Следом за ошибками

      В кабинете Хантера было темно. Комнату освещало лишь неровное мерцание маяка. Пространство сжалось до рабочего стола, на котором Страж разложил документы и приказы. Всё остальное просто исчезло. Всё остальное несущественно. Хантер нежно гладил хрустальную поверхность и разглядывал мелькавшие внутри изображения. По стенам бродили неясные тени. Скалились. Шептались.       Мы с вами тоже спрячемся там. Спрячемся и понаблюдаем.       Золотой страж аккуратно записывал всё, что видел. Каждую деталь — будь то внешность прохожих, номера домов или погода на улице. И, конечно, он уже знал, кого конкретно надо высматривать в этом отпечатке будущего.       Камень иллюзии? Где ты вообще его достала? Ладно, идея-то неплохая. Лучше, чем ничего, во всяком случае. Но я бы на твоём месте вообще удрал из города. Пускай тут много укрытий, но зато и идти до вас недалеко. Да и стражи в городе полно… Ты ведь умная женщина, я знаю. Ты явно на что-то рассчитывала, раз предпочла остаться. Не могла же ты решить, что в порту вас никто не найдёт?       Или ты до сих пор считаешь меня идиотом? Что же, тем хуже для тебя, Лилит.       В голове вдруг прозвучали слова Белоса: «Хочу сломать ей нос». Странное желание. Хантер так и не понял этого приказа. Зачем это Императору? Почему вдруг нос? Но Страж не задавал себе вопросов. Он думал только об одном: — Я сам это сделаю… — И нервно улыбался.       Если бы Хантер увидел себя в зеркале, его самого передернуло бы от этой озлобленной, мерзенькой ухмылки.       Он не испытывал ненависти к Лилит, нет. Это ведь именно она воспитывала Хантера — она была его наставницей с того момента, как он научился говорить. Страж был обязан ей всему, что умел и знал. И Хантер, как и любой ученик, хотел, чтобы Лилит его признала. Внутри Стража тесно переплелись мечты о дружбе с ней, о долгих разговорах, совместной работе и, кто знает?.. Он мог даже любить Лилит.       Но потом Хантер вспоминал её сжатые губы, короткие, раздраженные ответы, холодный взгляд. Вспоминал, как она кидала его в огонь и воду, надеясь, что либо Император вышвырнет племянника из ковена, либо Хантер сам решится из него уйти. Вспоминал, как безразлично она смотрела на раны и порезы, оставленные Белосом и заставляла трудиться, когда от боли темнело в глазах.       Страж прекрасно знал, что Лилит никогда не хотела с ним возиться — это был приказ Императора. Если учиться, то у лучших! Лилит год за годом ковала из будущего Стража что-то стоящее. Учеба, тренировки, посвящение в скауты, навыки командования, миссии — сдохнешь, сволочь, но я свою работу сделаю.       Хантер не сдох. Лилит превзошла саму себя. Браво.       А теперь бывший ученик только и ждал случая вдавить её мордой в грязь, проломить череп, подчинить, изувечить… Золотой страж день за днем думал о том, как сотрёт Лилит в порошок.       И Хантер боялся этих мыслей.       В ту ночь он вовсю готовился к предстоящей миссии: подбирал людей, составлял план, сверялся с маяком, думал о Лилит… Точнее, Хантер должен был всё это делать.       Так почему же ты, оставив работу, бредёшь сейчас к библиотеке? Почему, стремясь убежать от приказов Белоса, от забытых обид и собственной злобы, то и дело возвращался мыслями к своей жене? Титана ради, ты даже не знаешь, о чем с ней говорить!       Но Хантер всё равно плёлся к Эмити. Он знал, что жена будет зла и разочарована, когда Лилит приведут в замок. Ещё несколько дней назад Хантер махнул бы рукой: главное, что работа сделана. Но сегодня он словно хотел предотвратить эту будущую ссору.       Начинался дождь. По окнам барабанили горячие капли, и стёкла еле заметно запотевали. То и дело вспыхивали молнии. Рядом скользила тихая музыка, изредка прерываемая далёким громом. Луз и Эмити прятались в своём маленьком лабиринте.       