Журавли

Периодически маги встречались за завтраками в общем зале. Мальчишка стал заглядывать на обед и ужин, так как Водхар действительно недурно готовил, а наблюдать за человеком, увлеченным своим делом — сплошное удовольствие. На взгляд Саймона, мужчина действительно был очень красив. Холёное, суровое лицо с проницательным взглядом. Слегка вьющиеся тёмные волосы, которые маг собирал назад резинкой. Внушительная доминантная аура. Юноша одёрнул себя, нахмурившись и убирая ладони от лица, которыми он поддерживал щёки во время любования. Это спермотоксикоз в нём заговорил? Мало ли красивых мужчин на свете. Не давать этим мыслям ходу! Парень не разрешал фантазии и мечтам верховодить, если Водхар подобное считает, а он на это несомненно способен, их только что установившемуся контакту конец. Они — будущие коллеги. Наставник и ученик. У каждого может быть любимчик, если уж на то пошло. На правах оставшегося Саймон мог выбрать комнату, где они будут жить с ребятами. Новых делений не планировалась, состав жильцов остается прежним. Одному из первых парню выдали зеленую, тёмно-изумрудную форму. Желательно, но полное обмундирование не обязательно. Воротник пиджака свободного кроя имел на себе нашивку — Эмблему Аврората: золотой маховик времени. Песочные часы, заключенные в три тонких кольца. На первых вводных лекциях им объяснили, что песочные часы являются символом неминуемо идущего вперед времени, которое волшебники могут обернуть вспять, оказывая влияние на трех уровнях: пространственном, линейном, основообразующем. Корпус в целом такой же, как и первое место обитания. Комнаты идентичны одна другой, так что юноша выбрал самую дальнюю от общих душевых и туалетов. Конечно, в каждой комнате была крошечная комната с туалетом, что хорошо. Наверное, Водхар ввёл новшество из-за количества жалоб: тому, кто сидит на толчке или стоит у писсуара, сложно сосредоточиться под чужие стоны и звуки секса. При первой встрече мужчина оказался прав, Саймон задавался тем же вопросом: есть же чары расширения, есть пустые кабинеты, ну и что с того, что они в главном корпусе, можно же дойти! Выбирая наряд для мероприятия долго думать не пришлось. Повторяться не хотелось, а постараться стоило. Разумеется, Водхар всего лишь протежирует молодого мага, но это не значит, что юноша затянет себя в смокинг. Глава явно заморачиваться не будет, наверняка наденет один из двух парадных смокингов, покрой которых давно вышел из моды. Парень перебирал вещи со скептическим видом. С Водхаром всё-таки хотелось гармонировать. Полтора часа на подбор — это недолго, ещё два на сборы — абсолютно нормально, убеждал себя волшебник. Внутренний голос ласково напоминал, что они не замуж собираются. Саймон поддакнул самому себе, продолжая вплетать в прическу украшения. На этот раз волосы выглядели как надо: ровные, здоровые, блестящие, убранные назад жемчужными нитями. Мероприятие действительно имело под собой определенный дресс-код, большинство, кроме уважаемых дам в возрасте и почётного эскорта, будет в чёрном. Блондин предпочёл облачиться в открытый топ из плотной костюмной ткани, закрывающий грудь двумя отрезами, сплетающимися в районе ключиц, получалось что-то вроде петли, которую можно перекинуть через шею. Брюки в цвет ночи, плотно сидящие на талии, не облегающие бёдра, а свободно спадающие до щиколоток. Парень критически осматривал себя в зеркало, встав вполоборота, качаясь на мысах лаковых туфель. На изящной тонкой ноге подобное смотрится почти вызывающе. Куда больше, чем открытая спина. Водхар быстро закончил со сборами, смотря на наручные часы, бегло глянул в зеркало, поправляя бабочку. Мальчишку съели? Они опаздывают. Маг, не сбавляя шага, завернул в единственную занятую комнату общежития. Хотел ведь что-то сказать. Саймон заметил мужчину в отражении зеркала, обернувшись. Водхар так и не смог отвести взгляда. В мозг такой команды не поступало, так что он просто смотрел. Маги молча разглядывали друг на друга несколько секунд. Саймон решил, что явно недооценил способность Главы выбирать наряд и выглядеть настолько сногсшибательно. Вообще-то парень хотел, как и полагается обычно, прикрепить одну жемчужину к бабочке кавалера. Тогда бы никто не посмел пытаться охмурить Главу. Но момент упущен, Саймон запаниковал, растерявшись, набросил на плечи парадную мантию с мехом. — Пошли. Водхар кивнул. Идея познакомить Саймона с кем-то из приятелей растеряла привлекательность. Они, конечно, все нормальные, но они мужчины. И Водхар мужчина, поэтому слегка ослеп на оба глаза от чужой красоты. — Ты чего еле идёшь? Мы опаздываем, — маг притормозил, дожидаясь, пока Глава с ним поравняется. Точно, он шёл к Саймону, потому что они опаздывали. Может, к черту этот приём? Времени что-то придумать не было. Волшебники подошли к границе барьера. Водхар достал портключ, Саймон накрыл его ладонь и чёрный гладкий камень своей рукой. Пространство сжалось, выбрасывая магов возле огромного светлого поместья с двумя широкими лестницами, ведущими к главным входам. — Ух ты! — юноша искренне восхитился небольшим прудом, вода которого не замерзла, наоборот, от неё исходил пар. Почтенные маги со всех уголков магической Британии уже собирались, поднимаясь по ступенькам. Саймон приподнял подбородок, взяв партнёра под локоть. Они пришли вместе, так пусть будет хотя бы какой-то элемент приличия. Зала выглядела светлой, просторной, вмещая в себя бесконечное количество народу. Открыто было три площадки, каждая из которых пестрила смокингами и вечерними платьями. Юноша отдал свою мантию. — Итак? — Да, секунду, — мужчина достал телефон, набирая Виктора. Друзья отыскались возле креветок и шампанского, приветливо махнув. — Привет-привет, — парни обменялись приветствиями. — А ты не говорил, что твой мальчик настолько неотразим, — усмехнулся Дерек, набравший пару-тройку килограмм за прошедший год. Ах, ну как обычно, надо было и ему написать, зачем он привёл Саймона. — Я не мальчик. И уж тем более не его, — прохладно улыбнулся блондин. — Меня зовут Саймон, Мастер меня протежирует, — друзья, коллеги или кто они там, маг не собирался позволять Водхару за него вступаться, язык у него самого имеется. Хотя, судя по тому, что их здесь ждут, всё-таки это ближайший круг Главы. Надо хотя бы постараться быть вежливым. И Саймон очень старался. Мужчины, смотрящие на него, как и все, кто часто очаровывается красотой, приглашали на танец. Танцуя, спрашивали всё, начиная от хобби, заканчивая предпочтениями в еде, взглядами на семейную жизнь. Парень подустал улыбаться и поддерживать культурный разговор, о работе и предпочтениях в стиле боя отчего-то не говорили, стоило об этом заговорить Саймону, как старшие волшебники вновь возвращали русло разговора к кройке и шитью. Юноша видел очень много влиятельных лиц, с которыми Водхар почему-то поздоровался, но своего протеже не спешил представлять, приводя очередного Лорда или маркиза, которым было до лампочки аврорское будущее красавца. Что вообще происходит? Саймон выскользнул рыбкой, меняясь в танце, и удачно перехватывая ладонь начальника или начальника начальника Водхара. Его лицо мелькало в «Пророке». — Ах, эта неожиданная смена партнёров иногда приятно удивляет, — ласково улыбнулся мужчина, привлекая к себе за талию сокровище этого мероприятие. — Я видел вас издалека. Не пробиться. Такой ажиотаж вокруг вас. — Ну что вы, мистер Леберц, не стоит мне льстить, — у Саймона осталось немного обворожительности, почти всю он истратил на бесполезных людей, чтобы никто не посмел слова плохого сказать Водхару. — Это вовсе не лесть, и я приятно удивлен, что такой очаровательный волшебник знает моё имя. — Разумеется. Я учусь в Академии при Аврорате по направлению шпионажа. Меня протежирует Водхар. — Вот как? Он ничего подобного не говорил. Я думал, он пришёл один, как обычно, — искренне удивился Леберц. Парень внутренне напрягся. В смысле ничего не сказал? На кой чёрт тогда Водхар его сюда позвал? — Видимо, побоялся, что я могу забрать его сокровище, — быстро сообразил мужчина. — Ну что вы, — уже нервный тик начался. Абсолютно каждый, кому Глава представлял блондина, так или иначе пытался выяснить, в насколько тесных отношениях они состоят с Водхаром. — У нас исключительно деловые отношения. Глава Академии считает меня талантливым — это единственная причина, по которой я здесь. — Вот как, — просиял кавалер. — Как ваше имя, юноша? — Саймон, господин. — Я Рейнот, полагаю, ты это знаешь. На каком ты курсе? — После Рождества перейду на второй, — мило улыбнулся парень. — Чудесно, может быть заглянешь ко мне обсудить перспективы твоей карьеры на следующей неде… — Саймон! — Водхар вырос словно из-под земли, останавливая чужой танец. — Водхар, а ты не говорил, что привёл с собой протеже, — погрозил пальцем начальник, впрочем, другой руки с тонкой талии не убирая. — Мы как раз говорим о карьере этого одарённого молодого человека. Глава демонстративно закатил глаза. Вместо спокойного вечера мероприятие превратилось в квест: защити мальчишку от желающих его полапать. У друзей от радости сорвало крышу, они сто раз поблагодарили Богов и Водхара, ругаясь между собой, кто богаче, родовитее и круче, пытаясь поделить Саймона как товар. — Не стоит беспокоиться, с карьерой у него проблем не будет, — маг потянул парня за руку, но партнёр по танцам не спешил отпускать лакомый кусочек. Брюнет негодующе глянул на мужчину. — Водхар, если вы не встречаетесь, — иди погуляй. Я понятно выражаюсь? — сквозь зубы процедил Леберц, возмущая фон вокруг себя. —Яснее некуда, — выплюнул маг, бросив взгляд на мальчишку. Тот нахмурился, смотря вслед удаляющейся спине. — Глава Академии бывает таким раздражительным, не так ли? — рассмеялся волшебник, вновь начиная вести в танце. — Так на чём мы остановились? *** Если Гарри и мог съехать ещё больше в мир абсолютной влюбленности, так это от вида Северуса в строгом смокинге. Сам Гарри стоял в точно таком же, сшитом чётко по фигуре. Выглядело очень неплохо. Ещё лучше смотрелся Снейп. — Ты… Знаешь, это слишком, — зеленоглазый смутился. — Да ну тебя, — толкнул плечом парня маг, обняв за талию. — Тебе идут костюмы. Хотел бы я посмотреть на тебя в форме. Слышал, серая в Академии смотрится безупречно на подтянутых телах, — хотя на теле Гарри даже половая тряпка будет смотреться как последний писк моды. Даже домашняя футболка. Без футболки, правда, было куда интереснее. Северус несколько раз позволил себе вести себя крайне несдержанно, с удовольствием смущая мальчишку, пока тот намеренно не начал смущать его. Поттер искренне удивился размеру поместья. Оказалось, что это одна из резиденций Министра Магии, которому Гарри был немедля представлен. Северус начал именно с уважаемой четы и хозяев великолепного вечера. Кивнул парню, мол, будет рядом с вон той кучкой бородатых волшебников. Поттер демонстрировал безупречную способность поддержания светской беседы, включив всё своё обаяние. Самое главное, не забывать, что Министр и его супруга — люди. У этих людей были две милые персидские кошечки. Кошек Гарри любил, поэтому не смог не умилиться двум пушистым мордочкам на фотографиях. Министр вежливо интересовался планами юного мага, довольствуясь честными ответами и радуясь, что подрастающее поколение настолько амбициозное. Кучка зельеваров знала Гарри, а Гарри знал их, несколько раз встречались на