У Блэков всегда должен быть наследник.

июль 1951.

В очередной раз поссорившись с женой, Орион Блэк сидел в гостиной поместья с бутылкой огневиски и смотрел как медленно горит огонь в камине, языки пламени словно переговаривались друг с другом лихорадочно треща и поднимаясь то выше, то ниже. Молодой Блэк устало провел рукой по лицу, ему уже очень поднадоело все это, вечные ссоры с женой, которая после рождения его племянницы Беллатрисы совсем с катушек съехала, мысль родить наследника Блэков настолько прочно засела в ее голове, что казалось, ничего важнее этого нет. «Ну конечно, нас даже женили ради того, чтобы этот ребенок был чистокровным Блэком» — издевательски улыбнулся он. Никто его и не спросил, просто на семейном ужине как снег на голову «вскоре вы с Вальбургой должны пожениться, ваша задача родить и воспитать чистокровного Блэка, даже нескольких» Кажется Орион тогда забыл как дышать, его родители настолько сошли с ума что готовы женить его на троюродной сестре? Хотя, если вспомнить, Вальбурга не была против, пожалуй, ей уже давно сообщили свои идеи на ее жизнь. Блэки, Блэки, Блэки. Чистокровные, хитрые, умные, готовы на все, чтобы сберечь свой род. Выходцы Слизерина, когда Когтеврана, не Хаффлпафф, или не дай бог Гриффиндора. Его братцу повезло куда больше, взяв в жены Друэллу Розье он живет и горя не знает, наследника от него не требуют, тем более у него уже родилась дочь, дочь, Орион тоже хотел бы дочь, только вот не от Вальбурги, и не потому, что его заставили, а просто дочь от любимой женщины, подойти к ним, увидеть эти маленькие ручки и ножки, беззубую улыбку и смешное выражение лица, счастливую жену и не менее счастливого себя. Блэк тяжело вздохнул, все будет совсем иначе, Вальбурга которая фанатично смотрит на их сына, именно сына, она и мысли о дочери не допускает. «Она не сможет продолжить род» — так она сказала на вопрос Ориона о девочке. И он с натянутой улыбкой будет наблюдать за всем этим цирком. Из дурных мыслей его вытащил стук чьих-то шагов, обернувшись, Орион заметил тёмную макушку. «Друэлла» — мелькнула мысль. Девушка растерянно остановилась, явно не ожидая увидеть здесь кого-то еще, при свете камина, уже три года как миссис Блэк, выглядела еще более утонченной, густые каштановые волосы водопадом раскинулись по плечам, прямая осанка, аристократические черты лица и карие глаза, устремлённые на Ориона с легким замешательством, это даже показалось ему забавным. — Добрый вечер — ровно произнесла она, в ответ Орион сдержанно кивнул, Друэлла была красивой женщиной, с хорошими манерами, слегка прохладной, но это лишь придавало ей некого шарма, он даже чуть-чуть завидовал брату, Сигнус был доволен своей женой, и выглядел весьма счастливым, особенно после рождения дочери, Ориону было трудно это признать, но он хотел такую ​​же семью как у своего брата, красивую женщину умеющую поддержать и крошечную дочь. Блэк схватил стакан с огневиски и залпом осушил его, это должно было помочь, и помогло, на гребаную минуту, пока Друэлла не села на другое кресло напротив. — Беллатриса уснула? — неожиданно для нее, да, наверное, для самого себя поинтересовался волшебник. — Да, только положила, ей всего полгода, но характера не занимать — с лёгким подобием улыбки произнесла Друэлла, дочь была точной копией ее мужа, даже характер его взяла. Орион усмехнулся, его племянница действительно была той еще ведьмочкой, иногда от ее неожиданных всплесков магии дом трясся, как-то даже разбилась ваза, доставшаяся Вальбургу от бабушки, крику было, Блэк пустил смешок, чем привлек внимание девушки. — Да вот, вспоминаю проделки Беллатрисы, — поспешил он объясниться. Она улыбнулась. У нее красивая улыбка — резко подумал Орион, но сразу же отогнал эту навязчивую мысль. — Поругался с Вальбургой, вот и здесь — неожиданно откровенно говорил он. Юная Блэк немного удивлено посмотрела на него, Орион не был из тех кто посвящает людей в дела его семьи, пусть она и была маленькой её частью, увидев такую ​​усталость на его лице, Друэлле даже стало его жалко, она, конечно, знала что у них все плохо, но чтобы настолько. Так вот почему Вальбурга пошла в гости к Ноттам, не хотела встречаться с ним — быстрая догадка словно стрела ударила в её голову. — Ее желание продолжить род Блэков начинает меня пугать, каждый наш разговор сводится так или иначе к ребенку, все что её интересует это будущий наследник, вроде бы это самое важное в ее жизни — медленно продолжил изливать душу Орион, сам не зная зачем, возможно он уже настолько устал и хочет с кем-то поделится, или просто смирится с тем, что у них нет, не было и не будет нормальной семьи с Вальбургой. Друэлла молчала, она прекрасно знала обо всех неудачных попытках забеременеть, о ее истериках и срывах, и даже когда Блэк сообщила о своей беременности, она чувствовала этот полный зависти взгляд с ее стороны, кажется, тогда у них с Орионом произошел самый большой скандал за весь брак, после она не видела ее несколько недель, затем Вальбурга появилась совершенно спокойная и удивительно в хорошем настроении, так продолжалось до тех пор, пока Друэлла не родила, пусть и девочку, Вальбурге и этого было достаточно, поспешно поздравив ее, она исчезла в комнате и потом, через неделю, бывшая Розье узнала от домовых эльфов, что юная хозяйка проплакала все эти дни и отказывалась есть. — Мне жаль, у Вальбурги столь большое желание стать матерью — довольно искренне произнесла женщина, но, все же можно было уловить нотки безразличия в её голосе. Орион засмеялся. — Матерью? Она хочет выполнить миссию, которую поставили нам родители, родить чистокровного Блэка, это как будто ее обязанность — резко оборвал ее волшебник, он был зол, очень. Друэлла промолчала. — Я так устал, чертовски устал, все это, весь этот фарс, счастливая семья, вся такая правильная, чистокровная, что имеет огромное влияние в магическом мире, только фальшь — Орион все продолжал и продолжал изливать душу, чем больше говорил, тем труднее Друэлле было дышать. — И больше всего я сожалею о том, что не смог сказать нет, своим родителям тогда, отказаться от этого брака, возможно тогда у меня была бы такая же семья как и у моего брата — Друэлла подумала что ей послышалось, Орион хотел такую же семью как у его Сигнуса? Может быть и такую ​​же супругу. Где-то глубоко в её сердце загорелась маленькая искорка надежды, которая сразу же и потухла. — Наверное, об этом я буду жалеть всю жизнь — она подджала губы, ее выдали замуж четыре года назад за Сигнуса Блэка, он оказался хорошим, большой любви у них не было никогда, но взаимопонимание и даже в некоторый степени уважение играло большую роль, но всё же, эти чувства к его брату появились еще на шестом курсе Хогвартса, сначала было тяжело видеть Ориона, но спустя некоторое время, ей удалось избавиться от этих чувств, пусть и не до конца, пусть ей и порой было больно видеть Блэка с другой, она знала что Орион никогда не полюбит и даже не обратит на неё внимание как на женщину, не больше жёны его троюродного брата, но это не мешало ей хоть в некоторые моменты испытывать нежные чувства к нему. Задумавшаяся девушка не заметила как кто-то уже давно целует ее, и как она так же давно отвечает взаимностью, пусть только одна ночь, достаточно и этого, Друэлла сохранит эти воспоминания чего бы ей это ни стоило и больше никогда не подпустит этого красивого мужчину с серо-зелеными глазами.

