Остров перемирия

      – Дже-е-ейсо-о-он!       – Принцесса!       Позвал Ваас и Джейсон обернулся на его голос. В помещении темно и разглядеть ничего не удавалось, слышно было только приближающиеся шаги.       – Я принёс тебе поесть.       Тусклый свет, наконец, озарил каморку и Джейсон прищурился. Сидеть на бетонном полу неудобно, он попробовал приподняться, но руки и ноги оказались крепко связанными, так, что пошевелить возможно только пальцами.       – Может ты перестанешь дуться? – Ваас присел на корточки рядом, – я рис приготовил. Сам, – он ткнул глиняной миской в лицо, и Джейсон увидел, как этот самый «рис» ползает по дну тарелки. Он попытался отстраниться, завертел головой, но Монтенегро вцепился пальцами в его волосы:       – Открывай рот…       Джейсон проснулся резко. Ваас, склонившись над ним, что-то внимательно разглядывал у него на лице, продолжая удерживать за отросшие пряди. Всё ещё не понимая, что сон закончился, Джейсон лупанул Вааса по руке, выбивая из неё какой-то маленький предмет фиолетового цвета и заорал:       – Отъебись от меня со своим рисом!       Гамак от резкого движения раскачался. Рожа Монтенегро скрылась, и откуда то сбоку послышалось его удивлённое «чё». Из-за внезапного пробуждения, Джейсон вспомнил не сразу, где уснул. Поэтому, поддавшись секундной панике, он попытался вскочить. Гамак достаточно твёрдой поверхностью не был, к тому же, у него отсутствовали распределяющие планки. Поэтому Джейсон, барахтаясь, как крупная рыба на мелководье, с трудом смог приподняться на локтях, чтобы наконец выглянуть за края лежака. Его нервы натянулись также, как и собственная синяя футболка на Ваасе. Он сразу же метнул бешеный взгляд от Монтенегро к бельевой верёвке и не обнаружил там своей одежды.       – Я тебя убью, сука!       Ваас схватился за карабин, что крепился к прочному шнуру, привязанному к дереву, и дёрнул за него. Гамак всколыхнуло. Возможность данного вида кровати повторять форму тела здесь оказалась не на пользу. Порыв Джейсона выбраться был нарушен, он снова плюхнулся на мягкий лежак, потеряв равновесие, и завозился в попытке подняться.       – Быстро снял мою футболку, мудак! Ты её растянешь!       – Предлагаешь мне раздеться, – Ваас продолжал качать Джейсона, словно младенца в колыбели, – это так неприлично, amigo.       – Снимай, блять! И где мои боксеры, куда ты их дел, сука?! Ты совсем ёбнутый, как те извращенцы, что крадут чужое бельё?!       Голос Джейсона, переполненный возмущением, звучал прерывисто из-за того, что его обладатель катался из стороны в сторону по лежаку. Вааса это умиляло, он смотрел на чужое перекошенное от гнева лицо и чуть ли не облизывался от предвкушения. Броди уже был разъярён дальше некуда, а что с ним случится, когда он увидит свой новый имидж? Принцесса точно «обрадуется» необычному оттенку волос и надписи фиолетового цвета, что хорошо выделялась на бледной коже правой щеки. На левой художество закончить не удалось, Белоснежка проснулась не вовремя и выбила из рук перманентный маркер.       – Оу, принцесса разоралась потому что потеряла свои трусики. Но зачем столько шума? Ты можешь вежливо попросить вернуть их тебе, – Ваас ловил от издёвок кайф. Ведь всё внимание Джейсона было целиком и полностью адресовано лишь ему, хоть и несло в себе негатив. Зато Броди не замечал ничего вокруг себя кроме него.       Ваас едва ли успел увернуться от кулака и толкнуть гамак с такой силой, что Броди оказался завёрнут в него, как в кокон. Тут же он попытался выбраться, руками и ногами пихая ткань, пока-таки не вывалился на землю, найдя прорезь.       Взъерошенный и рассвирепевший Джейсон подорвался на ноги моментально. Его дальнейшее действие предугадать было несложно, поэтому Ваас поторопился объявить о капитуляции:       – Всё, отдаю.       Джейсон остановился, удивлённо уставившись на левую Ваасову ладонь, что была окрашена в розовый, но ничего не сказал. Возможно, он даже радовался, что разборки не пришлось продолжать и ему не нужно забирать свою одежду силой.       – Сейчас, секунду, – Ваас завёл руки назад, схватил пальцами ткань на уровне лопаток и медленно, нехотя, стянул с себя чужую футболку. Джейсон выдернул её у него из рук, выказывая этим действием как можно больше недовольства и надел на себя, грубо дёрнув за края.       – Бельё отдал!       – Отдаю, – Ваас приберёг этот прикол напоследок. Он достал из кармана чёрное бельё, только вот совсем не то, что требовал от него Джейсон.       – К сожалению твои трусики сели после стирки, посмотри, – Ваас потянул пальцами в стороны резинку, демонстрируя Джейсону кружевные женские стринги.       – Я тебе их сейчас в глотку затолкаю!       Броди собирался на него кинуться, но на этом моменте утренние разборки были прерваны. Входная дверь в дом открылась и на улицу высунулся Митч. Он так и замер в дверном проёме, удивлённо вскинув брови, видимо, подбирал слова для открывшейся перед глазами ситуации.       – Тебе не подойдёт, – наконец прозвучало с его стороны с насмешкой.       – Я знаю, – Ваас продолжал мучить стринги, демонстрируя эластичность резинки, – это Джейсона.       Броди встрепенулся, собираясь возмутиться, но Митч опередил его:       – А ему сейчас очень подойдёт!       – Да вы охуели!       Теперь гнев Джейсона распылялся на них двоих и Ваас снова решил переключить его внимание на себя:       – Конечно, принцессе подойдёт. У него же такая классная задница!       Это стало последней каплей для Броди, он набросился на обидчика с кулаками. Ваас вовремя увернулся, а следующий удар заблокировал. Отвечать он не собирался, так как помнил, что у Белоснежки есть странный принцип - не бить того кто не пытается ударить тебя. И это сработало. Джейсон, хоть и пылал огнём ярости, больше врезать не пытался. Возможно, если б на Ваасе была майка, он схватился бы за неё и точно также смотрел в глаза, желая выглядеть как можно более грозным. Их переглядки затянулись и Ваас совсем не был бы против если б это длилось целый день. Но Бэйли вмешался:       – Вы драться будете или нет? Мне ставить ставки?       Джейсон отвлёкся на него и отступил на несколько шагов от Вааса, показывая, что продолжать конфликт не намерен.       – Ну, раз вы закончили, займёмся делом, – Митч, наконец, вышел на веранду, закрывая за собой дверь. На его плече, как и вчера, висел дробовик, – кто-то останется здесь и разведёт костёр, – он махнул рукой в сторону мангала, что был сконструирован в тени высокого дерева, – а кто-то пойдёт со мной на охоту.       Ваас сразу же оживился и быстрыми шагами направился к загородке, на ходу бросая:       – Я на охоту!       Джейсон собирался догнать того, чтобы выяснить по-мужски, кто же всё-таки пойдёт на охоту, но Митч остановил его:       – Э, Джейсон, тебе реально лучше остаться здесь, – он хихикнул, – я бы посоветовал тебе посмотреть в зеркало.       Броди удивлённо моргнул и коснулся пальцами щеки, так как Бэйли, кажется, намекнул, что у него что-то на лице.       – Разведёшь костёр, мы принесём мяса и за завтраком обсудим план побега с острова, – Митч, проходя мимо, похлопал его по плечу. Это именно то, что Джейсон хотел слышать. Теперь он готов был разжечь хоть сотню костров, лишь бы приблизить момент отчаливания с этого острова. Он обещал сам себе, что будет слушаться приказов Митча и если тот так решил, значит так и будет.       Джейсон быстро поднялся на веранду и, зайдя в дом, направился в ванную. Ему хотелось поскорее увидеть, что имел в виду Бэйли. В том, что Монтенегро что-то ему нарисовал на лице, сомнений не возникало. Джейсон готов был обнаружить у себя хуй на лбу. Но оказалось, что думал не правильно. В отражении он увидел слипшиеся от розового красителя волосы и фиолетовую надпись «Bitch»* на правой щеке и такого же цвета букву «B» на левой.       – Как же ты достал меня, сукин сын! – глухое рычание отразилось эхом от кафельных стен. Джейсон наклонил голову, смывая с волос эту розовую дрянь. И попеременно с тем, тёр щёку, пытаясь избавиться от надписи. Вода моментально окрасилась, но отмыться не получилось. Стойкий краситель намертво впитался в выгоревшие кончики волос, а фиолетовые чернила въелись под кожу.        – Сука! – Джейсон, наконец, сдался, поняв, что это бесполезно. Когда он накинул на голову полотенце, вдруг заметил то, чем его покрасил этот ублюдок. На полу, недалеко от ванной, стоял маленький пузырёк с фукорцином. Джейсон недовольно вздохнул, понимая, что Ваасу очень повезло, с его-то чёрными волосами. Ведь в противном случае, у него был бы розовый ирокез. Броди ещё раз взглянул на себя в зеркало. Теперь фрик с крашенной чёлкой смотрел злыми глазами. Мстить он умел изысканно, в мыслях сейчас вились многочисленные варианты. Но продолжать глупую игру: «кто напакостит лучше», Джейсон не собирался. В конце концов, кто-то должен был быть более взрослым, чтобы суметь поставить на этом точку…

***

      Дерево догорало, потрескивая, и превращалось в красные угли. Чтоб не сойти с ума из-за перегрева, Джейсон отошёл чуть дальше от мангала в тень, обмахивая себя найденным куском пластика, словно веером. Уже с самого утра солнце беспощадно выжигало остров. И единственным, что хоть как-то спасало от жары, был лёгкий ветерок, приходящий со стороны океана.       Вскоре вернулись охотники с добычей. И пока они вдвоём освежёвывали тушу крупного кабана, Джейсон разворошил угли, подготовив мангал к будущей готовке. Когда куски мяса были нанизаны на вертел и установлены над очагом, Ваас и Митч развалились под деревом, предоставляя слежку за равномерной прожаркой Джейсону.       Воцарилась тишина, было слышно, как капельки жира с мяса шипели, приземляясь на раскалённые угли. Джейсон нарушил молчание первым:       – И что за план?       Митч усмехнулся, вытер пот со лба концом и без того грязной рубашки.       – Какой ты нетерпеливый.       – Да рассказывай уже, папаша! Языком чесать – это, блять, не по джунглям бегать! – вмешался Ваас, он уже пожалел, что натянул на себя майку, так как та сразу же взмокла. Ему пришлось носиться за свиньёй, как породистая охотничая собака. Бэйли понадобился загонщик, Ваас от этого в восторге не был, но на условия всё равно согласился. Он готов был побыть подчинённым, если это приблизит тот день, когда они смогут уплыть с этого острова. Ему хотелось разобраться со всем побыстрее и вернуться, наконец, к своей привычной жизни Царя и Бога островов Рук.       Ваас всё-таки снял майку, скрутил её, подкладывая под голову, и устроился удобней, опираясь спиной о гладкую кору дерева.       – Ещё один, – Митч повторил за Ваасом и как он сделал подушку из рубашки, – в общем, план такой. Для начала нужно разжиться оружием. В другой стороне от лаборатории, рядом с озером, есть что-то типа охранного пункта. Наверное, там сидели наёмники, которые патрулировали территорию, защищая аптекарей.       – Ты думаешь, что там осталось оружие? – Ваас задал вопрос Митчу, но смотрел в этот момент на Броди. Тот развесил уши и собирался поверить в любую херню, что ему скажут.       – Я не уверен, но судя по тому, что в лаборатории брошены все склянки, бумаги и прочая хуйня, времени на сборы у этих типов не было. В любом случае хоть что-то мы там найдём.       – Согласен, надо проверить, – Броди продолжал жарить мясо, но Ваас, видел, что сумасшедший суицидник Белоснежка мыслями уже был не с ними, а скакал внутри охранного пункта, разыскивая огнемёт. Монтенегро хотелось схватить его за окрашенные розовые пряди и хорошенько встряхнуть, чтоб в башке всколыхнулись мозги и глупые мысли вывалились из них.       «Наивный придурок!»       – Есть проблемка. Этот ангар охуеть как похож на пещеру. И целая куча уебанов осела там. Нам нужен отвлекающий манёвр, чтоб все обезьяны побросали свои дела и сбежались посмотреть.       – С этого, блять, и надо было начинать! Ты вчера сказал разогнать туземцев! А не отвлекать их! Я думал у тебя есть то, чего они боятся до усрачки и съебутся нахуй из ангара подальше при виде этой штуки. Я в гнездо к блядским туземцам, пока они там находятся, не полезу и отвлекать их не буду! Мне одного раза хватило, когда они меня чуть не… – Ваас прервался и зыркнул на Броди, тот, закусив губу, рассматривал свои ботинки. Он явно пытался удержать злорадный смешок, ведь прекрасно помнил, что дикарка чуть с Ваасом не сделала, – чуть не убили, бля!       – Я не знаю, что может напугать их настолько, чтоб они съебались. Но зато знаю, на что они точно отвлекутся, – терпеливо настаивал на своём Митч, – мы не будем сильно рисковать. Дождёмся, когда уебаны уйдут посмотреть, что случилось. И пойдём проверять ангар. Один из нас останется, займёт позицию снайпера и прикроет задницы остальным. У меня есть СВД.* Десять патронов осталось.       – Ну и чем ты туземцев отвлекать собрался, гений? – съязвил Ваас.       – Создадим светошумовую. Чудила из Аль-Каиды научил делать. Осталось только полкилограмма магния раздобыть.       – И как я тебе этот магний высру, блять?! – Ваас начал психовать, он подскочил на ноги. В успех этой спецоперации верилось все меньше и меньше. Задумка попахивала хернёй, которая сто процентов провалится и они будут куковать на острове очень и очень долго. А у него вообще-то планы. О которых он думал каждый день.       Митч его психоз стойко проигнорировал и ответил:       – Я уже нашёл магний, осталось его добыть и всё.       – Я могу пойти за магнием, – спокойно отозвался Броди.       – Правда… На той территории небезопасно. Нужно чтоб кто-то следил за местностью, пока другой занят работой.       Митч и Джейсон одновременно посмотрели на Вааса. В синих глазах Белоснежки было что-то необычное, манящее, они блестели так, словно делали вызов. Будто бы говорили: «если откажешься, я буду считать тебя трусом». Монтенегро вздохнул, почему-то противиться этому взгляду оказалось невозможно.       – Ладно, я и принцесса идём добывать ебучий магний. Но блять, если план окажется хуйнёй, – Ваас скрутил собственную майку, – я заставлю вас каждый день говорить, как сильно вы были не правы.

