Зелёное и Красное

      Солнце заходило за горизонт. Заканчивалось третье число. Карл постучался в комнату сестры и вошёл. Она уже лежала на кровати с книгой. Глаза увлечённо бегали по страницам, не отвлекаясь на вошедшего. —Рати! — окликнул брат. —Да, Карл? — не отрываясь от книги, спросила девочка. —Завтра четвёртое… —Поэтому завтра я как всегда иду на целый день в лес подальше от людей, — Рати со звуком захлопнула книгу и кинула её под кровать. —Ты же знаешь… В лесу разгулялась звериная исступлённость. —Так лечите животных скорее. Я знаю… знаю, что вы в лаборатории разрабатываете лекарство. —Да, но я-то что могу сделать? Я простой алхимик среднего ранга. —Карл! — нахмурилась сестра. — Между прочим, Вис ты очень нравишься. —Откуда ты знаешь? —Я вижу, Карл… Тебе уже шестнадцать лет! А ты всё ещё слеп. Ты ведь так легко вырос из подмастерья Пруденса в алхимика среднего ранга! Тебе рукой подать до старшего алхимика, а ты чего-то жмёшься! —Рати! —Прости, мне не положено так говорить со старшими? —Сестра моя, родители очень волнуются. —Поэтому ты в моей комнате, а не они? Брат мой, нашим родителям не особо интересны мы сами, если ты не заметил. —Хватит! — Карл сел на постель сестры и ударил кулаком по бортику кровати. — Зато они дают нам выбор! —Она равнодушны, как птицы. Вот родители Лиры тоже дают ей выбор, но есть одно «но» — они заботятся, советуют, разговаривают, — юная мыслительница тяжело вздохнула. — Я иду завтра. Это традиция, это отдых, это разгрузка, это одиночество. Это всего раз в месяц. Без этого я чувствую, что сойду с ума. Тебе разве нужно, чтобы я в истерике моталась по улице? Мне вот не нужно. —Рати, я буду тогда ночевать с тобой, чтобы ты не ушла. —Эй! Это слишком! — вскинула брови девочка. —Хотя бы потерпи немного. Исступление пройдёт. —Когда? Честно. —Через неделю, месяц… Может, пару месяцев. —Эх, ладно, ладно, Карл. Будешь терпеть мои припадки, если они начнутся и успокаивать меня. —С чего ты вообще взяла, что с тобой что-то будет? —Карл… Я знаю. —Откуда? —Когда-нибудь скажу, ладно? —Хорошо, — медленно произнёс брат. —Эх, Карл.       Юноша внимательно посмотрел на сестру и произнёс: —Двигайся. —Что?! — возмутилась и расхохоталась девочка, когда брат начал её щекотать. —Двигайся, двигайся, оставь мне полкровати.       Брат с сестрой легли вместе и устремили взгляды в потолок, по которому была расплёскана краска разных цветов. —Что ты видишь вон в том углу потолка? — спросила девочка и указала на неровные полосы, круги и квадраты. —Небо. —Хм… Интересно. И правда! Красиво… Но часы. —Часы?! —Часы. Время, бесконечность… Карл, каждый человек что-то скрывает. —Конечно. —Но Вис особенно. Чувствую что-то плохое. Но ладно. Просто глупое предчувствие. Лире тяжело разобраться в себе, не знаю, она вообще когда-нибудь поймёт себя. Тебе она нравится, — сказала Рати и обняла брата. —Да, — признался Карл и обнял сестру в ответ. —Алид — интересный персонаж. Я его не очень понимаю, но что-то в нём есть. —Например, распутство. Рати, ты не хочешь спать? —Надо, но не хочу, — девочка вздохнула, а юноша закрыл глаза. — Адверс подаёт надежды в алхимии. О! Арму видел? —Что с ним не так? Почему ты сегодня решила всё это рассказать? — сонным голосом спросил брат. —Просто. С Армой всё так! Он очень быстро обучаем. Но интересуется, похоже, только оружием. Он прямо скоро, мне кажется, сможет стать мастером любого боя. —Это слишком громкое заявление, Рати. —Знаю… Но если так и есть.

***

      Солнце уже взошло, но Карл не переживал по поводу того, что он не встал с рассветом: сегодня его день отдыха. Он хотел толкнуть сестру, но его рука проскользнула по одеялу. Юноша быстро открыл глаза и осмотрел комнату, Рати в ней не оказалось. Парень выбежал в коридор, заглянул в уборную, на кухню, в сад, в свою комнату, в комнату родителей, спокойно одевающихся и как всегда опоздавших на работу в скотном дворе. —Отец, мать! — воскликнул Карл. — Рати нигде нет! —Она ушла всё-таки? — грустно произнесла мать. —Что делать?! —Что-что? Подождём, — ответил отец. — Если не вернётся к вечеру, пойдём на поиски. —Вы… конечно, правы, — прерывисто вздохнул юноша. — Но исступление… Отец, — Карл резко шагнул в комнату и подошёл к сундуку у окна. — Прости, мой меч подходит только для тренировок, я почти купил нормальный, — юноша вытащил из сундука ножны с хорошо заточенным клинком. —Ты не очень с ним управляешься. —Когда ты в последний раз видел, как я тренируюсь?

***

      «Куда бежать? Она что-то рассказывала, в каких местах она гуляет. Просто вспомнить и не останавливаться!» Карл сжал рукоять меча и ускорился. Ноги несли его, а голова словно знала куда, знала, где повернуть, где осмотреться. Усталость в ногах не ощущалась, но сердце бешено билось от страха. Тут Карл услышал звук справа и моментально вытащил меч из ножен, на который и напоролся медвежонок. Животное взревело. Юноша выдернул клинок, и из раны хлынула кровь. Карл ударил зверя ещё раз и ещё, до тех пор, пока от медведя не осталось сплошное озеро крови с плавающими в нём кусками органов и клоками слипшейся шерсти, потёкшими глазами, осколками клыков. Юноша услышал стоны и бросился в их сторону. Рати лежала на земле, смотря на свою рану, её кишки растянулись рядом, всё тело было выпотрошено, и девушка на глазах умирала. Карл кинул меч и упал около неё на колени.       "С днём рождения", — это всё, что успела произнести девочка.       Карл дотронулся до её лица, он стал запихивать обратно кишки, но руки дрожали, и всё падало на землю… Рядом лежал огромный портрет, на котором были изображены Карл и Рати. Картина требовала некоторых доработок и заплаток на большой порез, размером с лицо девочки.