My worst part

      Иногда некоторые вещи не способны быть понятными сознанием. Жизнь настолько неоднозначная вещь, в ней нет плохого или хорошего, есть только события и обстоятельства, воспринимаемые обществом через призму традиционного мышления и устойчивых взглядов. Каждый ставит оценку опираясь на внутренние ощущения и опыт. Так, например, маленький Джисон не понимал почему мама прячет от него конфеты, когда он объедался ими в детстве до красных высыпаний на коже, ведь они такие вкусные. Почему в садике над ним смеялись, когда он раздевался догола и бегал по лестницам, а потом наказанный воспитателями стоял в углу. Почему в школе его называли пидором за выкрашенные ногти, хотя он в этом тоже не видел ничего плохого.       Не делай ничего странного и вызывающего, тогда люди будут считать тебя хорошим. Но что значит «хороший» человек, и почему тебя должны таким считать? Нет смысла проживать жизнь, боясь осуждения и чужих мнений, но где же эта грань между допустимым и неприемлемым? Когда ты осознанно начинаешь проживать эту жизнь, вылезая из розовых очков, то понимаешь, что никогда не сможешь угодить всем, а если такое и случиться, то потеряешь всего себя, наплевав на индивидуальность и собственные чувства. Так где же эта точка баланса, где ты будешь счастлив? Что такое счастье вообще?       Хан не мог ответить на этот вопрос, но он полностью уверен, что сейчас, держась за обтянутую чёрной кожей талию он чувствует себя по-настоящему счастливым. Хоть глаза слезятся от бьющего ветра, а в рот периодически залетает дорожная пыль, он чувствует себя свободным. Джисон и раньше творил необдуманные вещи, ни раз жалел об этом, но сейчас он уверен, что будет вспоминать это с исключительной радостью. На высокой скорости, верхом на мотоцикле, крепко держась за парня, он чувствует, как тошнота от алкоголя выветривается, оставляя только приятное головокружение.       Они сбежали с того переулка около 20 минут назад и сейчас, мчась по широкой трассе оба об этом совсем не жалеют, освобождая свои головы от надоевших переживаний. Вероятно, завтра придётся отчитываться перед друзьями, а кому-то даже слёзно просить прощение у драматичного Хёнджина. Но в данный момент нет места этим мыслям, есть только наслаждение и выброс адреналина. Они едут молча, но каждый чувствует себя окрылённо, как подросток сбежавший из дома навстречу приключениям.       Джисон одной рукой поправляет небольшую сумку с длинным ремешком, перекинутым через плечо, и, отпуская старшего, вскидывает руки вверх. Он никогда не чувствовал такой трепещущий приток адреналина, а Минхо никогда так не пугался за чью-то жизнь. Когда хватка пропала, он чуть не бросил руль, но увидев довольное лицо сзади, лишь улыбнулся и снизил скорость.       Сворачивая на заправку, Ли заметил как младший стал дрожать от холода, ведь он всё это время был в одной рубашке, а на улице давно не лето. Джисон неловко втыкал в мигающие цифры на табло, когда почувствовал на своих плечах накинутую кожанку и увидел Минхо, уходящего к кассе. Если спросить его, как он провёл последнюю неделю, он вспомнит только этот момент, когда грелся не столько от куртки, сколько от тепла и уюта, излучаемых Ли, когда он вернулся с двумя стаканчиками горячего кофе и пакетом ароматных сосисок в кукурузном тесте.       Они ели в тишине ночной заправки, опираясь о мотоцикл и боясь начать разговор. Казалось, если хоть слово нарушит эту идиллию, то всё исчезнет, оставляя после себя пустоту.       — Хёнджин возненавидит меня. — Минхо первым нарушает тишину, уже прикидывая, как будет отбиваться от длинных рук красноволосого.       — Он и так тебя ненавидит, поэтому ничего не поменяется.       Оба рассмеялись, а обстановка стала совсем расслабленной, что успокаивало обоих. Никто из них, лёжа тогда на полу в холле и поливая друг друга грязью, даже подумать не мог, что всё так обернётся. Они выглядят как пара друзей, смеются и наслаждаются прохладным воздуха, но им ещё многое предстоит разъяснить. Особенно Минхо, который собирался решить всё прямо сейчас.       — Джисон, — он пытался вглядеться в лицо напротив, насколько это позволял тусклый фонарь рядом. — Я сделал что-то не так? — внутренности заполнил страх. Меньше всего он хотел верить, что причинил боль тому, кому хотел помочь больше всего в жизни.       — Ну, ты увёз меня от друзей, дал свою куртку и купил вкусную еду. Я не любитель сопливых дорам, но это очень, блять, даже весело. — он не понял вопроса, а может просто сделал вид, что не понял.       — Нет, я не про это. Какого хера ты убежал тогда? — получилось немного грубее чем ожидалось.       С лица Джисона спала улыбка, а нога начала безразборчиво стучать по асфальту высоким каблуком ботинок. — Я просто понял, что не должен влезать в твою идеальную жизнь своей несерьёзной жопой. — он получил на это изогнутую бровь и немой возглас.       Образовалось напряжение, сопровождаемое нарастающей злостью. Только сейчас до Хана начала доходить вся ситуация. Сначала он слышит разговор, где открыто говорят, как его ненавидят, далее избегают и даже не смотрят в его сторону. Потом вдруг Хан получает помощь в библиотеке, а сейчас стоит на блядской заправке не пойми где, попивая кофеёк с этим же человеком. Он чувствует себя большой шуткой этой жизни и уже не понимает, как ко всему относиться, и как относятся к нему.       — Хан Джисон, — когда Ли так обращается, это означает лишь то, что тот зол сейчас не меньше. — с чего ты решил, что моя жизнь идеальная и что мешаешь мне как-то жить? — он искренне не понимал, когда он дал повод так думать. Он доверился кому-то, что являлось большой редкостью, а в ответ получает совсем не то, что ожидал.       — Ты сам так сказал! — Джисона начала выбешивать тупость старшего, неужели он сам уже не помнит своих слов? — Тогда в твоей квартире, я услышал, что ты обо мне думаешь. Это было больно, чувак. Тогда я и осознал, что такое чмо как я — просто куча дерьма рядом с тобой.       Минхо хлопает своими длинными ресницами, щуря глаза. Он не может поверить в услышанное. Если это то, о чём он думает, то они оба настоящие кретины. Не нужно забывать, что ты имеешь дело именно с Ханом Джисоном.       — Ты можешь напомнить, что я тогда сказал?       — Что?! — Джисон поймал строгий взгляд и начал пинать щебень, не желая с ним больше сталкиваться. — Ты говорил что-то вроде «он безответственный, ведёт себя как ребёнок, ненавижу таких». Спасибо, что заставил меня это вспомнить и вновь почувствовать себя никем.       Образовавшаяся тишина начала напрягать ещё сильнее, а затем до слуха донёсся громкий смех. Хан бы назвал его таким приятным и мелодичным, но вспомнил обстоятельства, в которых находится и надулся пуще прежнего.       — Что смешного, придурок? Я вообще тебя не понимаю.       — Ох, Хани, — старший успокоился и с сдержанной улыбкой посмотрел прямо в глаза. — Если бы ты подслушивал чуточку лучше, то узнал бы, что я давно так не считаю. Ты такое же создание в этом мире, как и мы все, со своими загонами и тараканами. И мне хочется доказать тебе, что ты далеко не кусок дерьма и стоишь больше, чем сам считаешь.       Сердце пропустило короткий удар, а потом вовсе остановилось. Так чувствовал Хан и совсем не понимал услышанного. Всё, что он себе навыдумывал, кажется теперь абсолютной бессмыслицей. На самом деле его не ненавидят и хотят... помочь? Хочется раствориться в темноте улиц и забыть всё происходящее. Он точно не достоин этого всего и теперь чувствует себя настоящим глупцом.       — Я вообще-то не подслушивал, а просто мимо проходил. — в ответ закатанные глаза. — Но почему ты сам избегал меня? — вопрос, который беспокоил больше всего. Неужели старший всё же передумал и сдался, оставив Джисона плавать одного в этом море недопонимания?       — Спроси у своей мамочки Хвана. Он меня ни на сантиметр к тебе не подпускал, что неудивительно, видя твоё состояние после того, как ты ушёл от меня. — точно, как можно было упустить такую важную деталь в виде очень заботливого друга.       — Надо будет ему всё объяснить. — Хан вскинул голову к небу, думая, что же делать дальше. Начало немного светать, совсем скоро наступит рассвет, а на небе еле блестит россыпь звёзд. — Получается теперь мы можем типа...общаться?       — Получается так. Ты не представляешь, как я рад, что мой тупой план сработал.       — Какой план? — Хан непонимающе посмотрел на старшего.       — Нева-а-ажно. — пропел Минхо и пошёл в сторону байка, чтобы наконец отправиться домой.

