к черту игру, жми на курок

            Почему мир погряз во лжи?       Почему все вокруг лгут, скрываются, скрывают? Всё просто. Если показать свою доброту этому миру — тебя убьют. Мир мафии таков. Нет места для жалости. Нужно доказать власти, что ты достоин жить в этом мире.       На планете ещё остались те, чья душа не запачкана кровью, та, что имеет цвет парного молока. Но как с ней жить, если души власти налиты цветом густой крови, что растекается по рукам, когда рисуешь ножом по телу жертвы? Та кровь, которая течёт изо рта, когда живот прострелен.       Не остается ничего, кроме как скрывать свою доброту. Кто-то настолько долго держал тайну, что уже забыл про неё. Смирился и стал как все. А кто-то же наоборот являлся волком в овечьей шкуре. Он абсолютно не скрывает своей «молочной души». Потому что любит опасности. Эти люди ещё страшнее. Убийца не ожидает подставы, когда идёт на человека, который всем своим видом кричит: «я — сама доброта!».       Какого же ощущение, приставленного к горлу ножа? Убийца делал так каждый раз, когда находил жертву. Ему нравился их страх, нравилось слушать мольбы о пощаде, нравились слёзы, что стекали на шею, нравилось ощущение, будто волк держит в зубах маленькую зайку. Но именно в этот момент, именно сейчас, он смог прочувствовать на себе этот страх. Зайка оказался медведем, от которого можно не ждать пощады.       За секунду до неминуемой победы, добыча разворачивается на 180 градусов, вырывает нож быстрым движением руки, тут же меняя их положения, парень оказался сзади и приставил нож к горлу. На ту долю секунды, когда взгляд исподлобья устремился в глаза убийцы, его тело покрылось мурашками. В глазах не было ни капли страха, наоборот, они вселяют ужас. В них было только одно — жажда. Жажда победы, крови. Она обеспечивает всем остальным: уверенностью, азартом, жутью, агрессией, твёрдостью. На его лице не дёрнулась ни одна мышца. Спокойствие и убийственный взгляд. — Ну что, смельчак, какого тебе сейчас, на месте той зайки, какой ты делал меня? — Юноша издевался, оголяя квадратную улыбку. Он посмеялся, почувствовав, как задрожал мужнина в его руках, когда нож чуть сдвинулся с места, проходясь металлом по коже. — Отъебись, слабак! — Волк совершил ошибку, пытаясь улизнуть. Он схватил парня за руку, к которой было оружие, в надежде выиграть силой. В ту же секунду быстрым движением рука развернула лезвие, что вскрыло вену на чужой руке, а в следующую прижалось к шее с большей силой. — Я — король этого ёбаного мира. — шепнул на ухо и перерезал.