конференциях Снейпа. — О, Гарри, привет! Как сильно ты вымахал, просто богатырь на страже порядка! — Виктория Лайко мягко пожала ладонь. Каким же крепким стало рукопожатие этого мальчика. Совсем уже мужчина. Детское очарование ушло, сменившись выразительным, скуластым лицом. Красивый волшебник у Северуса растет. — Мадам, рад вас видеть, — искренне улыбнулся Гарри. — Как ваша семья? Как дочь? Друзья и коллеги Северуса были рады вновь встретиться с Гарри. Юноша сиял. Северус вообще ничего на этом вечере не замечал, кроме мальчишки, а стоило бы осмотреться. Люциус, Айзек и Драко пожаловали с сильным опозданием. — Принцесса опять капризничала, — объяснил Айзек, оттискав за щеку Драко. Вот кому не было дела до приличий. — Мне сказали — тут лобстеры в синей икре. — Тебе бы только пожрать, — фыркнул Люциус. Драко вырвался, делая шаг в сторону, чтобы Гарри не снёс его вместе с Айзеком. Ребята давно не виделись. На каникулах не вышло, хотя Поттер очень хотел увидеться с младшим Малфоем, но у аристократического семейства были другие планы, маги уехали в тёплые края. — Ты почему такой здоровый и лысый?! — Гарри вымахал. Всего на пару сантиметров ниже. — Где шикарные волосы? Это скулы? Тут был круг! — Ха-ха, да, Драко, это я. А ты всё так же прекрасен собой. Пошли, я хочу знать всё! — Вообще-то я тоже! Даже созвониться нельзя было, что за армейские правила? — ребята ушли танцевать. — Боги, Северус, ты выглядишь влюбленным по самые уши, — усмехнулся Айзек, смерив взглядом зельевара, который не только выглядел, но и чувствовал себя таковым. — Заткнись, пожалуйста. — Ну, правда, ты хоть скажи можно ли вас поздравить? Я только сейчас заметил, что у кольца, что ты носишь на среднем пальце, есть пара, — улыбнулся Люциус. — Люциус, — Северус ни с кем не хотел обсуждать завтрашний день. Две недели превратились в один, бесконечный и очень счастливый. — А зря, — пожал плечами Айзек. — О таких вещах надо разговаривать, — трикстер качнул бокал, отпивая. — Да, дорогой? А наша свадебка когда? — хихикнул синеглазый, обвившись вокруг руки спутника. Малфой вздохнул. Да хоть когда угодно, пусть только начнёт немного серьёзнее относиться к данному мероприятию. Айзек на полном серьёзе выбирает себе свадебное платье и фату. Драко весело, действительно, такой концерт. — Даже так? — улыбнулся Северус, не удивленный такому повороту событий. Гарри пребывал в состоянии эйфории, ластясь к Северусу, пока они танцевали. — Я в уборную, — голова слегка кружилась, но не от выпитого. Они оба пробыли здесь достаточно времени, пора бы домой. И можно будет поговорить. Гарри обещал себе, что сделает это после мероприятия. Но судя по поведению Северуса — к черту эти разговоры, всё к черту, можно вовсе не разговаривать, есть занятия поинтереснее. Поттер пытался охладить лицо водой из-под крана. Интересно, он действительно золотой? Пить явно достаточно. Юноша залип на своё отражение, глупо улыбаясь. — Ты ведь Гарри? Маг чуть повернулся, вскинув брови. — Да… А ты? Нас, наверное, знакомили, извини, кажется, я выпил лишнего сегодня, — обезоруживающе улыбнулся волшебник. — Нет, к сожалению, Северус нас так и не представил друг другу, — отзеркалил улыбку юноша, протягивая ладонь. — Меня зовут Эрик. Я парень Северуса, — Гарри показалось, что он ослышался. Крепкое рукопожатие не спешило распадаться. — Ч-что… прости, что? — Поттер потряс головой. — Ты ведь приёмный сын Северуса, Гарри Поттер. Он говорил о тебе, что ты учишься на артефактора на первом курсе Академии при Аврорате. Талантливый волшебник и всё такое. — Я… я не понимаю, — Гарри разом протрезвел, безуспешно стараясь взять себя в руки. — Судя по твоему замешательству, он ничего не сказал обо мне. Ну и к чему эта секретность? — длинноволосый юноша, чуть выше Гарри, фыркнул, убирая за ухо смоляную прядь. — Хотел с тобой познакомиться, — Эрик облокотился на раковину, осматривая с головы до ног мальчишку. Мечтательное выражение того стёрлось с лица, став привычно хмурым, настороженным и собранным. Поттер склонил голову в бок, поджав губы. — Наверное, если Северус не захотел тебя со мной знакомить, то он не видел в этом смысла, — отточенным движением юноша ровно встал, прямо смотря в зелёные глаза. — Да и у меня, если честно, нет никакого желания знакомиться с каждой постельной грелкой. Эрик дёрнулся как от пощёчины. — Слушай, я не ругаться с тобой пришёл. Хочу просто познакомиться, хотя Северус мне это запретил, — парень глянул на себя в зеркало, расстроено сведя брови вместе. — Понимаешь, я люблю его. Поттер положил ладонь на край раковины. Его парень? Этот человек? Хотелось сказать что-то резкое, что-то обидное, оттаскать его за волосы по всему периметру, крикнуть громко-громко, что он, Гарри, вообще-то тоже любит Северуса. Но. Этот… Эрик кое-что верно подметил: Гарри — приёмный сын, и если Гарри утоп в своих фантазиях — это проблема Гарри, а не юноши, стоящего напротив, явно старше лет на десять, чем Поттер. Эрик поднял взгляд на безэмоциональное лицо, словно неожиданная новость вытравила их. Конечно. Северус слишком хорош, чтобы оставаться одному. — Как давно вы вместе? — Где-то с июля. О, Боги. Гарри развернулся лицом к зеркалу, наклоняясь, и подставляя голову под ледяную струю воды. С грёбаного лета?! В голове слишком много мыслей, одна орёт, другая шипит, третья бьётся в припадке прямо о черепушку. Всё, что было, — иллюзия. Северус никогда… — Спасибо, что сказал, — в противном случае, Гарри и Снейпу после этого вечера и того, что Гарри собирался сделать, было бы неловко до конца дней. — Хорошего… Всего хорошего, — Академия выдрессировала Гарри ровно настолько, чтобы держать лицо, когда кто-то проломил грудную клетку, забравшись под неё пальцами и сжал со всей силы сердце так, что оно взорвалось, разлетевшись ошмётками от силы напора. Гарри маршировал в плотном клубе тумана, идя вперед, подальше от туалета. Он ничего не видел и не слышал. Сцепил пару бокалов шампанского с подноса, в фокус глаз попал Саймон. — Привет. Извините, заберу его, — кажется кавалер протестовал. Поттер вцепился в парня как в спасательный круг, казалось, у него сейчас случится нервный срыв. Внезапно навалились все звуки, музыка давила на барабанные перепонки. — Гарри… Гарри? — Саймон заметил, что Поттер с лицом киборга-убийцы направляется к нему, подумал, что его подослал Глава. — Что случилось? Тебя всего трясёт, — парень остановился, взяв лицо друга в ладони. Бледный, с испариной на лбу, ужасом в глазах, который напугал Саймона. — Гарри? Ты меня слышишь? — Поттер поджал губы, словно вот-вот расплачется. — Я… Я облажался. Я просто идиот, — Гарри уткнулся в шею, зажмурившись. — Что мне делать? Я не знаю, что делать. — Посмотри на меня. Что происходит? — голубоглазый взял Поттера за плечи, внимательно всматриваясь в лицо. — У Северуса есть парень, я… а я… — Гарри прижал дрожащие пальцы к глазам. Северус — это, судя по всему, тот самый мужчина, который взял под опеку Гарри, и с которым они обменивались письмами. Блондин вздохнул, привлекая друга к себе. Парень взял за руку Поттера, оттесняя ближе к краю танцпола, а затем к столу. — Да не хочу я больше пить, — дернул подбородком маг. — Это антипохмельное. В воде обычной растворил. На, апельсиновым соком запьешь. Тебе голову остудить, такое лицо, будто дел сейчас наворотишь, а потом расхлёбывать десять лет будешь. Гарри опрокинул в себя зелье, в несколько глотков опустошая стакан. Верные мысли на ум не приходили. — Ты уверен, что это его парень? — Да. Эрик сам так сказал. — Пф, да мало ли что он там сказал! — Нет. Не лгал. Сказал, что любит. Чёрт возьми, это просто уму непостижимо. — Может быть, ты в Академию вернёшься? Комнату я нам уже в корпусе выбрал. — А это неплохая идея, — любой разговор с Северусом сейчас чреват скандалом. Гарри не мог дать себе гарантий, что сдержится. Северус, по сути, ему ничего не должен. Не должен любить так, как любит его Гарри. Этот человек не заслуживает и слова плохого, после всего того, что сделал для больной, во всех смыслах этого слова, проститутки. Да как Гарри вообще могло прийти в голову, что у них с Северусом что-то может быть? Где Северус — и где Поттер? Кажется, он забыл своё место. — Ты должен попрощаться. Скажи, что плохо себя чувствуешь и иди домой. Утром аппарируешь, — через плечо друга, Саймон видел прямой взгляд Водхара. Ещё пара чёрных глаз смотрела на него. Обладатель проницательного взгляда обменивался фразами с Главой. Снейпа окликнул человек, с которым они когда-то вместе работали. Северус слышал, что Водхар стал Главой Академии, куда Гарри поступил. — Давно не виделись, — бросил Водхар, пожимая руку. Снейп пристально наблюдал за Гарри и неизвестным ему юношей. Гарри куда-то запропастился после того, как ушёл в уборную. Маг спустя полчаса начал его активно искать, застав в объятиях симпатичного погодки. — Ты не знаешь, кто это рядом с Гарри? — Это Саймон, они учатся вместе, — волшебник как раз стал свидетелем картины, когда Поттер буквально отнял принцессу из лап Леберца. Разговор казался очень напряжённым со стороны. — Саймон, значит, — резюмировал Снейп, скрещивая руки на груди. Блондин держал лицо юноши в ладонях, нахмурившись. — Я что-то не понял. — Я тоже, — мужчины переглянулись, синхронно начав движение в сторону парочки. Но Саймон и Гарри опередили их, голубоглазый заметил старших. Поттер взял себя в руки, разворачиваясь и лицом к лицу встречаясь со Снейпом. И с Главой. Ах, вот оно что, значит, Саймон пришёл с ним. — Здравствуйте, — кивнул юноша. — Северус, я домой. Кажется, съел что-то не то. Я пойду, — по тону голоса сразу было понятно, что что-то «не то» было не едой. Снейп метнул недовольный взгляд на блондина. Тот почему-то расплылся в ехидной улыбке. — Мистер Снейп? Я рад с вами познакомиться! Гарри так много рассказывал о своём приёмном отце. Это такая честь, — холодно улыбнулся Саймон. Парень не считал Гарри идиотом, и если ему казалось, что этот Снейп в нём заинтересован, судя по тому, что только что сказал друг, значит, этот человек дал на то очень веские основания. — Очень надеюсь, что на летние каникулы я приеду к вам знакомиться. Мне так повезло иметь тесное знакомство с Гарри, вы отлично его воспитали. Снейп ничего не ответил, но зарубку себе сделал, отправившись вслед за Гарри. — Это что сейчас было? — Водхар пытался подобрать культурные выражения. — Он это заслужил. Поверь мне. Вообще-то у меня есть к тебе пара вопросов, — Саймон скрестил руки на груди. — Ты себя кем возомнил? Свахой? Я всегда буду в твоих глазах человеком, проблемы которого решаются через постель? *** Айзек с наслаждением развалился на воистину царском унитазе, подслушивая чужой разговор. Красота. Чего-то не хватает. Колдун чуть повернул кисть, поймав за хвостик веточку винограда, возникшую из ниоткуда. Уши греет. Поттер так растерялся. Убежал котёночек, ай-яй. Мужчина толкнул мыском ботинка дверь в кабинку. — Какой послушный. Молодец! Эрик выглядел расстроенным. Того и гляди расплачется. Одни принцессы вокруг. — Не стоило мне разговаривать с Гарри, и зачем я вас только послушал, — Эрик понял, что Северус точно не захочет его видеть, когда Гарри ему расскажет о случившемся. Трикстер бросил остатки винограда в воздух, те исчезли туда, откуда появились, не достигнув пола. — Мне кажется, Северус никогда меня не любил, — прошептал юноша, обняв себя за