Лоскутное счастье

— Пью. — С уже привычной хмуростью выдохнул парень, буравя меня тяжёлым примагниченным взглядом. — Я вообще всё пью, кроме совсем непригодных для этого жидкостей. — Слава богу, у меня таких в арсенале не… Ох, только бутылку из-под колы в комнате не трогай. Там ацетон, не вздумай его пить, понял? А то не откачают. — Ага, а я тебе ещё живым нужен, да? — Поддакнул он криво и зло усмехнувшись. — Ай-яй, нехорошо злить старших. — А не то что? — Дерзко вскинул подбородок он — ну точно, подросток. — А не то злой дядя тебя накажет. — Зловредно усмехнулся я. — И как же? — Прищурился он в ответ. — Хм… — Я на секунду замолчал, перебирая варианты. — А чего бы ты испугался? Вот представь себе это, только ещё криповее. Парнишка тут же помрачнел и воздух в комнате будто враз стал тяжелым. Я оценил результат своих стараний и безнадёжно выдохнул: — Ах, забудь. — Не на такую реакцию я надеялся, шутит с ним явно ещё рано. Раз уж атмосфера для душевного разговора испорчена, можно больше не парится над тем, как прояснить ситуацию. Я встал из-за стола и решил, наконец, уделить внимание медленно остывающему кипятку в чайнике. У парня очевидно уже сложилось обо мне определённое впечатление и если уж я и подмочил последней неудачной шуткой свою репутацию в его глазах, то тут уж ничего не попишешь. Неприятно конечно представлять, что меня видят как неуравновешенного психа способного на бог весть какие жуткие извращения… Но с другой стороны, может быть это спасёт меня от неожиданно-неприятных инцидентов и я не проснусь завтра с пустым кошельком в обчищенной комнате. Кстати о комнате! Ему ж надо постелить… — Сахара сколько? — Спросил я, с зависшей над сахарницей ложкой. — Ты сейчас серьёзно спрашиваешь? — Отозвался недоверчивый голос из-за спины. — Абсолютно. — А если скажу три, что будет? — Ну и ну, сладкоежка выходит? — Значит положу три. — Хмыкнул я, зачерпывая белые кристаллики сахара. — Эй-эй! Погодь! — Тут же спохватился он. — Двух достаточно. — Уверен? Мне и трёх не жалко. — Уверен. — Бросил он через губу. — От трёх слипнется. — Как знаешь. — Пожал плечами я и, убедившись, что он не смотрит — положил в свою кружку три. У меня никогда в жизни не было… идеалистичных сервизов с одинаковой посудой. А ещё я никогда не пил кофе из этих миниатюрных кукольных чашечек. А ещё все мои кружки были глубже стандартных, с идиотскими принтами, совершенно разной формы. До брата, с его бездонными посудинами мне, конечно, далеко, но в вопросах нестандартного населения в шкафчике для посуды я ему не уступал. Спустя менее минуты передо мной дымилось две чашки с чёрным чаем: пузатая, как бочонок, с упоротой пандой (подарочек от брата) и высокая, по форме напоминающая картонный стаканчик из-под латте на вынос, фарфоровая, без ручки, с акварельной лисой в пастельных тонах. У последней ещё была мягкая резиновая крышечка с отверстием под трубочку, которую в виду её не функциональности я куда-то… просрал. Но обе они были из числа моих любимых. Одного пакетика чая в целом хватало на два заваривания, но до второго, обычно, пакетик не доживал, от чего страдала моя совесть, падкая на экономию. Я бросил по засахаренной дольке лимона в каждую кружку, дождался равномерного окрашивания воды в янтарный цвет и поставил ёмкость перед парнем. Он замер, как от оплеухи и с карикатурным выражением замешательства на лице уставившись на кружку. — Чего застыл? Команда нужна? Или чая никогда не пил? — …пил… — Вздохнул он хмуро. — Просто, кажется… давно. — В его глазах осенней пасмурностью промелькнула дымка воспоминаний и я поджал губы. И вот как прикажете с ним разговаривать? Что ни слово — то больная тема. Я отстранённо закусил щёку изнутри, пожевывая её, задумавшись о том, что один, пусть и вкусный, чай — не самый лучший показатель гостеприимности и дружелюбия. Лично я последнее время пристрастился по вечерам пить чай с кусочком шоколада, однако последний я доел ещё позавчера, а новую плитку купить забыл. Я резко встал, зацепившись взглядом за заметно вздрогнувшего гостя и отвернулся к кухонному шкафчику который был закреплён за мной — второй принадлежал