Сын короля

⛩️⛩️⛩️

Вернувшись поздно вечером в резиденцию Кимов, Чон Хосок закрылся у себя в покоях и не показывался несколько дней. Слуги приносили еду под дверь, не рискуя заходить внутрь, да и сам министр приказал лишний раз не тревожить молодого альфу. В этот раз пережить гон было особо трудно, в голове то и дело возникали воспоминания последней встречи с Его Величеством: взгляд, прикосновения, запах — все это заставляло Чона чуть ли не выть от безысходности, не смотря на то что объектом его мечтаний был вовсе не омега. Он был заперт в собственном аду, обреченный лишь покорно ожидать конца мучений. Хосок злился на себя и свои чувства, как он допустил такое, почему влюбился в альфу? Было невыносимо стыдно, за свои грязные мечты, порочащие самого короля страны, но вместе с этим прекращать мечтать совсем не хотелось. Спустя пару дней, когда гон закончился, Чон выглядел ужасно. Измотанный вид, темные круги под глазами, растрепанные волосы, еще и костяшки на обеих руках в засохшей крови, так альфа выпускал свою злость на все, на что падал взгляд. Если бы кто то посторонний увидел воина в таком виде, то точно подумал бы, что тот с кем то подрался. Перебив кучу посуды и поломав свой стол, Хосок чувствовал себя виноватым, но не смотря на это его господин и слова не сказал о нанесённом поместью ущербе. Чон вышел на улицу и обессиленно сел на пороге. Что ему делать дальше, как себя вести, что говорить? Вопросы один за другим атаковали разум, от чего мужчина поморщился, потерев виски. — Тебе уже лучше? — Ким Намджун подошел и сел рядом. — Господин — воин начал подниматься, чтобы поприветствовать своего хозяина поклоном, но тот положил руку на плечо заставляя сесть обратно. — Сиди. — Мне уже лучше, благодарю, господин, я сегодня же вернусь к своей работе — Хосок склонил голову. — О-хо-хо, вы посмотрите на него — Намджун лукаво улыбнулся. — Ты ужасно выглядишь, сначала восстанови свое здоровье, потом и поговорим. — Да, господин, благодарю. — Если захочешь мне рассказать о том, что тебя мучит, ты знаешь что делать — Ким похлопал друга по плечу. — Отдыхай. Чон кивнул, с благодарностью посмотрев на Джуна. За все то время, пока они знакомы, этот мужчина ни разу не смотрел на него с высока, никогда не осуждал и всегда был готов выслушать. Их отношения были как братские, Намджун абсолютно доверял ему, а Хосок верил своему господину в ответ. Может и в этот раз открыть ему душу дабы стало легче? Сок провел взглядом уходящего мужчину, поднялся и вернулся в покои, попросив слугу принести ему травяной отвар. Нужно было наконец то выспаться, чтобы не свалиться с ног от усталости.