Март 1952г.

Детский крик раздался в одной из комнат старого особняка, женщина, лежащая на кровати, устало выдохнула, недалеко в руках колдомедика удобно устроилась маленькая девочка завернутая в белоснежное одеяло, ее большие серо-зеленые глаза были направлены куда-то верх а маленькая ручка благополучно засунута в рот. Передав сверток, он поспешил удалиться, чтобы успокоить бурную родню за дверью, словно почувствовав тепло матери, малютка направила свои большие глаза на усталую Друэллу Блэк, ее темные волосы спутались, а глаза лихорадочно блестели, она улыбалась, ведь дочь так похожа на него. Мимолетное увлечение, переросшее в безответную любовь, Друэлла знала что он ее никогда не любил, лишь нашел утешение, которое не мог найти в своей собственной жене, но тем не менее, этот промежуток останется навсегда в ее сердце, как и прекрасная малышка с его глазами.

1959г.

Маленькая девочка в зеленом платье неторопливо спускалась по лестнице, вьющиеся волосы смешно подпрыгивали, темные брови были нахмурены, она сосредоточенно смотрела на каждую ступеньку и с большим упорством преодолела этот тяжелый, по ее мнению, путь, и побежала в гостиную к другим членам семьи. Гостиная дома Блэк была настоящей сокровищницей, большая люстра только чего стоила, черный мраморный пол и изумрудные стены, диваны из драконьей шкуры, старинные вазы изготовлены еще их предками лет тридцать назад, портреты членов семьи в серебряной раме высшей пробы, огромный камин. Как рассказывал отец, они с матерью переехали в этот дом, когда ее старшей сестре Беллатрисе было шесть месяцев, старинное поместье досталось им от дедушки Поллукса и бабушки Ирмы, брат папы, Орион с тетей Вальбургой живут в поместье его родителей. Она ещё ни разу не видела их, мать старательно избегает этих встреч, а папа иногда ездит к ним в гости, редко беря с собой Беллатрису, они же с Нарциссой остаются дома и весело проводят время с их матерью, хотя, как говорил отец, дядя Орион хочет встретиться с ними. По его словам, очень любит своих племянниц, наверное, из-за отсутствия своих детей которых к сожалению не могла подарить ему тетя Вальбурга, это сильно нервировало ее, у Сигнуса Блэка было всего три дочери, которые вскоре выйдут замуж и не смогут продолжить древний род. Зайдя в зал красавица увидела свою маму, молодая женщина лет тридцати держала четырех летнюю девочку с белокурыми волосами и старательно что-то ей объясняла, снисходительно улыбнувшись малышке, она неспешно её отпустила и повернулась в сторону своей второй дочери. Её мама была красивой, даже очень, миниатюрная брюнетка с большими глазами и тонкой талией, бледная кожа и лёгкий макияж только придавали шарма. Только вот привычное спокойствие и лёгкое безразличие не было видно на её лице, губы поджаты, а морщинка между бровей говорила о том что женщина немного нервничала. «А если он поймёт, если узнает, она же так на него похожа» «Нет, я все предусмотрела, сообщили им о беременности только через месяц как узнали, темные волосы есть у всех Блэков, а вот глаза, не только же у него такие были, в конце концов они и Сигнус троюродные братья» Друэлла сделала вдох. «Даже у Цисси белокурые волосы, значит гены могут сработать через десять и двадцать лет» Она понятия не имела с чего это вдруг Вальбурга и Орион чуть ли не умоляя зовут их к себе в гости, больше упираться женщина не могла, если раньше можно было сказать что кто-то из девочек заболел, или ей срочно нужно навестить семью и дочерей она берет с собой, объясняя это тем что её родители соскучились по внучкам, к счастью Сигнус не так часто навещает брата и таких неловких отговорок не много Откинув тревожные мысли женщина нежно провела своими изящными пальцами по голове дочери, всё-таки она чертовски похожа на него.

15 февраля 1958г.

Семейство Блэк было в полном составе, даже Альфард почтил их своим присутствием, мирно сидя за столом и переговариваясь на такие заурядные темы как «магглы, последние новости из пророка, будущее её детей, что они благополучно поступят на Слизерин и выйдут за чистокровных волшебников» ну и конечно же о Воландеморте, молодой волшебник уже достаточно проявил себя, они восхищались его силой, но Альфарду и Ориону не нравился излишний фанатизм и очень тёмная магия Вальбургу было не узнать, она буквально светилась, улыбалась, поддерживала темы, Друэлла и не помнила когда видела её такой в последней раз Орион же выглядел задумчиво, как только они трансгесировали, он как и положено принял гостей, даже поговорил с племянницами, и облегчению Друэллы едва обращал внимание на их схожесть с Кассиопей, всё-таки её внешность очень схожа с Блэками и даже можно было действительно посчитать её дочерью Сигнуса, если бы не глаза и некоторые повадки Ориона — Нарцисса, дорогая, у тебя просто прекрасные волосы — неожиданный комплимент от Вальбурги заставил напрячься Друэллу — У нашей матери Ирмы были такие же, о, я тогда часто обижалась, уж очень и мне хотелось — достаточно тепло продолжила Блэк чем заставила Цисси улыбнуться, она всегда была горда своими волосами, некоторые волшебники на приёмах говорили что девочка схожа с Ангелом — У Кассиопеи глаза покойного Сириуса ||, наши гены действительно сильны — с улыбкой продолжил Сигнус, Друэлла сдержалась чтобы не прикрыть глаза, замечание мужа было очень кстати к этой ситуации, но, к счастью, Вальбурга довольно кивнула, а Орион едва услышал разговор витая где-то в своих мыслях Ещё немного поговорив, она поднялась с места чтобы сообщить, по её словам, прекрасную весть — Я беременна — всего два слова заставили всю семью замереть от шока, беременна, после десяти лет безуспешных попыток Вальбурга беременна. Первым оклемался Альфард и с большой радостью что на него перестанут давить из-за наследника, поздравил будущих родителей, за ним Сигнус, девочки и Друэлла с натянутой улыбкой обнявшая счастливую маму, только счастье это было какое-то фанатичное, словно это не ребенок а ключ к чему-то, Орион з непривычной отстранённостью благодарил всех, наконец-то скандалы стихнут в этих стенах, но вот радости он не чувствует.

