Мир без масок

      Сакура игнорировала сообщения Дейдары. У неё от него только проблемы. Он творит всегда что-то сомнительное и не спрашивает, хочет ли она участвовать в этом или нет, а просто хватает её и тащит. Потом ею сильно недоволен Какаши. Ей нужно принять реальность: она замужем за Хатаке, и ей не нужна эта интрижка с Тсукури, хотя какой девушке не захочется получить внимание, когда твоему мужу абсолютно наплевать на тебя? Тут любая побежит в эти обманчивые объятья. Тем более, Дейдара очень даже хорош собой. Помани он пальцем, любая побежит и без денег. Она считала, что его внимание — это то, что помогло ей взять себя в руки и не раскиснуть от безразличия Какаши. Теперь нужно было забыть о нём. — Сакура, ты так не считаешь? — спросил Хатаке. — А? — вылезла из своих мыслей девушка. — Я сказал, что остров, на котором мы были во время медового месяца, очень хорош, — мягко улыбнулся Хатаке. — Да, там самое лучшее место для спокойного отпуска, — улыбнулась Харуно хозяину дома. Они ужинали у какого-то важного политика, который со временем будет продвигать Какаши. Мужчина уже был в возрасте, и жена его тоже. Напротив Сакуры за столом сидела их четырнадцатилетняя дочь. У пары было двое старших сыновей, но они не присутствовали при ужине, так как занимались своими делами и в принципе уже не жили с родителями. Дочь же была поздней и ещё училась в школе. Сакура подозревала, что эта девочка не родная дочь жене этого мужчины — скорее всего, от любовницы. Не могла Акико, хозяйка этого дома, родить настолько поздно. Но пара всеми силами доказала, что это правда. Разумеется, если всплывёт истина или заговорит настоящая мать, для мужчины настанет крах. Его политическая карьера будет закончена: никто не захочет голосовать за такого лжеца. — Надо будет туда съездить, — Мацуо не уточнил, с кем он поедет, и Сакура сомневалась, что с женой. Которая, кстати, смотрела на Сакуру с презрением. Харуно было всё равно, что о ней думает эта женщина, но любопытство вызывал вопрос: почему? Разумеется, она не станет выяснять, какая разница, что там думает эта женщина, если даже собственный муж с ней не посчитался. — Я могу уйти? — робко спросила дочь. — Нет, сиди с гостями, — безапелляционно заявила Акико. — Пусть идёт, — махнул Мацуо. И у Сакуры всё больше укоренялась в голове мысль, что девочка ей не родная и вряд ли у неё сладкая жизнь в этом доме. Женщина не выглядит как приятная особа, от неё наоборот хочется поскорее сбежать. — Спасибо, — поблагодарила она отца, поклонилась всем и почти убежала. Акико недовольно посмотрела на мужа. Ей явно не нравилось, когда подрывался её авторитет. — О чём ты задумалась? — спросил её Хатаке. Он считал, что ту невежливую заминку надо как-то объяснить. — Прошу прощения, в университете много заданий, — неловко улыбнулась Харуно. — Задумалась, как проще одно из них сделать. — Вот что значит молодая жена, — рассмеялся глава дома. На этих словах Акико поджала губы, и Сакуре стало всё понятно. Ей не понравился её возраст, что она молодая и такая удачливая. Харуно продолжила беззаботно есть. — Вкусно? Я смотрю, что вам нравится наша еда, — спросил Мацуо. — Спасибо, она замечательная, — проговорила с большой благодарностью девушка. Только сейчас она заметила, как на неё смотрит мужчина: она его явно заинтересовала, и спасало её лишь то, что она жена Хатаке. Возможно, Акико и это заметила и поэтому была недовольна Сакурой. — В молодости хороший аппетит всегда важен, — одобрил мужчина. — В старости мы уже должны выбирать, что есть и когда, иначе потом болит желудок и приходится пить много таблеток. Эх, юное время, оно было замечательное, да, Акико? — женщина в ответ лишь скупо кивнула. Или её всё же раздражал возраст Сакуры? Хатаке делал вид, что игнорирует всю эту ситуацию. Харуно даже не удивилась: это типичная история её мужа — ставить связи на первое место, а какое отношение к ней? Без разницы. — Как учёба? Помню, в наше время всё было очень строго, — мужчина ухмыльнулся.       