Проклята с рождения

Мужчина вальяжно сидел, навалившись на спинку кресла, обитого бордовым бархатом. В пухлых руках он вертел гранённый стакан, наполненный виски лишь на треть. Задумчивый взгляд блуждал по краям чистейшего венецианского стекла, сам же мужчина то и дело хмурился своим мыслям. - И как мне выманить её? - промолвил тот в пустоту. Девушка должна принадлежать Ему. Её сила, бессмертная кровь, обезоруживающая красота вкупе с острым умом - всё должно подчиняться Его воле. Она сыграла бы отличную партию, сослужив неплохую службу в Его делах. В пытках при должном обучении ей не было бы равных. Заклинания, скреплённые её кровью, обладали бы непомерной мощью. Нужна. Он хочет себе этого солдата. Хочет до зуда под кожей. Но торопиться нельзя. К тому же, если девчонка знает о своей сущности, знает о Нём самом, то это представляет угрозу для Него. Нужно найти её слабость. Найти то, что позволит манипулировать ею, как марионеткой, стоит лишь потянуть за нить. Кажется, ангел небезразличен ей, как и она ему. Стоит только подождать, когда чувства ослепят её, и она сама придёт к Нему, беспомощно раскинув руки. Да, пожалуй, это неплохой вариант. Осталось не соваться к Винчестерам и ждать. А ждать Он умел лучше всего... POV Кристи. Я сижу, закутавшись в одеяло и смотрю на всех по очереди. - Может, вы всё же объясните, какого чёрта тут происходит? - недовольно спрашивает Дин. Кажется, он ужасно зол и балансирует на краю своего спокойствия. Я устало вздыхаю, посмотрев на Каса. Тот, ужасно смущённый, сидит на кровати в одних трусах и черном галстуке. - Эй, я что, со стенкой разговариваю? - недовольства не убавилось. Винчестер старший распаляется всё больше, с каждой секундой становясь ещё раздражённей. - Дин, тебе что непонятно? Что объяснить? Как заниматься сексом и как это выглядит? Возьми энциклопедию для подростков, почитай! А если не умеешь читать, то там и картинки есть, полистаешь! - нервно выпаливаю я. Опешив от такой наглости, тот не сразу находит, что ответить и только пару секунд спустя реабилитируется: - То, что ты собиралась лишить моего ангела невинности, это я заметил! Я спрашиваю, какого чёрта ты жива, а он молчал?! И не только молчал, а ещё шуры-муры тут наяривает! - А что я помереть что ли должна? Так достала, что уже похоронить меня не терпится? - Пусть Кас мне ответит! Кастиэль как по мановению волшебной палочки тут же откликается: - Я изучал сущность её. - О, это мы с Сэмом хорошо разглядели. И как проходят исследования? Кричит громко при опытах? - Дин, - очнулся Сэм, тактично поправив брата. - Вы, оба, прекратите наезжать на Каса! - прикрикиваю я, а потом будто виновато выдаю, - это я... - Что ты? Я шумно втягиваю воздух, а потом выпаливаю на одном дыхании: - Я просила его, чтобы он не выдавал меня Вам. Он тренировал меня, учил самообороне, потому что я - нефелим. Сэм и Дин недоумевающе переглядываются. - Нефе-кто? - Нефелим, - вмешался Кас. - Наполовину человек, наполовину ангел. Я изучал её способности. Изучал её родословную. Бобби точно её отец. Правда, не совсем помнит это. Его сознание затуманили, когда дело было завершено. Но я могу увидеть правду. Только это будет болезненно для него. - В каком смысле болезненно? И что это за хренотень вообще? - в своём репертуаре осведомляется Зеленоглазка. - Ты мне не говорил о том, что ты нарыть уже на меня успел! - возмущаюсь я, но моего восклицания, видимо, никто не замечает, и они продолжают вести диалог между собой: - Мне нужно будет залезть в его душу и расчистить память, увидеть то, что сокрыто от взора. Это болезненно для человека весьма. - Нефелим - это плохо? - спросил Сэм. - Ангелами на небесах в гарнизоне это не поощряется и считают они это грязью, истребляя ей подобных. - Что? Истребляя?! Считают грязью?! Кас, какого