23 февраля 1959г.

Ровно в полночь на свет появился Сириус Орион Блэк |||, названый в честь Сириуса || и звёзды Сириус. Вальбурга даже не выглядевшая уставшей, держала маленького Сириуса стальной хваткой, её глаза горели стоило ей взглянуть на мирно спящего малыша, Орион Блэк стоял возле жёны и смотрел глазами полными неверия глазами, его ребенок, маленький, такой крошечный, странное тепло разлилось по его телу, наверное, это и есть отцовская любовь. он будет его любить, обязательно будет

май 1962г.

Кинг-Кросс как всегда был забит до отвала, семьи провожали своих подросших детей на поезд, у кого-то это был последний год в Хогвартсе, а кто-то только первокурсник. Юная волшебница с копной черных кудрявых волос послушно стояла возле своей семьи и выслушала наставления, многое изменилось за последние три года, Вальбурга Блэк к великому счастью её родителей, подарила ещё одного наследника Ориону Блэку, в июне прошлого года на свет появился Регулус Арктурус Блэк, Беллатриса усердно готовилась у поступлению в Хогвартс, она должна быть одной из лучших, Касиопее поступать только на следующий год и она с нетерпением ждала этого дня, маленькая Нарцисса держалась за руку матери и была непривычно тихой, видимо, такая толпа людей нервировала её, со стороны семейство Блэк имели вид настоящих аристократов, впрочем, кеми и являлись, гордо поднятые головы, королевские осанки, Друэлла Блэк одетая в изумрудное платье до колена, накидку и туфли лодочки, аккуратно поправила локоны дочери и со снисходительной улыбкой отошла подзывая мужа, окрепший Сигнус Блэк, в черном костюме и туфлях со змеиной кожи резким шагом оказался возле Беллы, смерив ее серьезным и немного холодным взглядом произнёс: — Будь лучшей, быть слабаком непростительно для Блэков — отрезал он, после чего последовал кивок со стороны девочки, улыбнувшись одними глазами мужчина кивнул на поезд который уже должен отбывать и присоеденился к жене, последний раз осмотрев семью Беллатриса уверенным шагом направилась в купе. Началось совсем другое время, грядёт что-то, что изменит много судеб

май 1970г.