соседу. Как же всё-таки порой радует меня моя запасливость: в дальнем углу нашлась ещё закрытая пачка сушек. Обрадованный находкой я с улыбкой обернулся и взглянув на парня, вдруг осёкся — он должно быть давно нормально не ел… — Прости, надо было включить мозги и приготовить что-то пока ты был в душе. — И добавил, отстранённо размышляя: — Одних сушек к чаю будет маловато. — Всё ок. Я не голодный. — Хмыкнул он и я забеспокоился. — Уже поздно что-то готовить. — Неловко поджал губы парень, явно ощущая себя не в своей тарелке. Я ещё пару минут пилил его хмурым взглядом, но он безразлично пожал плечами и отвёл глаза к окну. — Когда постоянно недоедаешь со временем привыкаешь к чувству голода, к тому же есть сразу много тоже было бы ошибкой. — Отметил он, словно бы пытаясь меня успокоить. — Но я правда не голоден. — Ладно. — Сдался я, отмечая внезапную заботу с его стороны. А может, он боится быть обузой? — Я в комнату. Ты допивай и тоже приходи. С этими словами я встал из-за стола и не глядя на разомлевшего от горячего чая сонного парня, юркнул по коридору к двери. В моей комнате не было кровати, только диван. Я угрюмо уставился на этот нелепый предмет мебели пытаясь придумать, как же поступить… Диван-то раскладной, но спать с мало-знакомым человеком было для меня слишком. Так я точно не высплюсь, а завтра всё-таки на подработку. Я уже представлял как будет протекать сеё хождение по мукам, когда вспомнил, что на диване лежал ортопедический матрас доставшийся мне в наследство от брата и служивший мне верой и правдой ещё со времён неандертальского периода общаги. Найдя оптимальное решение я удовлетворённо кивнул сам себе и стащил матрас на пол. Дверь скрипнула тогда когда я уже заканчивал стелить постельное. Я обернулся на вошедшего и успел заметить лёгкий шок на его лице прежде чем он бросил в меня хмурый недоверчивый взгляд. — О, пришёл? Я тебе уже постелил — сегодня спишь здесь. — Кивнул я на диван. — А… а ты? — Недоумённо прищурился он. — А я на полу. — От его взгляда у меня зазвенело в кармане, пусть оного в домашних штанах и не наблюдалось как такового. — Не парься — матрас ортопедический, к тому же мне так будет спокойнее. — Отмахнулся я нервно улыбнувшись. — Тц. Да какое мне дело? — тут же огрызнулся он, — Поступай как знаешь. — Вот и славно. Ложись, а я в душ и потом выключу свет. На это парниша не ответил. Только раздражённо прошлёпал мимо меня босыми пятками и неуютно сел на самый край, будто это не простой диван, а царский трон какой. Но я кивнул и взяв с полки своё полотенце вынырнул из комнаты, закрыв за собой дверь ванной, как будто за мной кто гнался. Горячие капли разбивались о макушку и плечи, принося облегчение после долгого трудового дня. Но голову душным туманом обволакивал фон мрачных мыслей. «Я допустил ошибку, не надо было его забирать! Быть неприятностям на мою седую голову!» агрессивно конкурировало с «да ты его видел? Парнишка-то явно бывший «домовой», в смысле, из дому. Может у него случилось чего? Семья там, неблагоприятная… " «Ага, семья неблагоприятная. Таких дрессируют на попрошайничество с младенчества. Считай почти циганёнка к себе приволок. И ладно бы только себе гемор на задницу нашёл — комната арендованная, сосед — с характером, и до зарплаты ещё далеко. Что будешь делать если тебя попрут отсюда?» — продолжал наступать внутренний демон. «Ну не выглядит он как типичный бомж, ну хоть ты пополам тресни! Он же как запуганный породистый щенок, которого бросили на улицу из-за «брака» в форме родинки на пояснице, или словно бы он сам сбежал/потерялся. Короче, я к тому что и воспитанные люди порой становятся бездомными.» «Ну-ну, поживём — увидим…» — Мрачно заключил внутренний скептик и я тяжело вздохнул, понимая, что уже задержался. «Вот сейчас зайдёшь тихонько, а он в твоих вещах роется!» — проскользнула гадкая мысль, когда я уже в домашнем с мокрыми волосами и полотенцем на плечах замер над дверной ручкой. «Да на что ему мой срач? Вот зайду и проверю. А тогда и посмотрим, насколько я плохо в людях разбираюсь и какие неприятности себе на жопоньку нашёл!» — Подумал я и резко открыл дверь…