хрена? Ты ни черта не говорил мне об этом! Чего я ещё не знаю?! Моему недовольству просто нет предела. Это уже слишком. Я доверилась ему, чуть не отдала саму себя на растерзанье (ну ладно, это я его чуть не растерзала, но суть не в этом), а он такие танцы-свистопляски наворачивает! - Пугать тебя я не хотел. Лишь сохранить жизнь твою и обучить твоим способностям. - Каким ещё способностям? - интересуется Дин. - Она бессмертна, скоро процесс старения будет остановлен. И также силой обладает великой. Хоть и миниатюрна с виду, а должна быть громилой. - Спасибо за комплимент! - почему-то я обижаюсь. - Значит так, голубки-испытатели, слушайте меня внимательно. Сейчас мы едем обратно к Бобби, выясняем всю эту хренотень с отцовством и этой ангельской байдой, а потом уже решаем, что делать и куда её пристроить, усекли? - Не надо никуда меня пристраивать! У меня есть дом! - А ты вообще молчи. Теперь мы должны присматривать за тобой. К тому же, ты дочь Бобби. И мы тем более не можем допустить, если с тобой что-то случится. - Эй, ты, Эйнштейн, я бессмертная, забыл? Это ты с братом коньки быстрее отбросишь, вообще-то. Так что выключи свой "братский семейный режим" и вали к чертям собачим. Дин злобно прищуривается, подходит ко мне в плотную и прямо в лицо выдаёт: - Хорошо, что ты не умрёшь. Можно будет грохнуть тебя пару раз для успокоения моей грешной души. Я замолкаю. - Одевайтесь быстрее и поехали. Ждём в соседней комнате, чтоб не сбежали. - Уверенно заявляет Винчестер старший. После чего добавляет, - ах да, Кас - не вздумай слинять с ней куда-нибудь, используя свой телепорт, всё понятно? Кастиэль кивает головой в ответ, признавая капитуляцию. Дин и Сэм выходят из комнаты, оставляя нас наедине. - Кас, всё ведь будет хорошо? Они не тронут меня? - с опаской в голосе тут же спрашиваю. - Они не причинят тебе вреда. И я никому не позволю обидеть тебя. Никогда. Я улыбаюсь, а внизу живота все чувства отдают невыносимой свинцовой тяжестью. Неужели влюбилась? Идиотка проклятая. Я пристально смотрю на него. Какое-то время он смотрит на меня в ответ, а потом так невзначай оброняет: - Одевайся, - потом нахмурившись, добавляет, - пожалуйста. Я лишь коротко киваю в ответ. Вроде ничего не происходит, в комнате стихает. Воцарившее молчание нарушают лишь доносящиеся из гостиной приглушенные голоса братьев. Но я чувствую, что то, что сейчас происходит очень важно. Важно не для кого-то из присутствующих в моём доме людей, а для меня. Почему-то, моё сознание одолевает приступ нежности, и я улыбаюсь. Искоса наблюдая за ангелом, с жадностью ловлю каждое его движение. Они неровные, неуверенные, нелепые. Так много "не", но это не отталкивает меня, не заставляет отвернуться, а наоборот приковывает взгляд. Может, именно это "не" я и искала? Может, именно это "неровное, неуверенное и нелепое"? - Кристи? Я даже не замечаю, как Кастиэль обращается ко мне. Туманная пелена спадает с глаз, и я смотрю на него. Он застыл с маской неловкости и стеснения на лице. Наверное, это потому, что я так пялюсь на него. В его сильных руках покоится безжалостно скомканная рубашка, а в бездонной синеве глаз прячется что-то, что я никак не могу разгадать. Любопытство? Желание? Может, любовь? Нет, глупая. Прекрати даже мыслить об этом. Вы знакомы меньше месяца. А вместе провели чуть меньше пары недель. Любви так быстро не бывает. К тому же, он ангел. И это не лестное приторно-сладкое сравнение с небесным божеством с младенческой попкой, пушистыми белоснежными крылышками и золотистым нимбом. Он и в самом деле ангел, сражающийся со злом вместе со всем небесным гарнизоном, как бы бредово и параноидально это не звучало. Мой мысленный поток снова прерывает его низкий, бархатный голос: - Кристи, всё в порядке? Я коротко киваю