Сакура понимала, что это очередное враньё. Всегда на проступки самых богатых наследников закрывали глаза. Девушка была уверена, что Мацуо нисколько не стеснялся и вёл себя как пуп земли. — В наше время тоже, — скромно ответила Харуно. — Я тогда ещё не знал, что Акико будет моей женой. Я заканчивал последний курс, а она только поступила. Конечно, мне не нравилась эта идея брака, когда тебя заставляют. Но теперь я ни о чём не жалею, — он повернулся в сторону жены и улыбнулся. Та лишь сухо поджала губы. Сакура подумала, что, скорее всего, его жена выбрала бы другую жизнь, знай она раньше, как пройдёт их брак. — У вас двое замечательных амбициозных сыновей и красивая дочь, что ещё можно желать, кроме как достойного наследия? — вклинился Какаши. — Да, только у них на уме бизнес, не хотят идти по моим стопам, а наша семья в политике ещё со времен сёгуна, а теперь что? — А как же ваша дочь? — спросила Сакура. — А что она? — не понял мужчина. — Ну, сейчас не обязательно быть мужчиной, чтобы быть политиком, — Сакура усмехнулась. — Да, времена другие, — подтвердил мужчина. — Но это не женское дело. Её задача — выйти удачно замуж, чтобы наладить связи семьи и помочь своим братьям.       Сакура наклонилась к тарелке и нахмурилась, когда услышала эти слова. Она не любила, когда собеседник принижал женский пол и делал вид, что вся власть в руках только мужского пола. Хатаке посмотрел на неё безразлично. — Вы решили, чем будете заниматься? — перевёл тему Мацуо.       Сакуре хотелось съязвить, что, очевидно, не политикой, но подумала, что Какаши потом устроит ей выговор. — Я ещё не решила, какой благотворительный фонд хотела бы открыть, — сухо ответила Харуно. Значит, заниматься добрыми делами женщины могут, распоряжаться деньгами своего фонда тоже, но быть политиком — нет. — Акико всегда может дать совет, — хозяин дома не замечал недовольной ауры за столом. — Да, можете прийти ко мне за советом, — хотя слова прозвучали невинно, но вид женщины показывал, что она лучше умрёт, чем встретится с Харуно. — Благодарю, — сухо ответила девушка.       В это время пришёл какой-то молодой человек и что-то начал шептать на ухо Мацуо. Он лишь кивал и потом сказал, что он понял и разберётся со всем позже. — Если мы вас отвлекаем — мы поедем домой, — Какаши посмотрел на мужчину. — Всё нормально, там не срочные дела, — отмахнулся Мацуо. — Некоторые любят делать из мухи слова. Когда займёшь пост, сам поймёшь. — Это будет не скоро, — мягко ответил Какаши. — Конечно, нужен наследник, который продолжит твои дела, а ты будешь думать спокойно о судьбе страны, поэтому вам нужно не медлить с этим вопросом, — Мацуо не стеснялся своих слов. Он стал вести себя так, словно женщины стали предметом мебели. Харуно поджала губы: ей не нравилось, когда решали за неё, хоть она и знала, что вопрос с детьми для подобных мужчин всегда острый. Но, может, ему родит Акира или Аои? Или любая другая из девиц, сколько их там? Сакура пока не знала, но была уверена, что познакомится со всеми. Но её пугала участь стать как Акико, которая сидела напротив, и ей только оставалось принять настоящее, как данность, и не сопротивляться, потому что такой мужчина никогда не позволит ей стать свободной от своих оков. И, возможно, принять в каком-нибудь сомнительном статусе ещё каких-нибудь незаконных детей. Эта золотая клетка тяготит не одну женщину, у них просто нет выбора. Нет, Сакура не считала, что Акико святая: её падчерица явно страдает. Отец в ней видит лишь способ проложить дорогу для братьев, мать семейства ненавидит её, и с таким характером она только и может, что третировать. Бедная девочка. Ей стало мерзко находиться в этом доме с этими людьми, но их ждал ещё десерт. — Сакура, скажи, как дела у твоего отца? Он смог исправить ситуацию?       Харуно чуть не подавилась вином, которое только глотнула. — Шумиха была такая, что казалось, что никак не исправить ситуацию, — продолжил мужчина. — У него всё хорошо теперь, — выдавила из себя Харуно. — Конечно, с таким зятем, как ты, Какаши, я думаю, что ему было бы сложно не уладить дела. — Кизаши — умный человек, он смог бы выпутаться, — Хатаке мягко заметил. — Ну да, конечно, — в его голосе был скептицизм. — Очень жаль, что Акико не смогла подарить мне дочь, которая подходила бы тебе в жёны.       