***

      Хёнджин морщится, потирая переносицу, стараясь совладать с гневом вперемешку с беспокойством. Такая его натура, чересчур паникующая и желающая наводить порядок в жизнях окружающих, забивая на собственную. Поэтому он продолжает стоять у входа в клуб и втягивает сладкий дым электронной сигареты, стараясь не придавать слишком много значения мягким поглаживаниям по голове от Феликса.       Они собрались отправиться внутрь на поиски младших, но уже было поздно. Стеклянная дверь открывается, а наружу выходит Чанбин, держащий Яна, чтобы тот не упал. Следом выходит незнакомый парень и несёт совсем не живого Сынмина на руках. Плохой идеей было оставлять их одних, им место дома перед телевизором и сон в 11 вечера, а не такие тусовки.       — Кажется, это ваше. — незнакомый парень подходит ближе, пытаясь поставить Сынмина на землю, но тот отчаянно сопротивляется, продолжая висеть, ухватившись за шею. — Они забрались на сцену и орали что-то про караоке, а потом запнулись об провода и отказывались вставать.       — Нам с Чаном ещё аппаратуру собирать, поэтому забирайте своих пьяниц и по домам, молодёжь. — Чанбин решил для себя, что, пожалуй, пропустит утреннюю тренировку на руки. Сегодня он достаточно натаскался.       Хёнджин со вздохом подходит к Чонину, начиная заглядывать в карманы его брюк, на что получил косой удар и мычание.       — Эээ, без рук. Мама говорит, что я ещё маленький для такого, ик.       — Мне просто нужны ключи от твоей машины, клоун. Наши вещи все там. — Хван мечтал, чтобы это поскорее закончилось, но жизнь жестока.       — Ааа ключи. Ик, так они у Джисона в сумке. Кстати, где он? — икающий младший с красными щеками и затуманенным взглядом совсем милый, если не брать во внимание разящий запах алкоголя.       Хван уже не выдерживает. Как весёлый вечер в один миг превратился в разгребание проблем?       — Джисон уехал в закат со своим принцем на ржавом коне, поэтому предлагаю быстро придумать, где ты будешь ночевать, если не хочешь лежать в том переулке в луже собственной рвоты.       Все посмотрели в сторону Сынмина, который отчаянно пытается что-то сказать. Чан умиляется с такой картины на руках и невольно вспоминает свои первые студенческие годы.       — Ко мне нельзя, я вообще родителям сказал, что к Минхо поехал над заданием работать. — Сынмин снова повис, не желая слазить с крепких рук.       — У меня тоже нельзя, Дженни завтра на экзамен, не хватало ещё ваших пьяных рож. Стоп, это Минхо тебя притащил сюда? — в ответ неуклюжий кивок. Хёнджин готов бросить их всех и бежать вдоль тёмной улицы, лишь бы не разбираться в этом абсурде.       Чан переглянулся с Чанбином, который из последних сил держал крутящегося Яна, а потом достал ключи от машины и кинул Феликсу в руки.       — Садитесь пока в машину, мы вынесем технику и развезём вас. Двоих к себе возьму. — Кристофер — настоящий спаситель, таким бы медали вручать.       Все послушно уселись на заднее сидение. И когда вся аппаратура покоилась в багажнике, они отъехали. Хван всю дорогу следил за собственными руками, чтобы не лапать солнечного мальчика, усевшегося ему на колени. Рвотные позывы Сынмина заставляли Чана ехать быстрее. В конечно итоге салон джипа был осквернен, а младших увезли в квартиру Чана и Минхо.       Феликс предложил другу поехать к себе домой, чтобы не будить его сестру ночным приходом. «Он точно меня доведёт когда-нибудь». Сердце Хёнджина разрывалось с каждым разом на мелкие лоскутки, пока он ступал за порог маленькой, но уютной квартиры, прямо как её хозяин.