и, улыбнувшись, отвечаю: - Всё замечательно. Правда. И с чего бы вдруг я вся такая ласковая и покладистая? Всего несколько минут назад я хотела грубо его трахнуть, а теперь плавлюсь от тепла собственных медовых мыслей? Надо срочно отвлечься и вернуть себе наглость и уверенную ухмылку. Прекращаю думать об этой сексуальной пернатой заднице и иду по направлению к моим разбросанным по разным сторонам комнаты вещам. Кас уже оделся, пока я размышляла о прекрасном, пялясь на очертания его тела, пытаясь запомнить каждую царапинку и изгиб. - Мне ждать тебя тут или там? - Я выйду, иди. - Хорошо, - говорит он так, будто виноват в чём-то, а потом выходит из комнаты, прикрыв за собой дверь. Тишина давит на слух. Я натягиваю на себя то, в чём безмятежно до этого расхаживала по дому, и выхожу в гостиную. Все трое сразу оборачиваются ко мне. - Ты что же, не будешь брать с собой никаких вещей? - удивлённо замечает Дин. - Каких вещей? - я и в самом деле не понимаю, о чём он говорит. - Мы, вообще-то, сейчас уезжаем. - Очень рада за вас, конечно, но я-то тут причём? - Ты такая смешная, - усмехается Дин. - Кристи, будет лучше, если ты поедешь с нами, - тактично объясняет Сэм. Как и в прошлый раз - сама любезность. - Я, вообще-то, никаких каникул не планировала. - Придётся устроить внеплановую экскурсию в Южную Дакоту. Хочешь ты этого или нет. Мне кажется или Дин в действительности наслаждается тем, что доводит меня до белого каления одним своим видом? - Кристи, правы они. Нам стоит отправиться к Бобби, чтобы узнать, отец ли он твой, - почти с мольбой в голосе говорит Кас. - И когда исчезнет этот твой небесный акцент? - недовольно покачиваю головой, а затем добавляю, - ладно, хорошо, я еду. Только скину пару вещей в сумку. Дождитесь меня внизу. Я недолго. - Да конечно! Ещё чего! Думаешь, мы тут дураки такие? А вдруг ты сбежать вздумала? Ну уж нет. На сборы тебе даётся десять минут и не больше. Время пошло. Этот зеленоглазый отвечает как всегда в своём выдержанном стиле. Раздражает. Но в ответ на его слова, которые явно не предназначены для споров, я, вместо того, чтобы язвительно ответить, лишь презрительно хмыкаю, показывая всем своим видом, что такой расклад меня не особо устраивает, а затем ухожу в комнату, чтобы собрать вещи. Я вытаскиваю с верхней полки свою дорожную сумку, кидаю туда пару тёплых свитеров, ещё одни джинсы, вторую любимую рубашку в клетку, две майки и кеды. Захожу в ванную, беру средства гигиены - зубную пасту, щётку, шампунь и ещё пару мелочей - потом возвращаюсь к чемодану, складываю оставшиеся вещи и застёгиваю молнию. Оглядываю комнату. Я так редко бываю в этих стенах, что совсем не чувствую их своим домом. Взгляд падает на прикроватную тумбу, и я замечаю лежащий там на цепочке кулон - единственное, что осталось от родителей. Ну, это был не то чтобы кулон, просто так я прозвала гильзу от патрона калибра примерно сорок пятого. Она не была отлита из обычного металла, скорее всего, это было именно серебро. В ней было отверстие, через которое была пропущена серебряная толстая цепь. Это единственное украшение, что у меня есть. А единственное потому, что лучше него просто не бывает. Я подхожу к тумбе, беру гильзу и надеваю её на себя, спрятав под майку. Теперь готова идти. Думаю, с этого дня моя жизнь совсем встанет с ног на голову. Я выхожу из комнаты в гостиную, ожидая увидеть там трёх здоровяков, но их не оказывается в доме. Уже спустились. В последний раз оглядываю свою квартиру, надеваю болотного цвета куртку, обуваюсь в ботинки, затем беру сумку за ручку и переступаю порог. Вставляю ключ в замочную скважину, проворачиваю его три раза и кладу "законную отмычку" в карман куртки. Пора. Оказавшись на улице, я вижу у подъездной дорожки чистую блестящую чёрную шевроле импалу тысяча девятьсот