Прототип Дэя

Уже вдали мелькали светлые огни больницы. Даже было слышно подобие сирены - узнали о пропаже. Некоторые с факелами перемещались по леску, но всем было невдомёк, что шустрая девочка спускалась с горы и никому её не увидеть. В грудном кармашке сарафана она откопала тряпочную маску, которая теперь как влитая сидела на её подбородке. Какая-никакая, а защита от того, чтобы не заразить остальных. Впереди был долгий, но не сложный путь прямиком в город. Песок поднимался под её ногами и попадал в щель тапочек. Резкие порывы ветра хлестали волосы по лицу и неловко поднимали лёгкое платье, смущая сбежавшую. Было бы очень стыдно, если кто-то её заметит. Импульсивное решение не дало сразу обдумать, что же она будет там, в городе, делать. И уж тем более она не думала о том, что её мигом отправят в госпиталь, как только узнают о болезни. А потом... все эти разбирательства... Ненужная популярность скорее всего мигом пронесётся по близжайшим землям и повезёт, если не посадят в тюрьму, ведь заражение других теперь считалось страшным преступлением. А ведь так оно и было... Дэе не хотелось быть преступницей, совсем не хотелось. Наоборот - она мечтала быть свободной. Делать, что ей нравится и может даже покорять другие страны. Но не суждено ей было стать путешественницей, ибо родители настаивали на типичной "женской" жизни. Выходишь замуж за богатенького, рожаешь от него детей и наслаждаешься прохладным ветром на качелях в его яблочном саду. Так было у деда с бабушкой, так было у мамы с папой и так было бы у её брата, сестры и самой девушки. Но у судьбы были абсолютно другие планы. Однако до сих пор заболевшая не понимала, почему же треклятая чума не убивает её. Уже и голос осип и прежняя выносливость покидала её, но всё не смерть, хоть и все, кого привозили в больницу, откидывали ноги буквально через неделю. А потом их собирали в одну кучу, обливали какой-то смесью, "алкоголем", - думала Дэя, и бросали факел. Не один раз она видела этот жуткий ритуал. Все вставали на колени и молились, а потом с презрением поглядывали на больную, которая нарушала минуту молчания своим частым кашлем. Как сейчас. Она встала на колени и нагнулась над землёй. Изо рта вылетала густая кровь и слизь, раздирая горло в ошмётки. Уже не понять, была ли это кровь из ран, находящихся в глотке или из самих лёгких. Но это было и не так важно. Дэя вытерла искривлённый рот и взглянула на траву. Некогда зелёная она покрылась чёрной жидкостью и сразу начала гнить. Странное явление... Но и оно стало обыденным. Девушка посмотрела на свои руки. Синие язвы на них особенно выделялись ночью. Казалось, что это не живой человек, а уже труп. А может, так оно и было. Она тяжело отдышалась, встала и пошла дальше, смотря ровно в землю, чтобы не пропустить лишний камень. Тапочки на босых ногах немного натирали пальцы, но это было лучше, чем те ужасные колодки, которые царапали лодыжки до крови. И наконец она избавилась от Марго... Противнейшая медсестра, которая не спускала с неё глаз. Очень повезло, что этой ночью она ушла, хоть и ненадолго. Видимо, хорошему настроению не помешали грубые замечания и насмешки её подопечной. -Её маска мне в кошмарах будет сниться, - брезгливо прошептала Дэя, не заметив проходящего мимо путника. -Добрый... Вечер..? - растерянно произнёс мужчина, приведя девушку в чувство. Он выглядел устрашающе, будто таинственный незнакомец из сказок. Словно у него была какая-то тайна, которую хотелось открыть. Но кто ж его знает? -Ах! - она мигом отскочила от него, механически нацепив маску. "Неужели меня поймают?" - затрепетало её сердце в страхе. -Доброй ночи... - сипло ответила больная, откашливаясь в кулак. Она не напрягала связки слишком долго, поэтому слизь скопилась на них, мешая нормально говорить. Похоже, из-за этого начался новый приступ. Девушка порывисто нагнулась и сорвала с лица тряпку. Чёрная смесь медленно капала изо рта, окрашивая каменную дорожку страшными пятнами. Не очень приятное зрелище, но этого было не избежать. Сдерживание такого порыва привело бы к мучительной смерти. -Извините, вам лучше не подходить.. - остановилась Дэя и снова залилась в раздирающем слух кашле.