Сон

      Дверная ручка, противно скрипнув, повернулась на сорок пять градусов, и из-за купающейся в утренних лучах двери вышел сонный блондин, тут же попадая под прицел этих самых солнечных лучей. Он вяло прикрыл глаза, пытаясь справиться с надоедливым светом после его темной приятной спальни, и прошёл в комнату младшего брата, не глядя толкая дверь рукой, чтобы с новым тихим скрипом та захлопнулась. Торчащие в разные стороны кудри и полуприкрытые тусклые после сна глаза юноши придавали ему какой-то домашний вид, а худощавое обнажённое до торса тело ещё не было как следует рассмотрено им. Ди шаркая прошёл мимо кровати брата, не обращая внимания на блеснувшие в утреннем свете два больших зелёных глаза, и направился в ванную.       Тихо в доме. Все спят. Прохладная вода, льющаяся из крана, разрезала сонный воздух звуком тугой струи. Ди сполоснул лицо и, вроде бы, начал просыпаться. Нащупал утренний крем на своей персональной полке рядом с раковиной, привычно выдавил на ладонь нужное количество субстанции, посмотрел в зеркало...       И проснулся окончательно.       — Блять...       Щеки зарделись от открывшейся картины. Сон...       Сон!       Широко распахнутые глаза уставились на кучу засосов на груди, шее, даже на месте рёбер красовался один укус... И все свежие.       Ди быстро накинул на плечи полотенце, предварительно вытерев лицо, и твёрдым шагом направился в комнату к брату.       Все было так реалистично...       Даже стоны он будто слышал наяву. И боль была как наяву.       Он так и знал, что это не может оказаться простым сном.       Так почему же брат?..       Потому что, блять, он выходил из комнаты, когда Ди почувствовал засыхающую сперму у себя в штанах.       Весь красный... И растрёпанный.       Сука! Во что они ввязались... Всё по глупости мелкого. Опять.       Только теперь это была уже не драка с Сусликом. Это было что-то совершенно другое. Не укладывающееся в голове.       Ди зарылся пальцами в корни волос, встрепав гнездо из кудрей, и толкнул дверь. Он не знал, что будет спрашивать.       Если он ошибся...       Но засосы... Они реальные. Они горят. Они вышли из его сна...       — Хэви! — С ходу рявкнул он, широкими шагами направляясь к кровати младшего. Тот наблюдал за братом огромными круглыми глазами, напрягшись, кажется, до предела.       — Ч-что?..       Хэви от греха подальше ещё больше завернулся в одеяло, чувствуя, как от вида разозлённого растрёпанного полуголого Ди внутри все трепещет. Блондин навис над рыжиком грозной тенью, отчего бабочки в животе Хэви, ночью превратившиеся вдруг в каких-то ненасытных хищников, вспорхнули и застряли где-то в горле.       — Что это?! — длинный палец с черным ногтем ткнулся в белоснежную шею, на которой красовалось ярко-бордовое пятно.       — Я откуда знаю? — пискнул Хэви, зажмурив глаза. Он не мог вынести всё ещё возбуждающего нависающего над ним брата, чьи волосы едва касались подушки Хэви. Он слишком низко... Непонятно кто — Ди или Хэви.       Рыжий пытался отвести взгляд, пытался уйти от страшной правды — его член даже после такой бурной ночи призывно дернулся, когда Ди наклонился ещё ближе, почти прикасаясь своим веснушчатым носом к скуле Хэви и крепко зажал между пальцев нижнюю челюсть младшего.       — Ты сейчас мне все расскажешь. В подробностях. Иначе — кабинет отца. Я всё сказал. Можешь начинать.       Хэви сглотнул, чувствуя, как ужас наполняет все нутро. Признаться человеку в чувствах — ещё ничего.       А что прикажете делать, если этот человек — жутко разозлённый брат, который уже знает о них? Куда деваться? Как уйти от ответственности?..       Хэви ненавидел жизнь за трудности, которые она подкидывает на его пути. Ведь её нужно проживать счастливо, на то она и дана.       И сейчас один из моментов, когда от ответственности не уйдешь. Как минимум потому, что прижат старшим братом к собственной кровати и, если пошевелиться лишний раз, сдашь своё возбуждение с потрохами.       За что Хэви и любил Ди, так это за властность последнего.       Хэви же привык быть лидером. Но тут, даже когда рыжий вдалбливал стонущего во сне брата в широкую кровать, он явственно ощущал, что Ди владел им. И его чувствами.       И ситуацией.       — Ди, отпусти... — промямлил Хэви, даже не пытаясь вырваться из цепкого захвата мрачного как грозовая туча старшего брата. Рыжий отчаянно покраснел, закусил губу, краем глаза видя прищуренные в гневе любимые глаза.       Что делать?..       — Живо, — прошипел старший. Что ж...       — Я п-пришел к тебе в спальню... Чтобы попросить чистую футболку, — сглотнул Хэви, зажмурив глаза. — Ди, мне неудобно разговаривать с тобой... Так, — шепотом добавил он, намекая на чужие длинные пальцы, все еще сжимающие его нижнюю челюсть.       Ди молча распрямился, отпустив мелкого и всё так же не отрывая взгляда от взъерошенного вида брата.       И правда воробей. Точь-в-точь как в прошлую ночь... То есть, нынешнее утро. Места, где Хэви оставил краснеющие засосы, саднят.       Хочется смыть с себя этот позор.       Смыть с себя взгляд ненасытных зелёных глаз, опасливо изучающих каждую чёрточку его тощего тела.       Хэви обречённо вздохнул, чувствуя подступающих ком в горле. Тихо начал:       — Все мои футболки были в стирке...