***

      Небо уже пестрило разными оттенками розового, показывая всю красу осеннего утра, когда чёрный круизер завернул в узкий двор многоэтажки. Хан, кажется, почти уснул во время поездки, удивительно, как он продолжает крепко держаться даже, когда они уже остановились.       — Глупый, тебе повезло, что не полетел лицом на асфальт. — Минхо попытался убрать руки со своей талии, но хватка стала только сильнее, а в спину уткнулась чужая голова. — А ну не спать здесь, иди уже домой, пока тётушка не проснулась.       — Откуда ты знаешь, что я живу с тётей? — Джисон с писком слез с мотоцикла и встал напротив, сощурив глаза. От желания спать ничего не осталось.       — Хёнджин проболтался. Он так много говорит, когда речь заходит о тебе. Вы женаты? — Минхо сказал это с шуткой, но мысль о том, что эти двое друзей так близки, заставляла немного завидовать.       — Да, он моя жёнушка. — Джисон обернулся к подъезду, ему так не хочется сейчас прощаться с этой ночью, которая принесла так много. — Считай до двадцати и посмотри в то окно. — он указал куда-то на один из верхних этажей и убежал в подъезд.       Минхо остался сидеть, хлопая глазами. С ним, что даже не попрощались, а вот так резко ушли? Что бы привыкнуть к выходкам младшего, придётся потратить много терпения, но теперь хотя бы не придётся прятаться за углами в институте. Он смотрел, как тяжёлая дверь медленно закрывается, а потом вспомнил, что ему сказали. «И в какое окно я должен смотреть?» Ли беспорядочно метался по десяткам окон, пока в одном из них не загорелся свет, а позже появилась фигура. Он почти уверен, что ему помахали, поэтому в ответ вытянул левую руку вверх.       Ему это напомнило те летние вечера в детстве, когда он сидел на заднем сидении семейного автомобиля и махал своему дедушке. Каждый раз было грустно расставаться, зная, что он вернётся сюда только через год и будет сильно скучать по тёплому солнцу и свежему воздуху. Но сейчас он прощается с Ханом совсем ненадолго, что почему-то радовало, хотя тепла младшего стало уже не хватать. Рядом в окне появилась ещё одна фигура, а затем начался хаос. Видимо Хан бегал по дому, пока рассерженная женщина била его веником.       Минхо лишь посмеялся с этого и решил, что обязан когда-нибудь познакомиться с его тётей. Спину неприятно обдуло ветром, кожанка осталась у Джисона, поэтому главная цель сейчас — поскорее приехать домой и откинуться от усталости на большой кровати.       Открывая дверь квартиры, Минхо скинул обувь куда-то в темноту и поплёлся в комнату, лишь бы поскорее уснуть. Усталость возрастала с каждым шагом. Он уже привык к перестановке в спальне, поэтому, не включая свет, скинул с себя всю одежду, желая поскорее почувствовать мягкие простыни. Сознание сразу покинуло его, и он крепко заснул.

