Сон

      Жар, дыхание куда-то в плечо. Будто кипяток. Веснушки горят, лицо горит, он весь горит. Вроде бы и ясно, что это сон. Очередной мокрый сон. Сколько уже таких ему приснилось? Бесконечность. Но этот был особенным.       Он простонал, надеясь, что в реальном мире, где сейчас ночь и спящий за стенкой брат, этого не было слышно. А во сне его руки уже вовсю запутались в рыжих волосах, оттягивая их так, что Хэви прошипел. Болезненно... Возбуждающе.       Острый язычок прошёлся по сухим пухлым губам. Зелёные глаза игриво сверкнули, когда Ди сглотнул, смотря прямо на острые клычки брата, обнажившиеся от оскала.       Блядство. Даже во сне его мучают эти прелюдии.       Хэви задрал футболку, а блондин уже подхватил его действия, буквально сдирая с шеи рыжего ненужную вещь. Хэви такой стройный, такой подтянутый... Такой горячий. Как солнце.       Длинные пальцы торопливо, будто бы в последний раз, оглаживали обнаженные бока рыжего, пока последний снимал одежду с Ди. Так же торопливо, несвязно, размыто... Будто это все было неважно.       А потом полетели боксеры, руки мелькали, прощупывая каждую клеточку желанного тела, а два члена уже вовсю потирались друг о друга, смешивая выделяющуюся смазку в общую субстанцию. Ди сдерживался, только закатывая глаза и тяжело хрипя, он все ещё помнил, что эта прекрасная картина не может быть реальностью. Если Хэви услышит хоть один стон, доносящийся из спальни брата ночью, то будет стебать по этому поводу очень и очень долго, даже не представляя, что снилось блондину в ту ночь...       Его соски давно затвердели, а когда Хэви провел по ним влажным прохладным языком, Ди открыл рот в немой просьбе. Хэви ухмылялся, как последняя шлюха, засовывая свой палец в раскрытый рот блондина и проводя им по языку брата, ногтем зацепляя пирсинг. Ди высунул язык вслед за пальцем Хэви, облизывая пульсирующие губы. Хотелось грубого поцелуя.       Это же сон. А во сне иногда можно делать то, что никогда не сделаешь в реальной жизни.       Ди поймал руку мелкого брата, потянул на себя. Хэви пришлось облокотиться руками по обеим сторонам от тела блондина, а сам он впечатался губами в его губы. Ди вылизывал, кусал, пробовал, сминал эти потрясающе-пухлые губы, постоянно натыкаясь языком на клычки, получая в ответ ещё более пылкие покусывания. Эти неприличные звуки поцелуев окружили их с ног до головы, смешиваясь с запахом пота и любви. Хэви все тёрся стояком о такой же сильный стояк брата, целуя и целуя его покрасневшие губы, играясь с пирсингом языка и сжимая пальцами левый сосок. Ди терпел. Терпел всю прелюдию, хотя уже с самого начал хотел наполненности внутри себя, да ему и, в принципе, нравилось кусаться до крови.       Интересно, как он выглядит во время этого сна в реальности? Наверняка он тяжело дышит, может, иногда постанывает, краснеет и хмурится... И у него просто обязан быть стояк.       Хэви нехотя оторвался от вспухших, даже с кровью в некоторых местах, губ. По-любому у него так же. Да, об этом говорил довольный взгляд Ди. Рыжик спустился вниз, к набухшему члену брата, проводя кончиками пальцев по впалому животу, посылая мурашки. Он схватил пульсирующий орган, довольно сильно зажал его и медленно провел по возбуждённой плоти, выдавливая очередную порцию смазки. Ди всхлипнул, закрыв лицо руками.       — Ну уж нет, смотри сюда, принцесса. Сейчас будет интересный процесс, — несильно шлепая Ди по рукам, издевательски пропел Хэви. Он убрал руку с дрогнувшего члена, провел ей по внутренней стороне бедра блондина, размазывая предэякулят, так, что бедро теперь интимно блестело, так, что захотелось слизать это все с него. Хэви осторожно дотронулся до колечка мышц ануса брата большим пальцем, будто спрашивая разрешения. Ди смотрел расширенными глазами на происходящее. Как хорошо, что это сон, иначе блондин сгорел бы со стыда.       Указательный палец растянул вход, исчезая внутри. Вроде неплохо. Ну а что в мокром сне может быть плохо? Хэви хмыкнул, решив не ждать, пока Ди привыкнет. У них слишком мало времени на то, чтобы просто привыкать. Средний палец был добавлен к указательному, но уже сложнее был принят тугими стенками ануса. Хэви медленно вставил пальцы до основания, вызвав громковатый стон у Ди, когда нащупал заветный бугорок.       Светлые волосы раскидались по подушке, неприятно прилипнув к плечам; но Ди было все равно, что там у него прилипло, а что нет. Он, блять, чувствует все прелести стимуляции простаты во сне!       Тем временем рыжий уже добавил третий палец, начиная потихоньку двигать рукой, постоянно задевая тот самый бугорок и наслаждаясь ответными стонами и видом Ди. Его щеки очень развратно порозовели, рот был приоткрыт, а глаза потемнели, вовсю разглядывая возбужденного Хэви. Ди офигенный. Ди сексуальный. Ди на самом деле эмоциональный.       