Моя песнь твоим голосом

Яркое солнце освещает путь, а попутный ветер ускоряет корабль. Раннее утро окутывает приятной прохладой, и довольный капитан поворачивает штурвал. - Дивная погода, - судовой лекарь неспешным шагом подходит с бутылкой в руке. - Здоровье гробишь, Ёсан? - издевается Ким. - Поправляю, - смеётся врач. - Минги сказал, ты пожелал видеть мою скромную персону. Чем могу быть полезен? - Есть одно дело, - задумчиво тянет кэп. - Молва ходит среди ребят, что ты многое повидал до того, как попасть на мой бриг. - Не сказать, что будучи в твоей команде, я повидал меньше. Ты тот еще морской чёрт. Пираты обмениваются «комплиментами» ещё какое-то время прежде чем Хонджун наконец говорит то, ради чего и попросил боцмана позвать Кана: - Мне нужна информация. О русалках. Возможно ты знаком с кем-то, кто сможет ответить на мои вопросы… - Знаю одного! - внезапно тараторит Ёсан. - Его называют Охотником. Он был славным малым, пока не приложился к алкоголю, - врач задумчиво смотрит на ром в своей руке. - Думаю, ты его найдёшь в таверне у самого берега. Не уверен, как сейчас, но раньше он сутками оттуда не вылазил. - Спасибо, - благодарит пират. - Что же, стоит попытать удачи. - Она благоволит тебе, как и всегда, - лекарь похлопывает по плечу и уходит к себе, возвращаясь к работе. Причалив к берегу, капитан даёт команду продать всё награбленное, после чего всем даётся долгожданный отдых до самого утра. Каждый может заниматься всем, чем пожелает. И лишь Сонхва решает остаться на корабле. - Ты уверен, что будешь в порядке? - тревожится Ким, заходя в свою каюту, где уже какое-то время живёт русалка. - Не хочу оставлять тебя одного. - Не волнуйся, кэп, - появляется из-за спины боцман. - Я тоже остаюсь, поэтому пригляжу за твоим сокровищем. - Полагаюсь на тебя, Минги, - облегчённо вздыхает Хонджун. - Если хоть кто-то ткнёт в него пальцем...руби. - О, узнаю нашего капитана, - видя решительный взгляд лидера, радуется боцман. - Я вернусь сразу, как только смогу, - уходя из каюты, обещает пират своему возлюбленному. Минги и Сонхва смотрят ему вслед и подчинённый решает высказать мысль, засевшую в голове: - Наш капитан поистине жесток, но справедлив. Видеть то, как он оберегает свою любовь — дорогого стоит. Ты привнёс жизнь в его дерзкое существование. Спасибо, - боцман слегка улыбается, и выходит на верхнюю палубу, прикрывая за собой дверь, не дожидаясь ответа. Не проходит много времени, как Ким находит таверну, о которой упоминал Ёсан. Он не знает, кого именно ищет, но вариантов у него не много. В этом, Богами забытом месте, не шибко много посетителей, однако гул стоит достаточно громкий, перемешиваясь с густым дымом, что полностью окутывает пространство. Кажется, кислород давно покинул эту территорию и Хонджун невольно кашляет, безуспешно махая рукой перед своим лицом. По данному ему описанию, нужно найти человека, лет шестидесяти, невысокого роста, грязного и седого. Но вот проблема, каждый второй подходит абсолютно точно. И всё же пират не теряет надежды и проходит вглубь таверны, ища взглядом нужного старика, зная, что единственным отличием от остальных будет отсутствие у того ноги. Однако не так-то просто разглядеть в этом месте хоть что-то, поскольку единственным источником света является несколько свечей на баре и по одной на каждом столе. - Часом не меня ищешь? - доносится низкий голос из полумрака. Капитан резко оборачивается и видит подходящий по описанию силуэт в углу заведения. - Ты — Охотник? - осторожно подходит Ким к столу напротив. - Если точнее, был им, - кивает собеседник, скрывая свои глаза за мятой шляпой. - Я — капитан Хонджун. Меня послал к тебе старый друг, уверяя, что только ты владеешь нужной мне информацией. - Приветствую, капитан. Чем могу быть полезен? - Говорят, ты многое знаешь о русалках. Хочу узнать кое-что...в личных целях. - Любая информация за достойную плату, - улыбается незнакомец, видя полный кошель пирата. Ким улавливает прямой намёк и тянется за звонкими монетами: - Сколько тебе нужно? - О, нет. У вас, пиратов, только одно на уме, верно? - подстёгивает мужчина, слегка хмурясь. - Деньги... На деле всё намного проще. Бутылка крепкого портвейна способна сгладить это недопонимание. Молча кивнув, Хонджун отходит к бару и уже через пару минут возвращается с горючим в руке. Оказалось, расположить этого чужестранца легче, чем он думал. Отодвинув табурет, он сел напротив не особо устойчивого круглого стола, посередине которого горела небольшая свеча, слабо освещая морщинистое лицо собеседника. - Итак, какого рода любопытство привело тебя ко мне? - спрашивает он, с предвкушением наливая себе любимое пойло. - Будешь? - Спасибо, откажусь. - пытается не задеть отказом пират. - Что это? Не уж то вежливость в наши-то дни…Похвально, но она нынче не в цене, - тихо рассуждает человек напротив. - Что же, я весь во внимании, что хочешь знать? - Русалки. Расскажи мне о них. Откуда они взялись и насколько опасны? - Русалки... - повторяет старик и медленно закуривает одну из своих сигар, запивая горькое послевкусие табака глотком терпкого, обжигающего горло, портвейна. - Несчастные