Эмити всё равно продолжала звать её этим именем. Придумывать другое никто из них не хотел, да и зачем? Они и держались друг с другом так же, как и всегда. Единственное, что изменилось — Эмити больше не боялась разрушить иллюзию какой-нибудь неосторожной фразой. В этом больше не было смысла.       Полки, книги и потолок освещались светящимися глифами. Патефон стоял на полу. Вращалась фиолетовая пластинка. Эмити постоянно ловила себя на том, что втыкает в это вращение как завороженная. Было тут что-то гипнотизирующее. А высокие отзвуки пианино, нежные, похожие на падающие капли дождя, вторили грозе.       Хорошо здесь прятаться! Это наша маленькая крепость. Никто нас не найдёт. Никто не услышит. Эмити и Луз постелили плед рядом с патефоном, отделив себе маленький островок тепла. С каждым днём становилось холоднее — не посидишь уже на полу, как летом. Но Луз прохлада не мешала. Она разулась. Положила кеды возле пледа. Сняла кофту. Тебе правда нормально так? — тревожилась Эмити. Ты же простудишься. А Луз только улыбнулась и сказала, что ей нравится ходить в носках.       Эмити не стала спорить.       Накинули подушек. Укрылись. Эти спальные принадлежности не первый год хранились в библиотеке — специально для тех случаев, когда Эмити ночевала на работе. Тогда она стелила несколько одеял на полу. Раскидывала эти дурацкие подушки. Заворачивалась в рулет. И чувствовала себя хотя бы немножко довольной жизнью — потому что пол бесконечный, одеяла тяжелые и подушки мягкие. — У вас все мелодии такие… медитативные… — Промурлыкала Луз. Она лежала, положив голову на плечо Эмити. — Хочешь, я поставлю поинтереснее потом. — Эмити гладила её по волосом. — Что-нибудь жуткое или весёлое. — Нинаю. А откуда здесь патефон? В смысле, вот эта вот штука с пластинками… — Я знаю, что такое патефон. Спасибо. Его Скара принесла. — Ты знаешь? — Удивилась Луз. — Я думала, это чисто человеческая придумка. — С чего бы? Мы тоже так можем. Только у нас пластинки из застывшей мерзости, а не из… М-м… — Винил. Это называется винил. — Точно. — Кивнула Эмити и прикрыла глаза. Присутствие Луз всё так же отзывалось усталостью, головокружением и холодом в груди. Вот только рядом с ней до сих пор было спокойнее всего — и Эмити не могла так просто отказаться от её ласки и нежных слов. — Знаешь, сколько я была в библиотеках… — Задумался Призрак. — Ну, не очень много. В общем, впервые вижу, чтобы кто-то разрешал здесь слушать музыку. Обычно требуют тишины. — Предыдущий библиотекарь требовал. Но мне как-то всё равно. Я просто заметила, что сюда приходят скорее потусить и расслабиться, так что… Чего мешать? — Ты умница. — Луз ткнулась носом ей в шею.       Ночь продолжалась, а они тянулись друг к другу, словно Луз была настоящей и ничего плохого никогда не случалось. Ночь продолжалась, и они говорили обо всём-всём-всём на свете. Хотя нет. Не обо всём. Ровно одной темы Луз неизменно избегала. Эмити иной раз спрашивала что-нибудь о человеческом мире. Как вы обходитесь без магии? Что там за звери? Почему дождь у вас не кипит? Почему моря холодные?       Но Эмити спрашивала и получала в ответ только шутки, нервный смех и объятья. Луз меняла тему так ловко, что Эмити пару раз специально задавала неудобные вопросы, просто чтобы посмотреть, как Луз выкручивается. Увы! Призрак не разговаривает о доме лишь потому, что знает о нём не больше тебя, Блайт.       Расскажи ей лучше, как прошел день. С кем ты говорила. Какие книги выдавала, а какие поступили. Что произошло у приятелей? Расскажи, что Стив не находит себе места и бродит по дворцу как неприкаянный. Расскажи, что Скара тоскливее и тоскливее с каждым днём, и сама не понимает, почему. Что Хантер боится спать и — можешь в это поверить? — искренне пытается лучше с тобой обращаться.       И расскажи ей, что всё это неважно, потому что ты всё равно скоро умрёшь. — Сэр. — Кивнул один из стражников. Второй не знал куда деться и смотрел в окно. Не рады, что я пришел? Конечно не рады. — Она там? — Спросил Золотой страж. — Да, сэр. — Отлично.       