плечи. Увидев своего любимого человека с другим, в груди взыграла ужасная ревность. Да как язык повернулся приёмным сыном назвать, когда он на него так смотрит? — Конечно, не любил, — ласково проворковал Айзек, опуская ладони на плечи. — Ты же заметил, как вы с мальчишкой похожи, — Эрик действительно запал на зельевара, причём очень давно. Ему хватило одного согласного движения брови, чтобы оказаться в желанной постели. — Красивая постельная грелка, — мужчина обнял дрожащего парня, укусив в шею. — Хватит, не надо. Замолчите, — юноша попытался отстраниться. — Ах, ну почему все меня сегодня затыкают? Детка, ты ведь помнишь, что можешь попросить меня о чём угодно? — промурлыкал Айзек. — Ты можешь…? — Нет-нет, принцесса, — оборвал трикстер. — Заставить занятое сердце человека освободиться я не могу, а сердце мистера Снейпа давно не свободно. Но я могу поселить искру в пустом сердце, разжечь страсть. М? — Я… не знаю. А погасить? Вы можете моё сердце сделать пустым? Айзек довольно рассмеялся, ловя пальцами острый подбородок. — С удовольствием. Синеглазый сыто потянулся, выходя из туалета. — Ой-ой. Я попался, — Бог поднял ладони, стараясь ускользнуть. — Айзек, ты как дитё малое, — Люциус схватил мужчину за руку, оттащив к окну. — Северус сказал, что не простит ни меня, ни тебя, если ты будешь вмешиваться. — Да он спасибо мне скажет! — обиделся трикстер, насупившись. — Я им добра только желаю! Этому несчастному Эрику — тоже! Я — хороший! — Мать Тереза во плоти, — Люциус покачал головой. Почему он влюбился в такого чел… божес… идиота. Малфой обнял великого обманщика и притворщика за плечи, прошептав на ухо: — Знаешь, мне очень страшно, что ты во что-нибудь ввяжешься и исчезнешь. Подожди, пока я умру, пожалуйста. Я прошу. — Это очень-очень долго ждать придётся, — Айзек толкнул пальцем в плечо, надув губы. Когда тон Люциуса становился таким, Айзеку — очень сильно в глубине души — становилось немного страшно. — Пару, три сотни лет, — трикстера чмокнули в нос. — Или тысячи три-четыре-десять, да кого это волнует, да? — Люциус нахмурился, смотря на бегающие глазки. — Так, и чего ты мне не договариваешь? — Да ничего, честное слово! — Айзек. — Люциус, — синеглазый поднял взгляд, внимательно смотря в на мужчину. — Ты собираешься заключить магический брак с Богом. Неужели ты думаешь, это тоже самое, что и с обычным человеком? — Нет, я так не думаю. Но мог бы и предупредить, что я… А Драко? Айзек? — Паникёр. Он зачат с помощью моей крови, или ты забыл? — Не забыл, — облегченно выдохнул блондин, откашлявшись. — Так вот, мог бы и предупредить, что я теперь буду смотреть вечно, как ты разводишь невинных мальчиков чёрт знает на что. — А ты ревнуешь? — обрадовался Айзек, вцепившись в своего мужчину. — Никогда не видел твоего ревнивого личика. Мне повторить концерт, скрытый дверью в уборную, ещё раз? Хочу посмотреть, — рассмеялся маг, укусив Люциуса за щеку. Малфой почему-то тоже усмехнулся. Неужели отвратительное чувство юмора передается через поцелуи? *** Гарри настолько перенервничал, что промахнулся с координатами собственного дома, приземлившись в лесу. В темноте место всё равно выглядело узнаваемым. Эти сосновые парень знал очень хорошо. Недавние Дары Богам припорошило снегом. Этот год богат на осадки, раньше столько не выпадало. Юноша сел к поваленному бревну, умывшись снегом. Северус наверняка отправился сразу же за ним и уже находился дома. Не стоит заставлять его нервничать. — Гарри, какого черта? — Северус действительно сразу же аппарировал домой, как только покинул поместье. Не обнаружив Гарри дома, почти решился использовать кольцо, хранившее ДНК парня. — Извини, я промахнулся с координатами немного, — даже криво улыбнуться не вышло. — Что произошло? Ты можешь мне нормально объяснить? — у Гарри было такое лицо, словно он пережил смерть близкого человека. — Да, кое-что, — ничего лучше как соврать в голову не приходило. К тому же, у него развязаны руки. Поттер убрал ладонь со своего плеча, взглянув на мужчину. — Дело в Саймоне. Ему нравится другой парень, и я только что об этом узнал. Не переживай, ладно? Ты вполне мог остаться на мероприятии. Я посплю, всё будет в порядке. Северус удивленно моргнул, смотря, как Гарри огибает его и поднимается по лестнице наверх. Что за чушь? Мужчина не поверил. Или просто не хочет верить? Конечно, тот юноша безусловно хорош собой. Но то, что сказал Саймон и то, как он это сказал Снейпу, вовсе не стыковалось с тем, что сейчас говорил Гарри. В данном случае, мужчина видел единственный выход — напоить Гарри зельем правды. Всё поменялось с ног на голову в мгновение ока. Должно было быть иначе. Они должны были вернуться вместе, и Гарри просто должен был… должен был позволить себя поцеловать. Все украденные ночные поцелуи у спящего человека были не в счёт. Происходящее между ними давало шанс им обоим быть вместе в куда более глубоком смысле. Снейп взял стопку писем, опускаясь в кресло, пробегаясь взглядом вдоль строчек, вспоминая всё, что сказал Гарри, когда приехал, и всё то, что читалось по глазам. Мужчина мялся у двери в комнату Гарри, пустовавшую до сегодняшней ночи, но так и не решился войти, решив отложить разговор до завтра и быстро заткнув голос, твердящий про Веритасерум. Гарри либо сам ему всё расскажет, либо не расскажет. В их отношениях не должно быть никаких зелий. Утром Гарри уехал, не сказав ни слова.

«Северус, извини, что так поспешно уезжаю, появились дела. Спасибо за чудесные Рождественские каникулы. Я напишу, когда будет возможность. Не беспокойся обо мне. Гарри».

Телефон выключен. Минси сказала, что молодой Хозяин собрался ещё до рассвета, не позавтракал и ушёл. Северус в абсолютном непонимании, что происходит тяжело опустился на стул. Возможно, есть смысл пересмотреть воспоминания в Омуте Памяти о прошедшем вечере. Было ли что-то ускользнувшее от внимания зельевара? Гарри слишком дорог и ценен сердцу. Очевидно, юноша не захотел беспокоить тем, что у него случилось. Но так нельзя. Выражение безысходности хотелось стереть с его лица, хорошенько встряхнуть, докричаться. Вчера, когда Гарри отстранил от себя ладонь, к которой льнул столько лет, у Северуса внутри что-то оборвалось. *** Водхар поджал губы. — Я хотел как лучше. Это мои очень хорошие знакомые, никто не состоит в браке. Саймон, они хорошие люди, — Глава не видел смысла отпираться. — Половина твоих очень хороших знакомых предложила мне быстрый перепих в туалете, — холодно отрезал парень, видя, как Водхар меняется в лице. — Не терпится меня кому-нибудь сбагрить? Я твоя головная боль? Думаешь, я трахаюсь лучше, чем мог бы стать Аврором? Хорошо. Мне есть, с кем уйти отсюда, — блондин считал, что поставил точку, развернулся и ушёл в другой зал, полный народа. Абсолютно паршивый вечер. Чёрт возьми, а ведь поверил, действительно поверил, что Глава хочет познакомить с будущим начальством, чтобы как можно скорее получить миссии. Получил как всегда. В самое сердце. Заботливый какой. Методично выбрал только самых привилегированных, статусных, холостых мужчин. — Боги Всемогущие, кого я вижу? — блондин резко обернулся, моргнув. Твою мать. Один из бывших клиентов. — Саймон, красота моя ненаглядная, — маркиз потянулся, скользнув пальцами по щеке. — Ходят слухи, что ты сбежал. Представляешь, как я расстроился? Мой самый любимый мальчик пропал, — покачал головой мужчина. Этот был щедрым клиентом, не злым, без садистских наклонностей. Иногда парню казалось, что нравится этому человеку. Но что он вообще мог знать о существе настоящих чувств. Кого они волнуют? Водхара, который буквально выставил его на аукцион? — Я же хотел выкупить тебя, а ты не дождался. Подумал, может быть, твоё сердце принадлежит тому, за кем ты побежал. Как грустно. За кем? За чем? За свободой. Несбыточная мечта. Вечная зависимость от обстоятельств, от прошлого, теперь от Академии. Очередной раз спрашивать себя: та ли эта тарелка? Или вновь не та. Отчаянно хотелось почувствовать себя нужным. Но быть нужным самому себе из разряда невозможного. Саймон с малолетства привык угождать другим, а когда пытался делать по-своему, получалось вот так. — Эй, вы, — Уинстон грубо толкнул маркиза в плечо. Саймон удивленно моргнул, закрыв шею ладонью. Поставил засос на людях, зараза. — Отстаньте от моего друга и поскорее верните все кредиты банку моего отца, — парень оттеснил собой блондина. Маркиз хотел было что-то сказать, но передумал, резко разворачиваясь и быстро скрываясь из виду. — Ну и мудак. Честное слово. В долгах как в шелках. Великолепно. Саймон усмехнулся, поражаясь собственной наивности: он только что чуть не повелся на речи о том, что его свободу выкупят и не уехал с тем, у кого нет абсолютно ничего. — Ты знаешь такие слова, как «мудак»? Ха-х. Я удивлён. — Что он от тебя хотел? — А разве непонятно? То же, что и все. Ничего нового. — Что ты вообще здесь делаешь? Ты с маркизом сюда пришёл? — Нет. С Водхаром, — Уинстон взглянул на голубоглазого в замешательстве. — Слушай, твоё предложение насчёт каникул ещё в силе? Можно у тебя пару дней до начала учёбы пожить? — Д-да, конечно, — такого поворота событий маг не ожидал. Родители очень удивятся, но ничего. — Пойдём? Или хочешь потанцевать? Может быть, налить тебе чего-нибудь? — Пошли, мне здесь надоело. Уинстон не был абсолютно тупым, но вразумить, что означает приход Водхара с Саймоном совместно на мероприятие — не смог. Были подозрения ещё с того происшествия в лесу. Они пара? Стоит ли об этом спрашивать? Юноша стянул с себя пиджак, набросив на голые плечи. Саймон благодарно кивнул, почему-то его начало морозить. — Притормозим? Я хочу покурить, — волшебники забрали верхнюю одежду. Блондин обернулся в поисках кого-нибудь с сигаретой, подошёл к какому-то мужчине с супругой. Женщина курила и при себе имела только тонкие сигареты. Отлично. Уинстон завороженно наблюдал, как тонкие пальцы держат фильтр, поднося к губам. Лучше в другую сторону посмотреть. Саймона не тошнило от запаха, хотелось задохнуться серым дымом. — Э… Саймон, — Уинстон стоял в пол-оборота лицом к зданию. — Сюда идёт Глава. Какой-то нерадостный он идёт. — А он бывает хоть когда-то радостным? — парень не успел закончить риторического вопроса, как его резко развернули к себе. — Я тебе мальчик, чтобы за тобой бегать?! Что за цирк?! Думал, ты охолонишься и вернешься в Академию, так нет, ты действительно решил схватиться за первого попавшегося и лизаться с ним на славу публике?! — Водхар очень удивился, когда не нашёл мальчишку в общежитии, думал ещё раз нормально поговорить. Наверняка, уже успокоился. Но как он мог забыть, что эта истеричка — королева драмы! А как он удивился, в какое бешенство пришел, когда ему позвонил Дерек и сказал, что Саймон всё ещё на мероприятии, зажимается с каким-то мужиком?! — Не ори на меня! Я сказал, что мне есть с кем уйти и без твоей помощи! Глава не сразу заметил вытянувшееся лицо Уинстона. — Я, наверное, пойду. — Да, ступай. — Нет. Мы уходим вместе, — последние две фразы были произнесены одновременно. — Я всё же пойду. До свиданья, — волшебник кивнул Главе, махнув рукой Саймону, который вовсе на него не смотрел. Ну дела. — Просто великолепно. Спасибо большое. Наверное, нашёл мне кандидатуру получше? — юноша затянулся остатками сигареты, поднимая взгляд на Водхара. — Какой же ты идиот. Клинический, — Водхар действительно нихрена не