само/убийство

— А здесь у нас кабинет ботаники… — Лариса отворила стеклянную дверь, приглашая гостей внутрь. — Оранжерея относительно недавно была реконструирована, что позволило добавить условия для новых, уникальных растений, — Лариса улыбнулась, проходя вперёд. — Мэрилин, дорогая! — громко позвала она, прежде чем с гордостью произнести: — Моя жена — профессор ботанических наук и автор большого количества трудов, признанных американским научным обществом, поэтому я уверена, что в нашей академии Джессика сможет приобрести весьма обширную базу для дальнейшего научного пути в ботанической области, — Лариса взглянула на светловолосую девочку, с интересом осматривающую заполненную зеленью оранжерею, а следом обернулась на звук шагов: — Вот ты где, — она расплылась в несдержанной, довольной улыбке: — Позвольте представить — Мэрилин Уимс, — она указала ладонью на подошедшую женщину в синем комбинезоне. — Мэрилин, это мистер и миссис Оменс, а также их дочь Джессика. — Просто Мэрилин, — мягким голосом исправила Ларису женщина и приветственно кивнула гостям. — Мэрилин также занимает должность матери нашего женского общежития, так что Джессике, при желании, будет удобнее обращаться с вопросами напрямую, — добавила Лариса, заботливым, но быстрым движением вынимая очередной зелёный лист из рыжих локонов. — Мэрилин, быть может, ты проведёшь для Джессики небольшую экскурсию, пока я обсужу с мистером и миссис Оменс другие детали обучения в академии? — Да, конечно, — мигом отозвалась Лин, а следом обратилась к девушке: — Оранжерея поделена на зоны, и прежде чем мы начнём, подскажи, какие растения увлекают тебя больше других?.. Лариса точно знала, что делает, и, действительно, после впечатляющей экскурсии по оранжерее Джессика Оменс убедила родителей перевести её в Невермор, да и они, так-то, были совершенно не против. — Ты прекрасно справилась, — мигом сообщила Лариса своей жене, стремительно ворвавшись в оранжерею и радостно пританцовывая. — Оменсы подписали документы. — Мне даже ничего не пришлось делать, — медленно ответила Мэрилин, сосредоточенно кружащаяся вокруг высокого куста Лормании. — Девчушка действительно в полном восторге от растений, а когда я показала ей нашу запретную зону… — женщина рассмеялась, — я думала, что в случае сопротивления родителей она попросту спрячется в оранжерее и никуда не уедет. Заметив, что Лин закончила с растением, Лариса приблизилась к ней со спины и, наклонившись, уверенно обвила живот возлюбленной руками, опуская подбородок ей на плечо. Мэрилин мигом подняла руку и ласково провела по привычным, наизусть заученным завитушкам Ларисы. — В любом случае, Вы прекрасно справились, миссис Уимс, — прошептала Лариса ей на ухо, оставляя мягкий поцелуй где-то в области шеи и вызывая этим волну мурашек. — У меня был прекрасный учитель, — игриво ответила Мэрилин и, спохватившись, выдала: — Кстати, Тайлер просил тебя зайти к нему в кабинет, он подготовил какую-то новую методику, хотел проконсультироваться, насколько допустимо будет использовать это в нашей программе для хайдов… Лариса выпрямилась и, когда Лин повернулась к ней, вновь поцеловала свою суженную, только уже в губы, прежде чем отправиться и дальше выполнять свои директорские обязанности, а Мэрилин задумчиво осталась со своей цветущей Лорманией наедине. Тем вечером, когда чета Уимс вернулась в свой уютный и уединённый домик на окраине Джерико, Лариса мягко спросила: — Ты в порядке, дорогая? За всю дорогу ты не проронила ни слова… Мэрилин, задумчиво снимающая