шестьдесят девятого года выпуска, а вокруг стоят те трое здоровяков, которые должны были поджидать меня в гостиной. - Готова? - интересуется Дин. - Готова, - отвечаю я. Не успеваю я подойти к дверце заднего сидения машины, как Зеленоглазка угрожающе заявляет: - Поцарапаешь детку - получишь в бубен. Я лишь фыркаю (как и обычно), открываю дверь и сажусь. Рядом со мной размещается Кастиэль, на переднем сиденье Сэм, ну а за рулём, естественно, Мистер Выскочка. Водитель поворачивает ключ зажигания, мотор оживает и в качестве приветствия благодарно урчит, отчего Дин расплывается в блаженной улыбке. Затем его ладонь тянется к старенькой кассетной магнитоле, нажимает кнопку "плэй", и по салону разносятся звуки AC/DC - Back in Black. Лицо охотника начинает излучать абсолютное счастье, а все присутствующие просто молчат, чтобы не испортить эти райские для Дина минуты. Когда ритуал "пробуждения" машины завершается, мы отправляемся прямиком к Южной Дакоте, в объятия моего возможного отца. Я не знаю, сколько мы ехали. Уже минут через пять непрерывного рёва мотора и оглушающей музыки я умудрилась уснуть. - Хэй, Кристи, мы приехали, - осторожно толкнув меня ладонью в плечо, говорит Кас. Я открываю глаза. В машине со мной сидит только Кастиэль. Сэм и Дин уже вышли, и стоят на улице. Не знаю зачем, но я тянусь к губам ангела и крепко его целую. Ощущение такое, будто мы прощаемся. Когда поцелуй находит своё завершение, Кас обнимает меня, прижимая к себе. Спустя какое-то время, неловкое молчание прерывается фразой ангела: "Всё будет хорошо, здесь помогут". Такой забавный в своей наивности. Я грустно улыбаюсь, обронив: "Конечно". Тянусь рукой к его ладони, аккуратно касаюсь, ободряюще сжимаю. Скорее, для своего успокоения, а не что бы вселить уверенность и без того уверенному в себе и своих силах ангелу. Молча отвернувшись, поворачиваю ручку двери и выхожу на улицу. Порывистый ветер радушно встречает меня, больно ударяя по лицу моими же волосами. Я засовываю руку в карман, где всегда ношу с собой запасную резинку для волос, и затягиваю их в высокий тугой хвост. Так-то лучше. Кастиэль выходит из машины следом за мной. - Долго же вы. Опять опыты проводили? - усмехается Зеленоглазка. - Дин, - пресекает его Сэм. - Ничего мы не проводили. Лучше идём, сделаем то, зачем приехали, - недовольно бросаю в ответ. - Хэй, к чему такое отвратительное настроение? Ни дерзкой ухмылки, ни намёков на то, что я кретин. - Хорошо, что ты не отрицаешь свой аутизм. А моё настроение тебя не касается, ясно? Дин хмурится, не найдя, что ответить. - Идите в дом, - командует тот, пристально глядя мне в глаза. - А ты останься. - Это ещё зачем? - Останься. - Да уж, аргумент. Я поворачиваюсь к Касу и смотрю на него, ожидая объяснений. Тот смотрит на меня непонимающе, из чего я заключаю, что он не в курсе предстоящего "чего-то". Сэм всё также молчит, дожидаясь Кастиэля. - Кас, идём, - просит его Великан, после чего они оба поднимаются по ступеням старого крыльца, где ангел ещё раз оборачивается ко мне, и затем мужчины заходят в дом. Дин подходит ко мне, делает глубокий вдох, силясь что-то сказать, но всё, что у него получается - это выдохнуть то, что он с усилием и напряжённым лицом усердно вдыхал. - Ну, говори уже, что хотел. - Слушай, если подтвердится, что ты - дочь Бобби, это будет значить, что ты - часть этой семьи. - Да ладно? - Просто выслушай меня, - с серьёзным лицом заявляет тот, и я сразу замолкаю, отпуская свою дерзость погулять куда подальше. Он опять вздыхает, а потом продолжает: - Но если вдруг окажется, что Кас ошибается, то ты всё равно всегда можешь рассчитывать на нашу помощь. Кажется, Кастиэль неровно к тебе дышит. Ты береги его, ладно? Сказать, что я удивилась такому повороту событий, значит не сказать ничего. Я стою, выпучив глаза и пытаюсь сказать что-нибудь внятное, но всё, что вертится у меня в голове, это вопрос: "Какого хрена?". - Просто ты не подумай, что я ненавижу тебя или недолюбливаю. Я был немного груб в первый день нашей встречи, да и вообще я всё это время как сам не свой. Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось по моей вине. Я должен был помочь, а не язвить. Я рад, что ты оказалась жива. Теперь я вообще не знаю, что сказать ему. Примерно с минуту я просто таращусь в ответ, после чего всё же нахожу, что ответить. - Спасибо, Дин. И ты тоже прости меня. Будь уверен, я не желаю Касу ничего плохого. Можешь положиться на меня. - А теперь давай сделаем вид, что этой сопливой минуты никогда не было и не покажем никому наших слезящихся от розовой нежности глаз, - с улыбкой заключает Дин. Я усмехаюсь и говорю: - Замётано, Выскочка. - Почему это я Выскочка? - Потому что. - Да уж, аргумент, - копирует меня Зеленоглазка, а потом изрекает, - пошли, а то ещё заподозрят неладное, вылетят сюда с пушками. - Пошли. Мы заходим в дом. Я разуваюсь и сразу же иду в гостиную. Там сидит, привязанный к стулу, мужчина в смокинге. На вид ему явно больше сорока, тёмные волосы с залысиной, щетина, тонкие окровавленные губы, большие выразительные глаза. Вся его одежда изорвана и испачкана кровью, как и он сам. От верёвок, которыми обвиты его руки и лодыжки ног, подымается негустой дым, будто бы тиски пропитаны кислотой и разъедают кожу. Я смотрю на пол и вижу начерченный красной краской круг, в котором разместилась пятиконечная звезда с какими-то непонятными символами. Увидев меня, мужчина улыбается так, будто мы давно знакомы и он жаждал встретиться со мной. Ощущение неприятное. - Привет, Кристи. - Как вы?.. - Кристи, эй, - послышался за спиной голос Сэма. Братья влетели в гостиную и окружили меня с обеих сторон. - Тебе не стоит тут находится, - заверил меня Дин. - Идём. Я лишь успеваю открыть и тут же закрыть рот, как меня тут же, взяв под руки, уводят из комнаты. - Что это за хренотень? Кто этот мужчина? Вы что, людей пытаете? Да кто вы вообще такие? - Полегче, тигр, полегче. Мы всё объясним, ладно? Но только не здесь, - поясняет Зеленоглазка и показывает взглядом на лестницу, ведущую на второй этаж. - Я начинаю бояться вас. Всех вас. Не забывайте, что я нефелим, и могу разнести тут всё к чёртовой матери. - Ну, это ещё бабка надвое сказала, - усмехнулся Дин. Я грозно смотрю на него, сощурив глаза. - Кристи, мы не причиним тебе вреда, - убеждает меня Сэм. - Я обещаю. Злость и страх немного утихают, и я позволяю увести себя наверх. О том, что мужчина знает моё имя, я решаю умолчать. Пока. Мы поднимаемся на второй этаж и проходим в комнату справа от ванной. Там сидит Бейсболка и Кастиэль. Мы прерываем их на интересном диалоге. - Ты, пернатый засранец, уясни, что я не дам засовывать в свою душу твои пронырливые руки! Допустим, что я мог пропустить рождение дочери, но её зачатие уж точно не могу обойти стороной! - Бобби, под влиянием был ты. Нефелимы рождаются от союза ангела и человека. Но так как ангела в его первозданном виде не дано увидеть людям, то они вселяются в особей человеческого вида, используя их в качестве сосуда, чтобы совершить сношение с мужчиной, а в данном случае с девой, и создать бессмертное потомство, наделённое большой силой. - Но эти твари не могут попасть в моё тело без моего согласия! - Это верно. Видимо, путём обмана ему это удалось. Ведь всё свершилось. - Это ещё доказать нужно! - Поэтому мы здесь, - вмешиваюсь я. - Я понимаю Вас, но для меня всё это ещё больший удар. Ведь Вам никто не говорил, что Вы не человек вовсе, а какой-то монстр, гибрид ангела и человека. Но если Вы действительно мой отец, то жизнь окажется не такой уж и плохой. Я не знаю своих