Молодая девушка с идеально прямой спиной скучающе осматривала платформу забитую детьми и их родителями, её волосы крупными кольцами раскинулись по плечам вплоть до поясницы, большие серо-зелёные глаза щурились от солнечных лучей, это был её последний год в Хогвартсе, кажется, она даже будет скучать, всё ведь произошло именно здесь, первые друзья, неудачи и удачи, влюбленность, разочарование, счастливые моменты и ещё много чего. — О чём задумалась? — звонкий голос сёстры вытянул Кассиопею из пучины раздумий. Да, она определённо будет скучать за этим местом. Девушка обернулась чтобы получше рассмотреть Нарциссу, золотистые волосы были собраны в тугой хвост, холод её голубых глаз пронизывал до костей, но на губах играла лёгкая полуулыбка, её сестрёнка была чертовски привлекательной особой, в свои пятнадцать лет у неё уже отбоя от женихов не было, начиная обычными магглами, и заканчивая чистокровными волшебниками из самых уважаемых семей. Но младшая Блэк засматривалась только на одного очень высокомерного индюка голубых кровей, который сейчас буквально прожигал дыру в спине Кассиопеи закрывающую ему обзор на Цисси. *Надо же, из всех чистокровных именно этот слизняк причина её мечтаний — невольно проскользнуло в мыслях* — это прозвище любезно дала она белобрысому, или же Люциусу Малфою, отец только спит и видит как они породняються с этой семейкой *Ну конечно, кому не нужен зять с блестящей репутацией и несколькими миллиардами за спиной* — мысленно усмехнулась девушка. — О том, что сейчас твой недопарень сожжёт меня дотла если я не открою ему кругозор на твоё милое личико — эффект не заставил себя ждать, Нарцисса Блэк густо покраснев, убежала к родителям, которые мило говорили с их дядей и тётей. Их старший сын Сириус как матрёшка вертел головой в разные стороны, осматривая всё вокруг, Регулус же спокойно стоял возле тёти Вальбурги, иногда отвечая на вопросы матери. Недалеко от них стояла Беллатриса Блэк и её жених Рудольфус Лестрейндж. Как только старшей Блэк стукнуло восемнадцать, её сразу же обручили с Рудольфусом, но Белла и бровью не повела, делая все чтобы угодить родителям и остаться лучшей дочерью в их глазах. Рудольфус с привычным ему высокомерием смотрел на всё вокруг, кудрявые волосы были красиво уложены, цепкий взгляд карих глаз не упускал никакой мелочи, как всегда, скучный, молчаливый, до тошноты правильный. С гнильцой — первая мысль Кассиопеи на появление этого павлина в их особняке. Здесь и в её затылок упёрся пронизывающий насквозь взгляд, буквально делая дыру в бледной шее девушки, она знала кто это, медленно обернувшись, Кассиопея наткнулась на пару зелёных, как хвойный лес глаз, стоящий рядом с Барти Краучем-младшим, Теодор Нотт изучал каждый миллиметр лица и тела девушки. Его кудри как всегда были в лёгком беспорядке, но это только придавало некого шарма, густые брови немного нахмурены, из-за чего образовалась складка, тонкая полоска шрама рассекала левую бровь вплоть до глаза, одетый в форму Слизерина с кое-как завязанным галстуком, её губы дрогнули, он никогда не умел завязывать этот чёртов, по его словам, галстук, она всегда делала это за него.

Хогвартс 1969г.

Флэшбэк:

Плотно затянутые шторы изумрудного цвета, казалось, не давали и возможности пропустить хоть один лучик света, на средней по размеру кровати, мирно сопя, лежала девушка, шоколадные пряди хаосом разметались по подушке, ресницы едва заметно трепетали, а в меру пухлые губы были приоткрыты. Жарко. Ей было невыносимо жарко. Кое-как перевернувшись, она уткнулась в шею Нотта, который буквально пригвоздил её своей рукой к кровати, кудрявые волосы щекотали лицо, Кассиопея улыбнулась, сейчас ей меньше всего хотелось плестись на уроки к Горацию Слизноту, компания другого слизеринца была куда более приятной для неё. Эти встречи стали уже традицией, как только его друзья сваливают куда-то на ночь, Кассиопея оказывается в этой комнате через пять минут, Теодор буквально заставляет её умирать, а потом воскресать заново, чёрт, наверное лучшего партнёра в постели не найти. Но, может это связано с чувствами девушки, Салазар, а кто в него не влюблён, умный, красивый, выходец из тройки лучших чистокровных семей магического мира, и самый богатый наследник по подсчётам Ведьмополитена, но это меньшее что интересовало юную Блэк. Медленно сев на кровати, девушка взглянула на него. Кудри спутались, лицо было расслабленным, что можно увидеть довольно редко, шрам рассекал бровь, она аккуратно провела по руке где была чёрная метка, Пожиратель смерти, единственное что отталкивало большинство людей, но не её, знающая что парень принял метку не по своей воле, а его долбанутого папаши, Кассиопея сожалела ему, в чем он, конечно, не нуждался. Аккуратно скинув одеяло, девушка ступила глазами на мраморный пол, сразу же поморщевшись, да уж, здесь как всегда до жути холодно, не мешало бы камин поджечь, все-таки уже декабрь. Одевшись и накинув мантию, Блэк быстро завязала галстук и уже собиралась выходить как хриплый голос настиг её раньше. — Уходишь? — кудрявая макушка приподнялась, устремив свои зелёные глаза на не менее заспаную Кассиопею. — Слизнот не терпит прогульщиков — сдержанно ответила та. — Потерпит — резко отрезал Нотт, эта черта была неизменна, чертовски самоуверен, одевшись он подошёл к ней чуть ли не впритык и протянул галстук, Кассиопея улыбнулась, до жути идеальный Теодор Нотт не умел завязывать галстук, кому скажи, засмеют, аккуратного поправив изумрудный клок ткани, девушка подняла голову, зеленоглазый был выше почти на двадцать сантиметров и пристально наблюдал за ней, неожиданно нагнувшись оставил лёгкий поцелуй на её лбу, сердце сделало кульбит, она так и не поняла какие между ними отношения, а Нотт и не спешил объяснится. — Спасибо — произнёс он уже возле самого выхода, дурацкая улыбка украсила лицо Кассиопеи, такое редко услышишь от самого Теодора Нотта.