Сакура понимала, что стала мебелью с неудачными генами. Ничего, ей стоит привыкнуть. Это не единственный раз, когда в этом обществе будет такое происходить. — Это бы мне польстило, но мы имеем то, что имеем, — Хатаке старался обозначить, что эта тема не стоит обсуждения. — Ты прав, да, у тебя уже есть замечательная жена, — Мацуо снова улыбнулся Сакуре. Ей стало противно от этого жеста. Только что он готов был смешать её и её семью с дерьмом, а теперь он строит из себя приятного человека. Харуно посмотрела на Хатаке, они встретились взглядами. — К сожалению, нам нужно уйти, — Хатаке вытер губы после еды. — А как же десерт? — удивился хозяин дома. — Сакуре надо делать задание в университет, а я обещал, что мы придём ненадолго, — Хатаке встал из-за стола, Харуно тут же подскочила. Она была рада убраться из этого дома и этих людей. — И у меня разболелась голова, — Акико тоже встала. — Да что такое… — мужчина старался сделать растерянный вид. Но он всё отлично понял.       Харуно и Какаши быстро попрощались с хозяевами дома и сели в свою машину, которая их ждала уже у ворот дома. Сакура была рада, что ехать недалеко. Они были почти соседями. Будь Какаши обычным мужчиной, они бы могли прогуляться до дома пешком. Но эта опция доступна только простым людям. — Ты же не обиделась на меня? — уточнил у девушки муж. — А есть смысл? — она ухмыльнулась. — Сакура, — Какаши старался приструнить жену. — Что ты хочешь от меня услышать? Я, вроде как, мебель, и какая разница, что я там чувствую, — Харуно спокойно произнесла эту фразу. — Это не мои мысли, — пытался он утихомирить. — Да, я знаю, но ради своих амбиций ты можешь позволить ему вытереть о меня ноги. А, ну и позволить пускать слюни. Даже не представляю, что было в его мерзкой голове. Но тебя, конечно же, это не задевает. Потому что я твоя вещь и ты знаешь, что никто пальцем меня не тронет, пока я с тобой. Но такое поведение они себе позволить могут. — Ты права, мне он нужен, — только и ответил мужчина. — Да, поэтому мы всё стерпим. Так что не надо спрашивать меня о том, обиделась я или нет: тебя не волнуют мои чувства. Акико эта тоже… Мне, думаешь, приятно сидеть с ней за одним столом? Нашлась королева голубых кровей. — Ну, по правде говоря, в ней течёт императорская кровь, она потомок. — И что? Я априори хуже, чем она? Надо было тогда тебе найти у неё родственницу, — злобно ответила Харуно. — Да почему ты всё окрашиваешь в негатив? — вздохнул Хатаке. — Потому что я уже привыкла, что все меня смешивают с говном, — честно призналась девушка. — Сперва Фугаку, потом мои родители, и теперь вокруг все твои бизнес партнёры. — И когда тебя стало волновать общественное мнение? Тебе до этого дня было всё равно, что пишет про тебя жёлтая пресса. — Может, я выросла? — она серьёзно посмотрела на Хатаке. — Когда ты убегала на днях с Дейдарой, ты не думала о том, что тебя снова будут все обсуждать, если твой поступок обнаружат, — Какаши усмехнулся. Он понимал, что это нелепая манипуляция с её стороны.       Сакура не нашла, что ответить, её муж был прав. Какаши был умным человеком, и он, скорее всего, давно разгадал все её манипуляции, но всегда подыгрывал ей до этого момента. Видимо, история с Тсукури его задела. — Извини, — ей только и оставалось, что просить прощения у него. — Ты всё время просишь прощения, но не работаешь над поведением. Я согласен, что сегодняшний ужин — это ещё то испытание, но мне пока нужен этот политик. — Просто меня смущает, как легко ты закрываешь глаза на какие-то обидные вещи. — А ты хочешь, — он усмехнулся, — чтобы я набросился на Мацуо? Избил его в его же доме? Так ты хочешь, чтобы я себя вёл? — Нет, но как будто бы стоит показать чуть сильнее, что такое для тебя неприемлемо. — Я думаю, что наш скорый уход показал это и он больше так себя вести не будет. — Это твои догадки. — Я его знаю, Сакура.       