***

      После отличного мужицкого завтрака все трое немного отдохнули под деревом, обсуждая, где следует искать лодку, а ещё поговорили о том, что необходимо будет раздобыть топливо, ведь остаться посреди океана на заглохнувшей лодке - вариант не привлекательный. Затем, после небольших сборов, Митч повёл их туда, где по его мнению было месторождение магния.       Ваас очень удивился, что тот привёл их к самолёту. Бизнес-джет* небольшого размера, вероятнее всего когда-то совершил здесь аварийную посадку. То, что у него отсутствовали некоторые важные детали не было свидетельством столкновения с землёй, скорее всего кто-то просто забрал себе то, в чём нуждался. Серебристый корпус и крылья местами были поедены коррозией. Влажный воздух джунглей способствовал разложению металлов и, судя по величие ржавых пятен, стоял самолёт здесь довольно давно.       – А вот и магний! – Митч развёл руки в стороны, торжественно представляя рухлядь.       После этой фразы в голове у Вааса завертелись сразу два предположения. Первое: Митч просто ёбнулся на острове от одиночества. Второе: у Митча, как у дока потекла крыша от постоянного употребления наркоты.       «Старость не радость, блять! Нюхнул пакетик пока мы его ждали.» Человек с нормально работающим мозгом вряд ли сказал бы про разбитый самолёт, что это ключ к спасению. Ваас провёл рукой по лицу, устало вздохнув:       – Да ты чокнулся. Что за херня?       – Погоди. Я не спятил. Некоторые детали состоят из магния. Мне нужно, чтоб вы добыли магниевой стружки примерно на полкилограмма, – Бэйли достал из рюкзака, который собирал перед походом, напильник и пластиковый контейнер, – шасси, створки и предкрылки пришли в негодность. Но вот в кабине было сухо, поэтому приборная панель - то что нам нужно. Я думаю тут как раз около килограмма магния, – он достал из рюкзака ещё и тряпку и вручил всё это Броди, – советую постелить ткань, магний нагреется при спиливании. И если попадёт на песок, – Митч показал руками подобие взрыва, – херанёт ослепительно!       Ваасу это совсем не нравилось. Бэйли свалил на них работу, а сам, скорее всего, собирался отлынивать.       – А что всё это время будешь делать ты?       – Я собираюсь сходить разведать обстановку, – Митч схватился за бинокль, висящий у него же на шее, – понаблюдаю, подкорректирую план. Удачно поработать, – он развернулся и торопливо зашагал подальше от поляны, наверняка чтоб никто вдруг не передумал и не решил «разведать обстановку» вместо него.       «Хитрожопый сукин сын!» – Ваас, злобно прищурившись, смотрел ему вслед, пока клетчатая рубашка окончательно не затерялась в густых зелёных джунглях, и только после этого, снова обернулся на самолёт. Броди уже залез внутрь и искал способ, как вытащить панель.       – Что за хуйня! Это нихуя не сработает! План! Да в жопу ебал я этот план! – Ваас возмущался искренне с чувством, но Джейсон не обращал на него внимания, продолжая заниматься отламыванием крепежей панели. Глупый калифорнийский мальчик собирался делать всё, что скажет этот Митч. Если тот вдруг прикажет ему спрыгнуть со скалы, перед этим сказав, что это поможет им уплыть, Броди выполнит. Ваас не знал, что его раздражало больше: план, который планом нельзя было назвать, наивность Белоснежки, или то, что тот так легко подчиняется Митчу.       – Всё, Броди, заканчивай цирк, пойдём отсюда! – Ваасу пришлось стать на один из валяющихся вокруг Бизнес-джета, ящик из металла. Так было возможно заглянуть внутрь самолёта и схватить Джейсона за ногу, чуть выше щиколотки, чтобы тот, наконец, соизволил на него отвлечься.       – Ваас, отъебись, – Броди лениво потряс ногой, больше не от попытки освободиться, а скорее из вредности. Он целиком и полностью был сосредоточен на добывании необходимого металла, и наконец оторвав кусок панели, обернулся, – что с тобой происходит? У тебя сегодня обострение, или что?       Ваас отпустил ботинок Джейсона, позволяя ему спрыгнуть с высоты кабины пилота.       – Это у тебя, блять, обострение. Скачешь, будто тебе задницу перцем натёрли. Любой приказ этого ублюдка готов выполнить. Только вот эта вот херня не сработает!       Броди расстелил ткань, удобно уселся на песок, положил на тряпку металл и достал напильник:       – С чего вдруг ты включил заднюю? Не хочешь попытаться свалить отсюда? Мы попробуем. Не удастся этот план, придумаем новый.       Напильник со скрежетом прошёлся по куску панели. Ваас сомкнул плотно зубы и поморщился от неприятного звука. А затем постарался переорать скрип:       – Почему ты такой наивный и тупой, а?! У тебя инстинкт самосохранения вообще отсутствует?!       Джейсон абсолютно точно распалился от этих слов, каждая мышца на его лице напрягалась, брови опустились. Но он упрямо продолжал делать вид, что слова Вааса для него пустой звук и, не останавливаясь, точил деталь на расстеленную тряпку, вкладывая всю негативную энергию в работу.       – Я хотел поговорить об этом с тобой ещё вчера. Этому уёбку доверять не стоит, но я думал ты сам догадался. О нет! У принцессы мозги не работают!       Джейсон поднял на него глаза, взглядом пуская молнии, как настоящий громовержец. И Ваас, чувствуя, что почти довёл его, продолжил:       – Все разы, когда тебе удавалось избежать смерти – это была твоя удача! Но удача рано или поздно заканчивается… – он стал метаться туда сюда, размахивая руками, а Джейсон, наконец, стал следить за ним не отрываясь. Это шоу его заинтересовало, – ты лезешь в пекло, думаешь, что герой! Но это, блять, не так, ясно!? Тебе просто повезло, что в лагере туземцев ты не сдох!       – Заткнись! Если б я не пришёл, тебя бы разобрали на куски, неблагодарная ты тварь!       Ваас остановился, поднял руки, показывая ладони, одна из которых по-прежнему была ярко розовой:       – Окей, ладно. Я благодарен, вообще. Правда. Респект тебе…       Джейсон подкатил глаза, очередные бредни Вааса слушать - значит позволять своим мозгам расплавиться. Психопат, скорее всего, гиперактивен и болтлив из-за того, что сутки назад не получил своего успокоительного. А ещё вчера был довольно стрессовый день и Ваас теперь таким способом разгружал свою нервную систему посредством уничтожения чужой. Броди собирался продолжить работать, но Монтенегро снова потребовал его внимания:       – Не-не-не, Джейсон, разговор не окончен! Ты, блять, действительно веришь, что эта хуйня сработает?!       – Да, я верю, что получится! Ясно тебе?!       – Ты просто наивный идиот, не доверяй ему!       – Я сам разберусь, кому мне доверять! Что, хочешь сказать, чтоб я доверял тебе?! Человеку, который предал свою семью ради наркотиков!       