Когда мышцы были достаточно разработаны ловкими руками Хэви, Ди будто очнулся от транса, снова притягивая к себе брата и сливаясь с ним в очередном болезненном поцелуе. Хэви пришлось вытащить пальцы из ануса блондина, и из-за этого Ди почувствовал пустоту. Надо бы ее уже заполнить.       Несколько раз укусив уже совсем раздолбленные губы мелкого, Ди отпустил его, прохрипев:       — Войди уже.       Хэви хмыкнул, но спорить не стал. Он провел по своему члену той же рукой, которой растягивал Ди, размазывая смазку по всей немаленькой длине, и пристроился к разработанному анусу головкой. Вдохнул побольше воздуха, будто перед прыжком в воду, и резко вошёл, вызывая у брата ругательства, смешанные с шипением и полустоном-полукриком.       — Это ещё не во всю длину, — зачем-то сказал рыжий, останавливаясь где-то на половине, давая Ди привыкнуть.       Это точно сон?..       — Готов?       Неуверенный кивок. Прикрытые глаза. Блядский красивый румянец.       Хэви продолжил входить. Внутри этой снежной королевы так жарко и тесно, не то, что снаружи. Член пульсировал, требуя больше. Больше грубости. Больше жёсткости. Но надо привыкнуть.       Ди закусил кровоточащую губу, сминая пальцами простыню. Почему все такое детальное? Будто бы и не сон вовсе. Хоть Ди совершенно не против.       — Давай... Уже... Побыстрее, — с каждым новым толчком Ди понимал, что хотел отнюдь не нежности со стороны брата.       Тогда Хэви, отбросив все приличия, опять резко вошёл, но уже во всю длину, так же резко вышел, тоже почти во всю длину, и опять вошёл, грубым толчком задевая простату. Ди уже не сдерживал стонов сначала немного болезненных, а потом наслаждения. Грубые толчки, как до этого поцелуи, отзывались в его голове фейерверками высочайшего наслаждения и ещё большей похоти. Хэви жёстко втрахивал собственного старшего брата в его кровать, как и хотели они оба. Его член ощущал тесноту и жар все больше и больше, видимо, сам становясь все больше и больше от возбуждения. Хэви прикусил внутреннюю сторону щеки, дабы не стонать при каждом новом движении, чтобы слышать эти прекрасные, совершенно развратные чпокающие звуки, когда член активно двигается в заднице, и поистине блядские стоны поистине блядского Ди. Сам же блондин ничего уже не соображал, чувствуя только долгожданную грубую наполненность внутри себя, чувствуя, как взрывается от переизбытка стимуляции простата, как поджимаются яйца и пульсирует собственный член... Ди мутным взором смотрел на младшего брата, который уже совершенно по-звериному трахал его, не стесняясь и ещё больше трахая блондина своим похотливым взглядом, нежели членом. Кровать бы уже давно сломалась, если бы была кроватью мелкого, но это же огромная кровать Ди. Им ничего не мешает грубо, почти до смерти, затрахать здесь друг друга.       Хэви, не останавливаясь, наклонился к шее брата, кусая ее. Засос. Ещё один. Ещё. Ещё. Ещё. Ключицы, плечи, соски, очередной жаркий и мокрый поцелуй.       — Хочу тебя всего, — прохрипел он, осматривая алые пятна на бледном, двигающемся в такт его толчкам, теле блондина. Блядина в чистом виде, а не хмурый холодный старший брат.       — Ты... И так меня... Ох... Уже получил... А-а-ах... — Сука, ещё и стонет как проститутка с трассы. И это Хэви эмоциональный?       Рыжик после этого заявления почувствовал, что больше не может терпеть. Пара особенно грубых толчков — и в сокращающийся анус блондина льется теплая вязкая сперма, заполняя собой все пространство. Хэви вытащил обмякающий член из задницы Ди, смотря, как белая жидкая субстанция выливается из ещё раскрытого ануса. Рыжий наклонился, приник губами к члену Ди, будто бы присосавшись к нему, а потом со всего размаху заглотил во всю длину, вызывая тем самым протяжный стон старшего. Хэви бы кончил от одного только этого стона, если бы он только что не кончил от предыдущего...       Да, Ди, в тебе скрыто немало талантов.       Хэви весь раскраснелся: не каждый день он заглатывает по самые гланды чужие члены. Но результат не заставил себя долго ждать. Такая же вязкая, как у него самого, сперма выстрелила прямо в горло Хэви, заполняя своим терпким вкусом все нутро. Рыжий проглотил все без остатка, отпуская пульсирующий после оргазма орган, и довольствуясь судорожными вздохами Ди, снова облизывая губы, поднимаясь с постели...       Ди резко распахнул глаза. Дыхание после сна не восстановилось, оставаясь все таким же тяжёлым, как после оргазма.       Он кончил от одного только мокрого сна. Особенного сна. Ди стыдливо отвёл глаза в сторону двери.       И увидел тихо уходящего из комнаты Хэви, почему-то покрасневшего и растрёпанного ещё больше, чем обычно.       Но не стал окликать.