понимает? — Жестокий. Ты жестокий. Мужчина тяжело вздохнул. Дурацкая идея была с самого начала, надо было сказать, что он просто хочет пойти с ним вместе. Не ввязывать сюда приятелей. Снова обернулось некрасиво. Маг протянул ладонь, касаясь тыльной стороной щеки. — Саймон, — поднимать взгляд не хотелось. Чего там не видел. За подбородок приподняли, накрывая губы поцелуем. Поцелуй длился секунду. Парень шокировано моргал, смотря на мужчину. — Интересно, у меня было такое же выражение лица, когда ты меня поцеловал? В мозгу юноши что-то заклинило. Он пытался сложить два и два, глядя на усмехающегося волшебника. — Я вообще не так целуюсь. Это был не поцелуй, — надо взять себя в руки и прекратить трястись. — Да что ты, — это что ли шутка какая-то? Водхар сам не знал, что именно, но мальчишку нужно было заткнуть. И он наконец заткнулся, позволяя сминать свои губы, позволяя забраться в рот языком. Это точно поцелуй. Мужчина отстраненно подумал, что был обречён, когда впервые увидел, как эти губы улыбаются. Целовать его было правильным, да, парень определенно знал толк в поцелуях, первым отстранившись. — Аппарируем. Саймон держал за руку Водхара, пока они шли к главному корпусу. Зачем мужчина поцеловал его? Выпил лишнего? Поиздеваться? — Весь жемчуг рассыпался, — бросил маг в сторону, обернувшись. Где-то в снегу лежали жемчужинки. — Видимо, я дёрнул неосторожно. Извини. — Ничего. Я одну тебе в карман положил перед аппартацией на мероприятие. — Так это был ты? А я думал, что нечаянно стащил, как сорока, и даже не помню об этом, — рассмеялся Глава, весь вечер катая бусину в пальцах. Саймон не совсем понимал, как вести себя в данной ситуации. Что нужно сказать? Что делать? Они явно идут в апартаменты к магу. Парень снял с себя мантию, вешая возле двери. Мужчина вошёл первым, поэтому блондин видел только спину и затылок, замешкавшись, сжимая пальцы в кулаки. Боги. Да он ещё никогда в жизни так не нервничал рядом с мужчиной. Брюнет успел умыться, развязывая бабочку, заметил, что Саймона в гостиной нет. Волшебник с удивлением заглянул в коридор, обнаружив мальчишку, не двигающегося с места. Голубоглазый серьёзно, с вопросом смотрел, прислонившись лопатками к двери. Мужчина вздохнул, подойдя вплотную, парень задрал голову, продолжая рассматривать лицо. Поднялся на цыпочки, касаясь кончиком носа подбородка. Маг склонил голову в бок, скользнув пальцами под кромку волос на затылке, целуя мальчишку. Вкусный. Он делает это слишком хорошо, чтобы остаться равнодушным или пытаться себя сдерживать. Это искусство — выражать намерение, танцуя в танце с чужим языком. — Мне надо в душ, — прошептал блондин, отстраняясь и почти успевая убежать. — Тебе надо, чтобы я вытащил застрявшие бусинки из твоих волос, — за тонкое запястье Водхар подтянул к себе, кивнув на зеркало. — О Боги, это когда я… Нет, это не я, а ты меня всего растрепал, — и смутился как невинная девица, отворачиваясь. Жемчужины действительно остались в волосах, Водхар методично перебирал пряди. — Такое ощущение, что я ищу блох у очень элитной обезьяны, — за эту фразу сразу же получил по бедру. Саймон решил, что умирает с голоду, поэтому обчищал холодильник на предмет клубники. Две тарелки. Чудесно. Мужчина первым пошёл в душ, желая избавиться наконец от смокинга и надеть привычный джемпер и спортивные домашние брюки. — Могу тебе что-нибудь приготовить. За два часа — что угодно. — Почему это два часа? Я быстро. Саймон пообещал себе, что поплескается быстро, но хотелось нанести привычный уход на волосы, ладно, полчасика посидит. Водхар смело включил себе сериал с сериями по часу сорок, не рассчитывая увидеть парня раньше, чем через два часа. На этот раз одежду никто не принёс и не оставил где-нибудь на видном месте, поэтому блондин смело облачился в длинную кофту с горлом. Точнее, это ему она была по колено, хотя такая большая, наверное, и Водхару велика. — Полтора часа и не надо на меня так смотреть, — блондин гордо откинул роскошные волосы назад, подходя ближе к дивану. — Я просто смотрю и просто жую. Тебе с грибами ведь понравилась? Садись, кушай. Саймон усмехнулся, садясь сверху чужих колен, наклонился, кусая прямо от откушенного. — Лучше, чем у Министра. Тебе бы поваром, — облизнулся парень, лизнув подушечки пальцев. — Жаришь ты также хорошо, как печёшь? — Водхар чуть не подавился, рассмеявшись. — Ты чего это вдруг, — мужчина чуть подвинулся, отсмеявшись в кулак. Саймон просто хотел посмешить его немного. Поддеть нелепым подкатом, чтобы рассмотреть черты лица, пока мужчина собирается с мыслями. Нет, такой не мог не понравиться. Кто бы раньше не забирался к Водхару в постель, Саймон хорошо их понимал. До этого момента запрещая себе понимать. Как можно не хотеть под ним прогнуться. Водхар только осознал, что парень сидит на нём сверху в одной только кофте. Засмотрелся на колени и ляжки. Гладкая кожа. Мужчина поднял взгляд. Да, эта капризная принцесса чертовски его привлекает. Острые тонкие позвонки и лопатки, потянуть за волосы, обнажая шею, и наслаждаться бешено бьющейся веной. Водхар подался вперед, Саймон понятливо обхватил ногами за талию, чтобы мужчина смог встать. Какой он, оказывается, властный. В каждом жесте собственник. Такой не станет делиться. *** Гарри казалось, что у него включился автономный режим. Дни просто шли. Форма смотрелась хорошо, дисциплины стали более глубокие, появились новые преподаватели, чаще стали ходить проверки. По изначальным комментариям Главы, казалось, что у них будут только экзамены с аврорами, но нет, могли и просто на занятия прийти. Никто больше не забирал телефоны и не запрещал ездить домой. Все уезжали на выходные, оставались только Гарри и Саймон, ещё несколько ребят, лица которых менялись от выходных к выходным. Саймон не ночевал в комнате, на выходные вовсе перебирался к Водхару. Парень не афишировал их роман, как и Глава, но никто ничего не отрицал. Зависть? Да. Мальчишка сиял, светился изнутри. Голубоглазый поддерживал Поттера как мог, видя потухший взгляд и повторение заученных фраз и движений. Гарри казалось, что его сердце окаменело, отяжелело собой. Никаких корок льда, который можно разбить или растопить при должном усердии. Мир не остановился, жизнь не кончилась, маг не забивал на лечение: Айзек исправно высылал пакеты для капельниц, как и в прошлом году. Писал Драко. Много писал, они постоянно общались. Конечно, Драко сразу смекнул, что дело неладно, едва увидев крёстного и узнав, что Поттер почему-то не приезжает который месяц. Звал в менор. Но Гарри отказывался, сказал только, что будет на День Рождения, этого праздника он не пропустит. День за днём переворачивались пустые страницы, если бы юноша вёл дневник — там нечего было бы записать. Небо над головой светлело. Стоит подождать, всё само придёт в норму, само образумится: это способность времени — сглаживать события прошлого, делать их менее значимыми. Гарри старался не думать о Северусе, а тот уж точно не думал о нём. Дисциплины давались хорошо. Настолько хорошо, что от Аврората пришёл прямой запрос на привлечение Поттера к первой миссии. Впервые за долгое время парень улыбнулся. Время делает свой ход, и Гарри ступает следом. Алан был рад видеть мальчишку, на которого делал ставку. Достойная смена растёт. Маги обменялись рукопожатиями и артефактор на правах главного представил Поттера группе, с которой тот, возможно, будет сотрудничать очень долго. Оказалось, что каждый специальный отряд состоит из двух мракоборцев, двух артефакторов, провидца, медика и Тени. Кто такой последний и чем он занимался — никто не объяснил. Для каждого задания, исходя из уровня сложности, выделялось определенное количество бойцов. Это была постоянная группа реагирования, закрепленная за отделом артефакторов, то есть мракоборцы и остальные, напрямую не являющиеся артефакторами, числились в данной группе. У Алана в подчинении находилось десять таких групп, Гарри шёл плюс один артефактор к уже двум имеющимся. Командировка планировалась не менее, чем на два месяца. Поттер просиял. Этого времени хватит, чтобы остыть, взять в руки, найти в себе силы вернуться домой. Смириться. Северус заслуживает лучшего. Лучшего отношения от Гарри. Парень знал, что мужчина наверняка пытается дозвониться на выключенный телефон. Первое время мужчина писал короткие, но ёмкие письма, пытаясь выяснить, в чём дело. Затем перестал. За пару дней до начала миссии Гарри сел писать письмо. *** Люциус застрял меж двух огней. Северус превратился в ту версию себя, что существовала до встречи с Гарри, хмурого, замкнутого мужчину, который доверительно поделился своими переживаниями, не находя себе места. — Я не знаю, Люциус. Ни строчки за два месяца. — Может быть так и надо? Охолониться, переварит, придёт. — Как надо? — вспылил зельевар. — Я предполагал, что со временем мы отдалимся друг от друга, но не в один миг. Я абсолютно не понимаю этой тактики игнорирования, если честно, я думаю на днях наведаться в Академию и поговорить лицом к лицу, хочет он того или нет. Малфой отпил огневиски, выдыхая. — Тебе не приходило в голову, что Гарри узнал об Эрике тем вечером? — Ч-что? — искренне удивился маг, поднимая взгляд на друга. — С чего бы вдруг? Каким образом? Эрика там даже не было, не мели чепухи. Люциус поджал губы, закусив. Чёрт возьми, это не дело. — Эрик был на мероприятии, Северус. Они говорили с Гарри. Снейп непонимающе уставился на волшебника. Люциус сглотнул. — Я сейчас не совсем тебя понял. Что, прости? — в голове не складывалась картинка. — Откуда ты это знаешь? Почему ты мне раньше не сказал? — медленно накидывал вопросы зельевар, подавшись вперед и всматриваясь в лицо друга. Люциус молчал, смотря в черные глаза. — Айзек? — это просто немыслимо. Сердце в груди совсем не каменное, но с удовольствием им бы стало, особенно сейчас. Люциус мог, нет, он обязан был сказать сразу же! Но не сделал этого. Столько месяцев к ряду он слушал, видел, как сильно произошедшее задевает, гложет — и предпочел смолчать, довериться великому игроку. — Северус, я… — Уходи. Я тебя предупреждал. Просто уйди, — мужчина наклонился, роняя лицо в ладони и закрываясь ими от всего. Вот что вышло. Узнал об Эрике? Они говорили? О чём именно? Явно сказанное было далеко от правды, судя по состоянию Гарри тем вечером. До самого утра волшебник просидел в кресле, камин потух, тишина вокруг давила, давая пространство для мыслей. Едва первые лучи осветили землю, маг немедленно без уведомлений аппарировал к воротам Академии. Охрана появилась мгновенно, готовая к атаке. — Доброе утро, господа. Сообщите Главе, что Северус Снейп желает с ним встречи, и чем скорее — тем лучше. Я жду, — церемониться не было никакого смысла. Говоря откровенно, зельевар не рассчитывал, что Водхар его примет, будто у Главы Академии других дел нет. К счастью, Снейп ошибался. — Проходи, Северус, — Водхар отодвинул от себя папку бумаг, увидев перед собой волшебника. — Ты вообще спишь? Видок так себе. — Привет. Мне нужно срочно увидеться с Гарри. — Хм, — а мальчишка-то ясновидящий, на другом факультете ему бы тоже обрадовались. — Он знал, что ты придёшь. Просил передать вот это, — Глава поднялся, достав из ящика письмо и протянул Снейпу. — Поттер согласился на миссию, предложенную Авроратом. Примерный срок командировки два-три месяца. Как это так? Гарри уехал? И ни слова не сказал? Оставил