Если бы судьба умела молчать

      Нишимура Рики маленький мальчик, которому всегда казалось, что у него есть все, что нужно для счастливой жизни. Он был окружен любящими родителями и имел лучшего друга Пак Сонхуна, который был старше его на два года. Родители Рики и Сонхуна дружили ещё со школьных лет, и именно поэтому Пак стал его первым другом. С самого рождения они были почти неразлучны, проводили дни вместе, ели за одним столом и засыпали рядом, словно так и должно было быть.       Но когда Ни-ки поступил в среднюю школу, всё начало меняться. Сонхун стал приходить всё реже, а потом и вовсе перестал оставаться на ночь. Для Рики это было тяжело, ему казалось, будто самый близкий человек медленно отдаляется, не сказав ни слова. Ему было грустно и непонятно, но он решил подождать. Рики верил, что однажды Хун сам объяснит причину своего поведения.              С годами ситуация только ухудшалась. Когда Нишимуре исполнилось 14, Пак почти полностью перестал обращать на него внимание. Он придумывал всё новые отговорки, лишь бы не проводить время с младшим. Рики понимал, что это всего лишь оправдания.       Единственным временем, когда японец мог быть рядом с ним, оставалась ночь, тогда Пак не мог избежать его присутствия. Но каждый раз, когда Ни-ки заходил в комнату Сонхуна и осторожно пытался обнять его, старший отворачивался. Это причиняло Рики невыносимую боль. Он чувствовал себя ненужным и забытым, особенно когда видел, как Пак легко общается со своими друзьями. У Рики тоже были одноклассники, с которыми он мог проводить время, но никто из них не мог заменить Хуна. Никто не знал его так, как знал он.       Постепенно Нишимура перестал навязываться. В его жизни остались только школа и дом. Ночью он лежал в кровати, прижимая к себе игрушку, которую Сонхун подарил ему на день рождения, и тихо плакал. Потому что его «близкий друг» даже не заметил, что он исчез.       Они виделись лишь за общими ужинами. Родители младшего замечали напряжение, но Ни-ки всё отрицал. Каждый день Пак гулял со своими друзьями и выглядел счастливым. Но стоило японцу подойти ближе, выражение его лица тут же менялось.       Рики всё ещё хотел поговорить с Сонхуном и узнать причину его поведения. Поэтому на следующий вечер, когда Хун возвращался с прогулки, Нишимура подбежал к нему и схватил за руку. Пак сразу попытался вырваться, но японец держал его изо всех сил: — Я не собираюсь больше за тобой бегать… — голос Ни-ки дрожал, но он не отпускал руку. — Просто скажи. Почему ты так со мной? — Нет никакой причины, — ответил Пак сухо. — Не ври. — Ни-ки стиснул пальцы сильнее. — Я ничего у тебя не прошу. Только правду. Сонхун молчал. — Мы были всем друг для друга, — продолжил он тише. — Ты будил меня по утрам. Мы засыпали рядом. А теперь ты даже стоять рядом со мной не можешь. Для тебя это… нормально? — Что ты хочешь услышать? — Пак наконец повернулся. — Чтобы я заплакал, вспоминая прошлое? Ты был ребёнком, это была моя обязанность. — Ты был мне как брат, — выдохнул Ни-ки. — А я, оказывается, был для тебя обязанностью. Молчание. — Просто скажи причину, — почти прошептал японец. — Мне нечего сказать. Сонхун выдернул руку и сделал шаг назад. — СУКА, ПАК СОНХУН! ПОЧЕМУ ТЫ ТАКОЙ? ПОЧЕМУ ТЫ ПРОСТО ВЫЧЕРКНУЛ МЕНЯ, БУДТО Я НИКТО В ТВОЕЙ ЖИЗНИ? ОТВЕТЬ МНЕ — Перестань истерить, — холодно бросил он. — Я заботился о тебе, потому что должен был. Ты вырос. Всё кончено. Не оглядываясь на младшего, спокойным шагом пошел в сторону дома. Нишимура никогда не испытывал такой боли. Сил в теле не осталось. Он упал на колени прямо на влажный асфальт, содрав кожу до крови. Он не хотел, чтобы мама видела его таким. Немного успокоившись, он поднялся и пошёл в сторону парка. Глаза опухли от слёз. Слова Сонхуна снова и снова крутились в голове. Осознание того, что всё это было «обязанностью», а не искренним желанием быть рядом, разрывало изнутри. — ЧЁРТОВ ХУН… лучше бы ты вообще не появлялся в моей жизни.       Парень шел по парку, в то время как неприятный ливень начался. Он наблюдал за людьми, которые весело бегали и смеялись вместе со своими друзьями. Это вызывало у него отвращение. Ему казалось, что никто не ценит настоящей дружбы, или может быть, это только он не достоин ее. Парень мучился, пытаясь понять, что он сделал не так, чтобы обратились к нему подобным образом. Просто вытерли ноги об него. Разве он слишком навязывался? В своем сердце он только желал найти человека, который будет рядом во все времена, игнорируя все трудности. Тот, с кем он сможет разделить свою боль, которая накопилась за день. Возможно, его желания были слишком большими? Разве все это не бывает в дружбе? Вот почему Сонхун и ушел, ему было не комфортно и неприятно. Весь следующий час парень продолжал свой путь по парку в слезах. Он уже не видел смысла, только одно желание упасть здесь и исчезнуть навсегда. Чтобы все забыли о нем, а он забыл и остальных. Возможно, он просто не достоин жизни в этом мире, даже его собственный отец не обращал из-за чертовой работы на него внимания. Взяв себя в руки, Ни-ки решил вернуться домой.       В это время Нишимура готовилась к неотложной работе, но заметила своего промокшего сына, который медленно продирался сквозь дождь. Она немедленно подбежала к нему и помогла зайти в дом. Младший был в состоянии лихорадки. Положив его в его комнату, она моментально пошла за лекарствами. Времени было совсем мало, так как работа была срочной и ее сын был больной. Нишимура не могла оставить его одного, поскольку его отец находился в командировке, поэтому она поспешила к семье Пака, чтобы попросить их присмотреть за ним, пока ее не будет.