родных. И сейчас я хочу добиться правды. Бобби умолкает, с удивлением глядя на меня. Впрочем, сейчас все в комнате смотрят на меня. Вау. Не ожидала от себя такой речи. - И да, прежде, чем мы начнём разбор полётов, потрудитесь объяснить, кто вы, чёрт возьми, такие и почему у вас в гостиной сидит избитый привязанный человек? - Вы позволили ей увидеть Кроули? Вы что, болваны совсем? - отчитал Бейсболка братьев. - Мы просто не успели... - мямлит Дин. - Пока мы раздевались, она вошла в гостиную. Только и всего. На минуту, потом мы сразу же увели её, - поясняет Сэм. - Эй, я всё ещё здесь! - напоминаю всем я. - И мне до сих пор никто ничего не объяснил! - Мы - охотники, - отзывается Великан. - Охотники? В каком смысле? - Мы охотимся на монстров. Убиваем всякую нечисть, - любезно объясняет Сэм. - Типа всяких вампиров, зомби и вурдалаков? - А ещё призраки, демоны, полтергейсты.... - продолжает мою цепочку Дин. - Вы спятили... - То есть существование ангелов и тебя, а именно нефелимов, ты не отрицаешь? - Но это же чушь собачья... Просто скажите, что вы пошутили и всё, потом я посмеюсь, и мы разойдёмся. - Кристи, истинны слова их, - усложняет ситуацию Кастиэль. Голова идёт кругом. Столько всего за этот неполный месяц. Вся моя жизнь перевернулась вверх тормашками. Немыслимо... Просто немыслимо. - А внизу? Кто это? - Демон. Сейчас он Король Ада. - То есть, Дьявол?! - Нет, Дьявол, он другой. Король Ада - это что-то типа нашего президента; лишь главенствующий пост в администрации государства, - уточняет Сэм. - С ума сойти, - только и смогла сказать я. - Слушай, может отложим эту процедуру с поиском правды, и ты пока отдохнёшь? - спрашивает Великан. - Нет, чем раньше закончим всё это, тем лучше, - отвечаю я. - Пожалуйста... Все присутствующие переглядываются и кивают. Все, кроме Бобби. Я вопросительно смотрю на него. - Вы передумали? - Просто... Если это правда... Получается, что я изменил Карен когда-то... - Это был не ты, а кто-то другой. Ты этого не делал, - успокаивает его Кастиэль. - Фактически, делал, - упрямится Бейсболка. - Лишь твоё тело, но не твоя душа, - не унимается Кас. - К чёрту, давай всё узнаем. - Будет больно, Бобби. - Нашёл, чем пугать. Давай. Кастиэль оглядывает всех нас, после чего говорит, обращаясь к моему потенциальному отцу: - Ляг на диван, тебе нужна опора. Мужчина послушно ложится на стоящий рядом старенький диван, подложив под голову подушку и сняв бейсболку. - Ты готов? Бобби коротко кивает и, как мне показалось, с неуверенностью и опаской. Ещё бы. Наверное, будет что-то страшное. Кастиэль засучивает рукав правой руки, и подносит её к грудной клетке мужчины. Ладонь ангела начинает светится, и он - я клянусь! - засовывает её в тело Бобби. Я вскрикиваю. Сзади ко мне подходят братья и обнимают за плечи. Лицо у Каса крайне серьёзное и сосредоточенное. Глаза Бейсболки закрыты. Кастиэль просовывает руку глубже, и тут уже кричит сам Бобби. Я вся съёживаюсь от этого зрелища. Из отверстия, где шарит рукой Кас, льётся яркий белый свет. - Я нашёл барьер, удерживающий его память под замком. Ещё немного, - осведомляет нас Кас. Он продвигает руку ещё глубже, Бобби громко кричит, а у меня на глаза наворачиваются слёзы, и я отворачиваюсь к братьям, закрыв лицо ладонями, чтобы не видеть всего этого. - Готово, - громко произносит Кастиэль. Я разворачиваюсь и вижу, как ангел вынимает руку из тела Бобби. Тот еле дышит и вообще выглядит очень измученным. Я подхожу чуть ближе, и Бейсболка раскрывает глаза. В комнате царит мёртвая тишина, и все ждут объяснений. Это длится несколько секунд, после чего мужчина оборачивается ко мне, глядя на меня глазами, полных ужаса и блестящих от подступающих слез, и всё же нарушает молчание своим скрипучим, напуганным голосом, прошептав: - Я всё вспомнил...