Надавить на больное оказалось проще, чем Джейсон предполагал. Монтенегро поменялся в лице, а потом зашипел, как змей:       – ¡Cállate, joder!* Ты нихуя об этом не знаешь, чтобы говорить!       – Знаю, мне Цитра рассказала, что ты был ленивым, бесполезным дерьмом! Что боялся ответственности! Поэтому она и решила изгнать тебя!       Джейсон впервые видел настолько искреннюю обиду, что мельком отразилась на Ваасовом лице и тут же исчезла, сменяясь гневом. Казалось, Монтенегро настолько зол, что готов вкатать его в песок кулаками. Вена на бритом виске выпирала так сильно, словно ещё немного и разорвётся, омывая его лицо кровью. Броди, сидя на песке, ощутил себя ничтожно маленьким под взглядом разъяренного существа. Глаза у этого монстра сияли таким же больным блеском, как в тот день, когда тот направил дуло своего кольта ему в грудь. Но то, что сделал Ваас, Джейсон ожидал меньше всего. Он рваными быстрыми движениями расстегнул ремень и спустил брюки до колен.       Броди шокировано замер, не сразу сообразив, зачем сумасшедший совершил это действие. Однако, быстро догадался, что тот не задумывал ничего непристойного. Полностью раздеваться Ваас не стал, бельё оставил, хотя с его-то уровнем приличия - мог оголиться полностью. Но ему просто хотелось показать тот участок татао, который совпадал с картинками на предплечье Джейсона.       – Бесполезное дерьмо, говоришь?! ¿Quién coño te crees que eres?* – он ткнул пальцем в своё бедро, – тогда это по-твоему что?! Смотри, смотри, Джейсон! Ничего не напоминает?! Ты тогда ещё более бесполезное дерьмо чем я!       Джейсон вообще не рассчитывал, что Ваас однажды сам покажет ему татао. Поэтому удивление ему симулировать не пришлось. Всё выглядело так, будто бы он реально первый раз видит его метку воина. Джейсон словно потерял способность говорить. Ведь думал, что Ваас в ответ на оскорбление как обычно начнёт драку, а не доверит ему эту небольшую тайну.       – Почему молчишь, а, Джейсон? Знакомые картиночки?!       Ваас подошёл ближе и Броди начал жалеть об этом разговоре, так как посадил в лужу себя.       – Что такое? Сестричка не рассказывала об этом, да? Глупому калифорнийскому мальчику не сказали, что он не единственный, кто был достоин клейма этой суки? Как же так, а, Джейсон? А всё просто! Тебя наебали! В очередной раз! Потому что ты доверяешь всем и каждому… Я уже говорил, что ты наивный!       Джейсон не понимал, где его здесь наебали. Да, Цитра не сказала ему о том, что её брат имел полное татао, а значит выполнил все испытания. Здесь она солгала, что Ваас был недостоин… Но это не меняет ничего, ведь он решил, что наркота важнее, а значит, предал семью, и был изгнан заслуженно.       – Это всё наглый пиздёж! Она не выгоняла меня! Я сам выбрал уйти! Понятно?!       То как Броди недоумевающе на него уставился, хлопая своими синими глазками и выискивая как бы оправдать Цитру, выглядело забавно. Ваас усмехнулся и натянул брюки обратно. Почему-то стоило замешательству отразиться на чужом лице, вся агрессия куда-то испарилась. Больше не хотелось вырвать белой сучке его грязный язык, чтобы не смел говорить о том, чего не знает. Ваасу оказалось достаточно вогнать принцессу в раздумья, теперь тот пусть сам решает кому верить.       Пауза затянулась, Джейсон долго пытался найти в недрах своего разума что-то и в конечном итоге перевёл тему, вернувшись в начало их разговора:       – Я не доверяю Митчу. Ты это хотел услышать?       Да, именно этого Ваас изначально и добивался, но теперь желал большего. Чтобы Джейсон сказал тоже самое и о Цитре. Однако, тот молчал, скорее всего в очередной раз уже найдя для неё отмазку. Ваас знал наверняка, что так и будет, но всё же надеялся, что хоть какое-то недоверие в голове калифорнийского мальчика зародилось. Он уже много раз думал над тем, как предупредить Джейсона об истинных намерениях сестры, чтобы тот ему поверил. Но каждый раз убеждался, что это бесполезно. Броди до последнего будет стоять на стороне Цитры, также как и сам Ваас когда-то. Даже зная о планах своей сестры, он не переставал надеяться, что она так никогда не поступит...       – Но я хочу убраться с этого острова и Митч тоже. И если ты не хочешь, можешь оставаться, – Джейсон вернулся к работе, продолжая стачивать напильником панель.       Скрежет больше не раздражал так сильно. Вааса успокоило хотя бы то, что Митч на шкале доверия стоит после него.       Времени прошло достаточно, а Джейсон так энтузиазм и не растерял. Возможно он готов был стереть не только кусок металла, но и свои руки тоже. Ваас по-прежнему считал это занятие глупостью, однако принцессу больше не отвлекал, пусть развлекается как умеет. Сторожить его было не сложно, всего лишь нужно было изредка осматриваться по сторонам, чтоб вовремя заметить опасность.       Джейсон, наконец, закончил возиться с первым куском панели и полез за новым. Он забрался на тот же металлический ящик около самолёта и лёг животом на пол кабины, чтобы удобней было снять нижнюю панель. Ваас приподнял брови, заинтересовавшись представленной позой, которая так и призывала к действиям.       Увлечённый работой Джейсон, вероятно, вообще не задумывался, как такое смотрится со стороны. Однако Монтенегро нравилось считать, что это не случайность, а провокация.       Очертания калифорнийской задницы были видны плохо. Ваас ненавидел эти песочного цвета широкие брюки с большими, уродливыми задними карманами, что портили весь вид. Ведь в памяти ещё осталась картинка, как тот разгуливал по пляжу только в белье.       В данный момент любование было бессмысленным, нужно было действовать. И Ваас, не упуская такую возможность, легонько и игриво шлёпнул Броди по правой ягодице.       Джейсон дёрнулся, как ужаленный, чуть не свалился с ящика и, кое-как ухватившись за железяки, сумел развернуться достаточно быстро к опасности лицом. Монтенегро излучал довольство жизнью. Ему разве что присвистнуть оставалось, чтобы заявить о том, что он доминантный самец.       Возмущению Джейсона не было придела, мудак заигрывал с ним как с какой-нибудь распутной девкой в клубе. От этого становилось вдвойне обидней за свою мужскую гордость. Его брови едва ли не соприкасались друг с другом, разделённые морщинкой, зрачки заметались, как у бешенной собаки, он разразился гневной тирадой:       – Как ты достал меня уёбок! Совсем, сука, охуел! Ты нарываешься, да?! Я тебе, сейчас, бля, руку сломаю!       Джейсон спрыгнул с ящика, собираясь врезать Ваасу так, чтобы тот непременно захотел ответить. Драка в данный момент была бы спасением. Но то, что сделал этот идиот, остановило. Монтенегро, увернувшись от удара по лицу, плюхнулся на задницу, а затем и вовсе улёгся на спину, как нашкодившая псина. Своими светлыми глазами заглянул прямо в душу Броди, напоминая, что «лежачего не бьют».       