Запретный сладкий плод

Несколько дней прошло с последнего интервью Третьяковой, как и с момента последней встречи с Лукиной. Женщина не давала о себе знать, а Мария просто ждала день сеанса для неё. За всё это время Мария практически не выходила из дома, стараясь провести дни с отцом и Маргарет, и отстоять остатки отпуска исключительно за отдыхом. Отдыхать всё-таки не получалось, потому что девушка старалась прорабатывать про себя все накопленные проблемы. Прощаясь в аэропорту с родными, она пообещала отцу приехать в свой следующий отпуск, который пройдёт уже летом. А отец обещал звонить каждый день, искренне беспокоясь о состоянии здоровья дочери. Блондинка бесконечно уверяла, что всё прекрасно, но её выдавал взгляд, который потух и потерял свой блеск. Этим утром Мария проснулась от будильника немного позже положенного времени. Она не опаздывала, но сегодня был последний день её отпуска и это время она желает потратить на работу. В офисе множество не разобранных бумаг, а некоторые контракты до сих пор без подписи психолога, в связи с последними месяцами, потраченными на Лауру, с которой этим же вечером должна пройти встреча. И начальник должен каждые три месяца проводить собрание всех сотрудников клиники, чтобы узнать, как проходит работа и, как наставник, помочь коллегам. Наспех покормив кошку, Мария вышла из дома в хорошем расположении духа и, садясь в машину, приняла входящий вызов от Владимира: — Доброе утро, пап! — Доброе утро, дочь. Слышу хорошее настроение? — мужчина наконец вновь радовался за Марию. — Да, хватит страдать, — девушка посмеялась, — Еду немного поработать, позвонишь вечером? — она села за руль машины и пристегнулась. — Конечно. Хорошего рабочего дня! Психолог переступила порог клиники спустя час и, поприветствовав коллег, собравшихся в холле, она предупредила всех о собрании, которое должно пройти прямо сейчас. Через пару минут в небольшом конференц-зале собрались все психологи клиники. Когда Третьякова уже собиралась начать объявлять отчёт за прошедшие несколько месяцев, её опередил молодой парень: — Извините, Мария Владимировна, — он смотрел девушке прямо в глаза, отчего она чувствовала неудобство молодого психолога, с первых слов, — Я вынужден уволиться, так как некоторые клиенты отказываются работать со мной, потому что это ваша клиника! — Очень жаль, — проговорила Мария, хотя на самом деле ей было уже всё равно, — Спасибо за проведённую работу вместе, Максим Романович, — улыбаясь и выйдя из-за стола, она подошла к парню и пожала его руку. Максим расслабился и ушёл в свой рабочий кабинет, чтобы собрать вещи. — Кто-то ещё хочет уйти? — Третьякова обратилась к остальным сидящим в зале, — Лучше сказать это сейчас, чтобы потом… Её перебивает взрослая женщина: — У меня тоже есть отказники, но я пока никуда не собираюсь! — Да, у меня сегодня сорвался один клиент, — все почти разом проговорили о уходящих клиентах, но никто не хотел увольняться. Мария сидела в центре стола, её била лёгкая гордость за то, что коллеги не хотят покидать клинику. — Мария Владимировна, нужно что-то предпринимать по этому поводу, — справа от неё сидел взрослый солидный мужчина, — Мы не можем потерять всех клиентов из-за одного инцидента! — Виктор Вячеславович, — к нему обращается светловолосая девушка, — Есть простое уважение к выбору наших пациентов. Поверьте, они просто не понимают, что всё происходящее нор-ма-льно, — по слогам произносит она, — Всё, что требуется от нас – объяснить это клиентам! — Да, и я не вижу никакой проблемы в том, что кто-то уходит, — в разговор вступил взрослый мужчина, самый старший психолог клиники, — От нас и раньше отказывались клиенты. Не в таком количестве конечно, но это их выбор! — Кто-то не может в силу своих обстоятельств, например. Никто из моих пациентов не упоминает Марию Владимировну, отказываясь! Третьякова сидела молча, наблюдая за интересным диалогом психологов. Кто-то был недоволен происходящим, но уходить не хотел. А кто-то из коллег вообще не видел ничего плохого в том, что происходит. Когда все высказали свою точку зрения, Мария несколько секунд поразмышляла, а затем, вышла из-за стола, проходя по залу: — Послушайте, в каждой подобной клинике и любой другой работе, может происходит что-то плохое и что-то хорошее. Все мы знаем про чёрные-белые полосы, поэтому время, которое сейчас…да оно неприятное, я прекрасно понимаю каждого из вас. Но это время нужно пережить! Будет сложно, но вместе мы сможем всё. Я должна извиниться за своё поведение вне рабочего времени, — её перебили отрицательные возгласы, — Хорошо, — блондинка облегчённо улыбнулась, — Спасибо каждому из вас за понимание! Если