***

После проведенного с Чон Хосоком дня, Мин Юнги чувствовал себя не спокойно. Его мучали сомнения о том, правильно ли он поступил, позволив себе действовать так необдуманно. Что если его поведение воспримут не так, как нужно? Хотя юноша сам не понимал как правильно понимать его действия. Он ведь сам все это затеял. С одной стороны его очень тянуло к этому воину, но другая его часть вопила о том, что так нельзя. Вот уже несколько дней Мин пытался разобраться в себе. Почему он продолжает так яро отрицать свою тягу к мужчине в мыслях, в то время как сердце заходиться в бешеном стуке каждый раз, когда Юнги вспоминает о Хосоке? Юноша не мог найти ответ, или просто не хотел его озвучивать. За всю его жизнь он никогда не испытывал подобного, всегда оставаясь в трезвом уме. Но с появлением этого альфы все хладнокровие, которым Мин так гордился, вдруг исчезло. Юнги не знал что с этим делать, поэтому ему было страшно. Юноша прикрыл глаза, на миг окунувшись в свои мысли. "Отец, что мне делать? Как правильно поступить?.. " — Ваше Величество, ваш отвар — тихий голос Ючоля возвращает Юнги в реальность. Мин молча принимает лекарство и снова закрывает глаза. — Можешь быть свободен, скажи чтобы никто не входил, я занят медитацией. — Вас что то тревожит? — омега садиться напротив. — Вы можете рассказать мне. — Я сказал, что ты можешь быть свободен. — Юнги, перестань закрываться в себе, я вижу что с тобой что то не так, если не расскажешь мне, то кому еще? — Ючоль пристально смотрит на короля, слегка сжимая полы своих одежд. Альфа открыл глаза уставившись на слугу. В его взгляде нет ни злости, ни презрения, только усталость, скрытая колкостью. — Как смеешь ты обращаться к королю по имени? — А почему я не могу? — юноша смотрит прямо в глаза без единого намека на страх. — Мы выросли вместе, так почему я не могу звати тебя Юнги? Ты сам говорил мне, что между нами не должно быть границ — голос омеги стал тише. — Ведь со смертью твоего отца только мы остались друг у друга... Мин вздохнул. — Ты прав, называй как хочешь, мне все равно не до этого. — Господин, Вам ведь нравиться тот мужчина, что приходил с министром Кимом? Кажется его зовут Чон Хосок? — Лишнее болтаешь — больше Юн ничего не может ответить, сколько бы он не пытался врать себе, ложь была не правдоподобной. — Значит все таки да, я так и знал — омега улыбается. — Нужно было сказать мне. — Я не мог признаться даже себе, а ты хочешь чтобы я сказал тебе? — король с горечью смотрит на парня. — Простите, я не подумал об этом — Ючоль опустил голову. — Так быстро перешёл на официоз, стало страшно? — Мин Юнги ухмыльнулся и слегка приподнялся, опираясь руками на стол. Омега фыркнул и снова поднял голову. — Мне просто привычно обращаться к Вам на вы, вот и все. — Ну-ну, конечно — альфа садиться обратно поправляя упавшие на плечи волосы. Чоль продолжает донимать короля: — Скажите ему о ваших чувствах, со стороны он не кажется безразличным. — Об этом и речи быть не может — голос Мина становиться слегка резким, и омега начинает понимать, что затеял игру с огнем. — Я, в первую очередь, король государства, и личные чувства не должны стоять у меня на первом месте. И к тому же нельзя уверенно сказать, что его поведение это взаимность, а не простое уважение... — юноша грустно опускает голову. Ючолю остается лишь вздохнуть. Его господин слишком упрям, но в его словах может быть доля правды. Поэтому ничего не поделать, нужно просто ждать. Время расставит все на свои места.