Джейсон замер, сжав кулаки, хитрый ублюдок догадался, что он не станет нападать, если не пытаться защищаться и тем более давать отпор. Ваас хорошо изучил его за время, что ни провели вместе на острове. И теперь использовал свои знания на практике.       Подняв глаза к небу, Джейсон тяжело вздохнул. Вся агрессия будто бы вышла через лёгкие. Но оставлять Вааса безнаказанным нельзя. К счастью Броди знал, что делать. Он посмотрел на лежащего и проворчал в ответ на дьявольскую улыбочку:       – Сучара! Давай поднимайся, твоя очередь работать!       Ваас зашевелился только для того, чтобы лечь в более удобную позу на бок, опираясь на локоть:       – Мы так не договаривались.       – Мне похуй что ты там придумал! – Джейсон пихнул носком ботинка чужое бедро. И подключил, как обычно, шантаж, – ты, бля, о таблетках не забывай!       – Ты мне вчера не дал таблетку, так что это расплата.       – Чего?! – брови Джейсона взметнулись вверх от негодования. Мудила настолько обнаглел, что стал придумывать свои условия,       – Я не дал, потому что ты выбесил меня! Сегодня продолжишь выёбываться и тоже останешься без наркоты!       Это, наконец, подействовало, Ваас нехотя поднялся, подошёл, протягивая руку. Джейсон вложил ему в ладонь напильник, радуясь, что снова смог заставить того подчиниться. Всё-таки наркота оставалась по-прежнему сильным рычагом давления.

***

      Чёрные солнечные батареи сияли, поглощая энергию этого жаркого дня. Чтобы сократить путь к дому, Ваас подошёл к необычному забору и, схватившись за крестовину, ловко перемахнул через ограждение. А затем развернулся к Броди лицом, гордо вскинув подбородок и молчаливо бросая ему вызов. Тот ответил, видимо желая доказать, что на такое каждый дурак способен и особого мастерства в этом нет. Но получилось у него далеко не так изящно. Он неуклюже приземлился едва ли не заваливаясь на бок и выронил зажатый подмышкой пластиковый контейнер. Магниевая крошка внутри всколыхнулась, ударяясь о пластиковые стенки. Ваас фыркнул, удержавшись от смеха и, отвернувшись, чинной походкой направился к веранде. Броди, судя по шороху высокой травы, последовал за ним.       На пороге лежал какой-то маленький свёрток и Ваас сразу же предположил, что внутри. Ведь не на пустом же месте мозги Митча заполнялись бредовыми идеями. Теперь нашлось и доказательство.       Монтенегро наклонился, собираясь поднять найденный зип-пакет. Джейсон смотря на него, чувствовал сплошной поток раздражения. Бесило то, что тот всегда считал себя хозяином положения, в любой ситуации, даже сейчас, повернувшись к нему задом. Это нужно было исправить, проучить его, чтоб ощутил, каково это, когда тебя воспринимают как объект, который можно полапать.       Джейсон приземлил ладонь на чужую задницу с такой прытью, что вышел звонкий шлепок и напоследок ещё и сжал упругую ягодицу. Монтенегро, не ожидавший такого покушения, подпрыгнул на месте и развернулся. То, что было у него на лице в первую секунду, отпечаталось в памяти Броди надолго. Так же как и прикосновение к чужой неприкосновенности. По внутренностям расползлось странное больное удовольствие, сравнимое по характеру со злорадством.       Сначала Ваас впал в ступор, ситуация оказалась очень незнакомой, чтобы он понимал, как на такое реагировать. Подобного себе никто не позволял, а тут нашёлся один наглый мудила, что облапал его как тёлку. Состояние ахуя продлилось не долго. Ваас растянул губы в язвительной усмешке:       – Ну и как тебе? Разрешаю повторить.       Вся уверенность Белоснежки мгновенно испарилась. Он рассчитывал, что подобное прикосновение окажется для другого мужика неприятным. Что тот сочтёт это за унижение. Однако Ваас не видел в этом ничего отрицательного. И даже перевёл это в разряд комплиментов.       – Пошёл ты! – Броди торопливо проскользнул мимо и скрылся за входной дверью, громко хлопнув ею.       «Истеричка!» – Ваас усмехнулся и тоже зашёл в дом.       Бэйли крутился около странной деревянной штуковины. Конструкция эта напоминала двухэтажный плот для лилипутов. Или же построенный детьми кораблик. Нижний этаж был заполнен хворостом из-под которого торчали куски разорванной белой тряпки, а на верхнем стояла деревянная тарелка.       – Ну и чё это за хуйня? – Вааса снова удивило поведение Митча, но теперь он хотя бы знал наверняка, отчего так происходит. В кулаке был зажат пакет непонятно с какой ерундой внутри, – только не говори, что это ёбаное божество, которому мы обязаны помолиться, а потом усадить Броди жопой на ту тарелку и обсыпать его песком!       Джейсон злобно зыркнул на него исподлобья, а Митч издал хриплый смешок и покачал головой:       – Какое ещё нахуй божество?! Это хренов кораблик, который нужно спустить на воду, и пустить с него фейерверки для отвлечения уебанов.       – О-о-о! – многозначительно выдал Ваас, – от этого, блять, легче не стало!       – Ваас, заткнись, дай ему дорассказать!       Монтенегро сложил руки на груди. Броди, несколькими часами ранее заливал ему, что не доверяет Митчу, а теперь снова собирался слушать его сказки.       – Так вот, в эту тарелку нужно насыпать магния и марганец. Принесли магний?       – Да, – Джейсон протянул Бэйли пластиковый контейнер и тот, взяв его в руки, потряс, растягивая лыбу от уха до уха, – отличная работа, – он открыл крышку и высыпал стружку на тарелку, а затем похлопал себя по карманам, – бля, я где-то марганец проебал. Не видели?       Джейсон мгновенно сообразил, что за свёрток подобрал с порога Ваас.       – Давай сюда, – потребовал он у Монтенегро, но тот, зная, что от него хотят, притворился, что не понял.       – Чё?       Видимо наркоман, считал, что это какая-нибудь соль или порошок, поэтому хотел оставить себе, чтоб как следует упороться. Броди вцепился в его запястье.       – Блять, Ваас! Марганец отдай! – Джейсон пытался разжать его пальцы, чтоб забрать зип-пакет, но тот держал достаточно крепко. В такую игру они уже играли, видимо Монтенегро тоже вспомнил об этом, раз ухмыльнулся. Наклонившись чуть ближе, он шёпотом произнёс:       – Что мне за это будет?       Джейсон так же тихо, чтоб слышал только Ваас, ответил:       – Ничего, блять. Это не ёбаная наркота. Отдай. Или я ударю тебя по яйцам.       Монтенегро кинул взгляд на его ногу и, видимо, посчитав, что если Джейсон её согнёт и резко поднимет, то коленом попадёт точно, решил сдаться. Он разжал кулак, позволяя забрать марганец.       Джейсон передал свёрток Митчу и тот, распаковав его, высыпал розовый порошок в тарелку и накрыл всё это крышкой:       – Ну, что, готовы навестить туземцев?

