Сын короля

⛩️⛩️⛩️

Хосок долго думал, что же лучше написать в его послании, и стоит ли вообще это делать. Ведь была вероятность того, что письмо могут вскрыть и прочитать раньше, чем оно попадет в руки короля. Чем больше мужчина думал об этом, тем сильнее начинал сомневаться в том, что план с признанием в письме не потерпит неудачу. Чтобы отвлечься от назойливых мыслей, Чон пошел в сад и решил заняться медитацией. Монахи всегда говорили, что медитация — ключ к спокойствию, умиротворению и пониманию жизни. Поэтому пока он жил в монастыре, то медитировал каждый вечер, успокаивая разум перед сном. Но после того, как Хо попал на службу к нынешнему главному министру, времени на каждодневные медитации не осталось. Чон Хосок сел на прохладную траву и глубоко вдохнул, наполняя легкие свежим вечерним воздухом. Тихое журчание воды и шум молодой листвы идеально дополняли друг друга. Сосредоточившись на этих звуках, альфа погрузился в медитацию. С каждым новым вдохом скачущие мысли в его голове успокаивались и выстраивались в логичном порядке. Учащенное сердцебиение постепенно приходило в норму, а от глубоких вдохов приятно кружилась голова. Через некоторое время Чон открыл глаза, и с уверенностью сказал сам себе: — Я сам отнесу письмо королю, нет нужды в том, чтобы передавать его через слуг, когда я сам слуга. Я просто прослежу за тем, чтобы оно точно попало получателю, и уйду, ничего сложного. С такими мыслями Хосок вернулся к себе, и просидел над письмом всю ночь, закончив ближе к утру.

***

— Ваше Величество, Чон Хосок из резиденции министра Кима просит аудиенции — именно от этих слов и проснулся Мин Юнги. Сонно потерев глаза, он сел на кровати и поправил спальные одежды. — Который час, почему так рано? — Уже восемь, Ваше Величество — омега подошёл к королю и парой ловких движений привел в порядок еще недавно безобразную прическу альфы. — Мне проводить его в зал для аудиенций? — Нет, приведи его сюда — Юнги поднялся и подошёл к окну сложив руки за спиной. — Но как же?... — Ючоль был в недоумении. — Это ведь ваша личная спальня, будет ли это уместным?.. — Делай, что говорю — серьёзный тон не терпел возражений. — Интересно, что привело его во дворец так рано. Слуга лишь поклонился и удалился исполнять приказ короля. Следовало провести гостя в личные покои владыки. Вернувшись к главному дворцу, Ючоль поклонился приветвстувуя Чон Хосока. — Господин Чон, пройдемте за мной. Мужчина лишь хмыкнул, про себя подумав: "Мне всегда казалось, что зал для аудиенций в главном дворце, интересно, куда мы идем" Погрузившись в раздумия альфа не заметил, что личный слуга короля уже привел его к месту и стоит возле двери, ожидающе сверля взглядом. — Прошу, проходите — Ючоль приглашающим жестом указал на дверь. — Его Величество ждет вас. Хосок послушно зашел внутрь и замер при входе. Это были личные покои короля — место, куда такому обычному человеку как он было ни за что не попасть. Даже из прислуги сюда было позволено входить только лекарям и Ючолю. Чон скользнул взглядом по комнате, и увидел фигуру у окна. Белые одежды делали внешний вид владельца покоев хрупким и нежным, а длинные черные волосы вообще могли заставить на миг подумать, что перед Хосоком молодая девушка, а не грозный альфа. Сердце мужчины предательски затрепетало, и он мельком оглянулся по сторонам наивно ища путь к отступлению. Но выхода уже не было, позади стоял Ючоль, загородив собой дверь, а у окна стоял Его Величество. Чон не смог бы просто так сбежать, да даже если каким то чудом ему это удалось, то подобная выходка не осталась бы безнаказанной, и репутация министра Кима, как его хозяина, тоже бы полетела ко дну. Альфа сглотнул ком в горле, каждая секунда тишины была вечностью, а уверенность в своих действиях утекала, как вода сквозь пальцы. "Может не стоит отдавать письмо?.. Но что тогда сказать? Что я соскучился и решил повидаться? Нет, тогда меня точно лишат головы прямо на месте... Какой позор, Чон Хосок, возьми себя наконец-то в руки. " — Ваше Величество, приветвстувую вас — мужчина поклонился. Юнги медленно повернулся и кивнул в