Кинг-Кросс 1970г.

Это была их последняя встреча, он больше не звал её к себе, лишь иногда приветствовал в гостиной Слизерина, отвернувшись, девушка направилась в сторону родителей, которые уже успели похвастаться будущим зятем Малфоем, Лестрейнджем, а вот для неё партию ещё не нашли, впрочем, это дело времени, отец обязательно выдаст её за какого-нибудь чистокровного и богатого отпрыска его друзей. Кассиопее придётся лишь смириться с этим. Взяв за руку Нарциссу и кивнув родителям, девушка направилась в купе поезда, нужно сполна оторваться, это же её последний год в Хогвартсе.

Особняк Блэков 1972г.

—Сигнус, ты сияешь как новенький Нимбус, в чем причина твоей радости? — его жена с подозрением взглянула на радостного Блэка. Сигнус Блэк вальяжно сидел в кресле и пил огневиски, на лице его красовалась ленивая улыбка. — Кассиопея выходит замуж — довольно сообщил он, ожидая от жены ответной реакции. Друэлла застыла, когда он успел обручить её дочь? Да, это рано или поздно случилось бы, но можно было бы и рассказать, она же все-таки его жена. Тело женщины окутало раздражением. — Почему ты не предупредил меня, не посоветовался, я её мать и имею право знать — недовольство так и сочилось с неё. — Я уже всё решил, и обсудил с её родным отцом — Друэллу словно ударили, она устремила полный удивления взгляд на совершенно спокойного мужа. — Не смотри на меня так, только слепой не заметит её сходства с Орионом, даже повадки передались — он медленно поднял стакан и мучительно долго сделал глоток проклятого огневиски. Друэлла боялась. Глупая, какая же она глупая, если думала что сможет всех перехитрить. — Ах да, ты хочешь узнать когда я понял, наверное когда ты была на пятом месяце, совершенно случайно подумал что даты не сходятся, у нас нечего не было почти два месяца, а потом ты так резко проявила инициативу, когда колдомедик сообщил мне точную дату твоей беременности я пропустил это мимо ушей, но вот чуть позже вспомнил, потом твоё нежелание сообщать сразу о своей беременности, ездить в гости к моей сестре, все сходилось — монотонно и как маленькому ребенку объяснял Сигнус. — После рождении Кассиопеи мои догадки только подтвердились, она ведь так похожа на мужа моей сестры, я ведь знал что ты к нему неровно дышишь ещё с шестого курса, вот печально, вышла замуж ты за меня, но всё равно нашла способ хоть как-то взять частицу Ориона, я удивлен. Сигнус слегка улыбнулся. —Знаешь, я всегда любил Кассиопею больше остальных, знал что она не родная мне, но все равно любил, ведь она отличалась всём, была лучшей всегда, я даже завидовал что она не моя дочь — Сигнус всё продолжал говорить, с каждым словом Друэлла ещё больше нервничала. Забавно, я умудрилась перехитрить саму себя — эта мысль все больше и больше пожирала её — Всё решено, Теодор Нотт идеальная партия для нашей дочери — резко ответил Блэк. Друэлла моргнула, Теодор Нотт?.. Тот Нотт который изображён на фотографии Кассиопеи которую она случайно нашла в её книге Она выглядела счастливой на этом фото — нехотя подумала женщина. Может это действительно хорошая идея. Возразить она не могла, слишком уж побаивалась навлечь гнев мужа, который с лёгкостью расскажет всё своей сестрице и не сносить ей головы, Вальбурга убьёт её, и возможно нанесёт вред её детям, хотя, это маловероятно, всё-таки они и дети Сигнуса.