***

      Ваас нёс в руках «хренов кораблик» с пиротехникой и проклинал всех участников этой вылазки. Себя тоже, потому что повёлся на провокацию Броди. На роль того, кто займётся взрывчаткой он вызвался самостоятельно стоило лишь Белоснежке взглянуть на него. Его: «Я в гнездо к блядским обезьянам не полезу и отвлекать их не буду», словно никогда и не произносилось. Джейсон на него дурно влиял, перед ним хотелось выделываться, показывать насколько ты крутой и бесстрашный.       Ваас считал, что этот план по-любому обречён на провал. И единственным, что успокаивало и заставляло заниматься, по его мнению, бесполезной ерундой, было то, что Джейсон обязан будет извиняться перед ним после неудачной вылазки. Представляя, как Броди будет ползать у его ног, Ваас вскоре подошёл куда нужно.       Озеро сияло бликами в лучах вечернего солнца. Белый песок, плавно уходящий под воду, в месте соединения сочетался с ней по цвету. Оставалось около часа до заката. А затем на джунгли опустятся сумерки. Следовало пошевеливаться.       Монтенегро аккуратно, чтобы ценная взрывоопасная смесь не вывалилась, опустил на воду своеобразный деревянный объект. Пропитанные в растительном масле тряпки находящиеся на нижнем ярусе под хворостом вспыхнули моментально, стоило лишь поднести зажжённую спичку. Ваас толкнул кораблик чуть дальше от берега. Митч обещал, что взрыв будет достаточно приличным, а после того, как магний попадёт в воду, будет ещё один, с образованием света и горением воды. На такие чудеса хотелось бы взглянуть. Ваас не особо верил, что какой-то металл способен гореть в воде, а уж тем более взрываться, но инструкции последовал. Оставив подожжённый объект плавать, он постарался как можно подальше уйти от озера. Если всё пойдёт по плану, то дикари должны будут заинтересоваться этими «китайскими петардами».       Ваас уже начинал злорадно посмеиваться, пробираясь сквозь густые заросли. Голову вновь посетила мысль, что это всё бесполезная херня. Но вдруг раздался первый грохот. Достаточно громкий, чтоб эхом разлететься по тропическому лесу и спугнуть стаи птиц, что готовились ночевать на деревьях недалеко от озера.       – ¡La gran puta!* – Ваас, рефлекторно закрыв голову руками, развернулся посмотреть. Через несколько секунд громыхнуло повторно и яркая белая вспышка мелькнула между деревьями. Сходство со светошумовой было поразительным.       – ¡Joder!* - Монтенегро поторопился в следующий пункт назначения, где его должен был ожидать Митч.       Ангар походил на японский бункер, на крышу которого в целях маскировки высаживали траву. Но эта трава не была посажена людьми. Джунгли потихоньку отвоёвывали у бывшей цивилизации места, прорастая в каменных плитах и разрушая постройки людей. Всё забытое природа забирала себе.       Джейсон лежал на утёсе под кустом тиаре* и следил за тем, что происходило на территории охранного пункта. Белые цветы, которыми был усеян кустарник, а точнее их запах, как бы это странно не было, навевали воспоминания о Калифорнии. Мама Джейсона часто приобретала косметические средства с похожим запахом.       «Как она? Надеюсь с ней всё хорошо?»       Цветы тиаре не могли ответить на эти вопросы. Прошло уже много времени с того момента, как Джейсон без вести пропал с братьями на островах. Должно быть, потерявшая своих сыновей женщина была в отчаянии.       Когда прозвучал взрыв, Броди повернул голову в его сторону. В глубине джунглей искрило так, словно из под земли вырвались молнии. Солнце, приближающееся к горизонту, уже не светило ярко, поэтому белая вспышка была хорошо видна и точно могла привлечь внимание дикарей.       Джейсон, предчувствуя шикарную охоту, облизал пересохшие губы и приник к окуляру винтовки. Толпа каннибалов суетилась и смотрела в ту сторону, где был взрыв. Они нерешительно топтались на месте. Лишь некоторые делали несколько шагов, вероятно принюхиваясь в попытках распознать лесной пожар и после отбегали обратно к толпе. Только когда один, самый отважный, или же более безмозглый чем другие прошёл несколько метров по направлению к опасности, остальные двинулись за ним. И уже толпой, расхрабрившись, племя отправилось на разведку.       Джейсон направил дуло оружия в сторону высоких травянистых растений с широкими листьями. В перекрестие прицела попал кусочек ирокеза, торчащий из зелени. Это был бы один из самых счастливых дней в жизни Броди, если бы он находился сейчас на Рук. Держать на мушке самого Вааса Монтенегро было уже невероятным событием. Указательный палец любовно погладил спусковой крючок и Джейсон вздохнул, оторвавшись от оптики.       Дикари благополучно свалили проверять, что произошло у озера, и теперь оставалось ждать только сигнала от Вааса и Митча. Впрочем, те не медлили. Монтенегро вылез из укрытия первым, а за ним и Бэйли. Они на полусогнутых, словно воры грабящие дом богачей, прокрались до груды металлолома, что когда-то был машиной, и засели там.       Джейсон выжидал разрешения, кончики его пальцев уже покалывали от предвкушения, он давно не стрелял, и теперь, когда подвернулась такая возможность, был неописуемо счастлив. Наконец, подобрав момент, его союзники покинули место, где прятались, приближаясь к дикарям, что остались сторожить свой лагерь. Ваас замахал руками, указывая на жертву, которую должен был снять Джейсон.       – Ты бы знал, насколько у меня чешутся руки! – пробубнил себе под нос Броди и перевёл перекрестье со лба Вааса, на затылок каннибала.       Глушитель работал исправно, тихий звук выстрела не смог бы кого-то привлечь. Жертва со сквозной дырой в башке повалилась на землю. Джейсон проследил за Ваасом, и увидел, как он перерезает горло туземцу. Чуть сместив в сторону дуло, заметил Митча, тот тоже хорошо справился, теперь и около его ног лежал труп.       Продолжив расчищать путь союзникам, на этот раз Джейсон уложил двоих каннибалов, стоящих рядом друг с другом. Второй даже запаниковать не успел, не понимая с чего вдруг соплеменник рухнул.       Вернув прицел после отдачи в прежнее положение, Джейсону даже особо напрягаться не пришлось, живая мишень стояла неподвижно и, получив пулю в висок, прилегла неподалёку от собрата.       Маньяки, орудующие ножами в низине, тоже успели нарезать в свою коллекцию новеньких трупов.       Один из дикарей, заметив мертвеца, собирался позвать подмогу. Он бросился в ту сторону, куда ушло большинство. Но к его несчастью Джейсон хорошо стрелял не только по неподвижным мишеням. Пуля настигла бегущего, и он по инерции прокатился вперёд.       В прицеле снова замаячила красная майка, а затем и клетчатая рубашка. Пока Митч дрался с одним дикарём, второй приближался к нему со спины. Джейсон устранил помеху, и Бэйли отсалютовал ему, когда разобрался с проблемой.       Теперь путь к воротам ангара был свободен.       Ваас ощущал, как сердце скачет в привычном ритме. Это была радость от прогулки в пиратском стиле. Ладони стали липкими от чужой крови, финка лежала в правой как нужно, тоже измазанная полностью.       Когда Митч подошёл к воротам и кивнул, они открыли створки одновременно. И оказавшись внутри, быстро ушли в укрытие по разным углам помещения. В коридоре никого не оказалось Ваас вышел и направился вперёд, Бэйли поторопился за ним.       В ангаре всё было перевёрнуто вверх дном: ящики, клетки, автомобильные покрышки, разломанные двухъярусные кровати, брезент и куча другого разнообразного хлама. Эти вещи валялись так, словно здесь прошёл небольшой ураган. Ваас то и дело наступал на гильзы, которыми был усеян пол. Темноту в ангаре разбавлял проникающий сюда, сквозь проделанные дыры в потолке, лунный свет. В нём кружились мелкие частицы, показывающие степень запылённости помещения.       Обнаруженные пять каннибалов сидели полукругом и делали новые копья, счёсывая острыми камнями один из концов палок. Ваас хотел договориться с Митчем кто с какого края зайдёт, чтобы прирезать туземцев. Но вдруг заметил торчащую рукоять пистолета из под какой-то разорванной ткани. Он жестами указал Бэйли оставаться на месте, а сам максимально тихо, практически на четвереньках, добрался до оружия. И уже завладев Береттой* не смог сдержать восторженного свиста, что тут же перешёл в смешок, когда глупые обезьяны повернули к нему свои разукрашенные белой краской рожи.       Ваасу никогда не нравилось традиционное убийство ножом. Хоть Ракьят в своё время и пытались навязать ему, что холодное оружие – это круто. Он настаивал на своём, считая, что ничего нет лучше огнестрела. Ведь стрелять намного интересней!       Выстрел за выстрелом и туземцы падали замертво. Последнему повезло меньше всего. У Вааса давно не было подобного развлечения. Поэтому сначала он прострелил тому колени, а потом, не обращая внимания на истошный визг, подойдя ближе, пустил ещё по пуле в локтевые суставы и только после этого, сделал ему отверстие во лбу.       – А если б патронов не хватило? – голос Митча звучал весело. Он вышел из тени на освещённый участок.       – Я бы и руками смог выпустить обезьяне кишки. Мне просто нравится стрелять, – Ваас пнул валяющееся тело и обернулся, – путь свободен, надо обыскать здесь всё.       – Глянь туда, – Митч качнул головой и его рыжие волосы блеснули в лунном свете. В той стороне, что он указал, была решётчатая камера хранения для оружия, что обычно открывалась с помощью карточки.       – Неплохо.       Они подошли вдвоём к хранилищу. Внутри был целый арсенал. Начиная с от разнокалиберных патронов и заканчивая висящими в ряд АК-47.       На удивление, карточка от оружейного склада нашлась сразу, она лежала на полочке пустого шкафа, который опирался задней стенкой прямо об решётки.       Электронный замок открылся, как только пыльный пластиковый прямоугольник его коснулся. Маленький экран загорелся зелёным, и железная дверь отворилась, пропуская Вааса и Митча внутрь.       Джейсон внимательно следил за входом в ангар. Лишь изредка отрываясь от прицела, чтобы посмотреть не вздумали ли вернуться из своего похода каннибалы. Как ни странно, всё было спокойно. Дикари увлеклись поиском неизвестно чего.       Джейсон улыбнулся, когда обвешанные снаряжением Ваас и Митч вышли из ангара и, зная его местоположение, продемонстрировали ему награбленное, чуть ли не пританцовывая.       – О-о-да, ублюдки, сегодня я вас обожаю! – радостно вырвалось у него. Операция прошла настолько гладко, что до последнего не верилось в успех. Когда эти двое благополучно скрылись в джунглях, Джейсон тоже покинул позицию снайпера и отправился к дому.