обувь, вскинула взгляд на Ларису: — М-м? — пробормотала она и, осмыслив вопрос, стремительно закивала: — Да-да, всё хорошо. Но Ларису было не провести, поэтому, пройдя в гостиную, она опустилась на диван, который они забрали из Невермора: он давно стал местом для самых глубоких и сложных разговоров, и мягко похлопала по сидению. Лин едва слышно вздохнула, зная, что от неё ничего не утаить, и приблизилась к дивану, но, вопреки ожиданиям Ларисы, опустилась не рядом, а на колени жены. Мигом приобняв Мэрилин, Лариса спросила: — Что тебя встревожило, милая? Валери вновь откопала что-то неприятное?.. — Нет, сеанс прошёл спокойно, Вэл говорит, я и так хорошо справляюсь… — женщина поудобнее расположилась на плече жены и стала вырисовывать пальцем круги на её ключицах. — Я просто вновь поймала себя на мысли, что уже столько времени прошло, а я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что меня называют миссис Уимс… — Мэрилин замерла и мягко рассмеялась: — Каждый раз, когда студенты произносят это обращение рядом со мной, я начинаю искать тебя взглядом, представляешь? Лариса слегка свела брови и мягко коснулась щеки жены: — Ты всё-таки жалеешь об этом? — Нет, нисколько! — мигом отозвалась Лин. — Я знаю, насколько тебе было важно показать, что я — твоя. К тому же… это лучшая фамилия, которая у меня была, — она расплылась в широкой улыбке, ощущая, как успевшая напрячься Лариса вновь становится мягкой и расслабленной. — Пусть все знают, кто уничтожит их, если кто-то попробует обидеть тебя! — грозно произнесла Уимс, с трудом сдерживаясь от хохота. Она помнила, как Мэрилин была взволнована сменой фамилии и надеялась, что люди не будут путаться между двух «миссис Уимс»… Лин хихикнула, а следом нежным, слегка звенящим голосом выдала: — Лар, я так благодарна тебе, я правда не знаю, что было бы со мной без тебя… Зная, что Лин вновь может расплакаться, как это было уже пару миллионов раз, Лариса крепко сжала её в объятиях и любящим, сладким голосом предупредила: — Не начинай… Но Мэрилин было уже не остановить, ведь её глаза заполнила предательская влага, и ей оставалось лишь выдохнуть: — Я люблю тебя. — А я люблю тебя, — мигом ответила Лариса, оставляя поцелуй на рыжей макушке, пахнущей травами и цветами. — И я счастлива с тобой, — тут Мэрилин вскинула на неё свои огромные глаза — и в груди Ларисы вновь дрогнула одна особая, давняя струна. Зная, что это значит и что будет дальше, Лариса склонилась вперед и поцеловала свою жену, прежде чем произнести: — И я ни о чём не жалею. — Как ты?.. — Мэрилин поперхнулась своим вопросом, непонимающе хмурясь — Лариса в очередной раз опередила её вопрос. — Я знаю этот взгляд. Взгляд Лорел, — при упоминании этого имени Мэрилин вздрогнула, и Лариса обняла её крепче. — Прошлое никогда не исчезает без следа, но оно не определяет наше будущее. Я действительно счастлива с тобой, Мэрилин, я люблю тебя, и всё у нас просто прекрасно, — ощущая, что Лин вот-вот расплачется, Лариса бережно взяла свою суженную за руку: — Одна зима другую сменит — любовь мою не переменит, — улыбнулась Лариса, вспоминая их свадебную клятву. — Знаешь, если бы мне кто-то сказал в самом начале, к чему всё приведёт — я бы не поверила… — Мэрилин растёрла слёзы по своим щекам и взглянула Ларисе в глаза. — Потому что я была твёрдо убеждена, что меня нельзя любить — но ты полюбила, ещё и как… Твоими стараниями я счастлива, Лариса, и я счастлива делать счастливой тебя, — она расплылась в сияющей, окрылённой улыбке, и они обе знали:

Всё хорошо.