у кого-то остались вопросы, мы можем обсудить их прямо сейчас. Следующий час Третьякова провела с психологами клиники. Почти у каждого были небольшие проблемы в работе, которые Маша помогла разобрать и решить. Она ещё раз поблагодарила каждого из своих подчинённых и ушла в свой кабинет, где её ждала Алина со свежесваренным кофе: — Мария Владимировна, звонили с одного телеканала, они предложили большое интервью! — Что ты сказала? — Мария отпила горячий кофе с чашки. — Чтобы они перезвонили позже. — Спасибо. Позвонят – сразу соединяй со мной, — психолог улыбнулась, отмечая то, как правильно поступила Алина. Следующие два часа блондинка разбирает бумаги и ставит недостающие подписи. Рабочий телефон зазвонил: — Мария Владимировна, соединяю с Синим мостом! — Хорошо, — из трубки раздаётся короткий сигнал, — Добрый день! — Добрый день, Мария. Спасибо, что уделяете время. Есть возможность дать большое интервью нашему телеканалу, — из трубки доносится приятный женский голос, — Можем пригласить вас на съёмку? — Конечно, только, можно как-то уточнить интересующие вопросы? — Мария слегка сомневалась. — Сейчас не получится сказать точно, — по голосу стало понятно, что девушка улыбается, — Это будет что-то типо автобиографии. Вам предстоит рассказать что-то о детстве, родителях и так далее. — Эм… Я вас поняла. Дату узнать можно? — Здесь мы можем подстроиться, как вам удобно. — Я могу подумать? — Маша всё ещё сомневалась. — Конечно. Вы можете записать номер телефона, на который можете позвонить в любое время и сообщить дату. Третьякова записала номер телефона и услышала ещё несколько аргументов, почему она должна идти на эту встречу. Последнее её вывело из строя. Девушка назвала имя ведущего, который будет задавать вопросы. — Простите, повторите ещё раз фамилию ведущей? — блондинка не могла поверить своим ушам. — Лукина Лаура Альбертовна. Это медийная личность. Она является… — Спасибо, можете не продолжать, — проговорила Третьякова. Она немного подумала, — Я согласна на интервью, дату назову позже! Мария положила трубку телефона и потёрла виски. Она нервно улыбалась от того, что сейчас произошло. — Зачем? Третьякова, зачем? — она задавала вопрос в воздух, на который не могла найти ответа. Теперь интерес к интервью такого формата стал ещё более явным. Также ей становится интересно, знает ли Лаура и что она думает об этом всём. До сеанса с женщиной ещё полтора часа и Маша решает пойти в кафе напротив, чтобы перекусить. Выходя из кабинета, она на секунду замирает, увидев на диване ожидания Лукину. Она смотрела в мобильный, не обращая внимание на блондинку. Психолог взглянула на часы, чтобы убедиться, что со временем она не ошибается. — Ты почему так рано? — Мы переходили на «ты»? — холодно спрашивает брюнетка, не поднимая глаз. Маша посмотрела на Алину, которая с интересом наблюдала за происходящим. — Что ты уши развесила, Алина? Работы нет? — нервно произнесла Маша и перевела взгляд на Лауру, — Настроение плохое, понимаю! Я иду обедать в кафе. Есть желание составить компанию – можешь придти, — блондинка уходит. Женщина поднимается с дивана и идёт следом, бросив злобный взгляд на Алину, которая снова уставилась на женщин. У входа в кафе Третьякова оборачивается и улыбается при виде брюнетки. — Что ты улыбаешься? Я просто голодная, — проговорила Лаура и, обойдя психолога, вошла в кафе. — Ну конечно, — усмехнувшись, Маша закатывает глаза и заходит следом. Женщины сели за столик, когда к ним подошёл знакомый официант. — Привет, мне то же, что и ей, — Лаура указывает на Марию, которая улыбается от всего происходящего. — Тогда я буду томатный суп, — она смеётся, зная, как Лукина терпеть не может это блюдо. Женщина прикрывает глаза, громко выдыхая: — Неси! Официант ушёл, а Третьякова округлила глаза: — И зачем? — Ну ты же специально это сделала. Буду есть, — Лукина вновь уставилась в телефон, занимаясь своими делами. — Почему ты пришла так рано? — Надоело ждать, на работе скучно. — А здесь весело? Лаура перевела взгляд на девушку и убрала мобильный на край стола: — Я скучаю, — призналась брюнетка. Маша оцепенела, смотря женщине в глаза: — Поэтому будешь брать у меня интервью? — девушка склонила голову в бок. — Какое… интервью… Господи, серьезно? — Лаура удивилась, — Ну не больные ли? Маша вскинула брови: — Хочешь сказать, что ничего не знала? — Нет! Всё, что я знала, это то, что мне нужно появиться на одной из передач, в качестве ведущей. Мда… я, наверное, откажусь! — А я согласилась, когда услышала твоё имя, — Третьякова сначала сказала, только потом подумала, что не нужно было. — Правда? Интересно… Маша опустила взгляд в стол, пока