Нет смысла, как такового
10 декабря 2022 г., 21:47
Уэнсдей не нравилось, что она не могла контролировать свои видения. И дело вовсе не в том, в какой затруднительной ситуации она могла оказаться, случись очередной приступ провидения. Нет. Трудности закаляли. А смертельно опасные трудности, по её скромному мнению были в разы интересней. Ведь что может интриговать и завлекать сильнее неизвестности: чем закончится твой очередной поступок?
Однако в той или иной ситуации: контроль всегда был при ней. И Уэнсдей могла отдать отчет о своих действиях и решениях. Сама выбрать исход.
Но эти, внезапно проснувшиеся экстрасенсорные способности возникали в самый неожиданный и порой неподходящий момент. Не то чтобы Аддамс жаловалась, они внесли в расследование каплю мистики, хотя казалось бы — куда еще? А ещё они помогли предотвратить гибель Юджина. Уэнсдей никогда не думала, что ей будет не все равно на абсолютно чужого человека. И хоть смерть выглядела весьма привлекательно, терять друга ей совсем не хотелось.
Даже не верилось, что появился такой человек, даже не один, появились люди, которые были ей не безразличны, и ради которых она была готова пойти на крайние меры.
— Мисс Адамс. — Знакомый голос раздался сверху, заставив Уэнсдей оторваться от созерцания статуи горгульи, похожей на одну из тех, что так и не стала причиной её скоропостижной смерти. Слегка повернув голову, девушка бросила взгляд на нарушителя её раздумий о природе обретенного дара. Директриса Невермора возвышалась над ней, сложив руки у живота и внимательно всматриваясь в свою ученицу. Взгляд голубых глаз, казалось, старался проникнуть глубже, под кожу, в самую суть. Пробраться в нутро и раскрыть все секреты.
— Мисс Аддамс? — Лариса Уимс сделала пару шагов вперед, взгляд изменился и стал немного обеспокоенным.
Обеспокоенным? С чего бы ей волноваться о ней. Уэнсдей охотнее поверила бы в попытку поймать её на очередном нарушении и добиться наконец-таки исключения неугодной ученицы. Только вот не исключила ведь еще. Какие бы выходки не выдавала Аддамс, мисс Уимс лишь обворожительно улыбалась и качала головой, в то время как глаза смотрели с интересом.
Но Вам стоит знать: меня сложно измотать.
Фраза, брошенная директрисой после поджога статуи Крэкстоуна надолго засела в голове и не хотела уходить. Признаться в тот момент Уэнсдей впервые увидела, как Уимс теряет контроль. Видеть расхаживающую в гневе по кабинету женщину, эталон сдержанности и спокойствия, было приятно. Эта картина вызвала некий отклик в душе девушки, что само по себе было для неё достижением - испытать положительную эмоцию, когда никакие пытки и истязания не предвиделись. Жаль, что женщина быстро взяла себя в руки, однако Уэнсдей с этого момента не упускала возможности разозлить её. Добиться, чтобы с лица исчезала натянутая неискренняя улыбка и проявились настоящие эмоции.
— Уэнсдей? — Легкое касание плеча вернуло девушку обратно, покосившись на ладонь, которая слегка сжимала её руку, Аддамс вернулась к лицу мисс Уимс
— Все нормально. Просто задумалась. — Голос прозвучал как обычно ровно, лишенный всяких эмоций. Несмотря на непонятное чувство, возникшее где-то внутри от невинного контакта.
— Задумалась? И о чем же? — Так и не убрав руку, женщина вопросительно подняла бровь, — И стоит ли мне начать беспокоиться о последствиях Ваших мыслей?
Хмыкнув, Уэнсдей протянула руку и обхватила ладонь женщины, которая так и покоилась на её плече, — Ни в коем случае, мисс Уимс, Вы же знаете меня, — крепче сжав чужую ладонь, Аддамс переплела пальцы и оторвала руки от своего плеча, вставая с лавочки — Ведь я никогда не доставляю проблем ни Вам, ни школе.
С удовольствием наблюдая за ошарашенным лицом женщины, Уэнсдей почувствовала себя победителем. Пожалуй, это стоило того. В той или иной степени. А ещё непонятное чувство начало растекаться по всему телу, от контакта с чужой ладонью. Директриса была без перчаток, но руки оставались всё равно тёплыми, несмотря на вечернюю прохладу. А ещё кожа женщины была нежной.
Откашлявшись Лариса натянула вежливую улыбку, возвращая маску на место и не обращая внимания на все ещё переплетенные руки почти пропела:
— В том-то и проблема, мисс Аддамс. Я слишком хорошо Вас знаю.