***

      ...Я пошел к тебе, у тебя ж там целая коллекция ненужных тебе футболок. Мне совершенно было на тебя по барабану, но ты... У тебя... Кхм...       Ты так спал необычно. Как девушка из какого-нибудь сериала. Самый конец одеяла укрывал твою голую спину, а твоя... Ну, задница... Она так, это... В общем, красиво выглядела. Ещё в лунном свете так выделялась на фоне простыни. А твои волосы как будто из серебра были. Луна отражалась в тебе, как в зеркале. Я даже подумал, что именно ты подходишь на роль хуманизированной Луны. Я отвернулся от тебя, начал футболку искать. А потом...       Ди тихо неразборчиво простонал во сне, на что Хэви расширил глаза, как девочка-девственница, которая услышала стон впервые. Его щёки зарделись, но не только в них вдруг прилила кровь. Рыжий, как во сне, подошёл к кровати брата, что помнил очень смутно...       Жар, дыхание куда-то в плечо...       Ди выглядел в своем возбуждении потрясающе-невинно, так прекрасно, как принцесса. Он серебрился в свете луны, тихо выдыхая, опаляя жаром дыхания шею Хэви. А тот не помнил, как навис над беззащитным спящим братом, как ткнулся носом в прекрасную тонкую шею, вдыхая запах кожи Ди.       Растворился во времени и в действии.       Когда Ди схватил его за волосы, оттягивая их, Хэви уже совершенно забыл, зачем он сюда пришел, и что эта ситуация в принципе кажется подозрительной.       Собственное неожиданное возбуждение было таким позорным... Хэви было стыдно даже перед спящим, ничего не подозревающим, братом. Рыжий спрятал своё лицо в светлых кудрях, зарывшись в них как можно больше, чтобы их приятной прохладой успокоить свои горящие щеки.       Получилось плохо, в плане успокоения пылающих скул. А вот зарыться весьма неплохо вышло. Не хотелось отпускать потрясающий запах этих кудрей.       У Ди было расслабленное, иногда, на какую-то долю секунды, хмурящееся, лицо. Ресницы подрагивали, губы слегка раскрывались... А руки с длинными пальцами будто жили отдельной жизнью: кончики пальцев уже перебрали все прядки рыжих волос, тихонько оттягивая их.       Чувства захлестнули Хэви с головой: он прежде никогда не испытывал чего-то настолько запретно-желанного.       И Хэви решил действовать.       Он торопливо, не до конца понимая, что творит, разделся, осторожно стянул одеяло с брата, мельком увидев мешающие боксеры.       Возбуждённый Ди — редкое явление.       Беззащитный перед желанием своего брата Ди — очень редкое явление.       Трусы тоже полетели в сторону. Все было так размыто, будто во сне...       Интересно, а что сейчас чувствует Ди?       Бледная, покрытая веснушками, рука соскользнула с рыжих прядей на спину Хэви. Тот же с каким-то наслаждением, до мурашек по всему телу, наблюдал за красивым, сейчас таким естественным, лицом, вокруг которого распластались белые волосы, отчего Ди выглядел ещё божественнее.       Конечно, было бы лучше, если бы блондин осознанно сейчас пальцами водил по чужой спине.       Но Хэви уже не думал. Мозг будто отключили по щелчку пальцев, а тело само рвалось к своей цели. Сердце обливалась кровью каждый раз, когда Ди тихо вздыхал, и его ресницы трепетали, так, что казалось, что Ди вот-вот проснется и разрушит идиллию лунной любви.       Именно так Хэви назвал свое чувство. Белая, как его волосы, черная, как небо, искрящаяся, как лак на его ногтях, спящая, как он сам. Он — Ди. Его лунная любовь.       Омрачённая грязными мыслями в голове младшего.       Член потирался о чужой, такой же возбуждённый... Ди, слабо поморщившись, будто сдерживаясь от стона, слегка приоткрыл рот...       Безумно.       Пальцы Хэви аккуратно легли на горячий язык блондина. Тот дернулся, будто пытаясь облизать их, а рыжий смотрел на эту картину и сгорал. Он прикрыл глаза на секунду, не веря в реальность своих действий.       Было страшно.       Было жарко.       Было ненормально приятно.       Хотелось влажность этого потрясающего языка ощутить ещё ближе. Ещё интимнее.       Хэви опасливо придвинулся к бледным губам напротив, сглатывая слюну.       Насколько чуткий сон у Ди?..       Хэви даже этого не знал. Он, можно сказать, не знаком с собственным братом.       Сейчас весьма неплохой момент для знакомства с человеком, что скрывается под маской равнодушия всю свою жизнь.       Прикосновение губ к губам как искра тока: неожиданно-болезненное. Это губы брата. Сухие, немного потрескавшиеся. С них слетело столько отвратительных, обидных слов. А сейчас Хэви осторожно целовал эти губы, запоминая их вкус на всю жизнь.       Ведь второго шанса не будет.       Естественно, Ди не отвечал. Естественно, его стояк больше смахивает на обычный утренний.       Естественно, Ди ни при каких условиях не будет ебаться с братом. Он что, совсем ебанутый?.. Звучит иронично.       Но шанс всего один. Шанс узнать о Ди всё.       Блондин хмурился, иногда тихо постанывая; его щёки розовели в неверном свете луны, льющимся из окна... Хэви абсолютно, ни при каких условиях, не хотел отрываться от него.       Не хотел забывать, отпускать этот момент.       На удивление теплые губы чуть шевелились в такт губам Хэви, так, что создавалась некая иллюзия взаимности.       Но лунный свет на то и неверный. Это иллюзия. Может, даже возбуждение Хэви тоже вызвано слишком темной ночью и слишком выделяющимся в ней братом.       Рыжий все так же тихо спустился вниз, намереваясь уж точно, даже ценой собственной жизни, узнать, проснется ли Ди, когда...