Нотт-мэнор 1979 г.

Детский крик прошёлся по всему второму этажу большого особняка, молодая женщина устало выдохнула, её кожа была белее обычного, едва были силы поднять руку, возле неё мирно сопя лежал младенец, густые чёрные вьющиеся волосы, маленькие ручки, красивые зелёные глаза, копия отца. Словно почувствовав что про него думают, старший Нотт аккуратно вошёл в спальню, поблагодарив колдомедика он резко обернулся в сторону жёны, которая впрочем взгляда с него не сводила. Даже сейчас, после нескольких часов родов она всё также прекрасна — подумал Теодор. Он любил жену, действительно любил, только она не отвернулась от него когда узнала про метку Пожирателя, она гладила его по волосам и слушала про то как он ненавидел своего отца, она терпела его выходки, холодное отношение, всегда оставалась рядом, поддерживала, обнимала, любила его. И именно она подарила ему сына, так похожего на него. Узнав про свадьбу Кассиопея не разочаровалась, всё-таки, что бы не вытворял Теодор Нотт, она за всю учебу в Хогвартсе успела привязаться к нему, а после полугода их встреч в его комнате и вовсе полюбить. К её огромному удивлению он был прекрасным мужем, чтил, уважал, прислушивался к ней, радовался как ребёнок когда узнал о положении его жены и всегда оберегал, никто не смел обидеть бывшую Блэк, всё знали что её муж словно змея, медленно но эффективно избавиться от этого человека. Если и раньше некоторые завистливые дамы и обиженные мужчины хотели укусить побольнее из-за отсутствия ребёнка и неспособности Кассиопеи родить, то после случая с Эваном Розье который метил на место Министра магии и был практически у цели, как некстати обмолвился тем что из Блэк никудышная жена и никогда Нотту не видать наследника. Вскоре, удивительным образом, он покинул Англию и не возвращался около пяти лет, про должность Министра забыл по щелчку пальца. Миссис Нотт лишь бросала полные веселья взгляды на мужа, стоило кому-то из собеседников завести разговор за внезапно уехавшего Розье. Младенец недовольно засопел. Старший Нотт поспешил взять непоседу, аккуратно поддев головку он устремил взгляд зелёных как хвойный лес глаз на ребенка, который смотрел также. Неожиданно младший Нотт одарил отца беззубой улыбкой.

— Теодор.

— Что? — не сразу откликнулся муж.

— Его имя Теодор — нежно произнесла Кассиопея.

Нотт улыбнулся.

— Добро пожаловать, Теодор — тихо произнес мужчина и поцеловал в лоб уже мирно спящего младенца.

Нотт-мэнор 1981г.

