг него. — Не сдерживайся. Дин разводит пальцы в виде ножниц, и Кас шипит от легкой боли. Винчестер, посчитав, что он уже достаточно растянут для его члена, вынимает пальцы, замечая легкое разочарование на лице партнера, но оно быстро проходит, когда он понимает, что сейчас будет. Дин встает, обходя Кастиэля, все также держа поводок крепко замотанным в своем кулаке. Кас, не дожидаясь каких-либо команд встает на четвереньки, сильнее выпячивая свою аппетитную задницу, давая Дину насладится видом своей работы; красная растянутая мокрая от слюны дырочка так привлекает, что член изнывает от нехватки прикосновений, жаждет получить удовольствие. Будет слегка больно, потому что на растяжку он выделил минимальное количество времени, но это не страшно. Винчестер устраивается сзади, изучая глазами тело Каса; он такой чертовски красивый, когда возбужден, растянут и течет, словно его маленькая послушная сучка. Дин хватает Каса за бедро, придвигая ближе к себе, слыша нетерпеливый вдох. Они не будут использовать смазку, потому что так им нравится больше, слишком грязно и развратно. Головка члена проходит по дырочке, надавливая, но недостаточно, чтобы проникнуть внутрь, лишь дразня, с блаженством наблюдая, как тело перед ним трясется, как руки не способны выдержать давящее возбуждение, и вес его тела переходит на локти, упираясь ими об пол. Они прекрасно знают, что заниматься сексом на полу не очень удобная затея, но, кажется, трудности возбуждают лишь сильнее. Дин тянет за поводок, вынуждая Кастиэля поднять голову и развернуть ее на Винчестера, и Дин с упоением замечает легкий румянец на его щеках, не относящийся к возбуждению. Ему нравится, как Кас мило смущается на подобное, хоть скоро он не сможет, задыхаясь от ощущений члена внутри себя. Дин знает, что ему это нравится. Винчестер надавливает сильнее, резким движением входя, выбивая из Каса вскрик, но не давая ему отвернуться, все также держа его голову в подобном неудобном положении. Дин ощущает, как горячие стенки, давящие на его член, пульсируют, сжимаются, и это доставляет огромное удовольствие. Внутри достаточно сухо, и Дин видит, как на глазах Кастиэля выступают слезы, но член, обильно текущий смазкой от возбуждения, выдает то, насколько ему нравится это. Дин делает аккуратные на этот раз толчки, все-таки он не зверь, и, получая стон, будто повествующий о разрешении, начинает двигаться активнее, налегая на чужое тело своим весом. Винчестер наклоняется к плечам Каса, оставляя легкий поцелуй, проходясь языком по этому месту, словно извиняясь, но в то же время вдалбливаясь в задницу, слушая жалобные всхлипы и стоны, что ласкают слух настолько сильно, что посылают в член разряды электричества. — Не больно? — все-таки шепчет Дин, нежно проводя рукой по невероятно гибкой спине. — Н-нет, — Кас стонет, изгибается под ним, и секс с этим человеком — лучшее, что можно вообще представить. Горячее никого в жизни Дина не было и не будет никогда, потому что Кастиэль слишком идеален, чтобы терять его. Дин впивается в пухлые губы, сразу же пробираясь языком внутрь, изучая небо, проходясь по зубам, плавясь от сладких стонов и рваных выдохов. Как же удобно, что голова Кастиэля повернута прямиком на него, и этот черный ошейник на его шее безумно идет ему. Внутри него так горячо и узко, безумно хорошо, и Дин хрипло стонет от ощущений, отстраняясь от чужих губ, ускоряя темп, опираясь свободной от поводка рукой об пол, чувствуя, как оргазм незамедлительно приближается к нему, посылая импульсы в головной мозг, расходясь по телу в сладкой нуге, доставляя одно лишь удовольствие и неприятную тяжесть в паху. Винчестер рычит, утыкаясь лбом между лопаток Кастиэля, лихорадочно вдалбливаясь, чувствуя, как ему сносит крышу. Буквально несколько движений, и он чувствует, как волна тепла пронзает его тело, член ужасно пульсирует и, наконец, изливается в горячее нутро, сопровождаясь громким стоном Дина, шепчущим какие-то ругательства. Он чувствует, как стенки вокруг его члена лихорадочно сильно сжимаются, слышит громкий стон, почти что переходящий в крик, и видит, как Кас кончает от ощущений спермы в своей заднице, и расплывается на полу, пытаясь наладить дыхание. — Уже расслабляешься? — Дин ухмыляется, дергая его за поводок. — Это только начало, детка.