***

      Ваас разложил на полу гостиной всё, что им удалось с собой взять. И, усевшись, скрестив ноги по-турецки, разглядывал прекрасную картину. Свою ошибку, что считал план говном, он признал, хоть и не вслух, а только глубоко внутри, но признал.       Входная дверь отворилась и внутрь зашёл Броди. Его лицо сияло от какого-то невероятного детского восторга, будто сейчас Рождество и Санта принёс ему подарок.       – Эй, Белоснежка, сейчас ебло треснет. Кто зашивать будет?       Ответом ему послужил оттопыренный средний палец. А его владелец радость даже спрятать не попытался.       – Возвращение героя! – Митч, сидящий всё это время на обеденном столе, захлопал в ладони. Джейсон, продолжая давить лыбу, подкатил глаза и, зайдя внутрь, снял с плеча винтовку и положил на пол рядом с калашом.       – Мне просто нравится стрелять.       Кажется, Ваас сказал именно это же в ангаре. Он в очередной раз убедился, насколько велико сходство. Сестра поэтому, углядев в этом белом замырыше его отражение, решила забрать себе.       «Хитрая сука, как ты смогла с первого взгляда найти это?»       Ваас взял коробок с патронами СВД и придвинул его ближе к ботинку Джейсона, снизу вверх заглядывая тому в лицо.       – Это тебе подарочек.       Броди заинтересованно склонил голову набок:       – Отлично.       – Да, ты хороший снайпер, – начал Митч и слез со стола, – теперь я признаю, что не только жопа у тебя охуенная.       Весь свет положительной энергии, что излучал Джейсон, тут же погас, и вместо него пламенем вспыхнула злость. На скулах у него проступили желваки, глаза сощурились. Ненависть забурлила и вылилась наружу.       – Заткнись, – зашипел он. Интонация звучала очень знакомо, Монтенегро не раз на неё нарывался. Поэтому замер в той же сидячей позе, предчувствуя зрелище.       – Что, посидел в тюрьме и теперь у тебя больше не стоит на женщин?       Ваас, даже кажется, забыл как дышать, сосредоточив всё внимание на том, как калифорнийский мальчик топил Митча в его же дерьме.       «Ебать! Давай Белоснежка, ещё чуть-чуть.»       – Или у тебя вообще больше не стоит?       Иногда Броди был невероятно ядовитым. То как он опустил Митча, Ваас бы обозвал искусством. Другого варианта просто не существовало, потому что это было действительно мастерски.       «Джейсон, чёртов ты сукин сын!»       Принцесса сводила с ума. Такой дикий и горячий. Сумасшедший. Ваас сам не понимал, покрываясь мурашками, с чего вдруг язвительные словечки заводили так же быстро, как и приватный танец одной из лучших шлюх на Рук. Он расположил армейскую сумку на коленях, прикрывая ею стояк.       Митча, скорее всего, слова задели, только он очень качественно маскировал свои эмоции. Лишь уголок его губы дёрнулся, а потом он рассмеялся в своей привычной манере.       – Какой ты дерзкий! Спокойно, Джейсон, это всего лишь шутка.       Броди больше ничего не ответил, фыркнул и поспешно ушёл в ванную.       – Да он просто истеричка! Реально шуток не понимает! – возмутился где-то рядом Митч. Ваас, прожигая дверь взглядом, только и смог, что выдохнуть:       – Реально.       – Ладно, он видимо не в настроении. Завтра обсудим как добыть топливо. Там подземное хранилище, я ни разу в нём не был. Видел только схему, – Митч порылся в бумагах, которыми были завалены полки шкафа и, достав нужную, передал Ваасу, – на, можешь изучить. А я спать.        Деревянная лестница скрипом озвучила каждый шаг Бэйли. Он поднялся на второй этаж и уже перед самым входом в спальню напоследок бросил:       – Передай ему, что завтра выйдем с утра.       Ваас кивнул, не отрывая взгляда от бумаги. Схема перед глазами расплывалась, он смотрел сквозь неё, потому что все мысли ушли вместе с Джейсоном. Хотелось снять эту уёбищную дверь с петель. Схватить агрессивную принцессу и прижать его тёплое тело к стене.       – Бля-я-я-ть – тихо прорычал Ваас уткнувшись лбом в схему. Он сделал глубокий вдох и постарался хоть как-то отвлечься от этого безумия, представляя, что уже завтра лодка будет у них. С каждым днём ожидание становилось всё более невыносимым.       Ваас настолько выпал из реальности, что пропустил тот момент, когда Джейсон вышел из ванной.       – Ублюдок спать пошёл?       Броди стоял посреди комнаты весь посвежевший с влажными, но по-прежнему торчащими в разные стороны волосами. Кое-где на его синей футболке проступали мокрые пятна.       – Ага, карту дал, сказал завтра идём с утра за топливом для лодки. – Ваас несколько раз пристально просканировал Джейсона с головы до пят и задержал взгляд на капле, что спустилась с розовой пряди на бледный лоб и, проскользив по коже через фиолетовую надпись, затерялась в отросшей щетине, – мне понравилось, как ты поставил его на место, – он убрал армейскую сумку и кивнул на свою ширинку, – не хочешь взять ответственность за свои действия и помочь мне?       Джейсон поднял глаза к потолку, будто взмолившись:       – Блять, заткнись.       Ваас думал, что сейчас Броди как обычно сбежит подальше, но тот хотел решить один вопрос.       – Даю последний шанс. Если сейчас не отдашь мои боксеры, то лишишься таблеток надолго!       Джейсон был серьёзен, он считал, что имеет власть, такую же как и тогда, когда они жили вдвоём в контейнере. Однако всё было не так, Ваас знал, что пакет с таблетками находится в правом кармане и мог с лёгкостью их отобрать. Но всё это, ещё с того дня, как они переселились в шалаш, превратилось в такую интересную игру, что останавливать её не хотелось. По крайней мере точно не сейчас. Ваас экспериментировал, просто дурачился, притворяясь, что шантаж до сих пор работает.       – Оу, обмен? Окей. – он поднялся и пошёл к дивану.       Джейсон уже было подумал, что извращенец спрятал его бельё под подушку, но тот открыл шкафчик в быльце дивана и достал знакомую тёмную ткань.       – На.       Торопливо выдернув свою вещь из Ваасовых рук и бросив тому половинку таблетки, Броди снова закрылся в ванной. Продолжая, как и в первый день использовать и швабру, не доверяя щеколде.       Когда он надевал боксеры, то заметил небольшие изменения. Повернувшись к зеркалу спиной, обнаружил, что на белье сзади справа и слева появились две небольшие дырки по одной на каждой стороне, по форме напоминающие кривоватые сердечки.       – Ваас! Я убью тебя!       – О, кружева заметил?! Я старался!       Джейсон, путаясь в собственных брюках, торопился, чтобы поскорее выйти и отбить мудаку почки.       – Я тебе эти ёбаные кружева на заднице вырежу! Прям на коже, блять! – он выскочил из ванной и обнаружил Вааса лежащим на диване. У того только бровь дёрнулась, а сам он даже не шелохнулся.       Мгновенно оказавшись рядом, Броди схватил надоедливого мудака за горло. Собственный скрип зубов оповестил, что челюсть сжата от злости до предела. Чужой кадык дёрнулся под ладонью, но других действий больше не было, Ваас просто смотрел. И Джейсону очень сильно в этом момент хотелось выдавить ублюдку его красивые глаза, чтобы изуродована у него была не только душа, но и тело.       Руки затряслись от напряжения. Джейсон не смог сжать горло врага сильнее, просто продолжал удерживать.       – Что ты делаешь?       Вибрация голоса Вааса передалась на руки и Броди отдёрнул их словно от горячего, отступая на шаг. Он не мог перейти эту грань. В голове зазвенело, захотелось поскорее уйти. Что он и сделал, попятившись к выходу, а затем и вовсе развернувшись, поспешно выскочил за дверь.       Ваас недоумевающе поднялся с дивана, уставившись на витражные стёкла.       «Что это было?»