***

      — Ты, блять, серьёзно это сделал?! — не выдержал Ди, который до этого, вроде как, не собирался перебивать младшего. Но в рассказах рыжего абсолютно всегда есть такие моменты, когда хочется его хорошенько приложить об стол или другую горизонтальную поверхность.       — Дай я быстро договорю... — прошептал вконец смущённый Хэви, кусая губы, которые совсем недавно целовали бледнеющие от ярости губы напротив.       Ди сосчитал до десяти, выдыхая и пытаясь не смотреть на губы или очевидное утреннее возбуждение младшего брата.       — Давай быстрее. Меня тошнит от тебя.       Хэви на мгновение вскинул на Ди взгляд, полный внутренней сжигающей боли. Холодные непоколебимые глаза родного брата и вправду передавали что-то вроде отвращения, но вперемешку со смущением.       А чего Хэви добивался, собственно? Конечно, все будет именно так. Он заслужил.       — Дальше я начал... Растягивать тебя...

***

      Хэви сжал член спящего блондина, который на это действие весьма красиво простонал... Видимо, и ему снился довольно интересный сон.       Ди вообще иногда бывает очень эстетичным.       Мозолистые пальцы, предварительно смазанные предъэякулятом, не портили красоты его лунного Ди. Хэви добавил второй палец, через время третий...       Живём один раз, как говорится.       ...И надавил на простату.       Вздрогнул, когда блондин резко повернул голову в его сторону, громко вскрикнув.       Но не проснулся. Сон слишком хорош, наверное...       Он все ещё лежал на животе, повернув голову к окну, откуда вовсю светила луна, озаряя черты его лица. Хэви, с сожалением убрав пальцы из жаркой тесноты упругой задницы брата, дотянулся до чужих губ, снова кусая их. Ди нахмурился и, словно в трансе, прошептал:       — Войди уже.       Сердце колотилось как бешеное.       Он что, не спит?..       — Ди?..       Тембр голоса предательски подскочил, когда в губы прошелестели эти жаркие слова.       Но Ди спал. Это был всего лишь сон...       Ну, просьбу-то можно выполнить.       Хэви, боясь лишний раз дёрнуться или простонать, приставил головку ко входу. Закусил губу, прикрыв глаза. Медленно, очень медленно вошёл наполовину... Остановился. Член пульсировал в такт сердцу, возбуждение, перекрывающее отголоски здравого рассудка, росло, ладони похолодели.       Что он творит?..       Хэви открыл глаза, уставившись на блондина, которого уже успел приподнять за бёдра. Необычно. Так тесно внутри этой снежной королевы...       Ди качнулся навстречу.       — Да я не понимаю, ты спишь или нет? — прошипел Хэви, пытаясь успокоиться после новой выходки братца. Плавно вошёл ещё...       Мозг переполнился этим самым возбуждением, когда Ди опять простонал в подушку.       Тишину спальни нарушали неприличные звуки... Звуки негромких стонов, звуки осторожных шлепков бёдер об ягодицы, звуки выходящего из ануса члена... Резко и безжалостно.       Это полыхание так контрастирует с холодным светом луны.       Мир плыл перед глазами, оставляя в поле зрения только развратно покрасневшего стонущего блондина, вцепившегося своими длинными пальцами в простыни.       Хэви не сдержался, все так же втрахивая брата в кровать, крепко удерживая в руках его бёдра, и наклонился, не прекращая двигаться, чтобы впиться в белую шею зубами. Хаотично расставляя засосы, он все больше чувствовал, что скоро конец. Конец всего.       Бордовые пятна темнели в лунном серебре, когда такие же темнеющие глаза пристально разглядывали их. Рыжий как-то не подумал о том, что Ди утром проснётся, пойдет в ванную...