***

      Младший из-за жара пролежал в постели целый день. Голова болела так сильно, что даже открыть глаза было тяжело. Ему хотелось снова заснуть и не просыпаться, но чья-то рука протирала его тело холодной водой. Приоткрыв глаза, он заметил мужской силуэт — Ху…н…? — едва слышно прошептал Рики. — Не напрягайся. Спи, — голос был тихим и мягким. Зачем он здесь? Чтобы добить окончательно? Или это сон? Пробежали мысли в голове младшего. — Почему ты так жесток со мной… — дрожащим голосом спросил Ни-ки. — Зачем ты сделал мне так больно? Почему сейчас сидишь рядом, будто ничего не было?.. — Прости… Я не хотел. Но я не могу иначе… прости, — прошептал Пак. — Почему… скажи мне. Мы могли бы справиться вместе… — Прости… я не могу.       Младший хотел повернуться, но посторонние руки крепко удерживали его. Он чувствовал себя болезненно и измученно, но силы покинули его безжалостно. Ничего не оставалось, кроме как довериться этим неприятным ощущениям и принять их.       Внезапно, когда Рики повернулся к Паку, он ощутил прикосновение холодных губ на своих. Этот поцелуй был неуклюжим и легким, но он навсегда запечатлелся в его памяти. Младший решил закрыть глаза и погрузиться в этот момент, ведь кто бы мог подумать, что он окажется таким нежным и сладким? Возможно, в будущем он будет жалеть о произошедшем, ибо как может быть целовать своего друга? Но сейчас он хотел, чтобы этот момент никогда не заканчивался.       Вкус мяты на губах Хуна был насыщенным и свежим, и Нишимура просто таял от нежности и желания остаться в этом поцелуе. Постепенно Пак отстранился от него, смотря в его глаза с оглядкой и сел рядом, обнимая младшего. Ни-ки мгновенно вспомнил те детские годы, когда они всегда засыпали так. Неожиданно слезы наполнили его глаза. Боль, которую он успел забыть на некоторое время, снова начала крутиться в его душе, но Рики решил не позволить этому испортить этот редкий и неповторимый момент. Он просто наслаждался и ответным обниманием, прижал Хуна к себе так же крепко, будто боялся если он расслабится, то Хун исчезнет . В этот момент он полностью ушёл в себя, в тот внутренний мир, где можно было дышать свободно и чувствовать счастье. Он хотел остаться там навсегда. Но между сном и реальностью вдруг прозвучал голос и чьё-то тёплое прикосновение к лицу. Мама Нишимуры разбудила его, чтобы он поел, ведь он проспал целый день. Рики с трудом открыл глаза, ощущая легкую головную боль после пробуждения. Он попытался запечатлеть в своей памяти каждую нюанс этого незабываемого момента с Паком. Но теперь реальность вернулась в его жизнь, напоминая о том, что мир не всегда сказочным и волшебным. Он преодолел легкую головокружение и медленно сел на кровати, протирая глаза, чтобы полностью очнуться. Ни-ки почувствовал, как кто-то ласково гладит его по волосам. Взгляд мамы, полный любви и заботы. — Рики, дорогой, ты проспал целый день. Пойдём поешь, — сказала мама тихо и мягко. В её голосе было столько нежности, что у Рики невольно сжалось сердце. Он обнял её, задержавшись чуть дольше обычного, будто подтверждая самому себе, есть вещи, которые не исчезают и не рушатся со временем.       Он встал с кровати, медленно разминая затёкшие от сна мышцы, и пошёл за мамой. Мысль о том, что он был вынужден расстаться с тем мгновением рядом с Паком, отзывалась лёгкой тоской. Но Рики чувствовал, что тепло и нежность не исчезли, они остались где-то внутри.       Во время еды он почти не чувствовал вкуса. Мысли снова и снова возвращались к произошедшему. Он понимал, что такие чувства трудно объяснить и ещё сложнее принять окружающим. Но для него они были настоящими. Рики не знал, что ждёт их дальше, и какими станут их отношения. Одно он понимал точно, сделать вид, будто ничего не было, он не сможет. Он решил поговорить с Хуном, честно и прямо. Мама время от времени смотрела на него внимательным, чуть обеспокоенным взглядом, словно чувствовала, что в душе сына что-то изменилось. — Мам… а где Хун? — тихо спросил Рики. — Сонхун? Наверное, дома. Вы же давно не общаетесь. Почему ты вдруг о нём спросил? — она удивлённо посмотрела на сына. — Он же вчера был у нас… — Вчера? — мама нахмурилась. — Ты весь день спал. Кроме меня и мамы Пака здесь никого не было. Я попросила её присмотреть за тобой, пока бегала на работу. Рики замер. В груди стало пусто и тревожно. Неужели всё, что он пережил, было лишь сном? Он машинально коснулся губ. Они всё ещё хранили прохладу, а где-то глубоко ощущался слабый мятный вкус. Это казалось слишком реальным, чтобы быть выдумкой. Позже он узнал, что Сонхун действительно ночевал не дома. Это только сильнее запутало мысли Рики, оставляя его наедине с ощущениями и вопросами без ответов.       Он долго сидел, глядя в окно. Луна бледно освещала ночное небо. Рики вспоминал статьи которые читал сегодня, что сны могут быть отражением подсознания, скрытых желаний и страхов. Он прокручивал каждую деталь, каждый взгляд, каждое чувство. Всё было слишком ярким, слишком живым. Воображение это было или нечто большее... он не знал. Но он решил не отвергать эти чувства, хотя сам еще не до конца понимал, что это значит.

