one hundred kisses

Джорджу бы правда хотелось, чтобы всё всегда было прекрасно и радужно. Но иногда со всеми происходили неудачи. Появлялись проблемы. Портилось настроение. Сейчас он сидел на краю собственной кровати сгорбившись, грустный. Телефон лежал рядом, экраном вниз, после звонка с мамой. Даже с его определённой известностью, и оттого некоторым влиянием, с его деньгами, он не всегда мог помочь. Даже своей семье, что осталась за Атлантическим океаном. Дрим зашёл в его комнату очень не вовремя, обнаружив его таким. Он не хочет, чтобы его кто-либо видел в таком состоянии, с кислым лицом и зачатками слëз в глазах. Он правда хотел сказать «уйди», но не хотел быть таким невежливым со своим лучшим другом. Блондин парой больших и быстрых шагов пересёк расстояние между дверным проёмом и кроватью. – Джорджи!..– громко провозглашает он таким глупым тоном и с таким лицом, что названный не может не фыркнуть от этого. Конечно, он осознает, что Клэй сказал это таким образом именно чтобы заставить его засмеяться. Он ненавидел и одновременно любил то, что это правда работало. Брюнет поднимает свой взгляд на парня прямо перед собой с некоторым ожиданием в глазах. – Что тебе нужно, идиот?– он старается не звучать таким разбитым, какой он на самом деле, и у него почти получается, по крайней мере его голос не дрогнул ни разу за всё предложения. Младший не удосуживается ответом. Вместо этого, он неожиданно сгребает его в объятия, буквально заставляя подняться с постели. Но при том он не обнимает слишком крепко, идеально тепло и бережно прижимает к себе и не собирается отпускать. Джордж прекрасно знает, что он не поведется на его маску беспечности и безразличности, также как и на фальшивую неприязнь к такому тактильному контакту, сколько бы он не кривил лицо и не фыркал. И Дрим уж точно не будет насмехаться над ним, если он откроется ему. Не то чтобы у Джорджа был выбор на самом деле, он очень настырный, и раз он уже здесь, он не уйдет, пока его приятель не почувствует себя лучше. Дэвидсон запоздало обнимает его в ответ, слабо обвивая руками. Со вздохом его напряжение уже немного расслабляется. Он чувствует, что скоро начнёт таять от чужого тепла, и тот знает это тоже. – Не люблю видеть тебя расстроенным.– флоридец бормочет слова куда-то ему в плечо, отчего он мелко едва заметно вздрагивает. Джордж не знает, что ответить, но он и не успевает. Клэй немного отодвигается, чтобы их лица были прямо напротив, и мягко целует его в лоб. Но в этот раз, это ощущается по-другому. Это не вызывает в голове Гоги вопросы и сомнения. Он понимает, что в такой момент, поцелуй точно не мог быть какой-то шуткой или издёвкой. Это маленький платонический чмок в лоб, потому что младший хочет его утешить. И брюнет правда непроизвольно выдаёт маленькую улыбочку на это, что смотрится очаровательно на его милом личике с покрасневшими щеками. – Я хочу позаботиться о тебе, если ты позволишь...– в голосе младшего нет вопроса, но также нет и большой утвердительности. Он ждёт лишь позволения с чужой стороны, и Джордж правда чувствует, что готов и ему будет комфортно довериться своему самому близкому другу. Он уверенно кивает несколько раз, заставляя Дрима улыбнуться и на пару секунд крепко его сжать в объятиях. Прежде чем отпустить его, он ворошит тëмно-шоколадные волосы своей рукой, заслуживая притворно-раздражëнное фырканье от кареглазого.– Скоро буду. Парень не лжёт, он приходит через пару минут и приносит ему две вещи: тонкий, но очень мягкий пушистый плед и его любимую шоколадку Galaxy. Гоги чуть-ли не подпрыгивает от радости, заметив сладость. Но Клэю хватает наглости поднять её над головой, где он не сможет её достать, когда он говорит, что Джорджи получит её, только если перестанет быть расстроенным. Лишь от такого ребяческого отношения к себе, играючих отблесков в зелёных глазах напротив и безобидного поддразнивания на тему его роста, он уже не может сдержать слабую улыбку, в которую формируются его сладкие розовые губы. Так глупо, но Дрим знал, что это сработает. После он заказывает еду, какую британец пожелает, и проводит с ним время молча. Парень аккуратно подтыкает плед, сам бегает и делает всё возможное для чужого уюта. Он выкидывает пустые упаковки в мусорку, забирает доставку и приносит столовые приборы прямо в комнату Джорджа, а потом делает лимонад со льдом по чужому желанию. Симп. Дэвидсон просто не может оставаться расстроенным, когда его лучший друг так заботится о его комфорте и делает для него всё, откровенно балуя и лелея. У Дрима проскальзывает мысль о том, что он правда не знает, когда до старшего дойдёт, после всего их флирта, его ухаживаний и поцелуев. Но он твёрдо решает, что готов ждать столько, сколько потребуется. Ради Джорджа. От всего этого внимания и заботы, Джордж окончательно расслабляется и тает. Он тайно думает о том, что возможно тот поцелует его снова. И сначала эта мысль смущает, потом даже чутка ему нравится, а потом он начинает желать маленького поцелуйчика от Клэя, прежде чем осознаёт, о чём он думает. Ему даже стыдно, что он думает о таком, ведь они лучшие друзья. Но мелкие поцелуи со стороны младшего происходили так часто в последнее время... Он лишь надеется, сквозь огромное смущение и собственную застенчивость, что это произойдёт. И возможно, брюнет не мог контролировать свои глаза, что украдкой сбегали к чужим губам. Это не осталось незамеченным. Дрим ловит его взгляд, ухмыляясь. Гоги собирался "сбежать" от пытливых зелёных глаз напротив, отвернувшись и тем самым скрыв свой румянец. Но американец успевает "поймать" его, положив руку на уголок его челюсти. – Ты так хочешь, чтобы я тебя поцеловал?– дерзко звучит прямо в лицо очередная шутка с издёвкой, как напоминает себе Джордж. – Ты идиот...– негромко звучит смущённый голос юноши. То, что он не отрицает, уже является зелёным светом для второго. Он вздрагивает, когда блондин пододвигает его поближе к себе, обнимая рулетик из пледа с Джорджем внутри. Неожиданно чужие пальцы вплетаются в волосы на затылке, массируя кожу головы так нежно, что он прикрывает глаза от удовольствия. Вторая рука Клэя откидывает его чëлку назад, а потом не давая времени на раздумья, он снова оставляет маленький поцелуйчик на его лбу. – Дри-и-им!..– Гоги сдавленно воет, сквозь собственные ладони, в которые вжималось пылающее лицо. Младший сверху лишь хихикает, продолжая приятно почëсывать чужой загривок. Этих странных и тотально дружеских поцелуев сегодня снова два, с этим Джордж мог бы справиться. Но Дрим, похоже, совсем не собирается оставлять его для раздумий. И быть таким смущённым и разнеженным в его руках это что-то совершенно новое, через что юноше предстоит пройти.