Рождество в округе Манделы

24 декабря. Этой ночью случится волшебство Рождества, будоражащие сердца людей уже на протяжении многих лет. Прохладный ветерок, морозный воздух, снег, сосульки свисающие где только можно, на каждом удобном выступе, всë это не пугало народ, лишь прятно ассоциировалось с предстоящей праздничной неделей. Да, Рождество отмечается двадцать пятого декабря, но разве это может что-то значит для таких эмоциональных существ, как люди? Весь мир украшает ëлки, ели, сосны, да всë, что хоть отдалëнно напоминает символ празднования. Пекут кексы с добавлением сухофруктов, имбирные пряники, укращая их сверху приторной глазурью, обожаемой детьми и только с чаем употребляемой взрослыми. Любители выпить с воодушевлением готовят домашний глинтвейн, делая из обычного вина Рождественское чудо. Смешивают красное полусухое, имеющее терпкий, кисловатый вкус, с различными дарами матушки природы, добавление которых и даровало такую известность. Яблоки, ярких наливных цветов, кислые ягодки, часто неприятно вяжущие язык если есть их отдельно, такое пожалуй, нравится только истинным мазохистам, цитрусы — лимоны, лаймы, апельсины, всë идëт в ход, дабы придать ещë большую кислинку напитку, что на утро заставит тебя забыть о приличной части произошедшего в эту ночь. Мëд, добавляющий в напиток ту самую нехватаемую организму сладость. И наконец корица, специя, своим запахом заставляющая алкогольного гурмана глотать подступающие слюнки. Стоит лишь заехать в город, как в глаза сразу бьют пëстрые цвета гирлянд, которыми был украшен абсолютно каждый дом, и это не зависило от того живут ли в том доме дети или нет, духом Рождества были охвачены все. Бывало даже соседи устраивали между собой соревнования: «Кто лучше украсит дом», «Чей дом будет светиться ярче», а также «Кто больше потратил денег на плату за электричество.», но чего не сделаешь ради празднично атмосферы, правда? Так и дом Сезара не стал исключением. Тем более в деле учавствует настоящий эстет, а значит его место жительства будет выглядеть лучше всех домов, по крайней мере на его улице. Выбор пал на красные, белые и жëлтые цвета, не густо, но он не считал, что большее количество цветов даст ему преимущество, по его мнению это лишь испортит всю картину, делая его дом покрытым блевотой единорога и прочими его испражнениями. Деревья на его участке были украшены гирляндами, цвета яркого летнего солнца, они обвивали ветви своими длинными тонкими телами. На некоторых также висели алые светящиеся шарики, а по всему участку были расставлены манекены Санта Клауса и его эльфов с верными оленями, упряжки которых были увешаны бубенцами, что так звонко шумели на ветру. На стëклах панорамных окон зубной пастой, смешанной с красками, были нарисованные зимние белые узоры. Из дымохода торчали пухленькие ножки мини Санты, застрявшего там из-за своих габаритов, наеденых за столькие годы поедания печенек с молоком, оставленных для него детьми. Вообщем, не дом, а мечта. Так думал и только прибывший сюда Марк. Хитклифф с интересом осматривал каждый уголок пристанища его друга детства, что уж говорить. Он в восторге, сердце билось чаще, активнее разгоняя кровь по всему телу, от осознавания того, что эту Рождественскую ночь он проведëт здесь. Брюнет никогда не был сильной или целеустремленной личностью, так и в работе, его не сильно заботило его состояние и то где он будет жить, что его будет окружать, поэтому и жил он не богато, на зарплату даже ниже среднего заработка. Что не сказать о его друге — Сезаре. Парень с детства ставил себе цели и очень скоро их достигал, а даже если и не скоро, он не откидывал их, добиваясь желаемого через тяжëлый труд. Жил он в достатке и после смерти его матери, той кто его таким воспитала, он не стал брошенным в страшный мир жалким котëночком, он уже с 17 лет жил самостоятельно. Забыла упомянуть, нашим героям по двадцать одному году каждому. Будучи такими разными они продолжали общение, что длится уже на протяжении семи лет, хах, а ведь говорят, что если перевалить эту цифру, то дружба останется между этими людьми до конца. Что ж, так и есть, эти двое навечно останутся лучшими друзьями. Чтобы объяснить сразу, скажу, они не тот тип лучших друзей, что день и ночь проводят вместе, нет. Они не зависимы друг от друга, оба хорошо чувствуют себя и в одиночестве и в их компании, видятся они не чаще одного раза в неделю, и то это редкость. Чаще они встречаются раз в месяц, вечером, то в доме одного, то в квартире другого, за чашечкой кофе или чая, ну если уж всë так плохо, Сез захватывает вино, чтобы Марк «дегустировал» его, вместо своего палëнного коньяка, купленного за сущие гроши. Ну а что., спирт есть спирт. Взглянув на экран своего телефона, что Марк только достал из кармана своей зимней куртки, увидел время равное «7:14». В голове пронеслась лишь одна мысль:«Чëрт бы побрал этот гололëд.» Торрес ненавидит когда его друг опаздывает, поклоннику серых толстовок не хватит всех пальцев на руках и ногах, чтобы перечислить все разы, за эти семь лет, когда его отчитывали за это. С осознанием того, что долгие раздумия о том, как ему оправдаться за опоздания, разозлят Сезара ещё больше, он пошёл ко входу в этот, пропитанный Рождеством дом. Нажав на звонок, что был сменëн на праздничную мелодию, Хитклифф ждал пока ему откроют дверь, наверху которой распологался винок из живых веток ели, шишек и бубенцов. Слышимые шаги за дверью не заставили себя долго ждать, пару мгновений и дверь уже была отворена, а на пороге стоял улыбчивый хозяин. Торрес не изменял своим вкусам с лет 16, ещё тогда, впервые надев костюм, что ему понравился он стал настоящим поклонником строгого, делового вида. Так и сейчас перед гостем стоял обладатель чëрных волос, одетый в алый костюм с тëмно-коричневыми пуговицами. Рубашка его белоснежна, как всегда, на ногах были надеты красные носки, а прятались они в тëплых белых и пушистых тапочках. Завершающими элементами были изумрудные запонки и такого же цвета бабочка, они украшали его запястья и шею. Марк привык к его стилю и совсем не чувствовал себя неудобно рядом с ним из-за своей одежды, наоборот, с ним ему было комфортнее всего. На удивление Сезар совсем не злился, ну, всë таки Рождественское утро, не хочется портить его ненужными ссорами, что потом отголосками будут отдаваться до самой полночи. — Доброе, Сез. — С лëгкой улыбкой бросил старший, заходят в дом и постепенно раздеваясь до домашней одежды. — Праздничное. — Ответил ему спокойным, бархатным голосом, не посаженным сигаретами, как у Марка, Торрес. Сняв последний элемент уличной одежды, Хитклифф пристал перед ним в праздничном красном свитере с оленями, бегущими по заснеженным просторам, коричневых штанах и белых носочках, не самых чистых. Они сразу бросились в глаза его другу, также как и растрëпанные волосы. Ах, остаëтся только мириться с такой натурой Марка-отшельника. — Спасибо, что согласился. — Более тихо произнëс брюнет. — Я принëс с собой твоей любимой приправы, как ты и просил. — Достав из кармана куртки, произнëс Марки. —. Молодец, но этого будет мало. Хорошо, что я купил заранее. — Выдохнув и выдержав паузу, упрекнул его, поправляя свою бабочку. Закрыв входную дверь, Сезар пошëл на кухню, убрать специю, что принëс Марк к остальным восьми пакетикам. Чтоб наверняка хватило…