только это? Мужчина открыл конверт, замявшись. Возможно, это не самое лучшее место для прочтения. Водхар пристально наблюдал за Мастером Зелий, тот опустил руки, взглянув на мужчину. — Как он? — Хорош. Но, полагаю, ты спрашиваешь не об этом, — брюнет скрестил руки на груди, облокачиваясь на стол. — Я бы назвал этот синдром «тень собственной тени». Я не вдавался в подробности, но ты ему изменил, что ли? Когда Поттер тебе звонил за месяц до Йоля, он сидел прямо на этом стуле, — Глава кивнул на обычный деревянный стул, на котором сейчас лежали газеты. — Он выглядел влюблённым, я решил, что вы встречаетесь. — Нет. Всё несколько сложнее, — нахмурился Северус, без особой радости воспринимая информированность о происходящем между ним и Гарри третьими лицами. — Знаешь, — протянул Водхар, нарушая молчание, — он был очень рад, когда Аврорат предложил задание. Сказал, если ты придёшь — отдать, поэтому я предупредил охрану, и поэтому ты так быстро оказался здесь, а коли нет — сам заберёт, когда вернется. То есть если, так Поттер сказал, если вернётся. Будь он более малахольным или истеричным, я бы не пустил его на миссию, но мальчишка твой — крепкий орешек, — в подробности всего, что известно, маг вдаваться не стал. У Саймона язык без костей, бедняжка Эрик, если принцесса научится проклинать словесно, этому парню конец, — Поттер брал некоторые зелья для блокировки эмоций, солдаты иногда пользуются таким способом, чтобы заглушить в себе человеческие голоса. Я не мешал, не читал нотаций, лишь по той причине, что парень не злоупотреблял и, насколько мне известно, выпил всего два. — Спасибо, что приглядываешь за ним, — выдохнул Снейп, кладя письмо в карман. — Напиши мне, если что, или пришли Патронуса. Я ведь могу тебя об этом попросить? — серьёзно взглянул Северус на мужчину. — Можешь. Если мне покажется, что есть опасность — я дам тебе знать. Но не больше этого, — кивнул маг. — Не буду отвлекать, извини, что ввалился без приглашения. Зельевар развернулся на каблуках, покидая кабинет и Академию. Дома осталось сесть в кресло и заранее налить себе огневиски. Северус, я долго собирался с мыслями прежде, чем написать тебе письмо. Ты заслуживаешь большего, чем моё оскорбительное, невнятное поведение. Я оставил тебя в смятении и волнениях за меня. Поверь, оно того не стоит. Тебе следует беречь свои нервы и думать о себе в первую очередь, ведь последние несколько лет мои интересы ты ставил выше своих. Поэтому всё так получилось. Я начал принимать твоё отношение как должное, обязательное звено нашего сосуществования. Не буду кривить душой и скажу прямо, то, что, наверняка, уже понял: про Саймона я соврал. Но лжи в остальном не было. На мероприятии я столкнулся с юношей, который хотел со мной познакомиться как с твоим приёмным сыном. Тогда я узнал, что у человека, которого люблю, есть другой. Я знаю, как это звучит. Поверь, знаю. За прошедшие годы, я убедился в том, что мои чувства к тебе неизменны, они только крепнут. Клянусь, я сказал бы тебе об этом, о том, что мне казалось ясным и без слов, учитывая, как мы провели каникулы. Я бы сказал. И сейчас не смог набраться храбрости, взглянув тебе в глаза, и сказать, что люблю тебя. Тебе придётся принять эту информацию. Я хочу, чтобы ты знал — я желаю тебе счастья. Хочу, чтобы ты жил дальше, не оглядываясь на меня, не подстраиваясь под мои желания, как делал это последнее время. Ты заслуживаешь шанса создать семью с тем партнёром, который будет тебе угоден. Не думай обо мне. Немного времени, и однажды я искренне смогу за тебя порадоваться. Но не сейчас. Как ты уже знаешь, я на миссии, надеюсь, она будет полностью занимать мои мысли. Я виню себя, Северус, за то, что придумал себе чёрт знает что; за то, что реальность не соответствует моим ожиданиям; виню за то, что не могу любить тебя как сын; виню за то, что к нашей следующей встрече ты меня возненавидишь и руки не подашь. Прости за долгое ожидание ответа. За всё прости.

Гарри.

Северус перечитал письмо несколько раз. *** Саймон справедливо считал, что его откармливают с определенной целью. — Я решительно обижен на две вещи, — пицца с креветками и грибами, свежеприготовленные спагетти болоньезе умоляли себя съесть. — Первое: ты не говорил, что тебе нравятся парни с тремя десятками лишних килограмм, — конечно, с такими нагрузками блондину они не грозили, что подводило к следующему пункту, — второе: ты не согласовал мне миссию. — Не согласовал, — кивнул Водхар, протягивая тарелки с нарезанными овощами и садясь рядом на диван. — Дракон охраняет своё сокровище? — усмехнулся парень. — Я не собираюсь к тебе усыновляться, следующий раз хотя бы спроси моего мнения. — Летом поедешь, раньше — нет, и я говорю это не как… — мужчина задумался, не как собственно кто, — в плане не из-за того, что между нами происходит, а как твой Наставник. Уважай моё мнение. — Поэтому выжимаешь из меня все силы, — Саймон охотился на мирно ждущую своей участи еду. — Нутром чую, ты мне что-то не договариваешь, — юноша сложил ступни на чужие колени, вытягивая ноги целиком. Маг хмыкнул. Чуйка у парня что надо. Есть одно дело, которое хотелось завершить до того, как принцесса начнёт трудовую деятельность в рамках аврорских программ. Водхар исчезал последнее время в ночь, наведываясь в одно многолюдное место в маггловском Лондоне. Присматривался, осторожничал. Собирал информацию, вглядываясь в лица, выуживал кое-какие факты. Саймон, в каком-то смысле, действительно рос подобно розе, только в очень специфическом саду, где даже самые красивые розы должны были платить за подкормку. Бордель больше походил на отель. Игровой зал: бильярд, боулинг, шахматы, нарды. Спортивные залы, хамамы, бассейны, сауны, СПА, массажи. Второй этаж отводился под закрытое кафе — гости сидят в просторной, закрытой комнате, где могут обсуждать деловые вопросы в приятной компании. Третий и четвертый этажи были жилыми. Теперь казалось очевидным, от кого Саймон унаследовал свою красоту и свет. Они похожи. Тонкая, как гибкая ива, с худыми плечами и узнаваемой формой ключиц. Волосы струятся шелком по лопаткам, едва доставая ягодиц. — Господин, — плавно поклонилась женщина. — Для меня большая честь служить вам этой ночью. Моё имя Лейнани. — Небесный цветок, — Водхар уже знал её имя. Он знал всё о ней. — Красивое имя. Очень редкое. — Вы удивили меня, немногие разбираются в значениях имён, — Лейнани осторожно прощупывала гостя. Тот всё ещё стоял почти в дверях, смотря на неё с некоторым восхищением. — Я вовсе в них не разбираюсь, но ваше имя знаю, — улыбнулся Водхар. Блондинка приняла высказывание за комплимент, в здешних местах её имя действительно было на слуху. Не стоило этому удивляться. Маг прошёл к столу, садясь на диван. Голубоглазая повела плечом, присаживаясь на стул. Торопиться некуда. Её удивил этот взгляд, изучающий, словно разбирающий на составные части, но, к удивлению, не раздевающий, не похотливый. Некоторым нужен был собеседник. Мужчина с его внешними данными в состоянии сыскать себе очаровательную компанию на ночь, да так, чтобы ещё и ему за это доплатили. — Хотите чего-нибудь? Выпить? Здесь отличный виски. — Я хочу поговорить. О Саймоне и о вас. Лейнани вздрогнула, привычно-ласковое выражение лица сменилось испуганным, затем настороженным. — Что с моим сыном? — от мягкости в голосе не осталось и следа. Женщина хищно смотрела перед собой, явно не ожидая услышать ничего хорошего. — С ним всё хорошо. Выдающиеся способности. Талант. Не у многих простых смертных рождаются настолько одаренные маги. Я — Глава Академии, где он учится, выражаясь яснее — директор, — брюнет дал несколько секунд даме усвоить информацию и понять, что он никакой опасности не представляет. — Зовут меня Водхар. Я знаю о ситуации Саймона, о том, что вы оба не свободны. Наведя некоторые справки, увы, миледи, несмотря на то, что рабство отменили, ваша ситуация, как и прочих, работающих здесь, довольно сложная. Бордель не просто крупнейший в Лондоне, он также является банком для отмывания денег. Влиятельные люди стоят за этим, в том числе и маги. — К чему вы это говорите? Мне прекрасно об этом известно, — Лейнани скрестила руки на груди, с вызовом смотря в глаза чужака. — К тому, что другого способа, кроме как выкупить вас, нет. Поэтому я покупаю вас. Это проще, чем купить свободу у вашего текущего владельца и объясняться в своём альтруизме. Не сомневайтесь, я гарантирую свободу вам и Саймону. Оформлением документов займусь сразу после сделки. Блондинка заливисто рассмеялась. Её посмешил уверенный тон и с какой лёгкостью этот маг говорит о приобретении лучшей рабыни борделя и её сбежавшего сына. — Ах, простите, но это действительно уморительно, — указательный палец стёр едва выступившую каплю в уголке глаза. Мужчина терпеливо ждал, пока мать Саймона справится с эмоциями и глобальным недоверием. — О встрече с Большим Шоном я уже договорился на завтрашнее утро. Расскажу о том, как мы чудесно провели ночь, и я оказался настолько впечатлен вашими навыками, что решил выкупить вас под свои нужды и вашего сына, так как вы, конечно, очень на этом настаивали. — Вы хотя бы представляете, сколько я стою? — надменно изогнутая бровь и тон вопроса напомнили Саймона. Он также смеялся и говорил теми же конструкциями. Водхар предполагал. Но реальная цена оказалась намного больше, действительно два состояния. Разумеется, Шон выставил начальную цену. Он будет торговаться. — Вполне. Пятьдесят тысяч фунтов стерлингов за вас и восемьдесят за Саймона. Лейнани вновь изменилась в лице, продолжая транслировать недоверие. Тонкие пальцы сжали шёлковую ткань платья на коленях, она покачала головой. — Я не понимаю. Вы шутите? — Нет. Понимаю, что новость внезапная и обескураживающая. Есть и ещё одна, — блондинка поджала тонкие губы, готовясь к условиям. — Вы не увидитесь с Саймоном, и он ничего не будет знать об этой сделке, пока я не закончу с документами касательно свободы. По моим прикидкам, это займёт около двух месяцев. Я сниму для вас квартиру. Где угодно. Если вы не желаете остаться в Лондоне. — Не желаю. — Хорошо. Подумайте. Время до утра есть. Собственно, это всё, что я хотел сказать. — Я… — Лейнани не ожидала, что этот день придёт. Её не просто выкупают, а выкупают ради того, чтобы даровать свободу. Ей и Саймону. — У меня нет слов. Это всё очень неожиданно. Я даже не знаю… просто не знаю… Расскажите мне о Саймоне. Почему вы это делаете? Если вы не хотите, чтобы Саймон знал о сделке, значит, не он вас о ней просил? А кто? — Никто не просил. Я сам так решил. — Почему? Вы… — блондинка склонила голову вбок, рассматривая мужчину, — …и Саймон? Вы встречаетесь? Маг прикрыл глаза. Встречаются. Не встречаются. Дело не в этом. Отчасти лишь, быть может. — Он одарённый, как я упоминал. Рвётся скорее зарабатывать. Выгорит, если не умрёт в первые же два года, ничего не сделав из задуманного. Будучи свободным человеком, со свободной матерью, сможет нормально жить. Быть может выберет другую стезю, станет… не знаю, кем-нибудь другим. Направление, которой он обучается, опасное, поэтому хорошо оплачивается. Конечно, оплата идёт за уникальность, гибкость ума, за силу и умение ей пользоваться, но и за коэффициент смертности. Лейнани смотрела на Водхара, не веря ни ушам, ни глазам. Это сон? Чем она будет заниматься, если сказанное — истинное намерение, и уже завтра она отсюда