•••

      Не желая измазаться, Тэхён сразу отбросил тело от себя. Он бы и рад остаться тут подольше, наблюдая за процессом теперь уже неминуемой гибели, но его еще ждал бал, к которому нужно было подготовиться. В последний раз улыбнувшись, Ким отправился дальше.       Ким Тэхён — обычный первокурсник художественного университета. Восемнадцатилетний покоритель сердец. В нём было то, что цепляло, например: широкая квадратная, а что самое главное — искренняя улыбка; добрые глаза с искоркой азарта и детской радости, лёгкость характера, дружелюбие, по-своему притягательная странность и конечно же необъяснимая обворожительность. Красотой его не обделили. Стройный, достаточно высокий юноша. Изящные, утонченные, сужающиеся к подбородку черты лица. В нем прекрасно всё. Он получал внимание от общества, но сам бы не назвал это популярностью.       Но у каждого есть свои скелеты в шкафу, ведь так? Даже у самого доброжелательного человека за спиной стоял род мафии. Той самой мафии, что сейчас стоит во главе. Хоть род и не был первым, но входил в четвёрку самых влиятельных. Их в общем было 4, остальные — колонии или не обладающие властью.       Стихия — кровь и огонь. Когда-то это были две разные группировки. Но сердца двух людей скрепили их союз на долгое навсегда. Не всё так радужно и прекрасно, как могло бы казаться. Он уже встал на престол в свои 22, то есть 5 лет назад. А это может означать не что иное, как смерть предыдущей главы, таков обычай клана. Его родители скончались во время битвы. Между группами Чон и Ким разразилась война, которую они так и не закончили. Но об этом немного позже.       Так как изначально его семейство было создано из разных мафий, то и животных было два — сова и лиса. Тэхён выбрал лису. Она стала его талисманом, которое он носил чаще всего на пальце. Простое золотое кольцо с очертаниями лиса. Иногда он носил талисман на шее в виде кулона, мог сделать из него браслет или серьги. Смотря, на какой образ пал выбор сегодня. Уж в чём, а в моде он разбирался.       Его амулет дарил силы обмана, позволял видеть людей насквозь как в прямом, так и в переносном смысле. Тэхён мог обмануть, обхитрить любого. Какой бы бред не говорил — все безоговорочно верили. Он мог видеть то, что происходит за стеной, даже в другом городе. Одарил талисман и проницательностью. Благодаря навыку врать, тот сразу знал: лжёт человек или нет. Есть возможность ощущать чужие ауры, но этот навык ещё предстоит прокачать.       Так же он взял под крыло мафию Тигра. До этого она принадлежала мужу его старшей сестры. Но они не смогли справиться с финансами и доверились опытному человеку. И удивительно то, что он легко и быстро принял силы клана, за что сестра ласково звала «тигрёнок».       Цвет род носил красный. На балах нужно было появляться в красных костюмах и платьях, замок отливал тёмно-красной аурой — такой же, как и кровь, которую любил Тэ. Она была его талантом. Из капли алой жидкости он мог сотворить что угодно — от меча и до кровавого танца. Она слушалась мужчину, была покорна в его руках. Как и огонь. Пламя не меньше любило танцевать в руках своего владыки, иногда оно становилось огненной маленькой девушкой над ладонью, двигалась плавно и в такт собственной мелодии. Он был хозяином пожара, мог усмирить или показать пальцем и всё тут же вспыхивало.       Его мать была потомственной ведьмой, а отец хитрецом, обманщиком и азартным игроком. Папа мог врать кому угодно, кроме своей жены. Мама в свою очередь никогда не испытывала магию на муже. Их сын унаследовал обе особенности. Он врал, но ни друзьям, ни близким не посмеет пробовать тёмную магию на них. Принципы в крови.       Тэхёну нравились все эти ведьминские штучки. В его квартире была целая комната для испытания новой магии или просто раскладов на таро для друга. Там же он создавал новые амулеты, от простых оберегов до дарующих необычные силы. В целом в доме царила атмосфера магии.       В кругах мафий было не принято знать имена. Лишь 4 человека знали имена друг друга. Перед посетителями балов, официальных встреч, в узких кругах или на телевизоре его имя звучало «Ви» или же «Великий Гэтсби».       Но кроме увлечений, у него было много обязанностей главы. Мужчина управлял сетью аптек, больниц и владел фармацевтическими заводами. Некоторые аптеки, конечно, распространяли не совсем законные вещества, но кто будет спрашивать с короля? В нынешнем обществе почти всё стало законным. Он смог отвоевать право на продажу всех лёгких и некоторых тяжёлых наркотиков. Не всех, но и законопослушным его никто не называл, поэтому в его заведениях можно было найти вообще всё. Бизнес будет идти хорошо до того, как об этом прознает Мин Юнги.       Так же ему нужно было держать сразу три клана: Совы, Тигра и Лисы. Там постоянно были междоусобицы, которые приходилось разрешать. Никто не отменял и войну с кланом Зайцев, то есть с мафией Чон, а если ещё проще — с Чон Чонгуком. Его так раздражала эта война, он не хочет её продолжать, но сдаться — значит стать колонией, значит не оправдать ожиданий родителей, значит признать себя слабым. Тэхён слишком гордый для этого. Сам Чонгук как будто специально драконил его. На каждой встрече, он не мог не отпустить шутку о том, что обязательно трахнет Тигрёнка, когда выиграет. Ему нравилось подкалывать соперника, потому он не упускал возможности:       «Лисёнок, я же знаю, что ты не хочешь войны. Сдайся и перейди к моим колониям, обещаю заботиться! — Заяц чуть пригнулся, как бы в поклоне и посмеялся. Он смеялся прямо в лицо огню. Зря. Если бы не договор, Чонгук вспыхнул бы в ту же секунду. — Глупый кролик. — Тыкнув пальцем в упругую грудь мужчины, Ким выдал смешок. — Отдам кланы тебе, когда нагнёшь меня! — Он развернулся и ушёл с высоко поднятой головой. — Хитрый лис. — прошептал соперник и посмотрел вслед уходящему парню, держась за место, где пару секунд назад находился палец главы трёх кланов.»