***

Чон Хосок долгое время не мог решиться на разговор с господином, но сил держать все в себе почти не осталось. Хорошо выспавшись он отправился в кабинет министра. Долго стоял под дверью, продолжая немного сомневаться в правильности своего решения все рассказать, но все таки постучал. — Войдите — тихий и спокойный голос Намджуна раздался с глубини кабинета. Нервно сжимая меч, покоищийся в ножнах, Чон все таки зашел внутрь закрыв за собой дверь. Увидев министра он кланяется приветствуя. — Господин, я пришёл поговорить. — Решился все таки, я уже думал ты будешь стоять у меня под дверью пока я сам не выйду — Ким достает из-под стола кувшин с вином и две чаши. — Выпьем? Сок садиться напротив и лишь кивает. В голове прокручиваются варианты, как лучше преподнести информацию. А что если его все таки осудят? — Я не собираюсь пытать тебя, почему ты так встревожен? — Ким разливает вино в чаши. — Твое поведение заставляет меня самого волноваться. — Господин, то в чем я сейчас признаюсь — альфа сглатывает. — Может кардинально поменять ваше отношение ко мне... — Обещаю, что не буду слишком строг с тобой, что бы это ни было — мужчина протягивает воину чашу. — Сперва выпьем. Хосок принимает чашу слегка склонив голову в знак благодарности, и осушивает ее одним глотком. Нам, последовав тому же примеру, тоже ставит пустую емкость на стол и поднимает ожидающий взгляд на слугу. — Есть человек, который недавно забрал мое сердце себе — Чон поднимает голову и смотрит в глаза господину. — Я не могу перестать думать о нем в последнее время. — Так ты влюбился — Намджун облегченно выдыхает. — Нужно было сказать мне раньше. Кто этот счастливчик, что смог покорить тебя? — Да, господин, вы правы, я влюбился, но это не самое страшное — Хосок делает глубокий вдох, и произносит следующую фразу на одном дыхании. — Тот, кому теперь пренадлежит мое сердце, это наш король. Намджун ошарашенно смотрит на Чона, а его брови медленно ползут все выше вверх. — Кто, ты говоришь, в твоем сердце? — мужчина все еще надеется, что это лишь шутка. Но Хосок отвечает все с тем же серьезным видом: — Это Его Величество, вы все правильно услышали. Министр медленно переводит взгляд на стол и молча наливает им еще вина, протягивает чашу Соку и осушивает ее одновременно с ним. — Что ж, признаю, я в недоумении — альфа растеряно смотрит по сторонам поглаживая подбородок. — Это и правда неожиданная новость, что ты собираешься с этим делать? Он же как минимум альфа. — Я не знаю что мне делать...— Хосок смотрит на Джуна такими грустными глазами, будто в них собралась вся тоска мира, а затем опускает голову нервно сжимая пустую чашу. — Хо, да не расстраивайся ты так — голос Джина раздается в комнате слишком неожиданно, мужчины и не заметили как он вошел. Чон резко оборачивается, обреченно уставившись на омегу. — Как много вы слышали?.... — Ой, да я все слышал — юноша улыбается. — Но ты не волнуйся, я не буду говорить об этом и притворюсь, что не знаю. — Дорогой, я же просил стучать перед тем как заходить в кабинет — Ким слегка потирает переносицу и приглашает мужа сесть. Джин садиться за стол, и складывает пальцы рук домиком, заговорчески посмотрев на мужчин. — Чон, то, что причина твоих чувств не омега еще ничего не значит, кто решил что альфам обязательно нужно быть только с омегами? — омега слегка наклоняется вперед и делает голос тише продолжая. — Что, если у вас взаимные чувства? Намджун согласно кивает. — Джин прав, это можно легко проверить. Но то что он альфа это не такая большая проблема, по сравнению с тем, что он король... Чон Хосок лишь вздыхает. Он и сам понимает, что даже если их чувства окажутся взаимными, они все равно не смогут быть вместе, ведь разница в статусах слишком велика. Да и народ врядли примет тот факт, что правитель государства вступает в брак с альфой, лишая себя наследников в будущем. Хосок резко встряхивает головой, о каком браке может идти речь? Он наверное и в правду сошел с ума. — Почему бы тебе не написать ему письмо и попросить о встрече? — Сокджин задуманно смотрит на вино в кувшине. — Если он ничего к тебе не чувствует, то врядли примет во внимание письмо от слуги, и даже не будет его читать, верно? — А это разумная идея — Намджун берет мужа за руку. — Дорогой, ты великолепен. Омега лишь тепло улыбается альфе, слегка сжимая его руку, и переводит взгляд на воина. — Что скажешь, Чон? — Думаю, это самое разумное решение, благодарю вас за помощь — его голос звучит не очень уверенно, но в глазах благодарность. — Этот разговор должен остаться между нами... — Конечно, это даже не обсуждается — министр немного наклоняется через стол и хлопает Сока по плечу. — Тебе не стоит волноваться об этом, лучше иди соберись с мыслями и все обдумай. Чон Хосок встает со своего места и кланяется. — Да, господин. Благодарю вас, и вашего супруга за помощь, это многое значит для меня. — Не стесняйся и обращайся если нужно — омега кивнул альфе и улыбнулся. Когда воин покинул кабинет, Намджун потянул Джина за руку к себе на колени. — Ты у меня такой молодец — мужчина обнимает омегу за талию и нежно целует в шею. — Твой совет и правда помог, но ты вошел без разрешения, что мне с тобой сделать? Сокджин хихикает и обнимает мужа в ответ. — Можешь меня любить и всегда быть рядом. — Ммм, я тебя и так люблю — альфа кладет руку юноше на живот легонько поглаживая. — Люблю тебя, и нашего малыша. — Я тоже люблю тебя — Джин берет лицо мужа в руки и нежно целует. Конечно же, после такого Ким Намджун уже не вернется к работе.