Крах и Восход

Мы держали курс к горному хребту, который я приметила ранее. Взлетели выше. Воздух стал холоднее, когда мы попали в густой покров из облаков, скрывающих самые крутые вершины. Стоило нам всплыть над ним, как я услышала восторженные ахи. Безумно красиво. Отсюда горные пики, которые были достаточно высокими, чтобы пронзать облака, будто парили, как островки в белом море. Самый высокий выглядел так, словно его обхватили гигантские морозные пальцы, и когда мы облетали его по дуге, мне показалось, что я увидела какие-то силуэты сквозь лед. Ступени узкой каменной лестницы вели, петляя, наверх по поверхности скалы. Какой безумец решится на такой подъем? И с какой целью? Мы обогнули гору, прижимаясь ближе и ближе к скалам. Внезапно оказавшись меж двух ледяных стен, «Пеликан» сделал вираж, и мы влетели в каменный ангар. Экипаж Николая скинул тросы за борт «Пеликана», и рабочие побежали ловить их, натягивая до предела и привязывая к стальным крюкам в стенах и полу ангара. Мы приземлились с глухим ударом и оглушительным скрипом – это деревянный корпус проехался по камню. Давид неодобрительно нахмурился. — Слишком большой вес. — Не смотри так на меня, – сказал Толя. Как только мы остановились, близнецы перепрыгнули через перила, выкрикивая приветствия другим членам команды и рабочим, которых, видимо, знали со времен своей службы на борту «Волка волн». Остальные ждали, пока спустят трап, а потом пошатываясь сошли с баржи. — Впечатляет, – прокомментировал Мал. Николай отдал приказы ожидающим докерам насчет ремонта, а затем повел нашу потрепанную, ошарашенную группу к отверстию в скале. — Все внутрь! – объявил он. Мы с недоумением столпились в маленькой прямоугольной комнате. Казалось, что стены сделаны из железа. Николай закрыл дверцу у выхода. — Ты мне на ногу наступил! – проворчала Зоя, но мы так тесно скучились, что было трудно понять, на кого конкретно она злилась. — Что это? – поинтересовалась Алина. Николай потянул за рычаг, и все дружно закричали, когда пещера взмыла вверх. Я вцепилась в стену или поручень или руку Николая или Руслана. Как мы уместились в эту штуку с Маркусом и клео - неясно. Но во всяком случае из-за толпы трясло не так сильно. Мы резко остановились. Мои внутренности вернулись на свои места, и дверца открылась. Николай вышел и согнулся пополам от хохота. — От этого никогда не устаешь. Все как можно быстрее начали выбираться из этой коробки – все, кроме Давида, который задержался,чтобы осмотреть механизм рычага. — Поосторожней там, – крикнул Николай. – Путь вниз более ухабист, чем вверх. Женя взяла Давида под руку и потащила за собой. — Ради всех святых! – воскликнула Алина. – Я уже и забыла, как часто мне хочется тебя удушить. Я усмехнулась. — Значит, я все же не потерял сноровку! – Николай покосился на Женю и тихо спросил: – Что случилось с этой девушкой? — Долгая история, – уклонилась Алина от ответа. – Умоляю, скажи, что здесь есть лестница. Уж лучше я останусь жить тут, чем вернусь в ту штуку. — Разумеется, лестница есть, но это не так весело. И когда достаточно набегаешься по четырем пролетам вверх и вниз, то обнаружишь, что ты человек куда более широких взглядов. Пока они спорили я осматривала комнату, в которй мы были. Морозные пальцы на самом деле оказались гигантскими бронзовыми колоннами, отлитыми в форме людей и разных созданий. Они нависали над нами, поддерживая огромные панели из стекла, сквозь них виднелся океан из облаков внизу. Стекло было таким чистым, что создавалось жутковатое ощущение открытого пространства. Зал был полон людей. Некоторые толпились группками у чертежных столов