Новый путь

Утро началось с сильного стука в дверь. Дазай даже подскочил, еле разлепляя глаза. Потянувшись, парень пошёл открывать.  На пороге стояла Ёсано. Проходя внутрь, она начала говорить: — Мы поедем сегодня? — она села в кресло.  — Куда? — ещё не до конца проснувшись, переспросил Осаму.  — Домой, Дазай, — окинув его взглядом, она продолжила, — ты спишь, что ли, ещё?  — Спал, — слова Акико наконец дошли до его сонного мозга, и он довольно твёрдым тоном сказал, — нет, не поедем. Девушка вопросительно подняла бровь.  — Я пообещал Чуе, что ещё останусь.  — Понятно всё с вами, — девушка вздохнула, и в этот момент в дверь постучали. На этот раз там стояли Накахара и Ацуши.  — Вас чего сюда тянет в такую рань?  — Уже одиннадцать, Дазай-сан, — Ацуши прошёл внутрь. — Это ещё утро, — возразил шатен.  Чуя прошёлся следом за Накаджимой, его взгляд зацепился за знакомое лицо, и он подошёл к девушке. — Ты Ёсано, да?  — Да, — девушка улыбнулась.  — Вы знакомы? — подал голос Ацуши. — Так. Вы как хотите, а я в душ, — бросил Дазай, скрываясь за дверью.  Чуя хмыкнул и продолжил: — Когда Мидзуки приезжала, она привезла фотоальбом, в котором была Ёсано.  — Мидзуки – это...? — спросил Накаджима. — Моя сестра, она уехала отсюда в Йокогаму.  — Ага, — Ацуши ничего не понял. Акико слегка посмеялась.  — Я помню тот альбом, мы делали его вместе, пока ещё дружили.  Накахара слышал от сестры истории об этой девушке, но в один момент Мидзуки перестала о ней говорить, а через какое-то время привезла тот альбом. Каждый в комнате задумался о чём-то своём, и Чуя прервал тишину: — Вы Новый год здесь справлять планируете? — как бы невзначай спросил рыжий.  — Видимо, — вновь улыбнувшись, сказала девушка, а затем добавила, — нужно купить ёлку.  — Можно поехать в ТЦ, — Накахара пожал плечами.  *** — Собирайся, — это было первое, что Дазай услышал, когда вышел из душа.  — Опять? — шатен выпучил глаза и устало двинулся к сумке. — А где остальные?  — Ёсано и Ацуши тоже пошли собираться, — Чуя подошёл ближе, кладя ладонь на макушку Осаму, и взъерошил волосы. — Сделай что-нибудь с ними, выглядит убого. У Дазая сердце в пятки ушло от такой заботы.  — На себя посмотри.  *** Сев в машину, Акико повезла их по адресу. Сегодня был последний день ярмарки, поэтому ларьков стало значительно меньше – что внутри, что снаружи.  — Давайте разделимся? — предложила Акико, выходя из машины. — Мы с Ацуши пойдём смотреть, чем можно украсить номер, а вы купите ёлку и украшения к ней.  — Хорошо, — улыбаясь, Дазай взял в охапку Чую и быстрым шагом пошёл внутрь, напоследок крикнув, — Ацуши, удачи.  Вырвавшись, Накахара вопросительно посмотрел на шатена.  — Ты просто не представляешь, насколько тяжело ходить за покупками с Ёсано, — Дазай приложил руку ко лбу тыльной стороной и вздохнул.  Чуя посмеялся, и они направились на третий этаж.  — Где-то тут должны быть ёлки… О, вот они, — рыжий потянул Дазая за рукав в какой-то из магазинов.  Внутри было просторно и сильно пахло хвоей. В ряд стояли искусственные ёлки – от самых маленьких к огромным, и у всех были разные цвета. Осаму резко остановился, Чуя что вёл его за рукав, чуть не упал.  — Ты чего? — Накахара посмотрел на Дазая.  — Давай эту? — сказал Дазай, кивком указывая на пышную ёлку средней высоты.  — Ты даже не посмотрел другие варианты, — Чуя оценивал ёлку.  — Ёлка будет стоять в моём номере, так что она идеально впишется у окна.  Рыжий задумался, представляя ёлку в номере. И это было неплохо.  — Ладно, твоя взяла, я тоже не хочу долго ходить по магазинам. Можно вас? — Чуя подозвал продавца к себе. — Можно эту ёлку?  — Да, конечно, — продавец вытащил коробку с этой самой ёлкой и передал рыжему. — Оплата по карте? — Да, — сказал Дазай и направился к кассе.  *** — Как тебе эти? — спросил Чуя, держа в руках ёлочные игрушки в виде колокольчиков.  — Неплохие, — Осаму взял их, слегка задевая мягкую кожу рыжего.  Накахара отвернул голову, закусывая губу. Вдруг его взгляд зацепился за что-то, и он быстро взял Дазая за руку и повёл.  — Смотри, — глаза Чуи загорелись, а показывал он на гирлянду в виде оленей.  Осаму сделал «рука-лицо» и засмеялся.  В магазине они провели достаточно много времени, выбирая украшения. На улице уже стемнело, когда они садились в машину. — Давай коробку в багажник, — говорила Ёсано, нажимая кнопку на ключах.  — Как скажите, мэм, — у Осаму явно было хорошее настроение, он напевал какую-то песню, а с лица не сходила улыбка. — Вы всё купили? — Акико смотрит на Чую, явно адресуя этот вопрос ему.  Накахара лишь кивнул, смотря на то, как Дазай складывает вещи в багажник.  ***  Уже в машине Ацуши спрашивает: — Может, купим что-нибудь перекусить?  — Хорошая идея, может, пиццу? — соглашается девушка.  — Тут недалеко есть хорошая пиццерия, поверни направо.  — Ты там работал, да? — Осаму почти смеётся, задавая этот вопрос.  Чуя, поняв, о чём тот, тоже начинает смеяться. Акико с Ацуши переглядываются.  *** — Ёлку у окна ставим? — спрашивает Накахара, уже собрав её, пока остальные украшали номер.  — Да, в углу, — говорит Дазай, держа гирлянду, пока Ёсано её приклеивала. — Ацуши, там в пакете дождик лежит, его надо на окно повесить, — девушка немного отошла, чтобы посмотреть проделанную работу.  — А это что? — спросил Накаджима, доставая из пакета новогодние колпаки и ободки в виде оленьих рогов. — Я не помню, чтобы мы покупали это.  — А, это я взяла, пока ты мишуру оплачивал.  Чуя подошёл ближе, чтобы посмотреть, и хитро улыбнулся. Он взял одну вещицу и подошёл к Осаму, надевая её: — К вашему вниманию – олень года, — рыжий одной рукой указал на шатена. Все засмеялись, пока Дазай лишь приподнял бровь от недоумения и кинул в Накахару подушку.  — Да ладно тебе, — еле сдерживая смех, говорит Чуя. — Так уж и быть, я разделю с тобой твою судьбу. Накахара тоже надевает ободок в виде рогов. И он смотрится весьма… мило? Рыжие волосы растрепались, а от обычного хвоста не осталось и следа. Коричневого цвета рога идеально туда вписываются, а голубые глаза выделяются на всём этом фоне, и небольшие синяки под глазами только подчёркивают их. Его немного пухлые губы растянулись в прекрасной улыбке, открывая вид на белоснежные зубы и небольшие клыки. Так. Стоп. Чем это Дазай сейчас занимается? Осаму отвёл взгляд, делая вид, что его очень сильно заинтересовала гирлянда, которую они только что повесили.  *** Закончив украшать, Ёсано и Ацуши направились к себе, оставляя парней вдвоём. Уходя, Акико подмигнула шатену. Дазай не понял, что она имела в виду, или просто не хотел понимать, но этот её жест заставил Осаму задуматься. Он должен что-то сказать Чуе, но что? Как себя вести?  Пока шатен был в своих мыслях, Накахара наводил порядок, убирая весь мусор, который они тут оставили. Закончив, он сел на кровать рядом с Дазаем и откинулся назад. Уже лёжа поперёк кровати и смотря на кудрявые тёмные волосы он произнёс: — Не загоняйся. Осаму не понял, о чём говорит рыжий, и повернулся к нему, облокачиваясь на руку, оставаясь в сидячем положении.  — Ты о чём?  — Не нужно насильно заставлять себя принять чувства, — Чуя смотрел ему прямо в глаза. — Ты ещё не готов к этому, твой мозг сопротивляется, но я всё ещё вижу, как ты смотришь на меня, как реагируешь на мои прикосновения.  Накахара замолчал, положив свою ладонь поверх руки Осаму. Тот напрягся и сглотнул, отводя взгляд. Чуя усмехнулся и продолжил: — Ты мне нравишься, Дазай, — рыжий слегка раздвинул пальцы, переплетая их с пальцами Осаму. В животе у шатена вновь стало пусто, а сердце, казалось, пропускало удары. Рыжий продолжил: — Ты зацепил меня с нашей первой встречи. Твоя непринужденность, твоя улыбка… Всё внутри меня било тревогу, и я думал, что это пройдет, но потом я начал замечать, что не безразличен тебе, и убедился в том, что мои чувства – не просто радость от нового знакомства, а нечто большее. Я рад, что оказался в тот момент в аэропорту.  Чуя вновь замолк. Повисла какая-то тянущая тишина, которая не давала нормально мыслить. Дазай не мог выдавить из себя ни слова. Да он и не знал, что говорить. Мозг будто отключился.  Накахара вновь прервал тишину: — Давай что-нибудь посмотрим? — Осаму лишь кивнул. — В випке есть проектор, для мини-кинотеатра, я могу договориться с администратором.  Дазай вновь кивнул. Как только Чуя скрылся за дверью, Осаму закрыл лицо руками и откинулся назад.  Лицо горело, руки слегка дрожали, а дыхание было учащённым. Осаму не знал, что с ним, но он знал, кто виновен в этом. Хотелось исчезнуть. Шатен открыл лицо и сделал несколько глубоких вдохов. В комнате становилось слишком душно. Мысли кричали наперебой что-то совершенно непонятное.  Чуя вернулся минут через десять, Дазай успел успокоиться к тому времени. Накахара подключил проектор к телефону и включил какой-то фильм. Всё происходило в тишине. Они сели на кровать, оставляя расстояние, и начали смотреть. Осаму так и не понял, о чём фильм – он даже не смотрел его, то пропадая в собственных мыслях, то наблюдая за рыжими локонами. Но он точно знал, что фильм на новогоднюю тематику.  После просмотра Накахара поделился с ним своим мнением, очень рьяно осуждая главного героя. В чём этот герой провинился перед Чуей, Дазай так и не понял. Они поговорили ещё какое-то время, и рыжий ушёл домой.  В эту ночь Осаму уснул только под утро.