выйдет? *** У Саймона были вопросы, но он не хотел знать ответы. Доставать Водхара на тему: кто они друг для друга и как долго это у них продлится — плохая идея. Понятно, мужчина ждёт неверного шага, это как качающийся маятник, однажды его может качнуть не туда. Водхар будто ждал этого. Либо Саймон себя в этом убедил, ведь так проще примириться с правилами игры, которых не знаешь. Да, он определённо нравился Водхару, и Саймону нравилось ему нравится. Его можно было соблазнять, так как действительно хотелось это сделать. Руки на теле — самая желанная награда. Саймон ощущал себя милым котёнком, которого взяли на временную передержку. Обижен? Ожидает большего? Потребует? Кто угодно, но не он. Водхар, всё в нём — подарок от Богов за тяжёлые годы. Напорист, ласков. Они очень хорошо чувствуют желания и настроения друг друга — от этого сносило башню вдвойне. Саймон умел держать язык за зубами, когда это требовалось. Сейчас требовалось сохранить то, что есть, как можно дольше. Поэтому парень вовсе не расстроился, когда Глава не дал разрешения на миссию, — значит, не хочет отпускать от себя. Ни в какие речи про «ты ещё не готов» не верилось. Последнее время волшебник куда-то уходил после ужина, возвращаясь ночью. Блондин спустился к любимым ступенькам. Интересно, как там ребята? Всё ли хорошо у Гарри? Этот Снейп его, конечно, тот ещё фрукт. — Привет, — волшебник дёрнулся, мгновенно реагируя и вынимая волшебную палочку на звуки незнакомого голоса. Мужчина вышел из тени, чуть улыбаясь. Поднял ладони, широко улыбнувшись. — Нет-нет, детка, я не причиню тебе вреда. Хочу поболтать о том, о сём, — маг сложил руки в карманы просторной мантии. Саймону показалось, что глаза неизвестного странно блеснули в темноте. — Кто такой? Это закрытая территория. Я тебя не знаю. Значит, никто не знает, а это… — Какой ты забавный мальчишка. Горячий. Такие мне нравятся, — не обращая внимания на волшебную палочку, под её прицелом, волшебник сел на ступеньку, ближе подвинувшись к парню. — Не суетись, присядь. У меня есть к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Саймон скривился. — Ты что больной? — какой-нибудь бывший клиент? Его что — преследует? — Боги. Сядь, — Саймон плюхнулся на пятую точку, часто моргая. Попытка встать ни к чему не привела, задница словно приклеилась. — Да какого Мерлина! Я сейчас охра… — синеглазый щелкнул пальцами, и из симпатичного ротика перестали происходить звуки. Даже шипения или надрывного кашля. Ничего. Молодой маг в ужасе схватился за горло, дёргаясь и пытаясь внутренне справиться с оковами, использовать все свои познания. Мужчина лениво наблюдал за потугами, подперев ладонью щёку. Через несколько минут мальчишка злобно на него зыркнул, прекратив сопротивляться. Внезапно блондин почувствовал, что голос к нему вернулся, но использовать его не спешил. — Умница, — похвалил волшебник. — Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня. Если сделаешь, я окажу тебе услугу. Обычно плату я не требую вперёд, но не в твоём случае, мальчик, — в синеве глаз игриво сверкнул огонёк азарта. — Когда Поттер вернётся в Академию, ты скажешь, что Снейп, его дорогой Северус, здесь был, забрал письмо, и оставил ему ответ, — на холодный камень ступеньки лёг запечатанный конверт. — Ты скажешь Поттеру, что Северус отдал письмо лично в твои руки и просил передать. Что там? Ложь. Твоя подружка побежит на новую миссию, а ты не посмеешь его останавливать. Смотришь на меня… таким мерзким взглядом. Думаешь, ты этого не сделаешь? Сделаешь, — губы расплылись в предвкушающей улыбке. — Ты ведь хочешь быть свободным? Ты и твоя мамочка? Если сделаешь, как я сказал, — через два месяца, буквально сразу после того, как конверт попадёт в руки Поттеру, ты получишь документы о собственной свободе и свободе твоей матери, конечно. Саймон обескураженно смотрел на незнакомца, чувствуя, что тот не врёт. В нём было что-то нечеловеческое, жуткое, пробирающее до дрожи, заставляющее ноги закрыться, свести плотно колени и обнять себя руками. На каждую клеточку тела что-то давило. На лбу выступила испарина, дыхание сбилось. Это не человек. Это монстр. — Ты… — Скажи лишь слово, мальчик. Скажи мне слово. И я освобожу тебя от рабства. Тогда ты сможешь задать свои вопросы любимому человеку, будешь иметь на это право. А сейчас у тебя нет ни одного, кроме как ублажать его и молчать, привычно кивая, как пустоголовая кукла. Ты ведь умеешь только это. Только это тебе позволено. Твой мужчина сбежит, как только ты посмеешь заявить на него свои права. Отправит тебя туда, откуда никто не будет ждать твоего возвращения. Ха! Или думаешь стерпишь?! Сколько лет? Притворишься на года три, да? Тебя столько вытерпят? Он захочет быть с тем, кто вёл такой образ жизни? Саймон всхлипнул. Это его настоящие мысли, которые бегали по кругу, самые маленькие. Юноша не давал им жизни, не питал их. Но они настоящие, а сказанные, приобрели вес и силу, давя на него изнутри. Так больно и страшно, они сейчас разорвут его череп! — Пожалуйста, хватит, не надо, я не хочу этого слышать, — прошептал мальчик, закрывая дрожащими ладонями уши. — Такие красивые глазки не должны плакать, — сочувственно прошелестел голос. — Соглашайся. Это просто сделка. Ты сможешь рассказать о ней после того, как Поттер покинет Академию, — мысли принимали чужие. Голос в голове? — С-с… с дьяволом? — голубые глаза внимательно посмотрели на него. Силён. Может сопротивляться полноценной психической атаке. — С Богом. Саймон дёрнул подбородком, словно отказывался верить. Такие необычные синие глаза. — Я согласен. Сделай меня свободным. Тень Бога склонилась над ним, скрывая собой испуг. Через секунду ушло давление вместе с этим человеком. Что это было, чёрт возьми? Саймон вскочил оглядываясь, выводя узоры палочкой. Диагностика ничего не дала. Он был тут один. Больше никого. Можно подумать и принять на веру, что всему виной разыгравшееся воображение, если бы не оставленный конверт на имя Гарри Поттера, мирно лежащий на ступеньках. Саймон спрятал конверт, спрятал свои мысли, спрятал воспоминания о случившемся глубоко внутри себя. Он не верил. Шутка. Привиделось. Его мучили кошмары. Водхар начал беспокоиться, обнимая, спрашивая. И Саймон хотел, он пытался рассказать, но горло сдавливал обруч, напоминая, что сейчас маг не смеет трепаться. Тогда юноша крепко обнимал своего мужчину, извинялся, обещал, что скоро сможет объяснить, но не сейчас. Водхар настолько распереживался, что проверил парня на предмет вселения. Всё в порядке. И защиты, и энергетическое поле. Днём, утром, вечером, всё идеально, но ночь от ночи Саймон словно задыхался во сне. Парня явно что-то преследовало, гналось за ним. Это было чувство вины. Ложь. Выведенная рукой якобы Северуса Снейпа. *** Гарри влился в новую компанию. Его первым заданием стал артефакт, поражающий землю: не плодоносит, не растет, вредит. Когда-то давно земля была аграрной, предназначенной для хозяйства. Вероятно, куклу из неперерабатываемого сырья подбросили через забор завистливые соседи либо прикопали намеренно. Да такой силы мощной образовался артефакт, что привлёк сущность, которая в нём и поселилась, защищая, наполняя силой. Симбиоз двоих жил, множился, привлекал более слабых сущностей, поглощая их энергию. На земле отстроили большой торговый комплекс, до этого был просто магазин. Постоянно сносили, перепродавали, но убытки вынуждали идти на меры: бывший хозяин земли решил построить комплекс, мол, народу будет много, место проходимое. По всем расчётам аналитиков так и выходило: прибыль будет бить рекой. Только вот река оказалась болотом. Сплошные убытки, арендаторы долго не задерживались. Убыточное предприятие неудачливый хозяин продал почти за бесценок. Магия артефакта многократно возросла, научилась жрать не только слабых духов, но и людей. Местные сканеры отследили явление, ставшее опасным, отправили отчет в Аврорат, и вот команда пыхтит, пытаясь понять, как пробиться через такую мощную защиту, ведь она распространилась по всему периметру на много километров, запутывая нити. Гарри и другие артефакторы сели в шаманский круг, каждый работая по своему, конечно, Поттер не собирался ни на кого опираться, пробуя собственные силы. Запутанная паучья сеть. Грязная и липкая. Внутри противно. Жерло, клоака тюкает, будто подыхает под гнётом собственной невыносимой энергетики, та воняла, будто сгнила. — Ну и запашок, — пробормотала Кесси, чувствуя тоже, что и остальные «погруженцы». — У меня есть предположение, что оно прямо под зданием, буквально под основанием из цемента, — резюмировал Гарри свои ощущения. — Плохо, — подал голос мракоборец. — Если так придётся либо рыть чётко к точке, либо сносить. — Сносить, — ответил его напарник. — Эта тварь когда поймёт, что происходит, обрушит это здание на наши головы. Так что пространство надо расчистить. Артефакторы сидели до глубокой ночи, выверяя координаты, стараясь максимально точно определить ядро, саму куклу. Интересно, им придётся воевать с этой мракобесной сущностью? Она стала осязаема и могущественна? Она осознанная? Вопросов было много. Добавились нюансы: снос комплекса требовал согласования. Нужно вывозить людей, дать им время, чтобы собрали себя и оборудование. Без малого процесс занял месяц. А сколько ещё займет сам снос и вывоз лома? Зато команда многое узнала об этой дряни. Дрянь с частичным сознанием поняла, что творится, и начала смещать куклу, проталкивая в глубь земли вертикально. Работать начинали в хаосе, так как ядро сущности ушло настолько далеко, что без специальной аппаратуры для расширения пространства им было уже не справиться. Обломки ещё валялись вокруг, начав вибрировать. Они знали, что поганая энергия впиталась в каждый блок здания, она будет использовать обломки как оружие. Мракоборцы защищали артефакторов на пару с медиком. Один, наиболее могущественный и опытный, Дуглас, пытался добраться по нитям на расстоянии и обезвредить. Гарри едва мог нащупать скользкие струны, они начали плыть, извиваться, не поддаваясь дрессировке и заклятиям. Над головами то и дело летали балки, разбиваясь о невидимый купол. Недра земли издавали голосящие звуки. Покойники, сожранные тварью заживо, восставали костями, собираясь атаковать авроров. У Гарри отпала челюсть. Он никогда не видел воющих скелетов. Мракоборцы обратили гнилые косточки в прах, а те, наполненные силой главенствующей материнской сущи, восставали раз за разом из пепла, мешая работать. — Не зевай! — крикнул Дерек новичку, который явно надолго запомнит задание, обещавшее быть лёгким. Оно таким и было. Дерек-то привычный, а мальчишка нет. Ишь как глазёнки сияют, хе-хе, он тоже когда-то таким был. Поттер включился в режим супер-волшебника. Наконец им удалось достать… куклу. Да. Это была самая обычная, тряпичная кукла из мешковины с пуговицами-глазками. Та сорвалась и начала убегать. — Стой! — от куклы оборвались нити, она полетела. — Поттер, не смей! — рявкнул мракоборец. Но куда там, горячая голова, выскочил из защитного круга, помчавшись за улепётывающим ядром. Гарри видел, что на него летит какая-то тень, но ничего, две секунды, и он сможет накрыть эту малявку. Заклинание громыхнуло, ярко вспыхнув. Сеть накрыла куклу, пригвоздив к крошке бетона. Поттера отшвырнул медик, откатываясь назад. Мракоборцы прикрыли, пока Дерек и Кесси мчались извлекать куклу. Монстр из