Лаура осматривала её лицо. — Может ну её эту любовь? — женщина взяла психолога за руку, — Попробуем сначала? — Без любви? — блондинка рассмеялась, подняв взгляд, — Нет, — она убрала свою руку со стола, отстраняя её от ладони брюнетки. — Мне снова нужно брать тебя насильно? — Лаура улыбается, а у Маши летят бабочки в животе. Официант приносит блюда. Третьякова молча ест, Лукина тоже проглатывает томатную жидкость, ни разу не сморщив нос. — Перестань и закажи себе что-то по душе, — блондинка говорила тихо. — Очень вкусно, — врала женщина, улыбаясь. Маша вдруг засмеялась: — Ну зачем ты это делаешь? — Потому что хочу, чтобы ты поняла, насколько сильно я хочу быть рядом, — прошептала брюнетка, отвлекаясь от еды. Мария закусывает губу, закрывая глаза, — Не делай так, — Лаура в миг возбуждается. — Прости, я не могу быть с человеком, который ничего ко мне не чувствует! — Я чувствую… — Не надо врать, — не доедая суп, девушка достаёт из сумки кошелёк и кладёт на стол купюру, — Доедай и в кабинет, — спокойно договаривает она и уходит, оставляя женщину с горечью на душе и языке, от невкусного супа. Мария сидела на рабочем месте, когда в кабинет вошла Лаура. Она скинула с себя пальто и прошла к креслу. — Начнём? — спросила психолог, осматривая женщину, чтобы понять её состояние. — Какая-то ерунда выходит! — Ты о чём? — Вроде ты меня любишь, но быть со мной не хочешь. А я не люблю, но с тобой быть очень хочется. Наверное, я люблю всё-таки… — Лаура, хватит! — Третьякова больно ударила ладонью по столу от слов, которые режут рану на сердце в тысячу раз больнее. — Назревает скандал, — Лаура максимально спокойна, — Обсуди со мной это, как психолог, чтобы я поняла, что со мной происходит! Блондинка взялась руками за голову и громко выдохнула: — Как же я устала от этого всего, — она выпрямилась, — Лаура, если любви нет, её из тебя не вынешь! Влюблённость? Сомневаюсь. Страсть! Вот правильное слово. Тебе просто нравится трахать меня, как всех своих предыдущих сучек, — Маша говорила тихо, но очень злобно, — Но не надо меня сравнивать с ними! Лаура засмеялась: — Что ты несёшь? — женщина встала с кресла и подошла к Третьяковой, которая тут же выставила руки, чтобы не попасть в омут страсти Лукиной. Но ведь это бесполезно. Лаура крепко прижимает к себе блондинку и целует где-то у виска: — Глупая Маша, снова ведёшь себя, как самая настоящая стерва! Третьякова обнимала женщину в ответ и просто молчала, вдыхая любимый аромат парфюма, который исходил от тёмного пиджака. А Лаура вдыхала запах волос блондинки, прикрыв глаза и пытаясь сдержать себя и не накинуться на ту с поцелуями. Одни боги знают, сколько бы они ещё так простояли, если бы в дверь кабинета не постучали. Маша отстранилась от Лукиной, отпрыгивая назад, а другая осталась на месте. — Мария Владимировна, к вам пришли, — проговорила Алина и сразу закрыла дверь. Третьякова направилась к выходу, благодаря бога за то, что никто ничего не успел увидеть. Девушка вышла из кабинета и увидела мужа любимой женщины. — Александр? Здравствуйте. — Доброго дня, могу увидеть свою жену? — спокойно спросил мужчина. — Конечно. Она в кабинете. Можете войти, — Третьякова пропустила мужчину внутрь, а сама осталась снаружи, устраиваясь на диване для ожидания. Она закусила пальцы, перебирая в голове разнообразные причины того, зачем мог придти Александр. Прошло уже около трёх минут, когда Лаура повысила голос в кабинете: — Это всё из-за тебя! Это ты его отпустил! Женщина в миг вылетела из кабинета и прошла мимо, даже не взглянув на Машу, которая уже встала с дивана от неожиданности. Следом вышел Александр, обращаясь к Марии: — Ты не трогай её сейчас вообще, даже не звони! Можешь попасть под горячую руку! — он вышел из коридора, оставляя девушку в недоумении. Алина всё это время сидела за рабочим столом, ни разу не взглянув на мимо ходящих, ведь знает, что начальница будет в гневе, если совать свой нос туда, куда не стоит. Маша стояла около минуты на одном месте, она пыталась понять всё самостоятельно. В кабинете запел мобильный и она ринулась к нему. — Да, пап… — Как дела, дорогая? — Пойдёт, — Маша не старалась скрыть переживания. — Ну ты совсем раскисла, Маш, — отец переживал. — Я знаю. Просто я вообще не понимаю, что мне делать дальше, — девушка села в рабочее кресло. — Ты о Лауре? — Да. Следующие несколько минут психолог посвящала отца в то, что произошло в её кабинете. Мужчина тяжело выдохнул в трубку: — Может что-то с сыном? Маша вскакивает на ноги: — Сыном? — О, я опять попадаю в точку. Ты не знаешь, да? — Господи, пап, у Лауры что, есть ребёнок? — Третьякова выпускает слезу. — Извини. Я думал, что ты знаешь!