Я (не) в порядке

      Белла сама не понимала, как решилась сюда прийти. А главное зачем? От обиды, конечно, что таранила изнутри, поселившись желчным комом в желудке. Именно это чувство упорно вело Беллу к этому месту. Очередная попытка набрать номер сестры только раззадорила поганое чувство, и подойдя к заброшенному парку, Белла уже сжимала зубы от злости. Называется, подумала, что у них хоть один раз пройдет все нормально.              Каждый раз, когда Анжела предлагала провести время вместе, у Беллы начинался маленький праздник. Она всегда воспринимала сестру как безусловный авторитет, выслушивая ее с безграничным вниманием — Анжела, казалось, знала все в жизни и умела цеплять самое лучшее. У Беллы это вызывало закономерное восхищение, но в последнее время их общение становилось более редким.              Анжела уже не пробиралась к Белле в постель, когда ее одолевали грустные мысли по ночам, гораздо реже искала в ней внимательного слушателя, а стоило Белле пытаться заговорить о своем, как в ответ летели ироничные ответы. Хотелось смахнуть все это на тяжелый период — все равно сестра никогда не давала понять точно, в чем дело, предпочитая играть в ее любимую игру “догадайся сама”.              Вот только если раньше Белла чуть ли не бегала за сестрой, старательно пытаясь выловить причину таких перепадов настроения, то в этот раз решила просто подождать. Раньше такие взбучки переносить было тяжело, и Белла то и дело пыталась понять, где могла оступиться. Нередко выяснялось, что все усилия были зря — просто, когда сестре надоедала игра, она возвращалась к прежнему отношению без всяких объяснений. Но уже как год у Беллы появилась Ника, и Белла стала больше притираться к новой подруге, не устраивающей такие невыносимые качели. Может, Анжела обижалась именно на это? Хотя не скажет ведь, будет молчать до последнего.              И все-таки иногда Белла скучала по той связи, которую они разделяли прежде. Конечно, Анжела часто была невыносима, но ведь было и хорошее. Анжела порой успокаивала ее ночью, обсуждала всякие девчачьи темы, они нередко смотрели вместе какие-то старые романтичные мелодрамы, вздыхая восхищенно над харизматичным главным героем и представляя себя на месте его возлюбленной. Этого не хватало.              Сегодняшний день с самого начала удивил Беллу. Мало того, что Анжела сама стала инициатором общения, так еще и попросила пройтись с ней по магазинам, хотя обычно она ходила с мамой. Ласковый взгляд сестры молниеносно убедил Беллу, что та разделяет ее чувства, сама хочет все наладить. В это так хотелось верить.              А теперь она даже на телефон не отвечала. Сучка.              Белле хотелось рвать и метать, потому что ее снова обвели вокруг пальца, тыкнули в слабое место, как дурочку какую-то. Одна и та же ситуация в ее жизни повторялась снова и снова, а она все не хотела принимать очевидного. Анжеле ничего не стоило кинуть ее без зазрения совести. А Белла только рада была принять очередную подачку от старшей сестренки. Идиотка.              — Послать бы тебя далеко и надолго, — прошептала Белла тихо, прекрасно понимая, что не сказала бы этого, будь сестра перед ней.              Анжела всегда знала, что и как сказать, чтобы гнев моментально сошел на нет. Ей легко удавалось дергать младшую сестру за нужные ниточки, чтобы та оттаяла, вмиг забыв про все свои обиды. На ошибках учатся, но Белла упорно опровергала это правило. Но только не сейчас. Даже ее терпению был предел. И сегодня Анжела не дождется от нее смирившегося “ладно, ничего страшного”. Желание, наконец, высказать за все хорошее и поругаться перевешивало обычно свойственную Белле мягкость.              И вот теперь Белла была тут, в этом олицетворении детской скорби. Белла никогда не ходила в этот заброшенный парк аттракционов — она сомневалась, что Анжела была здесь хоть раз. Но куда еще ей было деться? Других вариантов в голову не приходило, а сворачивать было поздно. Пальцы нервно дергали рукав выступающей из-под темно-синего пальто кофты.              