Новый путь

С самого утра в номере Осаму началась подготовка к Новому году. От выбора плейлистов и заказа еды до походов в магазин с Ёсано, чтобы выбрать ей наряд.  Зачем ей нужны были и Ацуши, и Дазай, так никто и не понял, но тем не менее для Дазая это оказалось удачным случаем купить рыжему шапку в качестве подарка на Новый год. Мозг шатена и так был перегружен после вчерашних новостей, а тут ещё и это всё, к тому же Накахара не пришёл ни утром, ни в обед. Осаму понятия не имел, чем он занят и нужно ли бить тревогу. Он в панике прокручивал весь их вчерашний разговор, пытаясь зацепиться за что-то, но это выходило из рук вон плохо. Время шло, и с каждым ударом сердца Дазай чувствовал, как внутри него растёт тревога. Чуи всё ещё нет, и это гнетущее чувство ожидания терзало его изнутри, пока он весело обсуждал меню предстоящего праздника.  В голове мелькали воспоминания об их первой встрече, о том, как они ходили на ярмарку, катались на коньках, валялись в сугробах, ходили по магазинам, делились прошлым, смотрели фильм и как Чуя говорил о чувствах, держа его за руку. Дазай вспомнил, как рыжий заставлял его улыбаться, просто находясь рядом. Осаму скучал. Сильно скучал. Он хотел, чтобы Накахара прямо сейчас оказался рядом, чтобы язвил с глупой улыбкой на лице, чтобы снова взял за руку. — Дазай? Ты чего завис? — Акико пару раз щёлкнула пальцами перед ним.  — А? Да.  — Дазай, всё в порядке? Ты сам не свой сегодня, — Осаму ничего не ответил, — это из-за Накахары?  Услышав знакомую фамилию, шатен тут же выпрямился.  — Значит, из-за него, да? — Ёсано улыбнулась, продолжая. — Тебе нужно успокоиться. Вчера вечером он заходил ко мне и говорил, что задержится, но придёт.  Дазай вновь не отвечал. Его мысли заполнили новые вопросы: Чуя заходил к Ёсано? Зачем? Почему не сказал об этом ему? Из-за чего он задержится? Дазай вздохнул и ответил: — Хорошо, — и натянуто улыбнулся.  — Осаму, — от неожиданности обращения шатен напрягся, а Акико строгим голосом продолжила, — Чуя отличный парень, ты ему не безразличен, так что не проеби его.  Дазай ненавидел, когда к нему обращались по имени, и эту привычку подарили ему родители. Ёсано была единственной (после «дорогого» отца), кто так его называл: она без капли сожаления использовала его имя, когда ругалась, ведь только так он понимал, что накосячил. Не проронив больше ни слова, девушка скрылась за дверью. ***  Уже вечером они накрывали на стол (Акико принесла его неизвестно от куда). Из колонки играли любимые треки, пока Осаму избавлялся от упаковок заказанной еды.  На часах было уже одиннадцать, когда в дверь наконец постучали. Ацуши поднялся, чтобы открыть, но Дазай опередил его.  На пороге стояли три знакомые фигуры: Кёка, Гин и… Такой долгожданный в этот вечер Чуя.  Увидев его, в животе Осаму вновь стало пусто, а сердце пропускало удары.  — Привет, ты не против, что я их позвал? Коё уехала, и мне не хотелось оставлять Кёку одну, а у Гин сегодня дежурство, в отеле персонала не хватает.  — Привет, — неловко поздоровавшись, Осаму отошёл в сторону, пропуская гостей вперёд.  — Ого, у вас тут так красиво, — проходя вперёд, произнесла Кёка.  — Чуя, — Накахара остановился, вопросительно смотря на Дазая, — я хочу поговорить.  — Позже, — улыбаясь, рыжий поднёс указательный палец к его губам и скрылся в коридоре.  *** Время летело незаметно, после прихода новых гостей. Все веселились, выпивая шампанское и разговаривая, вот только Дазай никак не мог найти себе место – в его душе была какая-то тревога, основания которой он не знал.  Когда было без пятнадцати двенадцать, Чуя тихо подозвал Осаму к себе и шёпотом произнёс: — Собирайся. — И куда на этот раз? — так же шёпотом ответил шатен.  — Ты же хотел поговорить, — Чуя лукаво улыбнулся.  Сердце бешено застучало, Дазай взял куртку и направился за Накахарой. Шли они недолго. Оказывается, за отелем всё это время скрывался небольшой бульвар, украшенный в новогоднем стиле. Они прошли в самую глубь, прежде чем Чуя начал: — Я рад, что встречаю этот год с тобой, — после этих слов рыжий непринуждённо взял Дазая за руку. Его рука была тёплой и мягкой. Осаму сжал её в ответ и сказал: — Я тоже рад. — Небольшая пауза. — Может, немного поздно это говорить, но, Чуя… — Дазай останавливается, разворачивая Накахару к себе лицом. — Мне кажется, я влюбился в тебя.  Они смотрят друг другу в глаза.  — Как же я долго ждал эти слова, — шёпотом произносит рыжий.  В этот же момент Чуя поддался вперёд, вставая на носочки и прижимаясь к губам шатена своими.  Этот поцелуй не был робким, он был воплощением их чувств желаний, он будто говорил: «Наконец-то».  Дазай прижал его за талию ближе к себе, Накахара обнимал его за шею, стягивая с него шапку и путая пальцы в тёмных шелковистых волосах. Где-то на периферии зрения начали мигать цветные огни, были слышны радостные голоса людей и поздравления «С Новым годом», но для них это всё сейчас было не важно – единственное, что имело значение, – это человек напротив, который с жадностью целовал его, переплетая языки.  Они отстранились и посмотрели наверх – в небе переливались тысячи огней, завораживая взгляд. Дазай держал Чую в своих объятиях, и он точно знал, что больше никуда его не отпустит.