ответ. — Ючоль, оставь нас. — Ваше величество, но как же... — юноша хотел было возразить, но его перебили. — Я сказал тебе выйти — не смотря на резкие слова голос альфы был мягок. — Разве не понятно? — Да, Ваше Величество, я понял — омега поклонился и покинул покои закрыв за собой дверь. Мин посмотрел на Хосока, он выглядел взволнованно, и это было очень забавно. "Интересно, что заставило тебя так переживать? " — Я тебя слушаю — Юнги встряхнул рукавами одежд, вернулся к своей кровати и сел, изящно закинув ногу на ногу. — Не стой, садись. — Я пришел, чтобы передать вам письмо — мужчина подошел на почтительное растояние и протянул конверт. — Больше я не смею вас задерживать, разрешите уйти? Мин Юнги осмотрел конверт и взял его в руки, будто бы не намеренно касаясь пальцев Чона. — Не разрешаю, хочу чтобы ты составил мне компанию на прогулке. Но сначала письмо, ты ведь не просто так доставил его лично в такой ранний час. — юноша улыбнулся и принялся вскрывать конверт. От этих слов Хосока бросило в холодный пот. Он надеялся, что после того, как отдаст письмо, получиться скрыться на некоторое время, чтобы не сгореть от стыда, но сейчас Его Величество прочитает послание, и ему прийдёт конец. Лицо горело из-за неловкости, и хотелось провалиться под землю, лишь бы не выглядеть в глазах возлюбленного нелепо. Чон уже сто раз пожалел, что пришел сам лично отдавать это чертово письмо. Внутри просыпалась злость на самого себя, что он вообще о себе возомнил, как посмел написать признание королю?... Бурлящие эмоции накрывали с головой, но все что альфа мог сделать, это сцепить зубы и опустить голову, покорно ожидая любой реакции Его Величества. Мин Юнги быстро управился с конвертом и принялся читать. « Приветствую вас, Ваше Величество. Сказать по правде, я долго не решался написать вам, но вот настал момент, когда сил сдерживаться больше не осталось. Я вполне осознаю, что после моих слов мне может прийтись расстаться с жизнью, но я хочу уверить вас в том, что ни смотря ни на что, все, сказанное сдесь — это чистая правда, не сомневайтесь в моей искренности. Я готов нести полную ответственность за свои действия, но все же надеюсь на вашу благосклонность... Уже на протяжении длительного времени я не могу перестать думать о вас. Каждая мысль заставляет сердце трепетать, будто птица. Как бы я не старался переубедить себя, внушить себе, что все это не правильно, ваш неземной облик не покидает мой разум ни на миг. Я будто бы схожу с ума, а желание увидеть вас превращается в зависимость. Но ведь сердцу не прикажешь. Моя душа тянется к вам, словно мотылек к свету, который упорно не замечает того, что этот свет принесет ему верную гибель. Каждое воспоминание, связанное с вами, каждый ваш взгляд, каждое прикосновение, все это — выгравировано в моей памяти. Я никогда не забуду тот день, когда впервые случайно увидел вас в похоронном зале, плачущего над табличкой покойного короля. В тот момент вы показались мне таким хрупким, будто ваза, что казалось вы вот вот можете рассыпаться на мелкие кусочки. Мне хотелось хоть как то поддержать вас, успокоить словами или просто молча подержать за руку. Но я понимал, и понимаю, что это все может оставаться только в моей голове, и не более. Ваше Величество, вам не стоит волноваться, я никому не говорил о том, что видел той ночью, этот секрет я унесу с собой в могилу, и он никак не повлияет на вашу репутацию. Хотя я должен вам сказать, что слезы не делают человека слабым, они лишь показывают, что вы все еще можете чувствовать боль, печаль, радость или грусть, разочарование и другие эмоции. Будь то альфа или омега, мужчина или женщина, все мы — люди со своими радостями и проблемами, и каждому порой хочется выплеснуть свои чувства. Я мог бы писать вам бесконечно долго, но это письмо когда нибудь прийдется закончить. Поэтому хочу сказать самое важное: я не требую от вас ответа, не прошу взаимности, просто хочу, чтобы вы знали, что мне нравиться сопровождать вас во время прогулок в саду, нравиться ухаживать с вами за цветами в королевской оранжерее, и больше всего нравиться слушать