Не успела Белла пройти хоть немного, как тихий голосок в голове, который она так ненавидела, восстал, уговаривая свернуть. То, что ее сестра зависала с Мелениным в школе, еще ничего не значило. Он ведь рядом с Анжелой вечно ошивался поблизости, но за все годы их отношения никак не продвинулись с мертвой точки. Да и ради встречи с ним Анжела бы не пришла сюда — она за ним никогда не бегала, только позволяла быть рядом, набрасывая на себя мудреный загадочный вид. Иногда Беллу раздражало, что симпатии одного мальчика ей хватило, чтобы считать себя какой-то сердцеедкой.              Наплевав на все, Белле хотела развернуться и пойти назад. Огонек злости уже стремительно затухал. Белла остановилась на месте, не зная куда податься. Она же не зря это место нашла, в конце концов? Хотя с каждой минутой Белла начинала в этом сомневаться.              Место и вправду было, как из ужастика какого-то — разобранная арматура аттракционов наводила лишнюю тоску, а из окон старого поломанного самолета на нее будто кто-то смотрел. И никого живого рядом не видно. Может, ребята сегодня решили не приходить на свое любимое место?              Белла начала опасливо озираться, пытаясь выцепить взглядом хоть кого-то поблизости. Мало ли кто тут ошивался помимо Меленина и его компании? Сама она никогда не заходила так далеко. Эти места были для тех одноклассников, которые знали другую сторону жизни — все эти посиделки с бутылками алкоголя после школы, тусовки, употребление веществ и дворовая романтика. Об этом Белла могла слышать лишь украдкой, и все это казалось выдуманной или намеренно преувеличенной историей.              — Белла? — она вздрогнула, оборачиваясь на знакомый голос. Неподалеку замер Хэнк. Он едва успел выйти из какого-то обветшалого здания, которое Белла сначала приняла за заброшенный склад. Так вот где они зависали. Вздох облегчения неосознанно вырвался от появления знакомого лица. Хорошо, что ей попался именно он. Сейчас она быстренько спросит про Анжелу и уйдет так же быстро, как пришла.              — Привет, — ее голос был слишком тихим, а Хэнк все еще стоял далеко. Чудо, если он вообще ее услышал.              — Ты чего это тут? — Хэнк смотрел на нее весьма озадаченно, и Белла против воли нервно усмехнулась. Да уж, она тоже разделяла его шок. Поняв, что ее реакция выглядела странно, она сильнее впилась пальцами в ткань рукава, пытаясь зацепиться за какую-то разумную мысль. На самом деле, Белла весь путь продумывала, в какой формулировке лучше расспросить парней, но сейчас все нужные слова вылетели из головы, как специально.              — Я тут, в общем…              — Хенкалина, с хера ли ты так долго? Будешь там с инструментами полчаса зависать — мы этого монстра не сварим, — подойдя ближе, Белла замерла от другого голоса. И вот тут действительно захотелось убежать как можно дальше, но она продолжала стоять на месте, когда из импровизированного убежища вышел Киса.              Звать их по кличкам даже в мыслях было немного странно, хотя это что-то вроде условного правила, как в школе, так и за ее пределами. И все же их клички срывались с губ неуверенно, как будто она преодолевала барьер, к которому не имела права подходить — слишком панибратски это звучало.              Киса заметил ее не сразу, видимо, чересчур раздраженный перспективой сидеть на месте спокойно, дожидаясь друга. Белла уже хотела прервать неловкое молчание, когда Киса наконец ее заметил. Удивление на его лице доставило ей смутное удовольствие — в конце концов, нечасто Кису удается сбить с его раздражающей уверенности. Но как только шок прошел, в его глазах загорелся тот самый азарт, который она не раз замечала. И ей все это жутко не нравилось.              — Какие люди. И что привело тебя, белочка, в нашу темную чащу? — наглая ухмылка совсем сбила ее мысли, и Белла напрочь забыла об Анжеле, уставившись на Кису в ответ.              — Уймись, Кис, — спокойный голос Хэнка помог ей очнуться, — Тебе что-то нужно, Белл?              