Одинокие паруса

      Удар сердца отчётливо слышен в ушах. Ещё один, затем ещё… Прикосновение губ было таким кратким, но несмотря на это, очень приятным. Дазай молча стоит, пока по его телу пробегает странное тепло. Он почти забыл, что такое поцелуй от другого человека. Ведь последний, с кем у него случалось подобное, как собственно и первый, был Фёдор. Расстояние между ними быстро сокращается, и в этот раз уже шатен касается своими губами его. Этот поцелуй быстрый и легкий, и он заканчивается раньше, чем Накахара начинает что-то осознавать. А после уже сам проводит пальцами по чужой щеке, не до конца веря в истинность происходящего. Он заправляет выпавшую прядь волос за ухо, пытаясь найти слова, но не выходит. — Чуя… — пару секунд Осаму молчит, а затем произносит, понимая, что обоим необходимо время. — Поговорим вечером, хорошо? — лёгкие объятия на несколько мгновений знаменуют конец всем нежностям. Всё же, им просто необходимо сейчас заняться делами, разбираться с чувствами не представляется возможным. — Да… Да, хорошо, — Накахара не сразу осознаёт смысл сказанных слов, но всё равно соглашается с ними. Пускай это всё немного тревожит, но он откладывает тревогу в дальний ящик, сосредотачиваясь на реальности. — Куда мы сейчас? — В одно очень интересное место, — загадочная улыбка на лице шатена пробуждает в собеседнике интерес. Они должны направиться туда, где их не ждут, хотя никого из них это не волновало. Была лишь одна проблема — корабли Мори и Достоевского в порту. Дазаю очень не хотелось пересекаться с этими двумя, тревожить старые раны, которые только недавно стали заживать, но это в лучшем случае, при котором ему в принципе нельзя возвращаться на остров, однако, он уже здесь, и это не изменить. — Показывай дорогу, — усмехается Накахара, смотря в карие глаза. Эта прогулка обещает быть интересной. Да и ему необходимо отвлечься от собственных мыслей как можно скорее.       Дорога вела через торговый район — весьма удобно, если по пути необходимо что-то купить, но у них подобной потребности не было, поэтому совсем скоро они оказались у высокой башни, и до Чуи долетел тяжёлый вздох, после которого он окончательно понял, как Дазаю сложно возвращаться сюда. А ведь если вспомнить, то именно после встречи с ним тот решил приплыть на Тортугу. — С кем встреча? — интересуется рыжеволосый. — Со столпами пиратов, которые сейчас на острове. Они раз в месяц собираются и решают возникающие вопросы путём голосования, — скучающе произносит Осаму, недовольный кучей формальностей, вот только собеседника удивляют эти слова. Его не предупреждали куда ведут. — Тогда какого черта я иду с тобой? — он резко тормозит. — Не думаю, что они будут рады видеть бывшего охотника, — к тому же, если это те, кто всплыл в его мыслях, то у него точно такие же ощущения в их сторону. — Ты теперь тоже пират, так что пошли. Я не хочу туда идти один, — особенно к тем, из-за кого едва не умер друг шатена. Одиночество — не лучшая компания в таком плане, а Одасаку сегодня занят, да и у Фукудзавы своих забот хватает. — Не беспокойся, ничего не случится. Пошли.       Брови Чуи скептически поднимаются, но он всё же подходит к дверям башни, из которых в это время выходит человек с чёрными волосами и фиолетовыми глазами, в тёмплом пальто и потерянный в своих мыслях, однако, стоит ему увидеть Осаму, как взгляд становится счастливо-удивлённым, а ведь раньше казалось, что у Фёдора не бывает эмоций. Сложно понять о чём он сейчас думает, но это никому и не интересно: рыжеволосый явно не в восторге от их встречи, а для шатена он перестал существовать в тот момент, когда попытался убить Оду. В планах просто пройти мимо, но чужая холодная рука хватает за запястье, которое тут же вырывают. — Чего тебе, Фёдор? — кажется, это первый раз, когда в голосе Осаму звучала агрессия, и подобное озадачивает Накахару на пару секунд, но затем он вспоминает, что этот человек сделал тому когда-то. Уже второй раз за день ему приходится уходить в сторону, позволяя Дазаю спокойно общаться со своими «друзьями». — Осаму, нам нужно поговорить, — утверждает Достоевский через несколько секунд, обращение по имени удивляет, но куда больше внимание приковывает ожидание в чужих глазах. — Ты ведь и без моих слов прекрасно знаешь, что я спешу, — холодно произносит шатен, смотря скорее враждебно, чем как-то ещё, а после этих слов проходит мимо Фёдора даже не оборачиваясь. — Не беспокойся, я могу подождать, — слышно, как он слегка усмехается. — Хотя, разумеется, я пойму, если ты не захочешь меня больше видеть…       «Однако наши желания не всегда совпадают с реальностью» — заканчивают в мыслях оба. Правда раньше Достоевский всегда договаривал её. В голове Осаму мелькает надежда, что он всё же изменился. Но это скорее всего лишь старые желания, никак не относящиеся к новой реальности. Он сам не уверен, откуда нечто подобное взялось внутри него. Точно можно сказать, что они пересекутся ещё не раз. И этот факт не сильно радует Накахару. Однако шатен, очевидно, крайне важен этому человеку, значит так просто от него не отстанут. Для вопросов неподходящее время, поэтому молчание между ними продолжается. Пока старые привычки берут своё, заставляя рисовать в голове карту местности, Дазай неожиданно останавливается и берёт рыжеволосого за руку. — Не беспокойся, — это было произнесено так уверенно, что заставляет поверить.       Наверху они натыкаются на Сосэки Нацумэ, который будто бы совершенно не был удивлён неожиданному возвращению весьма известного пирата. Он ограничился лишь лёгким кивком и ушёл, так ничего и не произнеся. Осаму пишет на большом листе своё имя, а также ещё два, затем разворачивается, собираясь покинуть место в котором не горит желанием лишний раз находится. Накахару удивляет, что всё так просто, но вспоминается фраза о том, что собрание только через пару дней. Ожидание фееричной сцены его появления там вызывает улыбку. Он ещё ни разу не пожалел, что остался с шатеном.       По дороге назад Осаму ловит краем глаза некого блондина, и на секунду показалось, что это Куникида, однако стоило повернуть голову, как там никого не нашлось. Дойдя до корабля, Дазай смотрит в глаза Чуи и достаточно серьёзно произносит. — Прости, но мне сейчас нужно сходить на встречу с Федей, а то эта крыска не отстанет. Ты лучше останься на корабле, — он пока ещё официально не стал пиратом, по крайней мере столпы не признали этого, а значит пока что для всех он считается условно врагом. — Хорошо, — вот только Накахара совершенно не собирался слушать Осаму, его мысли были забиты возможным скрытием волос и небольшой прогулке по порту.