вас во время наших разговоров. Я позволю себе не простительную наглость, в первый и последний раз, прошу, позвольте мне делать то, что нравиться — преданно служить вам до конца моих дней. Чон Хосок» Юнги несколько раз подряд перечитал подпись внизу листа, чтобы точно убедиться, что там написано "Чон Хосок". Его лицо было на грани превращения в свежий томат из-за нахлынувшего смущения. Читать подобное было безумно приятно, но вместе с этим юноша не знал как ему нужно отреагировать. Он точно не мог позволить себе расплестись в улыбке, умиляясь робости этого альфы, и уж тем более не мог покраснеть. Король на несколько секунд закрыл глаза и сделал вдох. Затем отложил письмо на кровать и поднялся, посмотрев на Чона. Тот, казалось, вот вот упадет в обморок от волнения. — Я закончил, подойди и помоги мне одеться — звать Ючоля в данной ситуации было бы неуместно, ведь Сок явно ждал какой то реакции от короля. Поэтому Мин решил выиграть немного времени для себя, чтобы все еще раз обдумать. Чон Хосок ошарашенно посмотрел на короля, но тут же постарался вернуть своему лицу невозмутимый вид. " Почему он ничего не сказал? Почему никак не отреагировал? Может я попутал письма и принес ему не то? Или я выгляжу на столько жалким, что Его Величество не желает тратить время на подобное?.. " — мысли одна за другой появлялись в голове, но мужчина все же сглотнул ком в горле и переспросил: — Ваше Величество? — Я сказал что то не понятное? Ючоль ушел по делам, а я же не могу выйти на улицу в таком виде — Юнги демонстративно обернулся вокруг своей оси, позволяя лучше разглядеть спальные одежды, от чего у Хосока перехватило дух. — Подойди и одень меня, ты же можешь это сделать? Или твой господин никогда не просил о подобном? Конечно, Чон Хосок помогал своему хозяину одеваться, но это было не так часто, так как этим в основном занимался его супруг. Но Ким Намджун и король страны это совершенно разные люди. Если к Джуну Сок испытывал братские чувства и преданность, как к своему господину, то случай с Его Величество был совершенно другим. Сам факт того, что они будут стоять так близко, встречаться взглядом и касаться друг друга, вызывал бабочки в животе. Главное не сглупить, не сделать лишнее движение и не испортить момент, который будет заниматься особое место в памяти. — Да, Ваше Величество — альфа кланяется и подходит ближе. С такого расстояния можно рассмотреть каждую черту прекрасного лица юноши. Хосок старается не думать о теле, скрывающимся под тонким слоем ткани, но получается ужасно плохо. Руки делают свою работу на автомате, постепенно одевая слой за слоем. Но от каждого прикосновения тело прошибает током. От такой близости хочется кричать, манящий аромат сандала с нотками вишни сводит с ума. Чон никак не может понять, от куда береться этот сладкий запах выишневых цветов, что еле еле можно уловить на фоне истинного запаха короля. Его лицо так близко, что можно почувствовать теплое дыхание кожей. Мужчина на миг замирает, встретившись глазами с Мином. Руки Хосока, что еще недавно завязывали пояс, так же останавливаются на талии юноши, так и не завершив начатое. Время будто замерло, позволяя Соку запомнить каждую деталь происходящего. Все кажется таким нереальным, будто сон. Сердце бешенно колотится в груди, а дышать становиться все тяжелее. Альфа пересилив себя опускает взгляд, ощущая как заливается краской его лицо. "Какой позор, Чон Хосок, ты все таки позволил себе смутиться". Быстро завязав пояс как следует мужчина уже было сделал шаг назад, чтобы увеличить дистанцию, но Юнги вцепился в его руку мертвой хваткой, не давая пошевелиться. Юноша приблизился к уху альфы, и произнес полу шепотом: — Чон - Хо - Сок — казалось, будто он пробует имя на вкус, выделяя каждый слог. — Чон Хосок — бархатный голос ласкает слух, заставляя все тело покрываться мурашками. Воин сильно зажмуривает глаза, самообладание пропадает как мираж в пустыне, еще немного, и он точно подастся инстинктам... — Продолжай писать для меня, мне нравиться — Юнги немного отклоняется назад и встречается взглядом с мужчиной. — Это мой ответ.