Хэнк всегда относился к ней нормально. Они точно не были друзьями, даже частыми собеседниками, но иногда делали по химии лабораторные вместе, что помогло им немного сблизиться. Кроме того, на уроках литературы именно она, Мел и Хэнк высказывали самые интересные мысли касательно произведений, хотя комментарии Хэнка обычно были сухи и информативны. А вот Мел нередко мог тираду на пол-урока устроить.              — Анжела сюда не приходила случайно? Просто мы договорились встретиться, а она куда-то делась. Я подумала, может, она к Мелу зашла, — Белле стало неприятно из-за того, как беспомощно это прозвучало. Наверняка, теперь они подумают, что даже родная сестра решила запросто кинуть ее, пока Белла тут таскалась, как брошенный на улице котенок. Хэнк заметно смягчился, и от его взгляда Белле стало не по себе. Ещё жалости ей не хватало.              — Если бы еще и эта сюда приперлась, Мел бы окочурился на месте, — ей дико не хотелось переводить взгляд на Кису, который смотрел на нее в упор весь разговор. Ей было стыдно. Выставила себя брошенкой, зря заявилась в такую даль, еще и с этим столкнулась. И планы пройтись по магазинам с сестрой полетели нахрен.              — Ладно, я пойду тогда.              — Подожди-подожди. За тридевять земель приперлась просто, чтобы свалить после одного вопроса?              — Кис, — Хэнк несильно пихнул его, — А вообще, Мел еще не пришел. Может, он правда сейчас с твоей сестрой придет. Подожди у нас, если хочешь.              — Не надо, не хочу вам мешать, — Белла развернулась, собираясь оставить их, как Киса быстро обогнал ее, встав чуть спереди. От резкого сокращения дистанции Белла неосознанно попятилась.              — Да какой мешать, бельчонок? К нам такие гости не каждый день заходят. У тебя ж все равно пока с сестрой все непонятно, а так с нами посидишь. Пошли, моцик покажу?              От такого напора Белла чуть не дернулась в сторону, но пытаться сейчас его обойти было бы грубо. Белла обернулась к Хэнку с надеждой на помощь, но тот воспринял ее взгляд иначе.              — Мы точно не против, — ободряюще улыбнулся он, подумав, что она лишь боялась их утруждать.              — Я.., — Белла не знала, что ответить на такое предложение. С одной стороны, ей не сильно хотелось оставаться в обществе этих двоих. Они в школе то толком не общались, с чего вдруг им предлагать такое? А с другой, еще сильнее она не хотела возвращаться домой, в уютное безопасное пространство, где все неприятные мысли вновь нападут на нее скопом, и отвлечься от них уже не выйдет.              — Ты-ты, — Белла снова повернулась к Кисе, который беззлобно ее поддразнивал. Он стоял слишком близко и продолжал беспрепятственно на нее глазеть. Она в ответ так спокойно смотреть не могла, лишь мазала взглядом его скулы и шею, не решаясь поднять взгляд выше. Честно говоря, дело было не в Кисе — Белла всегда избегала зрительного контакта, особенно вблизи. Она не знала, в чем причина — просто смотреть было неуютно, и глаза чуть ли не болели, стоило пытаться пересилить себя. Исключением были только сестра и Ника.              Белла была уверена, что ее привычка почему-то задевала Кису. Он никогда не говорил об этом, но при любом контакте часто пытался поймать ее взгляд, словно ее реакция была вызовом для него.              — Ты даже смотреть на меня ссыкуешь? — Белла неловко замялась от явной провокации в его тоне, — Ладно, лапа, беги домой, поджав хвостик, а то дар речи уже потеряла.              — Нет, я останусь, — она все-таки рискнула посмотреть ему в глаза и снова наткнулась на мимолетное удивление, быстро сменившееся интересом.              — Надо же, ты умеешь выключать режим трусишки.              — Я не трусишка, — понизив тон, процедила Белла. Много он о ней знает вообще? Умник нашелся. Конечно, если Киса наглел и мог влезть в чужое пространство, то обязательно ждал того же уровня открытости от других.              — Что, даже зубки мне покажешь? — Киса не воспринимал ее недовольство всерьез, только радуясь перспективе новой игры. Белле не хотелось поощрять его, но от Кисы не так-то просто увернуться — если он хотел внимания, то получал его любым способом.              — Покажите уже свой мотоцикл, — откровенная резкость тона смутила ее саму. Спустя секунду Белла добавила, виновато оглядываясь на Хэнка, — Если вам несложно.              Белла не любила мотоциклы, если не больше. Дело было не в прилежном поведении или чем-то подобном, а в том, что звук заведенного мотора всегда ассоциировался у нее с самым ужасным в ее жизни.              Прошло уже столько времени, забудь. Это не тот мотоцикл, не то место, не тот человек. Угомонись.              Если бы было так просто приказать себе.              — Ты чего замерла? — Киса несильно пихнул ее вперед, и Белла поняла, что действительно встала, как истукан, когда Хэнк подошел и завел мотор, намеренно красуясь.              — Извини, задумалась немного, — она чувствовала взгляд Кисы, но он ничего не сказал, только коснулся локтя, побуждая пройти дальше. Мотоцикл быстро завладел ее вниманием, и Белла не сдержала восхищенного вздоха от осознания, что они собрали его самостоятельно. Для них мотоцикл был их детищем, гордостью, а не просто купленной игрушкой на папины деньги.              Именно поэтому от их мотоцикла веяло бунтарским духом. Белла знала, что эта просветленная компашка — не единственные, кто хотели относить себя к подросткам против системы. У них почти весь класс сходил с ума от переходного возраста и пытался строить из себя непонятно что. Но Мел и его друзья всегда были особенными — они не были детьми, которые пудрили мозг красивыми словами, в них и вправду цвела какая-то неукротимая дикость. И новеньких в этой компании никогда не было — всегда были только Мел, Хэнк и Киса. Все трое — один механизм, и каждый из них знал свое место.              Белла слышала, что с ними еще тусовался Гена — диллер, давно окончивший школу. Но про него она знала слишком мало, чтобы что-то утверждать — то ли он был их другом, то ли просто поставщиком всякой наркотической бурды, она не разбиралась.              — Нравится? — Киса уже уселся на диван и расслабленно перебирал струны электрической гитары, пока Белла, оторвав взгляд от мотоцикла, принялась снимать с себя пальто. Несмотря на открытую дверь и заметную дыру в крыше, тут было относительно тепло.              — Да, — кажется, им все-таки было важно узнать ее мнение, хотя Белла не понимала почему. Не то чтобы ее можно было назвать специалистом в этой области. Хэнк сосредоточенно разбирал детали, и Белла цеплялась взглядом за каждое движение. Процесс явно умиротворял Хэнка, тот методично и спокойно продолжал свою работу, не обращая внимания ни на что вокруг. Белла даже позавидовала немного — в последнее время ей сложно было вот так погрузиться, забыв обо всем.              Посмотрев в сторону Кисы, Белла наткнулась на внимательный взгляд карих глаз и сразу вернулась к рассматриванию мотоцикла. Может он хотел поговорить с ней? В таком случае, ей оставалось только пожелать удачи самой себе. Она понятия не имела, стоит ли начать разговор самой. Да и о чем говорить то? Общих тем у них явно было немного, если они вообще были.              — А знаешь интересный факт про Пушкина?              — Кис, заткнись, — Хэнк угрюмо взглянул на друга, который рассчитывал хоть как-то привлечь к себе внимание, — Тупая шутка.              — Ага, сам ржал над этим утром, а тут вдруг просветлел, — Белла непонимающе переводила взгляд с одного на другого. Стоило как-то вмешаться, пока эти двое цапаться не начали.              — А давно ты играешь? — Киса не сразу понял, что вопрос был адресован ему.              — Я-то? Да класса с седьмого начал. Ты то у нас больше по Моцартам и Бетховенам разбираешься, — Белла тяжело вздохнула. Откуда он вообще был в курсе, что она ходит в музыкальную школу?              — Почему это похоже на претензию?              — Классическая музыка тоже неплохая, — от комментария Хэнка Белле сильнее захотелось закатить глаза. Неплохая, конечно. Будто ей одолжение тут делали, не иначе. Киса усмехнулся на попытку друга смягчить разговор.              — Если заснуть хочешь побыстрее, — Белла поджала губы в ответ и начала ходить по помещению, лишь бы не смотреть больше на Кису. Вот ему вечно надо было ее как-то поддеть, дело принципа прямо-таки. Зачем тогда вообще было ее приглашать?              — А почему Мел не с вами? — Белла чуть повернулась к Хэнку, но вразумительного ответа ждать было бесполезно. Он был слишком увлечен работой и лишь пожал плечом.              — С проповедником застрял, наверное. Философию жизни перетирают, — на слова Кисы она ничего не ответила. Украдкой Белла взглянула на него, заметив, как узловатые пальцы перебирали струны, выдавая интересную, красивую мелодию, напоминающую что-то из старого рока. Если бы это был кто-то другой, Белла бы похвалила такой талант из простого набора звуков создать что-то особенное. Но это был Киса, пять секунд назад унизивший ее хобби, поэтому Белла упрямо молчала.              Несмотря на заброшенность снаружи внутри здания все было устроено вполне уютно. Даже некоторые автоматы могли быть пригодны для игр, но вряд ли к ним кто-то прикасался. Все это вновь всколыхнуло в ней грусть. Парк мог бы быть очень хорошим, но в их городе все увядало, не успев толком появиться. Весь их город — сплошной утраченный потенциал.              — Ты обиделась что ль? — Белла едва вздрогнула, когда резкие нотки ворвались в меланхоличные мысли. Разговаривать с Кисой не хотелось — каждый их диалог скатывался в что-то несуразное, и она в толк не могла взять, почему он вообще заинтересовался ее обществом. Молчание подзатянулось, и Киса расценил это по-своему, — Да ладно, я же в шутку.              — Не смешно, — буркнула она скорее самой себе. На самом деле вступать в конфронтацию с Кисой было по меньшей мере неразумно. Но Беллу бесило, когда ее интересы подавались такой тупой критике, — Хотя довольно ожидаемо.              — Че ожидаемо? — Киса, перестав играть, обернулся к ней, но Белла не отвечала на его взгляд. Обойдется.              — Что ты это скажешь. Про классическую музыку так говорят только те, кто слушают ее вполуха, — язвительная ремарка соскочила с языка прежде, чем включился голос разума.              — Белл, не бери в голову, — Хэнк перестал заниматься сваркой, почувствовав напряжение ситуации.              — То есть, я типа недостаточно интеллигентная персона для тебя? — она краем глаза увидела, как Киса встал со своего места, собираясь подойти. Если она сейчас стушуется, то проиграет сильнее.              — Нет, просто ты не уважаешь чужие взгляды. Классика так же чудесна, как и любое музыкальное направление.              — Рэпчик, например? — Белла быстро поморщилась, не успев отследить свою реакцию. А вот Кису это повеселило, — Какая двуличная вы, Белла Бабич.              — Ну это может кому-то нравится, но точно не мне. Но я же не говорю, что рэп абсолютно точно хреновый для всех.              — Но очень хочешь сказать, — довольно протянул Киса, практически считывая ее мысли, — Нечестно, бельчонок, нечестно.              — Все равно. Мне классика нравится так же, как и рок. А при мне грубить про мой музыкальный вкус некрасиво, — буркнула Белла, окончательно сдувшись. Кого она тут собралась манерам учить? Кисе до ее чувств не было никакого дела, хоть соловьем она будет петь о красоте классической музыки. Честно говоря, она не так уж сильно ее превозносила, рок и вправду стоял на месте повыше, но вслух об этом говорить было необязательно.              — Ну не дуйся. Не будь она красивая, все б так голову не теряли от всех этих оркестров, консерваторий и всего подобного. Хотя я честно не понимаю, как у тебя сил хватает там высиживать — вы ж там всякие азы учите. Нет такого, что типо сами выбираете композиции?              — Нет, — тут она была согласна с Кисой, ей самой хотелось бы выбрать себе в программу то, что пришлось бы по душе, а в итоге все выбирала преподавательница.              — Тоска смертная, — категорично отозвался Киса, и Белла вздохнула недовольно.              — Азам тоже надо учиться, к тому же на выступлениях мы ограничены.              — Желание продолжать играть не отбивает? Если бы меня пытались заставить муштровать хуету, которая не интересует, я бы быстро забросил, — Белла, сдавшись, все-таки пошла к дивану, присев специально как можно дальше от одноклассника. Хэнк слушал их молча, никак не вмешиваясь.              — Отбивает, но мне надо доучиться, — Белла сама не ожидала, что так запросто ответит начистоту. На самом деле, это было почти наболевшее. Ей хотелось играть и изучать другое, а приходилось выбирать из того, что есть, даже когда душа к этому совсем не лежала. Она успокаивала себя тем, что это лишь этап — главное, чтобы она отработала необходимое сейчас и набралась опыта для более красивых музыкальных произведений.              — Зачем, ты ж умеешь уже? Или ты собираешься прям работать в консерватории? — честно говоря, Белла думала об этом — точнее ей намекали на такой вариант, но музыка не манила ее настолько сильно. Она скорее надеялась получить от музыки какую-то отдушину, и то выходило не всегда, порой занятия только раздражали, а от перспективы просто заучивать ноты, которые ее не трогали, хотелось порой захлопнуть крышку фортепиано и уйти.              — Нет, я как-то для себя.              — Ну, вот. Для себя до победного идти не обязательно, — ей не приходила эта мысль в голову, почему-то Белле казалось, что уходить уже было неправильно. Да и мама бы не одобрила, она всегда поощряла ее учебу в музыкалке.              — Ну, я пока еще набираюсь опыта, — Киса хмыкнул недоверчиво, но приставать не стал, поняв, что тема исчерпана.              — На чем играешь то хоть?              — Фортепиано, иногда скрипка.              — А на гитаре не хочешь попробовать? — Киса чуть наклонился к ней, заговорщически прошептав, — Если что тут и репетитор найдется, такого в твоей музыкалке с руками оторвали бы.              — Кто? — Киса с секунду посмотрел на нее, как на тупую, пока до нее не дошло. Хэнк сзади негромко рассмеялся.              — Хули ржешь, Хенкалина?              — Я б тоже так затупил на ее месте, — от грозного взгляда Кисы можно было провалиться под землю, но Хэнку все его заморочки были нипочем, привык уже к выкрутасам друга.              — Да я не то имела в виду, просто.., — Белла не знала, как нормально реабилитироваться, но возмущение Кисы уже стухло. Он вернулся к перебиранию струн на гитаре, и на секунду Белла замерла, наблюдая, как его пальцы ловко управлялись с инструментом. Киса смотрел на гитару с очевидной любовью, и это чувство их роднило, — Тебе очень нравится играть, да?              — Конечно, это моя красотка. Учти, я на ней учить за просто так не буду, она слишком нежная даже для тебя, бельчонок. С ней надо ласково и любяще, — Белла смущенно улыбнулась, наблюдая, как Киса игриво погладил корпус гитары.              — Я не уверена, что хочу, — Киса удивленно глянул на нее, оторвавшись от своего занятия.              — Ты чего? Я тут такую возможность не каждому предлагаю.              — Это правда. Если ее кто тронет без разрешения, он башку оторвет, — дополнил Хэнк, но Белла в ответ виновато пожала плечом.              — Я подумаю, но мне больше гитару слушать нравится. А играть на фортепиано привычнее.              — Хотя бы запомни на будущее, — Киса подмигнул ей, — От меня такие предложения поступают нечасто. Просто я вижу, что тебе музыка правда в кайф, хотя, по-моему, ты и дрочишься в музыкалке зря.              Продолжить дискуссию они не успели, так как к ним ворвался Мел, на ходу снимающий шапку с пальто.              — Ребят, я тут немного полетал и решил спуститься на грешную землю. Белла? — Мел удивленно уставился на нее.              — Белла, — не замедлил подтвердить Киса, — Все норм, у тебя не приход. Ты лучше скажи, где шлялся?              — Меня опять склоняли переехать в Питер. Проповедник наш спит и видит, как я там очаровываюсь плавающими в реке трупаками и безысходностью своего существования. Только еще красивее и поэтичнее. А какими судьбами ты тут, Белл?              — Ты мою сестру, конечно же, не видел, — прозвучало скорее, как утверждение, нежели вопрос. Белла уже не скрывала свое разочарование, от напоминания об Анжеле все легкое настроение, появившееся за разговор о музыке, стихло, оставляя лишь стылый пепел обиды. Ей и ругаться то уже не хотелось с этой, все равно без толку.              — А должен был? — Мел удивился еще сильнее, явно ожидая объяснений.              — Я просто подумала, может она тут. Ладно, тогда я пойду.              — Ну и хрен с ней. Будешь без нее тухнуть? Ты — девочка взрослая, можешь и без сестренки под ручку ходить.              Белла смущенно зарделась, не понимая, как Киса умудрялся разжигать в ней возмущение всего лишь парой слов.              — Ты о чем?              — О том, что не обязательно с ней вечно таскаться. С нами то повеселее будет, — Киса взял стоящую рядом с диваном бутылку пива и предложил ей, будто преподнес новогодний подарок.              — Нет, спасибо, — поспешно ответила Белла. Киса выглядел так, словно она отвергла предложение долгой и надежной дружбы.              — Приличной девочке нельзя? — Белла поджала губы. Как же хотелось стереть эту поганую нахальную ухмылочку с его лица. Киса обожал к ней цепляться, словно само ее существование выводило его из себя. Белла не понимала, чем заслужила такое внимание. Она даже не считала себя какой-то дико прилежной — с учебой и правилами она не носилась, как угорелая, предпочитая спокойно отсиживаться в стороне, — Сестренка твоя и то не побаивается.              — Не боюсь я, просто мне не нравится особо, — Белле не то чтобы запрещали пить. Наоборот на праздниках папа мог ей даже подлить чего-нибудь этакого, но Белле обычно было все равно. У нее не было тяги к алкоголю, и она не особо понимала, почему все подростки так с ума сходили от перспектив покурить или выпить.              — Довольно ожидаемо, — передразнил ее Киса, и Белла возмущенно зыркнула на него.              — Белл, не обращай внимания, он просто дурачится, — она даже забыла на какое-то время про других, пока не услышала голос Хэнка. Мел же молча заинтересованно смотрел, ожидая продолжения сцены. Их спор прям представление для них, что ль?              — Дай сюда, — Киса сначала не понял, поэтому Белла не стала ждать, выхватив бутылку пива прямо из его рук. Она не прилежная и не занудная, как бы Киса старательно не вталкивал ей этот образ. Обойдется, она сама докажет, что его представление — фальшь, он ничего о ней не знает. Энтузиазм, однако, длился ровно до того момента, пока Белла не осознала, что не может открыть треклятую бутылку.              — Дай сюда, чудо, — холодные пальцы аккуратно перехватили бутылку, и Белла слегка дернулась от прикосновения. Где-то на периферии сознания у нее и до этого мелькала мысль, что он сидит поблизости. Но вот теперь, когда Киса сократил расстояние еще сильнее, прижимаясь к ее коленям своими, Белла осознала ярко и четко, что он чересчур близко. Достаточно было просто повернуть голову, чтобы впритык упереться в его шею, почувствовать запах никотина. Резкий звук отлетевшей пробки отнюдь не разрушил странное напряжение.              — На, оно теплое уже, конечно, но тебе ж и так сойдет?              — Ага, — вся злость утихла, и Белла осознала, как тупо поступила, легко поддавшись на провокацию. С ним всегда было так, с Кисой спокойствие и способность разумно мыслить позорно сдавала, оставляя голые импульсы. Белле боялась так терять контроль. А Киса будто это и знал, специально подталкивая и проверяя с любопытством, струхнет ли она.              Белла отпила немного, и горькая жидкость заставила ее сморщиться, пока жар напитка стремительно поселился в животе. Она услышала резкий смешок совсем рядом, но уже не дернулась — Киса смотрел на нее и откровенно лыбился. На секунду у нее возникло желание как бы случайно пролить гребанное пиво на него, но Белла удержалась. Ей бы еще в целости домой добраться.              — Даже не сплюнула обратно. Умница, горжусь, — Белла была уверена, что покраснела от его слов, еще и сказанных таким тоном. Она молча подала бутылку обратно, стараясь не пересекаться с ним взглядом. Киса будто специально тянул с тем, чтобы просто взять ее и отстать, вместо этого мимолетно слегка погладил ее пальцы своими, пока перехватывал бутылку. Наверняка, ей просто показалось.              — А Ника где? Странно, что она с тобой сюда не понеслась, — Мел переключил ее внимание на себя. Он уже тоже откопал где-то пиво и пил, задумчиво уставившись на нее. Иногда Белле было до жути интересно, что происходит в его голове — раньше она чуть ли не восхищалась Мелом, постоянно бегая рядом и пытавшись с ним подружиться. Сейчас это утихло, но его ум то и дело привлекал ее внимание — она цеплялась за его нестандартную картину мира, потому что находила в нем какую-то отдушину, но весь потенциал возможного общения затух, потому что в списке его интересов Белла была явно на последнем месте.              — Она на кастинге должна быть, сегодня же приедет какой-то режиссер из Москвы рекламу снимать, — Белла замолчала, когда ее вдруг осенило. Выходит, Анжела променяла их день на кастинг, никак не предупредив?              — Да, я слышал, это в отеле как раз проходить будет. То-то папа сегодня лучшую рубашку надел. Думаешь, Анжела там?              — Не знаю, — на самом деле, Белла была уверена, что сестра пошла туда. И это она то недавно затирала ей про, что все это параша для тех, кто не может найти лучшего варианта. Соврала, выходит. Опять.              — Пошли, проводим тебя. Ты ж теперь туда намылилась? — Киса встал, быстро натянув куртку, — Все равно интересно глянуть, что там за шумиха с этим.              Парни живо одобрили эту идею, начав собираться, и Белла решила, что, пожалуй, лучше и правда сходить. На крайний случай, она хоть с подругой увидится.              — А где? — Белла потерянно уставилась на подлокотник дивана, где еще минуту назад точно лежало ее пальто.              — Спер, продам за большие деньги и наркотой затарюсь, — Белла аж дернулась от того, как резко Киса оказался позади нее. Он специально наклонился, прошептав это почти ей на ушко. Чуть обернувшись, Белла заметила в его руках свое пальто, — Вы ж так с сестренкой про меня думаете?              Белла потерянно замолчала. Она весьма сомневалась, что Кису могло задеть ее мнение. Он же никогда не парился, что о нем все вокруг думали, иногда даже специально заигрывался и строил из себя раздолбая похлеще, чем был на самом деле.              — Про сестру ничего говорить не могу. Но я не думаю, что мое пальто поможет тебе многое прикупить, — Белла уже потянулась к бархатной ткани, как Киса ловко отвел руку, не позволяя даже коснуться, — Ты серьезно? Опять?              Киса только довольно посмотрел на нее, и Белла недовольно поджала губы. Ей не хотелось гоняться за ним, они больше не маленькие дети. Тем более снова поддаваться на его уловки было делом проигрышным. Одного раза хватило. Поэтому она просто уставилась на него максимально недовольным взглядом, скрестив руки на груди.              — Какая грозная Белла, — у Кисы это вырвалось почти умиленно, — Повернись, давай. Побуду джентльменом.              Сначала Белла не поняла, но послушалась и позволила Кисе аккуратно накинуть ей на плечи пальто, помогая одеться. Надо же, действительно включил манеры. Киса ненадолго задержал ладонь на ее спине, и Белла неловко замерла, почувствовав себя пойманной в капкан.              — Раз уж мы премся к твоей сестре, хотел уточнить один момент. Ты же собираешься хорошо с ней разосраться, да, бельчонок? — Киса снова склонился к ней, намеренно говоря тише. Белла чувствовала кожей шеи чужое дыхание, от которого мурашки пробегали, будь проклята чертова чувствительность.              — Да, — Киса легко погладил ее локоть в знак одобрения.              — Вот и умница, устрой ей там капитальный разнос. Только постарайся не перед Мелом, я этого рыцаря отвлеку если что.              Белла не успела ничего ответить, как Киса уже отошел от нее, перешучиваясь с парнями, как ни в чем не бывало. Мел, казалось, не заметил недолгой заминки, а вот Хэнк посмотрел на нее, чуть улыбаясь, от чего Белла немного смутилась.              Больше всего удивляло, что Киса был на ее стороне. И почему-то от этого прежняя решимость вновь вернулась к ней, настойчиво побуждая пойти к двери.