— Вы уверены в этом, директриса? — Усмешка Уэнсдей стала шире, заметив потемневшие глаза женщины. Либо это игра света от тусклых фонарей, освещающих школьный двор, либо ей удалось снова выбить из равновесия этот образец сдержанности. Сжав напоследок чужую ладонь, девушка разжала пальцы, отпуская руку мисс Уимс и делая пару шагов назад. — Прошу меня простить, мисс Уимс, но у меня дела, уверяю Вас, что они не принесут ни грамма неприятностей, вынуждена откланяться.
И не давая женщине сказать и слова, Уэнсдей резко развернулась и быстрым шагом пересекла школьный двор, скрываясь в тени старинного здания. Руку жгло. А ощущение присутствия в ней чужой ладони не покидало её.
***
Когда им удалось доказать невиновность отца, Уэнсдей выдохнула. А она думала, что родительские выходные будут скучными, однако ошиблась. Они даже сблизились немного с матерью, что было совершено неожиданным для девушки, но этот факт не принёс неудовлетворения. В душе царило спокойствие. До момента пока не вглядевшись в выпускной альбом, что не отпускала из рук её мать все выходные, Уэнсдей не увидела то, что она упускала все это время. И что несомненно приближало её к разгадке всей запутанной истории, происходящей в Джерико. Ворвавшись с обвинениями в кабинет Ларисы Уимс, Уэнсдей не помнила о непонятных чувствах, которые в последнее время возникали внутри неё при общении с директрисой. Как и о случае на школьном дворе, в голове лишь билась мысль о находке и собственной правоте. — Так и знала. Я правда видела убийство Роуэна. — Уэнсдей с вызовом бросила взгляд на женщину. Неожиданная догадка будоражила мозг. А выражение лёгкого раздражения на лице Уимс не могло не радовать. — Это были Вы, — не обращая внимания на ползущую наверх бровь, девушка слегка ухмыльнулась, — Вы — метаморф. — Лариса молча смотрела на неё, с нечитаемым выражением лица. Хотя Уэнсдей могла поклясться самому сатане, что в глубине чужих глаз плескался гнев. Казалось, еще немного надавить и раскроется истинное лицо. Спадут все образы, а маска покроется трещинами и исчезнет, обнажая то, что так тщательно скрывалось все эти годы. И если директриса могла допустить такой шаг, как сокрытие убийства ученика, что ей мешало скрывать все это время настоящего убийцу, устроившего переполох в Джерико. Или сама женщина, сидящая перед ней и сверлящая её взглядом и была тем самым монстром? Тихий смех прервал размышления, Лариса откинулась в кресло с улыбкой уставившись на ученицу. — Восхитительная теория, мисс Аддамс. — Правда? Как думаете, что скажет шериф, когда узнает, что директриса школы Невермор хранит такие грязные секреты. Или что он прав в том, что монстр прячется в школе. Только он вовсе не ученик. — Уэнсдей уже не скрывала улыбку, наблюдая за тем, как директриса резко встала с кресла, наклоняясь через стол и практически нависая над ней. В голове пронеслась мысль, что пришла она сюда не только для оглашения своей догадки. — Как Вы смеете? По правде говоря, Уэнсдей не рассматривала эту теорию всерьёз, но видя какую реакцию вызвали её слова у старшей женщины, она не могла не порадоваться. Вот оно. Ей снова удалось пробиться сквозь годами выстроенный образ и почти разрушить его. — Я лишь говорю, что вижу. И Ваши действия заставляют задуматься. — Уэнсдей осталась стоять на месте, когда мисс Уимс приблизилась. — Я настоятельно советую Вам бросить все Ваши нелепые догадки и успокоиться. Роуэн был не в себе. Его телекинез сводил его с ума и он дважды пытался убить Вас. Его отец согласился со мной о такой необходимости как... — Уэнсдей не слушала дальше. Лицо женщины находилось в непосредственной близости от её собственного. Если её безобидные слова смогли вызвать такую реакцию, то какие последствия будут от не совсем безобидного поступка? Женщина будто и не собиралась покидать личного пространства девушки. Уэнсдей даже показалось, что она стала еще ближе. Взгляд упал на полные губы, обычно сложенные в дежурной улыбке, сейчас безостановочно двигались, вырывая из себя потоки слов. Подняв глаза выше, она столкнулась снова с потемневшими омутами, которые затягивали, пленили, призывали окунуться в них безвозвратно. — Вы поняли что я сказала? — Повышенный голос вернул Уэнсдей обратно, в кабинет директрисы, где она стояла перед столом, а его хозяйка перегнувшись через него, нависала над ней, в непозволительной близости. Уэнсдей даже не была уверена, что было быстрее, её рука, которая взлетела вверх, обхватывая затылок женщины и притягивая ближе к себе или лицо, которое разорвало расстояние в кротчайшие сроки. Губы