Хантер толкнул двери, но они не поддались. Он хмуро взглянул на подчиненных, но те пожали плечами: Эмити действительно была в библиотеке. Но зачем же запираться изнутри? Неужели спит?       Раз так, то не лучше ли тебе зайти в другой раз? Если ты хочешь быть с ней мягче, то следует уважать её одиночество.       Страж думал было развернуться и пойти обратно, но вместо этого застыл на месте в нерешительности. Нет. Так рано она не ляжет. К тому же, завтра ты отправишься за Лилит, и кто знает? Может Эмити вообще не захочет тебя видеть после этого.       А вы только-только перестали грызться по любому поводу! — Она просила нас не беспокоить её… — Неловко сказал один из скаутов. — Вас. — Просто ответил Хантер. В одной руке Страж сжал посох, а другой дотронулся до двери.       На деле, Хантер, все эти твои размышления о миссии, Лилит и реакции Эмити — пустые отговорки. Будем честны, ты пришел сюда просто потому, что захотел.       Посох слабо замерцал, и Золотой страж, мелькнув красноватой вспышкой, исчез. — Тебя что-то тревожит. — Мягко сказала Луз, дотронувшись до щеки Эмити. — Меня много чего тревожит. — Эмити чувствовала себя полной дурой — потому что от прикосновений Луз до сих пор перехватывало дыхание. — Хорошо, тогда давай так… — Она перевернулась на спину и прищурилась. — Ты о чем-то хочешь со мной поговорить, но боишься, что это может плохо кончиться? Я угадала? Ну, смелее! — Ты же и так знаешь, о чем я думаю. — Проворчала Эмити. А Луз только улыбнулась и щелкнула её по носу. — Верно. Но я не знаю, чем ты хочешь делиться, а чем — нет. — Куда ты постоянно ходишь?       Луз, опешив, аккуратно поднялась. Голос её звучал удивленно: — Ты о чем?       Эмити поморщилась: ей не нравилось это нарочитое непонимание. Теперь она должна будет ловить свою любимую на лжи, а настоящая Луз… Впрочем, какая разница? — Пожалуйста, просто объяснись. — Вздохнула Блайт. — Я же чувствую, когда ты… Существуешь. Да и медальон светится. — Гуляю. — Ответил призрак, помедлив. А затем неловко улыбнулся. — Смотрю. Впитываю. Это плохо? Я ведь не могу без конца сидеть в библиотеке. Мне тяжело… Как ты сказала? «Существовать» только в одном месте. Ты бы и сама не смогла. — А тебя кто-то видел? — Не знаю. Не обращала внимания. Но я гуляю только по ночам, так что… — Так что ты не можешь смешаться с другими служащими. — Раздраженно ответила Эмити. — Значит, стража наверняка обратила на тебя внимание. Если они поймут, что по замку бродит человек!.. А если тебя кто-то узнает? Вдруг ты натолкнёшься на Скару? Или Стива? Может быть, даже Рейн догадается! Как ты объяснишься? — Ты хочешь, чтобы я никому не показывалась? — Конечно, хочу! — Эмити устало потёрла глаза. — Любой, кто знал тебя до твоего ухода, пойдёт ко мне с вопросами. И к тому же я абсолютно не представляю, что сказать Хантеру! Или Белосу, если на то пошло…       Повисло молчание. Пластинка закончила играть, и теперь Эмити приходилось вслушиваться в шум дождя. Она потянулась к патефону, когда Луз вдруг сказала: — Нет.       Эмити резко повернулась к ней. — Что «нет»? — Я не буду сидеть здесь. — Луз… — Эмити на секунду растерялась. — У меня могут быть проблемы из-за тебя. Слушай… — Нет, ты слушай. — Тихо и жестко ответил призрак. Эмити не узнавала этих интонаций. — Твоей памяти мало. Ты помнишь только нелепую, влюблённую девочку — ты помнишь, кем Луз была для тебя.       Эмити так и сидела, не в силах вымолвить слово. Призрак сверлил её холодным, пустым взглядом. Иллюзия нависла над ней, вдавливая в пол. Очертания её тела мерцали синеватым светом. — Я хочу встретиться со Скарой и понять, какой меня видели друзья. Я должна поговорить с Хантером и выяснить, почему я его бесила. Мне нужно увидеть Иду и Кинга. Я уже поняла, почему ты влюбилась в меня. Спасибо за это. Но за что меня любила моя семья? Я хочу понять, что я такое.       