и деталей оборудования. Другие собирали ящики с припасами на временном складе. Еще одну зону выделили для тренировок; солдаты сражались в парах на тупых мечах, в то время как шквальные призывали ветер, а инферны огонь. Сквозь стекло виднелись террасы, расположенные с четырех сторон, гигантские выступы напоминали стрелки компаса – север, юг, восток, запад. Два из них были отведены для учебной стрельбы. Было трудно не сравнивать это место с сырыми, тесными пещерами Белого собора. Здесь все изобиловало жизнью и надеждой. Во всем чувствовался дух Николая. — Что это за место? – полюбопытствовала я, пока мы медленно шли дальше. — Изначально это было местом паломничества, еще когда границы Равки простирались дальше на север, – поведал Николай. – Монастырь Санкт-Демьяна. Санкт-Демьян из Райма. По крайней мере, это объясняло замеченную мной лестницу. Только вера или страх могли сподвигнуть кого-то совершить такое восхождение. Я вспомнила страницу о Демьяне из «Историй святых». Он сотворил какое-то чудо рядом с северной границей. Помнится, за это его забили камнями до смерти. — Несколько сотен лет назад его превратили в обсерваторию, – продолжил Николай. Он указал на громоздкий латунный телескоп, спрятанный в одной из стеклянных ниш. – Это место было заброшенным на протяжении столетия. Я услышал о нем во время Халмхендской кампании, но найти его было непросто. Теперь мы зовем его Прялкой. Тогда до меня дошло: бронзовые колонны были созвездиями – Охотник с натянутой тетивой лука, Ученый, склонившийся над исследованием, жмущиеся друг к другу Три Глупых Сына, которые пытались разделить одно пальто на всех. Казначей, Медведь, Нищий. Остриженная Дева со своей костяной иглой. Всего двенадцать: спицы Прялки. Пришлось запрокинуть голову назад, чтобы рассмотреть стеклянный купол высоко над нами. Солнце уже садилось, небо постепенно приобретало насыщенный синий оттенок. Если прищуриться, можно увидеть двенадцатиконечную звезду в центре купола. — Столько стекла… – потрясенно прошептала Алина. — Но нет инея, – заметил Мал. — Горячие трубы, – объяснил Давид. – Они под полом. И, наверное, встроены в колонны. В этом помещении действительно было тепло. Не настолько, чтобы хотелось снять пальто или шапку, но ноги не мерзли в ботинках. — Под нами находятся котлы, – сказал Николай. – Все работает на талом снеге и паровом отоплении. Топливо – это проблема, но я запасался углем. — И как долго?- спросила я. — Два года. Мы начали ремонт, когда я приказал переделать нижние пещеры в ангар. Это не идеальное место для отдыха, но порой просто хочется куда-то сбежать. Я восхищенно посмотрела на него. — Осмотритесь, – предложил нам Николай. – Прочувствуйте это место. Невский разгружает баржу в ангаре, и мне нужно договориться о починке корпуса. -А Багра, Багра тут? Он кивнул. -Я хочу увидеться с ней! Алина подошла ко мне. -Я тоже. -Вы уверены? --Абсолютно! -Нисколечко! Я засмеялась. -Ладно, отведу вас... Попрактикуюсь на тот случай, если когда-нибудь понадобится вести кого-то на виселицу. А после того, как вы получите свою порцию грубости, можете с Оретцевым и Русланом присоединиться ко мне за ужином. — Спасибо, – ответил Мал, – но мне нужно готовить снаряжение для нашей экспедиции за жар-птицей. Руслан тоже кивнул: -С тобой сходить? -Нет, я справлюсь. Клео, пойдем. -А без нее не справишься? -Думаю, Багре будет приятно увидеть знакомые лица. -Увидеть? - спросил Николай. Я перевела на него взгляд полный непонимания. -Вынужден тебя разочаровать, но она слепа.. -Ч.. Что? - испугалась я. -Да, Анна... Я.. -Пойдем скорее! Он кивнул и мы направились к Багре. За несколько метров до двери Багры сразу стало ясно, что это ее комната. Так и несло жаром. Николай остановился у железной двери. — Последняя возможность дать деру. — Давай, – кивнула я.  – Спасайся сам.- добавила Алина. Он вздохнул. — Запомните меня героем. – Он тихо постучал в дверь, и мы вошли. У меня появилось странное впечатление, что мы оказались прямо в хижине Багры у Малого дворца. Она вновь ютилась у изразцовой печи, одетая в тот же выцветший кафтан, ее рука покоилась на трости. Тот же юный слуга читал ей книгу. Николай прочистил горло, и мальчик отошел. — Багра, – произнес принц, – как вы сегодня? — Все такая же старая и слепая, – прорычала она. — И обаятельная, – протянул Николай. – Ни в коем случае не забывайте об обаянии. — Щенок. — Карга. — Чего ты хочешь, паразит? — Я привел кое-кого повидаться с вами. И прежде, чем Алина успела что-то сказать, я прошептала: --Здравствуй, Багра... Было видно, как у нее перехватило дыхание. Она обернулась с распахнутыми от удивления глазами, в которых была тьма. Я охнула, прикрыла рот от ужаса и еле сдержала слезы. --Здравствуйте, Багра, - проговорила Алина, пока я боролась подбежать к ней с объятиями. — Маленькая святая, – пробормотала женщина, – вернулась, чтобы спасти нас всех. — Ну, она действительно чуть не умерла, пытаясь избавить нас от вашего проклятого отпрыска, – легкомысленно вставил Николай. Я часто заморгала. Значит, он знает, что Багра – мать Дарклинга. — Что, не справилась даже с мученичеством? – Багра махнула Алине рукой. – Заходите и закройте дверь, девочки. Вы выпускаете весь жар. А ты, – рявкнула она Николаю, – иди куда-нибудь, где тебя хотят видеть. — Список таких мест безграничен, – парировал он. – Алина, Анна, я вернусь, чтобы отвести вас на ужин, но если вам надоест тут торчать, не стесняйтесь, можете выбежать отсюда с дикими воплями или метнуть в нее топором. Все, что вам покажется уместным на тот момент. — Ты еще здесь? – гаркнула Багра. — Я уйду, но надеюсь остаться в вашем сердце, – торжественно произнес он. Затем подмигнул нам и скрылся из виду. — Мерзкий мальчишка. — Он вам нравится! – изумленно воскликнула Алина. Багра насупилась. — Жадный. Высокомерный. Постоянно ввязывается в авантюры. — Такое впечатление, будто вы за него волнуетесь. — Тебе он тоже нравится, маленькая святая, – сказала она противным голоском. — Да, – не спорила Алина. – Он был добр, когда мог бы быть жестоким. Это удивляет. — Он слишком много смеется. — Бывают недостатки и похуже. — Например, пристрастие к спорам со старшими? – прорычала она. Затем стукнула своей тростью об пол. – Мальчик, принеси мне чего-нибудь сладенького. Слуга вскочил на ноги и отложил книгу. Когда он пробегал мимо нас к двери, Алина поймала его за руку. — Одну секунду. Как тебя зовут? — Миша, – ответил он. Ему была просто необходима стрижка, но в остальном он выглядел вполне нормально. — Сколько тебе лет? — Восемь. — Семь! – рыкнула Багра. — Почти восемь, – признался он. Он был невысок для своего возраста. — Ты помнишь меня? Он осторожно вытянул руку и коснулся рогов на Алининой шее, после чего торжественно кивнул. — Санкта-Алина и вы! Это вы тогда ТААААКОЕ СОВТОРИЛЕ, ТАКОЕ ПРЯМ!  – выдохнул мальчик. Он не знал как это описать.  – Вы знаете, где моя мама? — Нет. Мне жаль. – Он даже не выглядел удивленным. Может, уже смирился с этим ответом. – Как тебе здесь живется? Его взгляд скользнул к Багре, ко мне, потом обратно к Алине. — Все нормально, – кивнула девушка. – Будь честным. — Здесь не с кем играть. — Возможно, это скоро изменится. А пока хочешь научиться драться? — Слугам запрещено драться, – ответил он, но я видела, что идея ему понравилась. — Я – заклинательница Солнца, и даю тебе свое разрешение. – Багра громко фыркнула.  – Если найдешь Мальена Оретцева, он подберет тебе учебный меч. Не успела я и глазом моргнуть, как мальчишка ретировался из комнаты, едва не запутавшись в ногах от возбуждения. Когда он ушел, Алина спросила: — Кто его мать? — Служанка в Малом дворце, – Багра сильнее укуталась в свою шаль. – Она могла выжить. Кто знает. — Как он с этим справляется? — А ты как думаешь? Николаю пришлось силком тащить его на то треклятое судно, пока он кричал. Хотя, возможно, это было здравое решение. По крайней мере, теперь он плачет реже. Алина убрала книгу, чтобы сесть напротив Багры. Я устроилась рядом, мысленно позвав тех, кто был мне нужен. — Хорошо выглядите. — Поверю на слово, – сухо ответила она. – То, что ты сказала Мише – это было всерьез? Ты подумываешь привезти сюда учеников? -Это самая лучшая идея! - ответила я. Алина озадаченно посмотрела на меня. -Мне снилось... Мне снилось, что они все умерли... -Ну и что? - усмехнулась женщина. -Мне уже снились подобные сны, и они оказались правдой. — Если Николай согласится принять их в Прялке, вы согласитесь учить их? - добавила Алина. — Гм-м, – протянула она, нахмурившись. – Кто-то же должен. Кто знает, какой чуши они научились у этого сброда. — Дай мне свои запястья. — У меня нет жар-птицы. — Ладно, ладно! –Алина взяла ее за руку и опустила на свое голое запястье. Когда она ощупала ее чуть ли не до локтя, девушка спросила: – Откуда Николай знает, что вы – мать Дарклинга? — Он спросил меня об этом. Этот щенок наблюдательнее, чем все вы, глупцы. – Должно быть, она убедилась, что Алина не скрывает где-то третий усилитель, поскольку брезгливо оттолкнула ее руку. — И вы просто ему рассказали? — Это тайны моего сына, – устало произнесла женщина. – Скрывать их – уже не моя забота. – Затем отклонилась. – Значит, тебе снова не удалось его убить. — Да. — Не могу сказать, что мне жаль. В конечном итоге я слабее даже тебя, маленькая святая. — Я использовала скверну. Ее сумрачные глаза расширились. — Ты что?! — Я… не делала этого лично. Я воспользовалась нашей связью, той, что создана ошейником, чтобы контролировать силу Дарклинга. И сотворила ничегой. — Больше никогда так не делай, девочка. Нельзя шутить с подобной силой. Она и создала Каньон. Это принесет только несчастья. — У меня может не остаться иного выбора, Багра. Нам известно местонахождение жар-птицы, ну или, по крайней мере, нам так кажется. Когда мы найдем ее… — Ты пожертвуешь еще одной древней жизнью ради собственного могущества. — Может, и нет, – слабо возразила Алина. Я знала, что сейчас она думала о Руслане. – Я проявила милосердие к оленю. Вдруг жар-птице необязательно умирать? — Только послушай себя! Это не какая-нибудь детская сказка. Олень должен был умереть, чтобы ты могла забрать его силу. Жар-птица ничем не отличается, и на сей раз кровь будет на твоих руках, – тут она разразилась своим низким, мрачным хохотом. – Но эта мысль не смущает тебя так, как должна, не правда ли, девочка? — Нет... — Тебе что, совсем плевать на то, что ты потеряешь? На то, какой вред ты можешь причинить? — Нет! – горестно воскликнула Алина. – Нет, не плевать! Но у меня не осталось выбора, и даже не будь я… — Ты бы в любом случае жаждала ее. — Не стану отрицать. Я хочу жар-птицу. Хочу мощь всех усилителей разом. Но это не отменяет того факта, что ни одна человеческая армия не может противостоять теневым солдатам Дарклинга. — Мерзость против мерзости. — Багра, я читала записи Морозова. — Неужели? И как, стимулирующее