***

      Каково было облегчение Хана, когда он вошёл в тихий коридор. Тётя спала, а значит можно спокойно пройти к окну на кухне, а затем и к себе в комнату. Махая старшему, он отметил для себя, каким маленьким кажется тот с такой высоты, совсем непривычно. Как оказалось, он зря расслабил свою бдительность, потому что в следующее мгновение по его заднице ударили веником.       — Ты совсем страх потерял возвращаться так поздно?! — женщина стояла в цветастом халате и бигуди на голове, а лицо её выражало полнейшую ярость. — Кому ты там машешь?       Следующие несколько минут были марафоном по квартире, пока Джисон не снёс горшок с цветком и не заперся в комнате. Он подошёл к зеркалу, где увидел два огромных круга под глазами от размазанной подводки и торчащие во все стороны волосы. После того, как макияж был смыт, а кожаная куртка аккуратно повешена в шкаф, Хан улёгся в кровать и проверил телефон. Отсутствие сообщений от друга начало пугать, это означало лишь то, что тот зол и обиделся. Он открыл чат с Феликсом, вероятно с ним разговор получится более удачным.

5:23

<Вы>

«Хай, Ликси»

«каковы шансы, что меня не убьют завтра?〣(ºΔº)〣»

      <Leebok>       «Почти ноль, но я буду бороться за твою жизнь хах (ᵔ.ᵔ)»       «Я еле уложил Джинни спать, мы у меня»       «Мы у меня? Неужели Хёнджин наконец-то признался в любви и теперь не убьёт меня рядом с новым парнем?»

<Вы>

«Не могу поверить, что он наконец-то это сделал»

      <Leebok>       «Сделал что? °-°»       «Нельзя радоваться раньше времени, Джисон. Ни-когд-да»

<Вы>

«Забей»

      Следующим сообщением приходит нескончаемый поток фотографий и видео с клуба, рассмотрение которых Джисон откладывает на завтрашний день. Послышалось недовольное шуршание из клетки, хомяк просидел весь день без еды и внимания, это срочно нужно исправить. После того как грызун был накормлен и достаточно потискан, он забрался на своего хозяина и мирно заснул на выпирающих ключицах. Сейчас Хану оставалось последнее важное дело перед тем почувствовать долгожданный сон, а именно разблокировать и переименовать один контакт.        Он не знает сколько прошло времени, когда проснулся, но голова явно давала знать, что выпитые вчерашние шоты были лишними, а тело безумно ломило. Хомяк сидел уже где-то под боком, ему повезло, что тело парня не раздавило его. Пересилив себя Джисон высунул голову из-под одела, ради того, чтобы проверить телефон. Циферблат показывал пять часов вечера, что было удивительно, ведь обычно после такого он спит минимум часов 15. Сообщений от Хёнджина так и не было, зато были фотки от Феликса со спящим другом, которые сразу отправились в сохранённые фотографии для дальнейшего корыстного использования.       Висело сообщение от незнакомого номера, от чего Джисон нахмурился, вспоминая ни давал ли он вчера кому-нибудь свой номер. Открыв чат, он увидел улыбающийся стикер и подпись: «Это Дон, Чонин дал твой номер». В ответ он отправил короткое «приветик» и добавил контакт к себе, а затем зашёл в другой чат.       12:00       <MeowHo>       «Надеюсь у тебя доброе утро, потому что моё началось с драки»       «Совет дня: всегда включай свет перед тем как лечь в кровать»       12:45       «Ем завтрак»       *фото*       Хан с любопытством открыл фото, где на плоской прозрачной тарелке лежал дымящийся омлет с овощами и зеленью. Желудок сразу скрутило, ему необходимо было поесть прямо сейчас, пока в животе не образовалась огромная дыра. Немного подумав над ответом, он посадил грызуна себе на голову и сделал фото.

17:08

<Вы>

«Я проснулся!»

«Расскажешь, что произошло?»

«Зацени щекастого (//ω//)»

*фото*

      Уже в ванной, когда Джисон активно чистил зубы, чтобы поскорее убрать неприятный привкус похмелья, телефон в кармане домашних шорт завибрировал.       17:13       <MeowHo>       «Расскажу, но позже. Можешь спросить у Чонина»       «Какой милыыый щекастик ^-^»       «Хомяк кстати тоже милый»       В следующую секунду телефон отправился на кафель, а в зеркале на него смотрело уже покрасневшее лицо.       — А?