существа. - И снова затягивается, промедлив несколько секунд, после чего выпускает густую копу дыма из своих уже давно чёрствых лёгких. - Когда-то они все были людьми. Красивыми девушками и прекрасными юношами. Это и стало их главным проклятием. Говорят, красота убивает, но как бы не так, - хрипло посмеивается он после очередного глотка крепкого алкоголя. - Убивают люди, и только они. - Говоришь загадками, - недовольно хмыкает капитан. - О, нет. Никаких загадок. Я лишь пытаюсь вдолбить в твою маленькую хрупкую черепушку немного правды, - седоволосый тычет указательным пальцем себе в висок. - Эти существа когда-то тоже хотели любви и наслаждаться жизнью, как и мы все. Они были в самом расцвете своей молодости и многих ждали прекрасные перспективы и светлое будущее, но оно было загублено. Оно скрылось в тёмной пучине глубокого океана без надежды на возвращение. Только представь, сколько невинных душ было убито по вине самых ужасных и страшных монстров в этом мире — людей. И не сосчитать вовсе, - он полностью осушает свой бокал скрипя наполовину сгнившими зубами и тушит остатки сигары о деревянный стол. - Они были еще детьми, не смысля в этой жизни ровным счётом ничего и толком не успев насладиться ею. Но ими уже наслаждались другие. В таком прелестном возрасте не стоит одному блуждать по кораблю и не важно, на каком судне ты находишься. Пираты, жалкие торговцы, моряки...Каждый видит в прекрасном лишь удовлетворение собственных потребностей и, изголодавшись по тёплому телу, они выбирают объект покрасивше и помоложе, который не сможет справиться с ними в одиночку. Эти твари пускают молоденьких жертв по кругу как какой-то никому не нужный кусок мяса, чуть ли не разрывая уже потухшие души в клочья, после чего, славно наигравшись, кидают их за борт морскому дьяволу...Я был на таком судне. Я был юн и не шибко симпатичен, поэтому всегда оставался незамеченным для посторонних глаз. Слава Богам, я вправду был уродлив! Но эта картина не может выйти у меня из головы вот уже больше сорока лет. Невозможно забыть, как океан полностью впитывает в себя всю кровь изуродованного тела, проникая солью в лёгкие несчастного и уводя с собой во тьму, в самую глубокую пучину морского ада. Тот парень...он был так красив и так молод… - Это ужасно. - Теперь ты понимаешь, через какой кошмар должен пройти человек, юный ребёнок, чтоб превратиться в существо, именуемое русалкой. И скажи мне на милость, разве может после такого в нём остаться хоть капля от того человеческого, что было раньше, что расцветало в его душе. Хонджун лишь поджимает губы. - Молчишь значит. Ведь сам прекрасно знаешь ответ на свой вопрос. Русалки безжалостны. Их главная цель — месть и только она. И если тебе посчастливится повстречать сие невероятное создание, то в одном точно будь уверен. Это последнее, что ты увидишь в своей жизни. - Ты не прав! - А? В чём же? Неужели у тебя запряталась русалка под боком, а, капитан? Нет? Тогда не выделывайся и слушай сюда. Я тебе тут не басни рассказываю, понял? Если ставишь мои слова под сомнение, то нечего было задавать вопросы. А теперь свободен. Ты мешаешь. - Мешаю тебе напиться? - Предпочитаю напиваться в одиночестве, нежели в обществе дураков, - хрипя, посмеивается старик и машет тыльной стороной ладони. - Иди. Думая, что получил нужный ответ на свой вопрос, капитан подымается со скрипящей табуретки и благодарит за полученные знания. - До встречи, - на выходе отвечает пират. - О, нет, никаких встреч. Прощай. Выйдя из бара Хонджун наконец делает глубокий вдох, наслаждаясь прохладным воздухом на пустой улице, и пытается понять всё услышанное ранее. Неужели Сонхва прошёл через подобное? Неужели над ним так издевались, терзали, насиловали, убивали в нём всё человеческое, доводя до грани, пока он молил о пощаде? Более ужасной пытки невозможно и представить. Когда жизнь покинула его измученное тело? До того, как он оказался выкинутым за борт в бушующие волны или после этого? Дышал ли он, когда над его невинным телом проводили отвратительные действия, был ли в сознании, что чувствовал? Помнит ли он свою смерть? Он погиб. Он не смог справиться с болью… «Сонхва...» Грусть и злость смешиваются в голове от осознания всей картины и капитан резко закрывает уши, срываясь на крик. Горькие слёзы скатываются по щекам, больно щипля глаза, а дикий вопль сковывает гортань. Голова раскалывается, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Чувствуя собственную бесполезность, он падает на колени и давится воздухом, не в силах сделать даже глоток из-за давящего кома в горле. Кулаком он бьёт себя по грудной клетке, пытаясь очнуться от ужаса, но страшная реальность окутывает сознание и бьет по вискам. Мысли смешиваются, а разум отказывается воспринимать происходящее. Сжимая свои руки, Хонджун пытается прийти в себя, но терпит крах, думая об нескончаемых страданиях своего возлюбленного. Волна гнева затмевает разум и внутренняя душевная боль рвётся наружу с новой волной солёных слёз, обжигающих кожу и медленно приводя пирата в сознание. - Мой...мой милый Сонхва...как же быть? Я ничем не могу помочь.