чтиво? — Нет, скорее, невыносимое. К моему удивлению, она рассмеялась. — Мой сын изучал эти записи, будто какое-то Священное Писание. Он, должно быть, перечитывал их тысячу раз, ставя под сомнение каждое слово. Он начал думать, что в тексте спрятаны коды. Подносил страницы к огню, выискивая невидимые чернила. В итоге он проклял имя Морозова. Я кивнула. Сама была свидетелем того. — Есть ли… есть ли вероятность, что Морозов оставил цикл незавершенным? Может ли быть, что он так и не создал третий усилитель? Багра молчала какое-то время, сидя с отстраненным выражением, уперев свой слепой взгляд во что-то, чего я не видела. — Морозов ни за что бы не оставил это дело незаконченным, – тихо сказала она. – Это было не в его характере. — Багра… От двери донесся голос: «Моя правительница». Я раздраженно посмотрела на Мала, разозлившись, что нас прервали. — Что такое? – спросила Алина , узнав нотки ярости в своем голосе, которые появлялись каждый раз, когда разговор касался жар-птицы. — У Жени неприятности, – ответил он. – С королем. Я вздохнула. Алина посмотрела на меня, ища поддержки. -Без вас не начнут, - обратился ко мне Мал,- вы- часть королевской семьи. -Я скоро подойду. Они кивнули и выбежали из комнаты. -Багра, твои глаза... - выдохнула я, когда дверь захлопнулась. -Когда он напал, пришел ко мне... Его энергия снова ослепила меня... -Багра... Я снова исцелю! Снова!... -Нет, девочка, не надо... Не трать лишнюю силу на меня, она тебе еще пригодится. -Я готова сколько угодно раз вас исцелять! Багра, вы должны увидеть ту красоту, которая находится здесь. Прошу, дайте мне это сделать... Я упала перед ней на колени, заплакала и обняла. -Хорошо... Хорошо, девочка, хорошо... - она обнимала мою голову и гладила волосы. -Что там случилось? -Я открыла свою силу, я... Я тоже дотронулась до скверны. Теперь я могу призывать любую материю из ничего. Я могу исцелить тебя с легкостью! У меня было много времени научиться управлять силой Алины. Багра кивнула. -Ты заслуживаешь такой силы. Ты наконец смогла сделать то, чего я от тебя добивалась, открыться. Я хочу, чтобы ты исцелила меня, чтобы посмотреть, как мой любимый цветочек распустился и засверкал самыми яркими красками. Я улыбнулась. -У меня был шанс его убить. -Ты этого не сделала... -Нет, я просто... Я не смогла, я не смогла себя переступить. Я... -Ты любишь его? -Да, я слишком сильно его люблю! Я не понимаю, как мой мальчик, тот, самый добрый, самый лучший мог стать таким... Я боюсь, что Алина умрет, я защищаю ее любой ценой, потому что понимаю, что сама не смогу его убить. -Оставь это дело заклинательнице. Это ее война. Я кивнула. -Ступай, тебя ждут. -Я вернусь, Багра, я вернусь и исцелю тебя. Она кивнула, но когда я поднималась вцепилась в мою руку. -Ты.... - ее нижняя губа затряслась, а по щекам потекли слезы. - Подойди ко мне. Я озадаченно подошла, не понимая, что произошло. Она положила руку на мой живот. Я все еще не понимала, что происходит. Свободной рукой Багра прикрыла рот, разрыдалась и что-то яростно зашептала. Единственное, что я разобрала, это: -Род Морозовых будет продолжен... И мое сердце забилось чаще. -Багра, что ты говоришь, что это значит? -Это доказательство вашей любви... Больше она ничего не говорила, только молилась и плакала. Руслан зашел в комнату: -Анна, ты звала? Я кивнула. -Что случилось? -Потом, сейчас нас ждет король. Он кивнул и мы вышли. -Я вернусь! - последнее, что я сказала Багре. Потом мы побежали по коридору к семье, но все мои мысли были забиты одним. Род Морозовых будет продолжен... Это доказательство вашей любви... Неужели?! Нет. Нет. Нет. Только не это.