Год спустя

      Последний экзамен был позади. Японец шёл домой медленно, плечи слегка опущены, а в голове словно гремели пустые коридоры мыслей. Он устал, но радости от завершения всего этого не чувствовал. Каждый шаг казался тяжёлым, словно тянул его обратно в реальность, где всё ещё оставалось место для сомнений и воспоминаний. Дома его встретила мама. Она была занята накрытием на стол, запах свежей еды тихо заполнял кухню, создавая ощущение привычного уюта. — Привет, сынок. Поздравляю с завершением всех экзаменов, — сказала она с мягкой улыбкой и лёгкой теплотой в голосе. Ни-ки подошёл и обнял её. Поцеловал в щёку, ощущая тепло её рук на своей спине. На миг сердце будто согрелось. — Спасибо, — выдохнул он тихо. — А где отец? — спросил он, хотя уже почти знал ответ. — Он снова на работе, — ответила мама спокойно. В этот момент зазвонил телефон. — О, как раз он и звонит, — сказала она, поднимая трубку. Рики даже не удивился. Он знал, что отец всегда занят работой. Он почти уверен был, что тот не спросит, как прошли экзамены, не поздравит. И, как и ожидалось, так и произошло. Он сел за стол, пока мама разговаривала по телефону. Ел молча, как вдруг вдруг услышал её слова: — Они очень хорошие люди. Мунбёль сказала, что она очень энергичная, как и ее сын — Сонхун уехал? — слегка дрожавшим голосом сказал парень — Да, они с родителями переехали в США В этот момент всё вернулось. Боль, горечь, обида, всё одновременно, как волна, накатившая на него с неожиданной силой. Нишимура думал, что справился, что принял ситуацию, что научился жить с этим. Но оказалось, что он лишь научился молчать. Где-то глубоко внутри он всё ещё верил. Верил, что со временем всё может измениться, что когда-нибудь они снова заговорят, и общение восстановится. Он надеялся, что вырастет, станет старше, и тогда всё станет проще. Эта тихая надежда жила в нём. Но Сонхун даже не пришёл попрощаться. Сердце сжалось, в груди поднялась ярость и обида. Он резко встал из-за стола и пошёл в свою комнату, захлопнув дверь с силой. Обида поглощала его целиком, смешиваясь со злостью. Злостью на человека, которого он вроде бы ненавидел, но которому всё равно был готов дать шанс, шанс снова быть рядом. Но этот человек даже не подумал о нём. И это было хуже всего.