Луз поймала взглядом, как Эмити потянулась к своему медальону. Призрак горько улыбнулся. — Мне бы хоть немного побыть живой. Неужели я так много прошу? Разве Луз этого не заслуживает?       Взгляд копии потеплел и она вновь вошла в свою роль. Луз аккуратно взяла Эмити за руки, не давая дотронуться до замка. Ладони у Призрака были холодными, как у трупа. — Пожалуйста, не мешай мне. Я не хочу обходиться с тобой так же, как с Озраном. Просто… Позволь мне узнать чуть больше. Я понимаю, почему ты смотришь на меня, как на вещь: твои воспоминания не могут вместить в себя всё, чем был живой человек. Но знаешь что? Мне не хочется мириться с этим. Если я буду достаточно хорошо изображать Луз, может быть, ты не захочешь меня выкидывать… — Не надо. — Эмити попыталась вырвать руки, но у неё не хватало сил даже держать их навесу. Призрак всё говорил, говорил и, казалось, убаюкивал.       Кажется, он и сам себе не верил. Иначе откуда в его глазах такое отчаяние? — Мне бы только узнать чуть больше. Совсем чуть-чуть. Я так хочу остаться рядом с тобой…       Я так хочу остаться.       Хантер думал было позвать свою жену, но затем насторожился. Здесь, в библиотеке, звучал ещё один голос — неожиданный, забытый. Невозможный. Секунду Хантер вслушивался, пытаясь понять, не показалось ли ему?       Нет. Не показалось. Хантер сжал древко в руке. Красноватое сияние посоха приглушало его шаги. Блайт, что ты опять учудила? Но о жене Хантер думал недолго. Всё его существо заполнила одна безумная мысль: неужели этот тупой человек смог вернуться? Неужели?.. Хантеру бы разозлиться как следует, позвать стражу, но он мог только радоваться — и эта радость несла его вперёд. — Что?.. — Выдохнул Хантер.       Он не ошибся.       Они сидели на полу и крепко обнимались, когда Страж прервал их. Луз отстранилась от Эмити. Взяла её за руку. На Хантера она даже не смотрела. — Как? — Только и сказал Страж. Он изумленно уставился на жену. А та вроде и попыталась что-то сказать, но едва ли её было слышно. — Что ты здесь забыл? — Луз неторопливо поднялась и помогла встать Эмити. — Я… — Но голову Хантера занимали совершенно другие вопросы. Он быстро оглядел Луз. Нет, это правда ты? Но я же помню… Я встретил тебя. Провёл по пустым коридорам. Отвечал на твои вопросы. Я помню, как ты обняла меня на прощание. — …Хотел поговорить. — Пошел. Вон. — Жестко сказала Луз. — Ты снова здесь? — Продолжал спрашивать Хантер, не веря своим глазам. Луз мрачно взглянула на него. Кивнула. — Ты навестила семью? — Хантер, уйди. — Прошептала Эмити. Она не требовала, нет — Эмити просила так, будто от этого зависели их жизни. — Я убил твою дверь. Хути. — Спокойно сказал Хантер. Без радости, без хвастовства — просто констатируя факт. — Прости.       Луз молчала. Хантер сделал ещё шаг и, словно не веря, что она в самом деле здесь, попытался прикоснуться к её плечу. Луз пошла на встречу. Коротко размахнулась и зарядила Хантеру по лицу. Он пошатнулся, но устоял на ногах. — Так ты?.. — Страж держался за челюсть и неотрывно смотрел на Луз. — Я не понимаю… — Её тут нет. — Ответила Эмити и достала из-под рубашки слегка мерцающий медальон. Секунду Хантер соображал, что это. А когда понял, его взгляд стал мрачным и как будто разочарованным. Эмити вновь попросила. — Уйди. Пожалуйста. — Её тут нет… — Эхом повторил Хантер. — Зачем ты убил его?! — Прорычала иллюзия. Страж отступил и оглядел её с каким-то равнодушным любопытством. Кажется, секунда ярости кончилась, и Луз поёжилась под этим взглядом. — Очень реалистично. Выглядит как надо. И говорит. И… Реагирует. Где ты взяла артефакт, Блайт? Брат с сестрой подарили? — Хантер повернулся к жене. На лице застыла издевательская усмешка. Эмити затравленно глядела на него и сжимала в руке медальон. Сейчас она просто боялась. Если Призрак угрожал ей самой и её друзьям, то что он сделает с Хантером?       