Метро

Клацая по кнопкам клавиатуры подушками пальцев, Мишель нервно искала информацию о той самой девушки за ЗОЖ, ведь если она просто подойдёт к ней и предложит общаться, это будет выглядеть очень странно. - Это она! Зайдя на последнюю страницу ВК, она увидела то же лицо, как и в реальности. - Лиза, значит...

****

Перебирая ноги, девушка спускалась по лестнице вниз; в кармане был только телефон, в котором была информация о, так называемой, Елизавете. Но к этому девушка пока что дела не имела; рано. В руках были алые розы, в количестве шести штук. Выйдя на улицу девушка направилась к тому месту, где ей будут рады. Ну или же будет рада. Проходя тропинку через лес, в карих глазах отразились ворота. Кладбище. Зайдя за ограждение, девушка подходила к одной из могил. Присаживаясь на скамейку, перед этим положив изящный, свежий букет на могилку бабули, тяжело вздохнула. В глазах чуть пелена не появилась, но Мишель держалась. Плакать на улице, и не важно где, она не любила. Прошло время. По щекам текло всё, что осталось из выплаканных слёз. Остатки. В дали послышалось шуршание кустов и хруст снега от чьих то кроссовок. - Девушка, мне нужна закрывать кладбище. Это то лицо, до жути знакомое лицо. Это Андрющенко. - Оу, извини, Лиза Потирая слезу, съязвила Мишель, ихидно сдавив ухмылку. - Откуда вы знаете как меня зовут? В темно шоколадного окраса глазах не было ни капли удивления. Странно. Будто не впервые такая ситуация. - Твоё лицо запомнила, помнишь? Я с компанией своей была ещё. Ну, страница твоя в ВК вылезла.. Да кому она врёт? Она врёт самой себе в первую очередь. Очень сложно признать, что она влюбилась не в человека, а в её изящные черты лица, её шикарные, чёрные волосы, её шоколадные глаза. Это всё шикарно. И ей бы безусловно хотелось пообщаться с Елизаветой, а после затянуть её бледные губы во французский поцелуй. Во вторую очередь она врёт Лизе. Во всём. - Понятно Андрющенко протянула девушке руку, а та успешно пожала её, ухватив своей ладонью чужую. - Мишель Улыбнулась блондинка, проскользнув взглядом по своей новой знакомой. Встав со скамейки, обдумала весь диалог между собой и брюнеткой, ибо привычка такая. Не вредная. - А, почему ты мне сказала о том, что кладбище закрывается, откуда ты знаешь? Глаза Мишель перевелись в сторону лица Елизаветы. - Я здесь работаю, иногда в ночные смены даже. - Ого... Тебе не стрёмно? Слегка усмехнулась Гаджиева, ни капли не скрывая удивления. - Нет, привычно уже. Андрющенко пожала плечами, типо „А что тут такого?” — эти мысли по сей день в голове Лизы, как только многие удивляются её, так называемой профессии. Дорога через лес прошла не за долго, минут десять шли девушки. Мишель долго смеётся и шутит, вбрасывая матерные слова туда, где они не уместны. Но она не открывала своих глаз от прекрасной Андрющенко, она красивая, и даже характер ей её понравился, много татуировок и необычность.

POV: Лиза

Она странно смотрит на меня. Я к ней не чувствую совершенно ничего. Я её вижу впервые. Она энергичная и красивая, но не мой тип. Она пошло шутит, откровенно подкатывая ко мне. Это шутка. Это всё полный бред. Она не может ко мне что-то чувствовать. Она тоже видит меня впервые. Я запуталась в цепочке её поведения.

END POV

Блондинка достала из кармана чёрных штанов пачку сигарет и достала одну. Снова щелчки зажигалкой. - Ты куришь? Мишель слегка кивнула и подожгла никотиновый содержитель, поставив его между пальцев и вдохнув дым в лёгкие. - Пьёшь? Младшая снова кивнула, ещё легче и не заметнее. Брюнетка закусила губу, оттянув её зубами. - Употребляешь? Выдыхая дым, девушка замешкалась и изменилась в лице. - Да Вздохнув, продолжила делать затяжки, так и не посмотрев на старшую. Та в свою очередь сглотнула ком в горле и потёрла ладонью кисть своей второй руки, от перенапряжения. Гаджиева посмотрела на светлые губы Лизы и откинув в сторону сигарету, которая потушилась от ледяного снега, сжала кулаки. Не в терпёж. Соприкоснувшись своими губами чужих, потратила все силы на то, чтобы по сильнее прижать к себе брюнетку. Резкий толчок двумя ладонями в плечи и девушка отстраняется от Елизаветы. - Твою мать! ты что творишь? Голос Андрющенко стал ниже и грубее. - Лиз, я... - Не надо ничего говорить, я не смогу с тобой общаться, извини.