Моя песнь твоим голосом

Звонкий лязг сабель, громкие крики и шумные выстрелы мушкетов бьют по барабанным перепонкам. В воздухе витает приторный запах крови, смешанный с порохом. Оторванные конечности окрашивают палубу в багровый, пропитывая мокрые доски корабля, а десятки моряков падают за борт без права остаться в живых. Гул сражения и вопль умирающих ласкает острый слух капитана пиратов, от чего на его лице проскальзывает хищный оскал. Атмосфера накаляется до предела, стук сердца полностью заглушает звон металла, а разум затмевает пелена безумия. Уже и не сосчитать, сколько моряков погибло от его руки так же, как и не предсказать, сколько падёт в будущем. Капитан Ким Хонджун берёт на абордаж знатное торговое судно и самодовольно улыбается, оценивая невысокие силы врага. Никто не останется в живых. - Никакой пощады! Убивайте всех! - грозно рычит пират, убивая очередного матроса и смачивая своё оружие в алой крови каждого, кто станет у него на пути. Предвкушающее чувство надвигающейся победы будоражит сознание, в глазах блестит ярость и ему, кажется, уже мерещится славный звон монет. Это были вовсе не обычные купцы , что Хонджун конечно же знал. Они занимались очень крупной контрабандой, а по слухам даже торговали людьми, поэтому он рассчитывает на весьма крупный денежный улов с данного судна. В предвкушении он зачёсывает рукой свои тёмно-русые волосы, убирая их со лба и поправляет треуголку для большей солидности. - Пощадите! - абсолютно безуспешно умоляет капитан торгового корабля, падая на колени и склоняя голову перед одним из самых опасных и знаменитых морских разбойников. От такой смешной просьбы Ким не может не засмеяться. Он вальяжно подходит к врагу и ставит свою ногу на его кисть, вдавливая в деревянный пол. Слегка морщась от внезапного вопля пострадавшего, пират наклоняется своим корпусом к заплаканному лицу напротив: - От тебя много шума. Демонстративно щекоча кончиком своего клинка чужую шею, Хонджун вглядывается в испуганные глаза, ощущая азарт. Он слегка прокалывает тонкую кожу и наблюдает за маленькой капелькой крови, что медленно стекает по лезвию, издевательски ухмыляясь от созерцания паники растерянного моряка. Не прерывая зрительный контакт, одним резким движением Ким перерезает горло, чувствуя холодные брызги красной жидкости на своём лице. Зловещая улыбка — последнее, что увидел несчастный перед своею смертью. - Оу, зачем же ты тупишь свою малышку понапрасну? - с издёвкой в голосе, спрашивает квартирмейстер, медленно подходя к своему капитану и хлопая по плечу. - Корабль наш, - добавляет Юнхо. - Отлично. Проверим, не остались ли крысы, - довольствуется главарь. - Ты пойдешь со мной. Они спускаются на нижнюю палубу, осматривая помещение на наличие живых душ с оружием наготове и медленно шагают в сторону трюма. Затхлый запах ударяет в нос, а гнилые доски скрипят, раздражая слух. - Здесь воняет сыростью и какой-то дохлятиной, - зажмуривается Чон. - Такое впечатление, что мы пробрались к пиратам. - Довольно забавное замечание, - старший смеётся в ответ. - Что это? Пройдя в трюм, оба резко останавливаются с непонимающим взглядом. Перед ними стоит большая металлическая камера. - Какая вонь, - закрывает рукавом нос квартирмейстер. - Какого хрена здесь делает клетка? - Вот тебе и торговцы...Гляди, она тут далеко не одна, - пират оглядывается по сторонам и видит целый ряд таких конструкций. - Смотри внимательней, Юнхо. Это не просто клетки. Не для зверей. - Они действительно торгуют людьми… - Торговали, если выражаться точнее, - злорадствует капитан. - Давай изучим их, возможно найдём что-нибудь ценное. Кивая, Чон принимается внимательно осматривать камеры на содержимое, но все оказываются пустыми. Не торопясь, пираты выходят в полумрак нижней палубы и уже надумывают вернуться на свежий морской воздух, когда внезапно с глубин тесного пространства стали доноситься еле тихие стоны. - Ты слышал? - Ким молниеносно оборачивается на звук. - Это там! Там кто-то есть! Он подбегает к самой дальней камере и не верит своим глазам. Перед ним открывается душераздирающая картина. На холодных гнилых досках, свернувшись калачиком, лежит юноша в порванной грязной тряпке, которая раньше могла называться рубашкой. Его чёрные, как вороново крыло, волосы прилипли ко лбу, покрытого испариной, грудь тяжело вздымалась, а на ногах, залитыми кровью, как будто не осталось живого места. Весь в поту и крови, он казалось, еле дышит и тихо бредит, не в силах прийти в сознание. Изувеченное тело пробирает дрожь, а с покусанных уст срывается еле уловимая мольба о помощи, которая не может остаться не замеченной, и, почему-то, капитану становится жаль незнакомца. - Как прикажешь с ним поступить? - беспокоится квартирмейстер, решая пока не подходить ближе. - Судя из того, что я вижу, этот парень точно не был с торговцами заодно. Скорее всего, его хотели продать, - Хонджун вдумчиво осматривает ржавую конструкцию и добавляет. - Посмотри на него, не думаю, что он может представлять угрозу. Не в этом положении. Давай пока отнесём его к лекарю, возможно этому юноше будет, что поведать нам, когда он проснётся. - Если он проснётся, - переживает Юнхо, глядя на еле живое тело и взламывает клетку.