— Нет — продолжал упираться Теодор исподлобья смотря на свою жену, под глазами его залегли мешки, некогда уложенные волосы спутались. — Выслушай меня, прошу — Кассиопея отчаянно смотрела на своего мужа в надежде что он всё-таки прислушается. — Я сказал нет, ты моя жена и мать моего ребёнка, моя цель — защищать вас, поэтому я служу Лорду, так вы в безопасности, и ты не смеешь вмешиваться в наши дела, это ясно? — напряжённые перемешанное со злостью так и сочилось с него. — Да послушай же ты, только безумец расколет свою душу ради силы! Если бы я знала что за медальон он в знак доверия дал на хранение нашей семье, никогда бы не согласилась! — голос уже 7 лет как миссис Нотт сорвался на крик, её муж никак не понимал что за магия храниться в этом злосчастном медальоне. Резким шагом преодолев расстояние в своём кабинете, Теодор з силой схватил темноволосую за плечи, пальцы со злостью сжимали её фарфоровую кожу до самых синяков. —Дура, ты умрёшь если пойдешь против него, неужели не понимаешь — прошипел он ей в лицо. — И пусть, лучше так чем служить этой змее — её холодный тон словно хлыст ударил по лицу Теодора. Злобно зарычав, Нотт резко отпустил жену и покинул дом злостно хлопнув дверью. Кассиопея разочаровано опустила голову, несколько слезинок всё-таки вырвались наружу, серо-зеленые глаза покраснели и непроизвольно из груди женщины вырвался всхлип. Он оставил её одну. Вытерев слёзы темноволосая поспешила в соседнюю комнату где в кроватке из темного дерева мирно спал младенец. Тёмные вьющиеся волосы, длинные ресницы и маленький носик который он недовольно морщил время от времени. И главное глаза, зелёные, как и у его отца. Кассиопея аккуратно убрала тёмные волоски и нагнувшись, нежно поцеловала тёплый лобик маленького Теодора. «Я люблю тебя, Тео, и отца твоего я тоже люблю, так сильно» — эта мысль раз за разом крутилась в голове Кассиопеи. Внезапно послышался хлопок. «Пора» — горько усмехнулась темноволосая. Последний раз посмотрев на сына она сняла с шеи кулон когда-то подаренный её матерью и аккуратно поставила на подушку у его лица, горькая слеза скатилась по её бледной щеке. Аккуратно закрыв дверь она быстром шагом вернулась в кабинет мужа где её уже ожидал брат. Регулус Блэк словно статуя стоял посреди комнаты, темные волосы были в хаотичном беспорядке, зелёные глаза выражали беспокойство, одетый в тёмный плащ пожирателей и перчатки больше походил на аристократа. Достав из кармана массивный серебряный медальон, Кассиопея протянула его, холодная рука Регулуса замерла на пол пути. — Ты уверена? —он посмотрел в её глаза желая найти хоть каплю сомнения, но ничего, лишь холодная решимость. Быстро сунув медальон в его раскрытую бледную руку и изящными длинными пальцами, Кассиопея крепко обняла брата. Совсем юный, а уже пожиратель, таким она помнила своего мужа когда они только начали встречаться тайком в его комнате, те же темные кудрявые волосы, точёные скулы, брови, лишь только его голубые глаза были напоминанием что перед ней её двоюродный брат, а не старший Теодор Нотт. Крепко обняв её в ответ Регулус поспешно вдохнул такой родной запах лаванды и шоколада. Он любил свою сестру и не хотел подвергать её опасности когда рассказал про крестраж, только вот, она вызвалась на помощь. Как всегда. Даже когда его брат Сириус ушёл из дома, только Кассиопея его поддерживала и навещала. Благодаря ей Регулус не чувствовал себя брошенным. И он будет благодарен ей за это всю жизнь. — Уходи, он скоро будет здесь, не удивлена если он и крестраж связаны — приглушённо сказала Нотт. Регулус ещё несколько минут изучал её лицо, стараясь запомнить каждую деталь. — Ну же, тебе пора — подтолкнув его, Кассиопея отошла. Последний раз обернувшись Блэк увидел её мягкую улыбку. И трансгесировал. Не успев дойти до двери женщина услышала ещё один хлопок. Внезапно стало холодно. Повеяло смертью. — Где он? — послышалось шипение из второй части комнаты. Медленно обернувшись она увидела его. Когда-то красивый юноша называемый Томом Реддлом, стал похожий на мерзкую, скользкую змею, впрочем, кем и являлся. Упрямо поджав губы Кассиопея устремила взгляд на их с Теодором семейное фото, она в длинном изумрудном платье ниже колена, волосы раскиданы по плечам, держит маленького шестимесячного Тео, а её муж стоящий позади и нежно обхватывающий её плечи с лёгкой улыбкой смотрел на них. Она тоже улыбнулась. *Простите меня, прошу, простите*. Эта мысль была последней о чём подумала молодая женщина, некогда бывшая Блэк и всего лишь семь лет как Нотт. Зелёная вспышка и злосчастные два слова оборвали жизнь всё ещё очень юной волшебницы, совсем не подозревающей что внутри неё умерла ещё одна маленькая жизнь, жизнь, которая была бы очень похожей на неё. А через несколько часов, на Годриковой впадине, оборвется ещё две жизни, таких же юных волшебников как и Кассиопея Нотт, и такой же маленький мальчик будет лежать в колыбели из темного дерева. Может быть у Теодора Нотта будущего выходца Слизерина, умного, отстранённого, чистокровного аристократа, любителя побыть в тишине, но и не прочь оторваться с друзьями и звёздного мальчика именуемого Гарри Поттером со шрамом на лбу в виде молнии, красивой девушкой, верными друзьями, большой славой и таким же большим грузом на плечах есть больше общего чем они могут представить, намного больше.