Эмити хотела ответить, но Призрак неожиданно сильно сжал её руку. Я могу начать и с твоего мужа — говорил этот жест. И Эмити промолчала. Вместо этого говорить начал Хантер: — Как долго ты это носишь? Ты чувствуешь усталость? Головную боль? Тошноту? Я серьёзно тебя спрашиваю. Мне не нравится, как ты выглядишь. — Какой заботливый. — Злобно сказала Эмити. Она всеми силами пыталась сообразить, как заставить Хантера уйти, пока ничего не случилось. По лицу Стража прошла короткая судорога. И всё-таки, несмотря на гнев, его голос звучал ровно. — Перед тем как надевать это дерьмо, ты хоть додумалась что-то о нём выяснить? Как он работает? Этот артефакт создает проекцию из воспоминаний? Да? — Эмити молчала. Она опасалась, что Хантер в самом деле попытается снять с неё медальон. — Ты осознаешь, что артефакты, которые влезают тебе в голову, могут быть опасны?! — Я обойдусь без твоих советов. — Отрезала Эмити.       На этот раз Хантер не смог сдержаться: — Да послушай меня, тупая пизда! — Заорал он. — Если этот артефакт поддерживает иллюзию за счет твоих собственных сил, значит использовать его нельзя. Ты хоть сама понимаешь, сколько их нужно, чтобы Луз была… Такой настоящей? Думаешь, я просто так тебе это говорю?       Копия отпустила Эмити. Её ноги слегка напряглись, готовясь к прыжку. Эмити сделала шаг вперед и заслонила Луз собой, словно защищая. А на деле — только чтобы удержать её на месте. — Последний раз говорю… — Ответила Эмити и нарисовала магический круг. Из-под стойки к её руке потек небольшой поток мерзости. Достаточно, чтобы драться. Хантер сжал посох. Он был готов и силой отобрать этот артефакт.       А потом что-то пошло не по плану. Круг в руках Эмити слегка дёрнулся и распался. Мерзость, громко чавкнув, расплылась на полу. — Что… — Тупо спросила Блайт, глядя на фиолетовое пятно. Впервые в жизни она не смогла что-то наколдовать. Хантер хотел бы улыбнуться и сказать: «Я же предупреждал!». Но теперь было не до злорадства. — Ещё раз. — Скомандовал он. Эмити, пытаясь унять дрожь в руках, нарисовала круг снова. Следующий исчез раньше, чем она успела хоть что-нибудь сделать. — Ещё! — Да уйдёшь ты или нет?! — Крикнула Эмити.       Хантер не знал что делать. Оставить жену теперь, увидев, как на неё влияет артефакт, он не мог. Страж направился прямо к ней. Его посох слегка мерцал. Эмити пятилась назад, пока не уткнулась спиной в Призрака.       Но когда Хантер оказался на расстоянии вытянутой руки, он едва не напоролся глазом на фиолетовое лезвие. Страж рефлекторно телепортировался на несколько метров назад. В ладони у Эмити мерцал магический круг. Слабый, жалкий, но хотя бы стабильный. — Тронешь меня… — Лезвие угрожающе кружило вокруг Эмити. Луз так и стояла за её спиной, безразлично глядя на Хантера.       Только теперь Страж сдался. Если человек готов драться, лишь бы не принимать от тебя помощь… А драться с Эмити, пока она может колдовать, Хантер был не в состоянии. Уже пытался однажды.       Хорошо, Блайт.       Я оставлю тебя в покое. Титана ради, только бы ты не сдохла…       Золотой страж, проорав пару проклятий, исчез. Исчез так же, как и появился — оставив после себя лишь красный отсвет. Выползшая из-под стойки мерзость вернулась в банки. Эмити испуганно глядела на свои руки. Сердце всё ещё стучало как бешеное. Значит вот, как это будет? Я не просто умру? Я останусь калекой без магии? — Это я виновата: думала, что придётся отбиваться от этого урода, вот и подъела чуть больше, чем надо… — Смущенно сказала Луз. — Всё будет хорошо. — Врёшь ведь. — Выдавила Эмити. — И стоило его так защищать?..       Иллюзия взяла Эмити за руку и повела обратно к их убежищу. Эмити не сопротивлялась. Она вообще еле стояла на ногах. Когда страх ушел, у неё получилось, наконец, обрадоваться, что никто не пострадал.       Эмити так и осталась в библиотеке вместе с Призраком. Но теперь это было продиктовано не слепой зависимостью и собственным безволием — теперь Эмити руководствовалась осторожностью и здравым смыслом.       Потому что пока Призрак рядом с тобой, пострадать можешь только ты.