***

      — Блять, какой же ты идиот... — тихо простонал блондин, уже не пытаясь как-то закрыть засосы на шее и плечах. Если ещё и на остальных частях тела они присутствуют...       Кровь в венах бурлила, как мозг, что переваривал торопливый рассказ младшего брата. Ди поборол желание вырубить эту мелкую тварь и сбежать из этого дома, громко хлопнув дверью. Вместо этого он закрыл лицо руками и глухо сказал:       — Продолжай.       Хэви судорожно вздохнул, потихоньку осознавая, что он натворил, и, спотыкаясь в некоторых местах, продолжил...

***

      Хэви не вытерпел этого напряжения. В нем будто все взорвалось: громкий стон Ди перемешался с его собственным шипением, когда вязкая сперма выстрелила прямо внутрь ануса блондина. Хэви запрокинул голову, пытаясь справиться с дрожащими руками... Потом резко перевернул брата на спину, так же резко наклонившись и в первый раз в своей жизни заглотил чужой член, чуть не подавившись. Рыжие волосы растрепались, тело взмокло от напряжения, а руки дрожали после крышесносного оргазма. Ди тоже не заставил себя долго ждать: пара движений головой, и в горло льется тянущаяся субстанция, терпкая и противная на вкус. Кадык дернулся, когда Хэви проглотил все без остатка, глупо улыбаясь...       А потом понял.       Он кончил в брата! Они оба кончили...       И этот самый брат в любой момент может проснуться...       Хэви подскочил с кровати, напяливая футболку Ди, за которой и приходил час назад, быстрым шагом на негнущихся ногах уходя к двери. Оборачиваться было страшно, но он будто наяву чувствовал, как взгляд голубых холодных глаз прожигает его спину...

***

      Ди поднялся с кровати, оставляя крохи своего тепла на одеяле, которым тщательно прикрывался красный Хэви. Блондин пытался сохранить остатки самообладания, чтобы прямо сейчас не начать истерить в комнате своего ебанутого братца. Хотелось что-нибудь сжечь. Желательно что-то рыжее и тупое.       — Давай оставим это, Ди? — донеслось с кровати, от которой блондин только что отвернулся, в попытке зацепиться взглядом за что-нибудь. — Пожалуйста, прости...       — Пора уже и тебе начать нести ответственность хоть за что-то, Хэви. Хоть даже и за изнасилование собственного брата.       — Я не...       — А что ты сделал?! Это было по обоюдному согласию?! Вся эта херня, что постоянно происходит у тебя в голове, не должна касаться меня! — Глаза Ди метали молнии, пока Хэви сжимался под их тяжёлым взглядом в своем одеяле.       Ди был весь растрёпан. Его не прикрытое ничем тело было сплошь усыпано розовыми и красными пятнами от укусов брата, волосы торчали в стороны. Он был в ярости. Задница зудела от чужой засохшей спермы внутри, а, благо, свою собственную сперму он уже смыл. В голове уже простраивались сотни безумных планов, а взгляд всё-таки задержался. Задержался на зелёных глазах, наполненных слезами.       Хэви никогда не вырастет. Даже сейчас перед Ди сидел взрослый ребенок, не способный оценить ситуацию сполна...       — Я не считаю себя адекватным сейчас, Ди, — тихо сказал Хэви, утерев нос, — и я понимаю, если ты больше никогда нормально не заговоришь со мной...       — Поздравляю. — Отрезал блондин, уходя в свою комнату. — Ты мыслишь верно. Хуй тебе, а не старший брат.       Слеза всё-таки скатилась по щеке, срываясь с подбородка и исчезая в белой ткани одеяла, которое изо всех сил сжимали мертвенно бледные руки, пока большие зелёные глаза бессмысленно смотрели в равнодушный прямоугольник двери, ведущей теперь в никуда.