В этот момент они приехали домой, и Хатаке помог выйти из машины своей жене. Они зашли вместе в дом, Хатаке резко развернул Сакуру к себе и целомудренно поцеловал её в лоб. — Мне нужно работать, — он ей улыбнулся. — Что? — растерялась девушка от этого. — Это… К тебе опять должна прийти какая-то девица? — Почему? — не понял он. Мужчина держал её за плечи и рассматривал её лицо. — Потому что это… — она не знала, как назвать это проявление внимания, и поэтому разводила руками. — Больше выглядит, как извинение. — Это тебе за вечер, — он обнял её. — Ты меня пугаешь, — Харуно растерялась. Ей было приятно, что он уделяет ей внимание, но это всё казалось очень странным и подозрительным. — Спокойной ночи, — он ушёл в свой кабинет.       Сакура медленно поплелась к себе, попутно попросив, чтобы ей в комнату принесли чай. Ей нужно обдумать происходящее. Что между ними происходит? Он ревнует? И хочет, чтобы они стали ближе? Или это — его игра, чтобы просто приструнить её? Харуно зашла к себе и села на кровать. Его запах… он стал для неё дурманом, от него пахло силой, уверенностью и жёсткой хваткой. Это ощущение было прекрасно. Ей захотелось раствориться в нём. Почему их отношения никак не продвигаются? Потому что она его вечно отталкивает? Но и он себя ведёт сомнительно. Она до этого момента даже не знала, хочет ли он к ней прикасаться. Он всегда был тем, кто недоступен для неё. Может, это его очередная шахматная игра и ничего более? Но Сакура понимала, что либо они живут полноценной половой жизнью, либо он живёт её с кем-то другим. Ей не хотелось в ближайшее время получить его внебрачного ребёнка, а со временем либо ей нужно будет родить, либо будет представлено всё так, будто это их дитя. И как она сможет любить чужого сына или дочь, которого родила другая женщина? Ей определённо пора продумать план, чтобы избежать это недоразумение. Но она не может и заставить его спать с ней, если он не хочет этого совсем. Ей нужно быть решительнее и обсудить этот вопрос с ним. Есть альтернативные способы оплодотворить её, если он сам не хочет. Но у неё появилась надежда на то, что она не противна ему, он же был нежен только что. Или это было что-то другое? Как ей распознать его намерения? Она не могла его считать, все её выводы всегда были неверные.       Сакура легла на кровать, в это время к ней постучались. Она позволила войти, ей принесли чай со сладкими закусками. Она налила себе зелёный чай в кружку и думала о завтрашнем дне. Ино с ней толком не разговаривала эти дни в университете: видимо, ей запретил с ней общаться Сай. Между женихом и подругой она выбрала первого, и Сакура ни в чём не могла её обвинить. Всё правильно, скоро жизнь Ино будет замкнута на нём. Наруто до сих пор не пришёл, и так получилось, что она всё время ходила с Дейдарой. Старалась его игнорировать, но он всегда был позади неё, разговаривал с ней. На неё стали коситься многие в университете. Она выстоит, выдержит напор Тсукури и ненависть людей. Она в принципе не понимала, почему все люди смотрят со злобой на неё, а не на парня. Она-то что сделала? Ничего. И симпатии никакой не показывала, даже молчала в его присутствии. Что ещё нужно людям? Разумеется, он популярный, и она, замужняя, смеет перед ним крутить хвостом. Но все эти люди отлично знали, какая грязь порой царит в спальне их родителей или родственников. Даже если бы она захотела, то это же не их дело? Вчера ещё во время преследования ей на глаза попалась та девица. Сакура замерла и не знала, что ей делать. В тот момент мимо прошла Карин, и она даже не посмотрела в сторону Акиры. Знала бы она, что промышлял с ней отец Саске. Его тоже до сих пор не было на учёбе, и Узумаки делала вид, что страдает, и поэтому никого особо не задирала. Даже на Сакуру она особо не обращала внимания, что, конечно, её радовало. Ей эту парочку видеть совсем не хотелось. Пусть будут счастливы и Саске не лезет к другим девушкам, чтобы их не калечила Карин.       В это время пришло сообщение от Дейдары, который спрашивал, спит ли она. Почему он считал, что запросто может ей писать вот так вечером? Она разозлилась. Завтра она ему устроит доброе утро.