песка, бетона и арматуры грозно зарычал, наступая на сетку. Она прогнулась, но не треснула. Гарри контролировал заклятия, постоянно питая. Свист, ор, клёкот. Всё закончилось разом. Дерек поднял на острие кинжала ядро. Кукла тоскливо блеснула чёрными пуговками, рассыпавшись чёрной пылью, в которую давно должна была превратиться, если бы не жадная, хитрая сущность. Гарри пожурили, но как-то слабо. Парень так сиял, словно начищенный галлеон. Задание очень воодушевило молодого волшебника. Команда щедро обсуждала дело, не скупясь на эпитеты, решила отпраздновать. Да ещё и первое дело новичка, такое нельзя игнорировать. Работу переняла команда зачистки. Время летело удивительно быстро. Насыщенное, полное разговоров и болтовни. Дерек прилично выпил пива, рассказывая свою первую миссию. — Опять, — икнула Кесси, — оп-я-я-ять. Я не хочу! — захныкала девушка. Остальные её поддержали, пересаживаясь за барную стойку. — Да вы чего! Такое было! Эк я его… Поттер узнал всё о коварных муравьях, внезапно обретших разум, превышающий человеческий. В первый раз история слушается на одном дыхании. Юный маг не понимал, почему коллеги так себя повели. Те над ним лишь смеялись. Первые раз десять-двадцать история слушается как песнь ангелов, но за двадцать лет приелось. А Дерек из множества всех историй, выбирал именно эту. Нравились ему муравьи, наверное. Команда вернулась в Аврорат с отчётом. Доложили да разошлись. Гарри остался мяться, поплёлся к Алану. — А ты думал тебе тут дифирамбы петь будут? Привыкай. Сделал дело — вали на все четыре стороны, пока не позовут. — Да я… Да я ничего, — засмущался Поттер, ничего такого и не ожидая. — Гарри, я шучу. Ты молодец. Дерек сказал, что из тебя выйдет хороший артефактор. Хотя мне кажется, что куда больше он был впечатлен твоей реакцией на рассказ о его первой миссии, — засмеялся Алан, потирая переносицу. Поттер фыркнул, мол, правда же классная история. — Иди в Академию. Можешь взять пару дней отгула, побыть с семьёй. Потом на учёбу. Травм никаких нет. Не расслабляйся, учись усердно. Я буду рекомендовать тебя на миссии, но полтора года учебы. Даже больше. Всё, ступай. Расчёт у Валери возьми. — Спасибо, Алан, это правда было круто! — искренне сказал Гарри, счастливо улыбаясь. Было страшно, интересно, гормоны скакали. Внутри бурлило и сжималось, магия требовала, чтобы хозяин её использовал. Внутри присутствовало чувство тоски. По дому. Дом там, где Северус. Нужно вернуться. К нему. Поговорить. Не сметь трусить. Гарри себя трусом не считал. Волосы отросли. Северусу могло бы понравиться. Можно завязать в небольшой, растрепанный хвостик. Как он? Забрал ли он письмо? Что теперь с ними будет? С их домом? С их семьей? Скучал ли Северус? Простил ли? Возненавидел ли после признания? Ведь Гарри не хотел говорить этого, по сути — не смог, здесь струсил, здесь зажал себя, пожалел ущемлённое самолюбие. Письмо написал, лишь на это хватило трясущихся рук. — Кто вернулся, — Водхар улыбнулся, поднявшись из-за стола и протягивая ладонь. — Ну привет, Поттер. С Дереком вы разминулись, эх, он на ещё одну миссию сразу же ускакал. Лицо аккурат как у тебя, такое же воодушевленное и сумасшедшее. — Здравствуйте, рад вас видеть, — Поттер пожал ладонь. — Я, собственно, письмо… — Да был твой папочка. Забрал. Весь бледный. Поттер, ты с ним побеседуй. Краем уха кое-что слышал. На мой взгляд, не выглядят так люди, как Снейп, которым на тебя наплевать. Очень расстроился, когда узнал, что ты на миссии, — заверил мужчина. — Правда? — у Гарри словно камень с души упал. — Я сейчас же… — Пойдешь поесть, давай. Там Саймон один кукует, составь ему компанию. — Саймон? Он вернулся с миссии? — С миссии? Не был он ни на какой миссии. — О, так вы его не пустили, — улыбнулся Поттер, многозначительно глянув. — Ну понятно. — Что тебе понятно, балбес? Иди давай, — буркнул маг, усмехаясь. Интересно, насколько далеко у этих двоих всё зашло? Сейчас и узнаем. В обеденном зале парня не было, поэтому Гарри поел один, размышляя о том, что сегодня же отправится домой. Обнимет. Пускай это будут дружеские объятия, пускай навсегда ими останутся. — Саймон? Привет! Гарри окликнул друга, тот смотрел в окно общей спальне, развернувшись. Парни обнялись. — Гарри… Привет, — Саймон ещё раз обнял юношу, утыкаясь в плечо. Несколько месяцев мыслей, которые сожрали его, выели душу, добравшись до тела. Как же он посмеет так поступить? Зачем он вообще заключил чёртову сделку? Гарри выглядел намного лучше, чем в день их прощания. Чего не скажешь о блондине: волосы начали осыпаться, кожа потускнела, синяки под глазами. Это не ускользнуло от внимания брюнета. — Саймон, ты чего, похудел? — нахмурился друг, беря узкое лицо в ладони и заглядывая в глаза-озёра. — Водхар что-то тебе сделал? Ну всё. — Нет-нет. Стой, ну… что ты, Гарри, что ты, — Саймон вцепился в руку юноши, который уже решил, что Водхар над ним издевается. — У нас всё… хорошо, правда, мы, наверное, вместе. — Наверное? — Это сложно. Сложно. Но он рядом со мной, — голубоглазый улыбнулся с затаённой нежностью в уголках губ. — Я… Гарри, послушай, — ком в горле не удавалось сглотнуть. — Приходил твой Снейп. Он просил передать письмо. Мне отдал лично в руки. Возьми, — Саймон достал из ящика, в которое упрятал чужую ложь, протягивая ею, грязную, разрушительную близкому человеку, первому другу в этом месте. Гарри сразу же взял письмо, узнав почерк Северуса. Письмо? Он написал ответ? — Спасибо, — Поттер, прикованный взглядом к конверту, не замечал, что Саймон едва ли не плачет, сжимая пальцы в кулаки. Гарри сел на кровать, распечатав письмо. «Гарри, я внимательно прочитал то, что ты написал мне. Буду краток. Возмутителен сам факт природы твоих чувств ко мне. Не ожидал, что Люциус окажется прав. Меня отнюдь не радует открывшаяся новость, учитывая факт моих отношений с Эриком. Я просил его ничего тебе не говорить, так как считаю нужным сделать это самостоятельно. Мне хотелось, чтобы он стал частью нашей семьи, но о какой семье может идти речь, если ты воспринимаешь меня так. Надеюсь, твоя миссия прошла хорошо. Северус». Гарри перевел взгляд на покрывало, затем в окно. Вот значит как. Внутри всё выжигало обидой и болью. Нужно дышать размеренно, считать вдохи и выдохи, чтобы не задохнуться. Вдох. Северус просто в бешенстве. Гарри успел хорошо изучить этого человека. Если бы Гарри ему тогда признался — был бы скандал. Выдох. Северус хочет семью с Эриком? У них настолько далеко зашло? Он красивый, хорошенький. Любит Северуса. Любит. Из нормальной семьи. Не как Гарри. Хорошо воспитан. Наверняка, ни о каких половых инфекциях и речи идти не может. Вдох. Гарри забыл, где его место. Северус и так дал ему невообразимо много, он дал ему семью, дал свою любовь, дал воспитание и возможность стать лучшей версией себя. Стать достойным человеком. Выдох. А Гарри сделал всё, чтобы опошлить их союз, превратить злые речи Люциуса в правду. Саймон не мог проронить ни слова, задыхаясь в безмолвной истерике. Лицо друга превратилось в маску, в которой нет красок и жизни, нет ничего, только камень и пустота. Поттер смотрел в одну точку, не шевелясь и даже не дыша. — Гарри, Гарри, Гарри… — блондин наконец смог просипеть хоть что-то, обняв волшебника за шею. Не шевелится. — Гарри? — маг взял лицо артефактора в ладони. Совсем ничего. Мёртвая убитая рыба. — Гарр-и-и, — Саймон ничего не мог поделать, он пытался рассмотреть что написано на треклятой бумаге, но не видел и следа чернил. Пергамент сверкал девственной чистотой. Поттер знал, что делать. Он криво улыбнулся другу: — Всё нормально, я отойду ненадолго. Отойду… — ноги повели на пункт экранов, где иногда вывешивали срочные миссии, только для тех, кто прошел стажировку. Гарри как раз её прошел. Миссий было много. Разных. Огромное количество. Строчки бегали, некоторые жирные буквы манили: возьми меня, возьми меня! Волшебник протянул ладонь, касаясь пальцем одной строчки, привлёкшей внимание. *** Северус учился варить компот. Компот — это тоже зелье. Ничего сложно. Ах, зачем так сладко? Магией еду не испортишь. Ан нет. Как и к зельям, к блюдам нельзя применять магию. Зачем это нужно Снейпу? Его преследовало романтичное настроение, спокойствия и мир. Хотелось попробовать чего-нибудь нового. Не экстремально новое, а близкое к привычным занятиям. Северус окончательно растаял. Ждал Гарри. Было зачем. Мстительно думал, мол, пусть мальчишка помучается в соку собственных сомнений. Почему Гарри всё решил за него? Почему ни о чём не спросил? Как посмел решить, поверить кому-то, какому-то незнакомцу о самом Северусе? Гарри должен был, нет, обязан был сказать сразу о разговоре с Эриком. Они всё могли бы решить той ночью, не отходя от кровати. Северус объяснил бы ему, что чувствует, показал бы, рассказал, выцеловал бы давно вертевшиеся мысли на языке. Ведь так и было задумано. Они оба желали этого. Гарри не обманывался в том, что чувствовал и видел, всё-таки Северус давал недвусмысленно себя понять. Гарри был ему нужен, очень был нужен, как часть того, что они могли построить вместе. Но Поттер… Поттер испугался и сбежал. Мужчина готов был его простить, сразу, как только мальчишка сюда заявится. Может быть, не совсем сразу. После того, как поцелует Гарри. Чтобы тот сделал наконец правильные выводы. В гостиной что-то громыхнуло. Осколки стеклянной люстры посыпались на пол. Минси взвизгнула. Снейп достал волшебную палочку, бросившись на шум. В пыли, в ямке пробитого паркета сидел мальчик. Чёрные волосы дымятся, зелёные глаза сверкают священным ужасом. — П-папочка, п-привет, а я тут… Знаешь. Знаешь… я просто играл, — мальчуган быстро встал, отряхивая светлые штанишки, размазывая по ним сажу. Северус так и замер с палочкой наперевес. Ребёнок выгнул одну бровь, косясь на волшебника. — Э… Папуль, пожалуйста, не злись, я буду играть снаружи, а не… — дитё оглянулось вокруг, заморгав. — О… Это мы тут, а как мы тут? Какой я молодец! Ты представляешь, как отец мной гордиться будет! Я аппарировал! — ребенок захлопал в ладоши. Минси мялась рядом, вытаращив глаза. Снейп медленно опустил палочку. Что за…? Этот маленький человек его «папочкой» называет? Ребёнок наконец заметил, что папа как-то странно на него смотрит. Грустно вздохнув, потерев нос и подходя к родителю. — Давай только потом отцу расскажем. Он опять ругаться будет, — всхлипнул мальчуган. — Мальчик, я не твой папа, — единственное, что смог из себя выжать мужчина. — Как ты сюда попал? Тут защитные чары везде. Это они так тебя ранили? Где твои родители? Зеленоокий вытаращился пуще Минси, поджал губы, затем расплакался, дергая Снейпа за штанину. — Папочка-а-а-а, прости-и-и, я больше-е-е не буду играть с артеф-а-а-ак-та-а-а-ми, — заголосило чудо-юдо. — Тихо, всё. Посмотри на меня, ну, — Северус опустился на колено, беря чумазое лицо в ладони. — Малыш, возможно, тебя принесло каким-то заклинанием? Дело в том, что у меня нет детей, — попытался улыбнуться Снейп. Дитё расхныкалось ещё больше. — Ты бо-о-ольше ме-е-еня не лю-ю-ю-бишь? П-п-очем-у-у-у? — Давай ты мне расскажешь, что произошло? Ты играл с каким-то артефактом? — Да, прости, папа. Я знаю, что отец не разрешал брать его из шкатулки, и запер его в шкафу на самой высокой полке, — грустно вздохнул ребенок. — Когда я вошёл в кабинет, честное слово, эта штука висела в воздухе. А я её поймал, и… и я тут. — Возможно, это… — зельевар