***

      Утро Минхо выдалось не таким мирным. Когда организм выспался, он потянулся в кровати и вспомнил прошедшую ночь. На лице появилась довольная улыбка, наверное, эта ночь была самой непредсказуемой и интересной в его жизни за последние несколько лет. Он пролежал так пару минут, пока не почувствовал шевеления рядом. Какого его удивление было, когда рядом с ним на кровати лежал Сынмин, замотанный в кокон из одеяла и со слипшимися глазами. Только сейчас Минхо заметил запах перегара, что уже впитался в воздух, и небольшой погром в комнате, в виде разбросанной обуви и компьютерного кресла.       — Ты что тут забыл?!       — Тише ты, итак голова болит. — видимо его не особо волновало недовольство старшего, потому что он лишь перевернулся на другой бок, желая спать дальше.       — А ну сваливай отсюда! — Ли начал спихивать того с кровати, пока тело не упало на пол с глухим стуком.       — Эй, ты мне вообще-то желание должен, моё желание сейчас — это крепко спать в твоей мягкой кровати.       — Даю пять минут, чтобы ты успел освободить МОЮ комнату!       Он натягивает спортивные штаны и выходит в коридор, желая поскорее принять душ, который сейчас совсем не помешает. Когда Ли открыл дверь в ванную, в лицо ударил поток тёплого пара, а перед ним оказался Чонин буквально в чём мать родила.       — Доброе утро, Минхо! — Ян вытирался полотенцем старшего и лишь ярко улыбался, не стесняясь своей наготы.       За какие проступки ему всё это? Почему в его доме образовалось целое общежитие в его отсутствие? На эти вопросы мог ответить только один человек.       — Крииис! — он влетел в комнату соседа, который непонимающе сидел на краю кровати в своих наушниках. Минхо прыгнул на него сверху, опрокидывая того назад. — Какого хрена здесь происходит?!       После драки, походящей скорее на бой щекотки, оба выдохлись. Минхо признал, что сам много что не рассказал, поэтому принял, тот факт, что сегодня готовит завтрак на четверых. Он написал пару сообщений Джисону и принялся за готовку. После того, как «гости» наелись и наигрались в приставку, они ушли по домам, и можно было спокойно отдохнуть.       Жизнь сильно поменялась за последний месяц, подкидывая всё больше неожиданностей. Минхо не знал, что на это так повлияло, но он даже немного рад, что в его жизни больше хоть надоедливых, но всё же новых знакомых. Он не знает, что будет дальше, ведь впереди целый год учёбы, всё больше проектов и всё больше обязанностей. Необходимо готовиться к выпуску и искать хорошую компанию, и это давит с каждым разом всё сильнее, заставляя вспоминать, что беззаботное время ушло, а каждый твой шаг должен быть уверенным и обдуманным. Но теперь он не один, теперь он готов положиться на кого-то, кроме собственной гордости.       Минхо делает одно из заданий по учёбе, когда слышит уведомление и быстро принимается разблокировать телефон, желая поскорее увидеть сообщение от проснувшегося Джисона. Он уже подумал, что тот не хочет общаться и игнорирует его, пока его не успокоил Чонин, сказав, что Хан просто в похмельной спячке. Почему вообще Ли переживает об этом, пока даже ему самому непонятно. Он просто привык, что всё в его жизни точно и ясно, всё имеет смысл и должно быть однозначным. Однако то, что он сейчас чувствует, сильно противоречит этому принципу.       Фото, которое сразу же появилось на экране вызывало столько непонятных эмоций. Парень был совсем потрёпанный и опухший, а в его запутанных волосах сидело маленькое создание. Ли отметил, что между грызуном и его хозяином не так уж и много отличий. Картинка выглядела до безумия милой. Застав себя за этой мыслью, Минхо печатает краткий ответ и выключает телефон. Пару раз прокрутившись в компьютерном кресле, он закидывает голову вверх, потирая глаза костяшками рук. «Что же ты делаешь со мной, Джисон?»