накрыли чужие в лёгком касании. Мелькнула мысль о первом поцелуе и что из-за своего непринятия каких-либо физических отношений помимо пыток, опыта в подобных делах у неё не было. Протянув руку чуть выше, девушка зарылась в волосы Ларисы, сжимая пальцы крепче, вторая рука скользнула на шею, обхватывая её. Женщина приоткрыла губы, выпуская удивленный звук, не понимая, что она делает, Уэнсдей углубила поцелуй. Неумело и даже нелепо, но это не остановило её. Сжав шею директрисы сильнее, она услышала тихий стон, а после почувствовала ответное движение губ. Её поцеловали в ответ. Это даже не укладывалось в голове. Как и то, зачем она сделала это. Но непонятное чувство, которое девушка так и могла расшифровать, начало ползти ниже, сворачиваясь клубком в низу живота. А потом произошло то, что её волновало всё последнее время, исключая охоту на монстра и их непростые отношения с Ларисой Уимс. Сознание ушло, кабинет растворился, как и женщина в её руках. Уэнсдей оказалась в темном, смутно знакомом, помещение. Повернув голову, она замерла. Тело застыло, а ноги словно вросли в пол, глаза расширились с ужасом наблюдая за взлетевшей рукой с шприцом, приближающейся к шее женщины. — Нет! — Крик прозвучал где-то на задворках сознания, будто чужой. Уэнсдей застыла: страх, словно змея, опутал тело и сковал горло, не давая выдавить ни единого слова больше, пока мисс Уимс, словно сломанная кукла, летела на пол. Вокруг все было размыто, кроме директрисы, упавшей на пол и содрогающейся в конвульсиях. Бросившись к ней, Уэнсдей упала на колени рядом с женщиной, обхватывая и переплетая их пальцы, как тогда на школьном дворе. Только вот в этот раз не было ни улыбок, ни случайно брошенных фраз. Девушка не боялась смерти, она считала её весьма привлекательной. Только вот, уже второй раз на её глазах происходило то, чего она не хотела допускать. Ни при каких обстоятельствах. Это то самое чувство, которое заставило броситься её в лес на поиски Юджина. Тогда у Уэнсдей была надежда, на то что она успеет. Однако сейчас, всё что ей оставалось — это смотреть как жизнь вытекает из Ларисы Уимс. Голубые глаза, в которых плескался страх и удивление, столкнулись с её собственными. На мгновение в них мелькнуло то самое непонятное выражение, что Аддамс видела многократно во время их споров. А потом глаза остекленели. Тело замерло, больше не двигаясь. Уэнсдей в панике потрясла женщину за плечи, пытаясь растормошить её. Но это было бесполезно. Лариса Уимс была мертва. Резко подскочив, Уэнсдей часто заморгала, в ужасе оглядываясь по сторонам. Тёмная комната пропала, она снова находилась в кабинете директрисы. Последняя больше не лежала замертво на холодном полу, а находилась рядом с сидящей на полу девушкой и с обеспокоенным лицом сжимала её плечи, что-то говоря. Не контролируя себя, Уйэнсдей протянула руки, обхватывая лицо женщины. Уимс замерла в растерянности. Чёрные глаза девушки беспокойно бегали по всему лицу Ларисы, словно пытались что-то найти и в чём-то убедиться. Наконец поняв, что это не мираж и перед ней сидит совершенно живая женщина, Уэнсдей тихо выдохнула, медленно отпуская директрису. — Уэнсдей? Ты в порядке? — Быстрые удары сердца до сих пор отдавались в висках, но в этот раз вопрос пробился в её сознание. Во время их поцелуя она снова получила видение, только в этот раз все было по другому. Больше красок и конкретики. Она не видела нападающего, но комната хоть и была погружена в мрак, выглядела очень знакомой. Только Уэнсдей не могла вспомнить где она была в ней. — Я в порядке, — попытавшись подняться, её повело в сторону, — В полном порядке. — Тихо добавила она, когда почувствовала как сильные руки скользнули ей на талию, придерживая. — Я не так уверена в этом, — Крики, которые раздались с улицы, заставили замолчать Ларису. Повернув голову в сторону открытого окна, она нахмурилась. — Что там происходит?***
Кто бы не выжег те слова на школьном дворе, он своего добился. Среди студентов поселился страх. А сама директриса была в ярости. Уэнсдей невесело усмехнулась. За такой короткий срок ей удалось увидеть просто гамму эмоций. После поджога, её отправили в комнату, так что разговор отложился на неопределенный срок. Но страх, который поселился внутри оставался. Что это было за место в её видении? И почему она не могла вспомнить его. Кем был тот человек? И когда это произойдет? Переживать смерть женщины в реальности, Уэнсдей не собиралась, а значит прибавилась ещё одна загадка, которую ей необходимо было решить. Во чтобы то не стало. Ставки были слишком высоки.
