Мы бродячие артисты

      Заправка. Такое простое слово, уже давно привычное и плотно вошедшее в повседневность, будто оно существовало всегда. И даже в голову не приходит, что какие-то сто лет назад никто не знал, что оно означает, и покрутил бы пальцем у виска, а то и донёс, куда не следует. Сейчас всё другое. Почти у каждого есть своя машина, а если нет, то есть номер вызова такси в быстром наборе или ближайшая автобусная остановка у дома. Все пользуются транспортом. Все. А заправки и потребность в бензине выбивают их из привычного ритма жизни и раздражают своими ценами.       У наших циркачей ассоциации совершенно другие. Каждый с нетерпением ждал заветного момента, когда Дазай включал аварийку и подавал знак другим водителям, что на ближайшей колонке нужно остановиться. Останавливались они обычно скоро. Парковались рядышком, выпускали всех пассажиров и дружно ехали за новой порцией топлива. Всё это занимало много времени, но зато давало возможность хорошо отдохнуть цирковым, однако, водители продолжали работать или сдавали смену другим. Например, Дазай любил делать небольшие пометки маркером на бумажках и писать, где и когда они остановились, а после приклеивать листочки на скотч к дверцам фуры. Чуя всегда ругался на него за это, но отметки не сдирал, оставляя это на потом. За Эдгара заправкой и мойкой занимался неугомонный Гоголь, параллельно рассказывая какие-то истории Кью или комментируя свои действия, мечтая о том, чтобы уже через пару городов он будет загорать на солнышке и бегать по трассе, пока мальчик сам заправляет машину. Сам же Кью такого энтузиазма не разделял, но не говорил напрямик, боясь, что клоун передумает. Вот и сейчас парочка клоунов на минималках обслуживала свою "батину ласточку".       Магазинчик на заправке быстро заполнился людьми, что весело смеялись и вообще вели себя шумно. Тут была и Гин. Она стояла возле холодильника с газировкой и задумчиво осматривала баночки внутри, выбирая, чего ей хочется больше: старый добрый энергетик или чего-то новенького.       - Эй, парень, чего пялишься? Бери банку и неси задницу на кассу.       Девушка обернулась к источнику голоса. Им оказался работник заправки. На вид примерно столько же лет, как и ей, может, немного старше, с криво остриженными рыжими волосами и пластырем на носу. Прищуренные зелёные глаза смотрели с презрением и откровенным вызовом, а тонкие брови хмурились. В руке он держал небольшой ржавый кусок арматуры, но атаковать явно не собирался. Одежда также оставляла желать лучшего, это даже не униформа продавцов, а что-то свое, да еще и перепачканное. Гин фыркнула.       - Хочу пялюсь, хочу нет, чё прикопался с нихуя, - сорвалась на мат она.       - Слишком борзый стал, давно по морде не давали?       - Тебя, вижу, тоже жалеют, петуха со ржавой железкой.       - На петуха тут больше ты смахиваешь, нет, на пидораса.       - За такие слова и в глаз дать могут.       - А что, слабо, пидорас цирковой?       Мгновенье, и к горлу рыжего парня уже приставлено идеально наточенное лезвие ножа, который Гин всегда носила с собой. Сама она стоит сзади и выхватывает у оппонента ржавую железку, оставляя его обезоруженным.       - Один раз не пидорас, но это правило на тебе не работает, - прошипела Акутагава, слегка надавливая на шею и пуская тонкую струйку крови. - Ещё раз что-то тявкнешь обо мне, очнёшься в ближайшей канаве.       - Слишком самонадеянный.       Вдруг нож сам собой повернулся и полетел прямо в руку своей хозяйке. Та удивлённо вытаращилась на парня, даже не обращая внимания на боль. Вторая рука разжалась, но арматура осталась висеть в воздухе, а после устремилась к нему. После этого Гин всё поняла.       - Так ты из наших? Ну, одарённый? - поинтересовалась она, вынимая лезвие.       - Допустим. А у вас что-       Ещё один миг, и механика сбивает с ног чёрная лента расёмона. Толстые линии, так похожие на полотна для воздушной гимнастики, плотно окутали его тело, ещё пытающееся барахтаться, и разорвали железку на мелкие кусочки.       - Рюноскэ, ты вообще где? - спросила Гин, оглядываясь и замечая за своей спиной брата. - А, вот ты где. Развязывай его, этот петух всё понял и заткнётся. Да? Да, я спрашиваю?       Парень закивал, и расёмон скрылся в складках рваного плаща Акутагавы.       - Что вы такое, чёрт возьми? - испуганно сказал рабочий, пятясь назад, к стене.       - Мы - одарённые, - холодно ответил Рюноскэ.       - Ты должен знать, сам такой. Управляешь металлом? - предположила Гин. - Подходящий дар для работника заправки.       - Мичизу Тачихара, - представился тот, поднимаясь на ноги. - Подрабатываю после пар.       - Гин Акутагава, - нехотя сказала девушка. - Это Рюноскэ.       - Приятно познакомится. У тебя вся рука в крови, - напомнил Тачихара. - У нас в подсобке есть аптечка, могу помочь перебинтовать.       - Не инвалид, сам справлюсь, - отрезала она. - Неси бинты.       Тачихара кивнул и пошёл по направлению к кассе. Акутагава кашльнул.       - Он считает тебя парнем, - напомнил он.       - Ничего, - отмахнулась Гин. - Пусть усомнится в своей ориентации.       - Судя по твоему поведению, ты в этом вопросе не сомневаешься.       - Тц, нашёл, кого мне в мужья пророчить, - фыркнула она. - Пусть язык свой при себе держит, повелитель ржавых гвоздей!       - Он тебе понравился.       - С чего ты это взял?       - Ты таким же взглядом на киндеры по скидке смотришь.       - Чего?       - Что слышала.       - Тоже в глаз давно не получал, Иванушка?       - Хочешь подраться, Алёнушка?       - Не надо драться, - вдруг вмешался Тачихара, уже вернувшийся с вскрытой пачкой бинтов и какими-то дешёвыми обезболивающими. - Пиздуй на улицу, если дед увидит, что я кого-то опять покалечил...       - Кого ты там покалечил, Тачихара-кун? - закричал из-за кассы седой мужчина, кажется, Рьюро Хироцу, если верить бейджику.       - Никого-никого, - быстро ответил рыжий и толкнул Гин к двери.       На улице было довольно тепло, даже жарко, лишь лёгкий ветер колыхал верхушки лесного массива. Большинство цирковых уже куда-то ушли, осталось буквально пара человек. Девушка села на лавочку рядом с выходом, выхватила у Тачихары бинты и быстро начала перевязывать порез, оттерев перед этим кровь с помощью салфеток. Теперь рука выглядела лучше, но кровь продолжала течь, а старая противно засыхала в тёмную корочку. Рану начало неприятно жечь, ещё сильнее, чем раньше.       - Жжётся? - с интересом спросил Тачихара и протянул Гин обезболивающее. - Сиди тут, иначе старик ментов вызовет, и всем не поздоровится.       - Тц, как же, у нас свой мусор есть, - она взяла таблетки и вытащила одну из коробочки. Осталось дождаться, когда придёт механик с водой. Она не привыкла, чтобы кто-либо ей помогал, но раз тот вызвался сам, то почему бы и нет.       - И долго ты будешь ему голову морочить? - поинтересовался Акутагава, выходя из магазина со стаканчиком кофе и оборачиваясь на Тачихару.       - До тех пор, пока не спросит напрямую.       - Отличный план, надежный, как швейцарские часы.       - Согласна.       - Вот, пей, - из открытой двери высунулся парень и протянул Гин бутылку воды. Та быстро открутила крышку и выпила обезболивающее. - Вы же в цирке работаете, да?       - Ну, - недовольно сказала девушка, ставя воду рядом и переводя взгляд на механика.       - А кем?       - Я фокусник, - прямо ответил Акутагава. - Гин без способности, поэтому простым продавцом.       - Так блять, стоп, а то, как он меня чуть не прирезал, а я даже не заметил, это что было?       - Ловкость рук, - усмехнулась она. - Повторить?       - Повторить? - Тачихара кивнул на перевязку и кровоточащую рану под ней.       - Повторить? - холодно спросил Рюноскэ, опутывая расёмоном руку механика.       - Нет, мне одного раза хватило.       - Слабенько ты, - заметила Гин. - Даже Тигр больше выносит.       - У Тигра регенерация, - напомнил брат. - Больше никто моё терпение не испытывал.       - Мелкого, ты, видимо, за человека не считаешь.       - Он монстр.       - Именно поэтому ты пригвоздил его расёмоном к стенке так, что пришлось всем останавливаться и ждать, когда не отдаст, любимый, жизнь свою.       - Зато не будет рот открывать, когда не следует.       - В большой семье рта не разевают.       - Солидарен.       - А ты, как там тебя, - обернулась к механику Гин, - Тачихара, да. Прямо сейчас у тебя за спиной воруют энергосы.       - Кто? - не понял парень и посмотрел сквозь стекло внутрь абсолютно пустого магазина. В холодильнике с напитками буквально в воздухе висела чья-то рука в красной перчатке, хватала ближайшую банку и исчезала, а потом появлялась вновь и всё повторялось. - Блять, фу, фу, шавка цирковая!       Мичизу забежал внутрь и схватил руку, почти опустошившую холодильник и принявшуюся за фруктовый лёд, но стоило ему это сделать, та пропала вместе с его ладонью. Фантомно парень всё ещё ощущал то, что его держит кто-то в обледеневшей перчатке, трясёт, кидает из стороны в сторону, но сделать ничего не мог, кроме как шевелить пальцами и сжиматься в кулак. На месте, где заканчивалась его рука, было неясное оранжевое свечение.       - Что там у тебя, пацан? - спросил Хироцу, не отвлекаясь от газеты.       - Ничего, - среагировал Тачихара и вернулся к циркачам, срываясь на крик от боли, видимо, с его рукой что-то делали. - Что это, блять, такое?! Ай, сука!       - Это наш клоун балуется, - пожала плечами Гин. - Через час мы уедем, и...       - Блять, какой час, - закричал механик, держась за руку, - Пока вы уедете, от моей ладони ничего, кроме кровавой кашицы, не останется!       - Ничем не можем помочь. Иди ищи либо того, кто это делает, либо Дазая, - посоветовал Рюноскэ.       - Дазая?       - Шпала ростом почти в два метра, и бинтованный с ног до головы, - описала его девушка.       - Это тот, который до Карачуна пошёл?       - Что?       - Он приходил к нам и спрашивал, сколько идти пешком до ближайшего магазина с продуктами, - попытался объяснить рыжий. - Ну, дед ему и сказал, а он, видимо, пошёл туда.       - Тогда ищи Гоголя, - сказал Акутагава.       - А это кто ещё?       - Ты сам поймёшь, кода увидишь.       - Им может оказаться кто угодно!       - Гоголь такой один, - мрачно усмехнулась Гин и перевела взгляд на пропавшую конечность и маленький портал рядом. - Его трудно будет не заметить.       Вдруг в магазине послышались чьи-то недовольные визги и чужие агрессивные крики с большой примесью японского. Первым из магазина выбежал Кью, радостно смеясь на всю округу и держа в руках гору сворованных банок, падающих с верхушки кучи, а вслед за ним появился и сам виновник торжества Гоголь, тоже с кучей энергетиков и мороженого и недостающей ладонью Тачихары, торчащей из плаща и уже изрядно посиневшей, с какими-то чёрными полосками. Последним появился Хироцу со шваброй, эффектно открывая дверь настежь одним лишь прикосновением и гонко крича на злоумышленников. Акутагавы резко обернулись и уже выбрали своих фаворитов в этой ссоре, мысленно делая ставки, кто победит, а Тачихара, которому дверью нехило так пришибло по голове, почёсывал затылок и удивлённо наблюдал за этой картиной.       - Кто из них Гоголь? - догадался механик.       - Угадай.       Вдруг старик размахнулся и со всей силы ударил беспощадно карающим мечом, а на деле шваброй, точно по голове клоуна, и тот жалобно взвыл и схватился за неё, роняя добычу на пол. Помятые банки с грохотом упали на землю и покатились по неровному склону прямо в сторону магазина. Гин хмыкнула и подняла одну из них, серебристую и с большой рваной линией.       - Я выиграл, это мой приз, - тоном и-это-не-обсуждается сказала она, с щелчком открыла энергетик и отпила немного, тут же сморщившись и принюхиваясь. - Что за паль вы пытаетесь тут впихнуть?       - А чего ты ожидал? - раздражённо спросил Тачихара, ринувшийся подбирать товар, насколько это возможно сделать без руки. - Сюда вообще редко кто заезжает, и никто энергетики такие дорогие не берёт. А сколько раз мы их с палящего солнца в холодильник переставляли и размораживали-замораживали...       - Ты продаёшь покупателям просрочку и некачественную еду, - подытожил Рюноскэ, вызывая расёмон и поднимая и открывая им другую банку, уже ярко-голубую и со скелетами. Хлебнув немного, он задумался, но в тот же момент разрубил её способностью, а остатки банки разъел в пространстве. - Ты их травишь.       - Мне похуй. - огрызнулся рыжий.       - Когда рука понадобится будет не похуй, - съязвила Гин.       - Вот когда понадобится, тогда и не будет!       Рюноскэ перевёл взгляд на всё ещё убегающих Гоголя и Кью. Первый уже почти что догнал сообщника и раскрыл над ним свой плащ, готовясь телепортировать их в более безопасное место без этого пенсионера на колёсиках, а Хироцу в свою очередь понимал их намерения и ускорялся. Однако в неравной схватке победили всё же воришки, телепортировавшись куда-то за пределы поля зрения и оставив старика со шваброй посреди заправки. Исписанная маркером ладонь Тачихары вернулась на своё законное место, правда, немного посиневшая от холода и вся в мелких царапинках и с ободранной кожей. Даже ногти потрудились тем же маркером накрасить, от чего парень пришёл в ужас и начал стирать это художество чистой рукой.       — Блять, да вы тут все ебанутые или да?! А если это не смоется?       — Подбирай выражения, Тачихара-кун, - прикрикнул на него Хироцу, идущий назад к заправке и собирающий банки на дороге. — Тысяча за...       Механик испуганно вздрогнул и ринулся собирать оставшиеся энергетики, явно понимая, что тот скажет дальше, отчего Гин хихикнула.       — ...Испорченный товар и я ставлю тебя на счётчик до тех пор, пока ты не уберёшься.       Мужчина кинул быстрый взгляд на подчинённого и скрылся за дверьми заправки, на что тот начал активнее всё делать, бормоча извинения вперемешку с матом. Гин выразительно фыркнула и посмотрела на брата, будто спрашивая, за какие грехи он сватает её именно с Тачихарой, на что Рюноскэ лишь кашльнул и десонстративно отвернулся.