задумался. Неужели какие-то пространственные артефакты? — Ты говоришь, я твой отец? — Да, — кивнул малыш. — Вы с папочкой. — Мы? Мужчины? Оба мужчины? — Мальчик удивленно смотрел на отца, непонимающе моргая. — Твои глаза… — Северус внимательно рассматривал черты лица, угадывая в них свои губы, свои скулы, свою структуру и рост волос. Угадал и кому принадлежит цвет глаз, маленький носик, брови и лоб. — Гарри? Я и Гарри? — ребенок снова начал всхлипывать. Кажется, папочка не шутит. Что происходит? — Тихо-тихо. Как тебя зовут? Сколько тебе лет? — Нелли, — мальчик расстроенно свёл домиком брови, затем приосанился. — Лайонел, — добавив шепотом. — Но отец говорил, что до Лайонела мне ещё нужно дорасти. Мне почти уже шесть! — Ты уже очень взрослый, — Северус обнял ребенка, плохо представляя, что делать. Сын? Из будущего? Линейного времени? Параллельного? — Нелли, мне нужно кое-что узнать, позадавать больше вопросов. Давай Минси поможет тебе принять ванну и даст чистую одежду? Мы покушаем, и ты мне всё-всё расскажешь? — чудо-юдо кивнуло, уходя с домовухой. Куда бежать? Временные катаклизмы редкое явление. Может не для Аврората, но для зельевара — ещё какое. Нелли оказался очень милым ребенком. Отмытым он походил на совсем крошечную версию Гарри. Его… можно взять на руки? Снейп уточнил, получив согласие, тут же поднял, прижав к себе. Такое будущее им уготовано? Мужчина успел трижды прослезиться, не представляя, как у двух мужчин возможны дети. Магия, конечно, могущественна, но не настолько. — Так, а что ты обычно ешь? — чёрт, чем кормить таких маленьких детей? Смеси, может? Он же всё ещё считается маленьким? Насколько маленьким? Надо, наверное, кашу. — Обычно? — Да. Что вы дома едите? То есть чем мы с отцом тебя кормим? — О… Тортами. Шоколадными. И конфетами. Тоже шоколадными. И лягушками… — Полагаю, тоже шоколадными, — улыбнулся Северус. — Минси, приготовь этому молодому человеку кашу. — Фу, я не хочу кашу! — С вареньем. С абрикосовым. И с фруктами. — О-о-о, — протянул ребенок. — Даже с клубникой? — Если хочешь, то будет клубника с кашей, а не каша с клубникой. — Да-а-а! — Нелли счастливо улыбнулся. Объевшись кашей, точнее, методично выбирая из неё клубнику и банан, а кашу размазывая по тарелке, ребенок зевнул, затем привалился к отцу. — Нелли, мне нужно знать некоторые вещи, чтобы помочь тебе вернуться домой и встретиться с семьей. Мы живем не в этом доме? — Не-а, у нас другой. Сюда мы тоже иногда приезжаем. Но очень редко. Мы живём в доме с садом. Он красивый, и мы там играем с Дебби. — Хорошо. Что ты знаешь о нас с отцом? — нужно было понять, какие факты совпадают, чтобы вычислить параллель. — Что вы очень любите друг друга, — улыбнулся малыш. — И меня вы любите. Вы сказали, что вашей любви было так много, что появился я. Ей некуда было деваться. — Я — зельевар? Знаешь, это когда… — Знаю, папочка. Ты же Мастер. Я умею готовить уже бодроперцовое, настойку сна, укрепляющее, — Нелли загибал пальцы, серьезно нахмурившись, как обычно делает это Северус. — А отец какой-то секретный агент, — мечтательно пробормотал мальчик. — Он всегда в чёрном. Я был на его награждении. Он остановил конец. Конец Света. Папа сказал, что он делал это уже трижды. Па, а что такое конец света? Я забыл, — дитё любопытно взглянуло на Снейпа. Снейп задумался. — Это конец всего, конец жизни, — так-так, выходит, это либо линейное время, либо очень близкая параллель. — А почему именно Света? — Потому что свет не может существовать там, где ничего нет. Если нашей планеты не будет, ничто не сможет отражать Солнце, кроме других планет, — Северус задумчиво перебирал чёрные пряди, удивляясь. Сын? Его? Их? Такой замечательный, умный малыш? Умеет даже простенькие зелья варить, какая умница, ну надо же. — Значит этот мистер Свет будет на других планетах? И там не будет конца? — Мистер? Свет — это неживой объект, это электромагнитное излучение, — Нелли заморгал. Опять папочка чего-то непонятное говорит. Северус осознал, что дитё ещё слишком мало, чтобы понимать обозначения волн. Могло бы сердце растаять еще больше? Наверное, если Гарри придёт до того, как ребенок исчезнет. Увидеть бы его лицо. Нелли спал рядом, ворочаясь, ныряя под бок. К утру Северус почувствовал, как кто-то ломится в защиту и орёт во всё горло ранними петухами: — МИСТЕР СНЕЙП! — СЕВЕРУС! СЕВЕРУС! СНЕЙП! Маг поднялся, спускаясь вниз, открывая дверь и выходя на улицу. Что происходит? Зельевар махнул рукой, давая возможность защите пропустить этих двоих с перекошенными ужасом лицами. Да что такое-то? — М-мистер Снейп… — Саймон бросился к мужчине. — Пожалуйста, срочно! Гарри! Я… простите! У меня не было выбора! — Северус, выслушай меня, — Водхар взял Снейпа за плечи, серьезно смотря тому в глаза. — Происходит какая-то чертовщина… — Папочка? — Нелли услышал, что отец куда-то ушёл и поднялся за ним. Водхар и Саймон переглянулись, считая, что удивиться ещё больше просто некуда. Купол защиты внезапно треснул, словно тонкая молния пробила линию в воздухе. На поляне появился Айзек. — ЭТО ОН! — заорал блондин, выхватывая палочку! — СВОЛОЧЬ! Маги начали атаковать синеглазого, тот лишь лениво крутил ладонями туда-сюда, отбивая все заклинания. — Северус, что ты стоишь?! Он обманул Гарри! Гарри ушёл на миссию мракоборцев в горячую точку! — проорал Водхар. — Ч-что? Какого чёрта! — Северус окончательно проснулся. Саймон бросил гневный взгляд в сторону того, кто посмел прикинуться Богом. — Айзек, что ты сделал?! — Он заставил меня, мистер Снейп, — парень в панике посмотрел на зельевара. — Гарри вас очень любит. Этот гад заставил меня отдать ему письмо, якобы от вас! Я думал… я думал, он вены перережет себе! — всхлипнул Саймон. — Какое письмо? Что? Какая ещё миссия? Он же должен уже был вернуться! — слова «война» и «Гарри», да еще и «вскроет вены» мгновенно дали заряд нервной системе паниковать. — Нелли, закрой дверь! Не выходи! — Северус растерялся и совсем забыл про маленького ребёнка. Тот всхлипывал, испуганный криками и орами. Зелёными, большими глазами он смотрел на Айзека. У мужчины кровоточил порез на щеке, одна рука болталась. Он не всесилен. Легко отражать атаки — не значит их не чувствовать. Айзек улыбнулся, устало опустившись на колени, и глядя на маленького мальчика. — Крёстный, ты в порядке? — малыш вышел за порог. — Почему вы напали на крёстного? Папа! — ребенок сжал руки в кулаки, не понимая, совсем ничегошеньки не понимая. Айзек вытянул руки вперёд. Значит, у него однажды это получится. Получится. — Нелли! — Северус со скоростью гепарда перехватил ребенка, прижимая к себе. — Северус… — прошептал синеглазый. — Не надо, пожалуйста, дай… — такое благоговение зельевар впервые видел в лице трикстера. — Его надо обезвредить! — заорал Саймон. — Не трогайте моего крёстного! — захныкал в ответ Лайонел, брыкаясь в крепких руках отца. — Все успокоились. Никто никого не трогает, — сухо отрезал Снейп, опуская ребёнка на пол. Маг скрестил руки на груди, всем видом давая понять, что немедленно требует объяснений. — Я хотел убедиться, что у меня получится, Северус. Прости. Я должен был убедиться, — ласково прошелестел Айзек, счастливо улыбаясь. Водхар крепко держал за руку Саймона, внимательно переводя взгляд с одного незнакомого лица на другое. Снейп выглядел обеспокоенным, а чувствовал себя шокированным и разбитым. — Лайонел, — мальчик вздрогнул, услышав строгий голос папочки. Обычно папочка так с ним не разговаривал. Всегда баловал и всё на свете разрешал. Ребенок схватился за протянутую ладонь. Снейп холодно взглянул сверху вниз на единственного, кто ощущал здесь прилив неприличной нежности. Радость на лице абсолютно не к месту. Саймона трясло в объятиях мужчины. Водхар крепко обнимал свою драгоценную принцессу, не сводя взгляда с «дракона». — Поднимайся, — выплюнул зельевар. — Проходите в дом. Вы оба тоже, — хмуро бросил маг, подхватывая испуганного Нелли на руки. — Забери его, следи, чтобы никуда не выходил из спальни. Если что — сразу же зови меня, — Снейп протянул ребёнка Минси. Та понятливо кивнула, быстро уводя сына хозяина в спальню. Волшебник повел плечами, ожидая, пока все скучкуются в гостиной. — Саймон, будь любезен, объясни, что ты имел ввиду, — Снейп сел в кресло, махнув рукой, чтобы оно встало напротив дивана, куда уселась парочка. Айзек, чем-то смущённый, наверное, своими поступками, должна же у него в конце концов быть совесть, уселся в кресло рядом. Парень вцепился в руку мужчины, обратив к нему взгляд. Так и не успел толком ничего объяснить. Сразу в сопли и потащил к распределяющему табло. Водхар на правах Главы мог открыть любую миссию и посмотреть список всех участвующих студентов. Что Поттер такого сказал, что сделал, как его причислили к миссии мракоборцев на войне в Ираке — неизвестно, но строка горела зелёным светом — мальчишку уже перекинули в красную точку. Саймон, не прекращая трястись, проклинал себя, умоляя Водхара срочно оповестить о случившемся Северуса Снейпа. Из всхлипов Глава понял, что Саймона кто-то шантажировал, вынудил обмануть Гарри. И стоило только Саймону заорать и указать пальцем на виновника, Водхар ни секунду не мешкая, начал атаковать противника без вопросов. — Мистер Снейп, я ужасно виноват перед вами. Этот… человек пришёл ко мне несколько месяцев назад, — голубые глаза потускнели, словно юноша выплакал весь голубой цвет. Северус видел, как блондина трясёт, вся фигура скрючилась, лицо исказилось гримасой стыда и боли. — Сказал, чтобы я передал Гарри письмо якобы от вас, когда он вернется с миссии. Я должен был сказать, что вы мне его отдали. Я… я… — Саймон ужасно винил себя. Тряпка. Обрёк друга на смерть из-за своей никчемности. — Я родился рабом, мистер Снейп. Я просто тупая кукла, подстилка, я… — Саймон, — Водхар испуганно взял лицо парня в ладони. — Тише, всё, это не так. Это не так, — мужчина крепко обнял своего мальчишку, буквально убаюкивая в объятиях. Снейп сжал зубы. Он уже слышал эти речи. Слышал от Гарри. Те же конструкции, та же невероятная ненависть к себе. Снейп приманил к себе успокоительное, которое сам иногда принимал, передавая Водхару. Маг откупорил флакон, придерживая за подбородок. — Этот ублюдок надавил на тебя, я понял, — зельевар холодно посмотрел в сторону Айзека. — О-он обещал мне свободу. Мне и моей матери. Сказал, что я буду свободным. Запретил рассказывать о нашем договоре, пока Гарри не уйдёт на миссию. Не знаю, как этот человек узнал, но я сразу же пришёл к вам. Он так сказал, — юноша держался ладонями за плечи волшебника, чуть отстранился, чтобы взглянуть в глаза. — Что я буду тебе ровней. И я согласился, Водхар, я согласился. Потому что я очень хочу быть с тобой, хочу быть на равных, а не… не мной, — Саймон возненавидел себя ещё больше. Затем убрал руки от чужих, поджимая губы и собираясь с последними остатками достоинства, повернулся к Снейпу, взглянув в глаза. — Я отдал то письмо Гарри. Не знаю, что там было написано, но у него внутри что-то умерло. Он сразу же ушёл. Внизу, в списках на миссии, мы с Водхаром увидели, что Гарри сейчас находится в самой горячей точке в Ираке в отряде мракоборцев. Я боюсь, как бы он… Не сделал глупостей. Северус сжал подлокотники кресла, требовательно взглянув на Айзека, процедил сквозь зубы, будто приказывая: — Говори. Айзек закусил внутреннюю сторону щеки, откинувшись затылком на спинку.