Портрет многоликого

Капитан Леон Пэррот, известный в морских просторах как Львиное Сердце, любовно осматривал свой корабль "Возмездие" на наличие повреждений. Прежде чем добраться до этого чёртового острова, с которого он должен был забрать свою мачеху Ребекку, им пришлось выстоять шторм, не на шутку разыгравшийся в Ирландском море. Несмотря на подготовленность команды, а также на величие его "Возмездия", природная стихия упорно не хотела отпускать корабль без боя. Несколько дней остановки отсрочили его прибытие на остров, из-за чего Ребекка наверное с ума сошла от ожидания. Но Леона нисколько не заботили ее переживания. Если когда-то его отец, известный своей жестокостью, пират Карибского моря, пал жертвой колдовских чар пленницы монашки, то это не значит, что Леон должен пойти по его стопам. Некогда Джозеф Пэррот был одним из самых жестоких и кровожадных пиратов Карибского моря. Количество завоёванных судов, золота, алкоголя и женщин превышало нормы возможного. Пятнадцать лет Джозеф вёл беззаботную жизнь, не беспокоясь ни о своей жизни, ни о жизни своего сына Леона. Пока не наткнулся на милую двадцатилетнюю монашку Ребекку. Влюбившись бесповоротно, он решил оставить пиратский промысел и осесть со своей возлюбленной в тихой гавани. Что же до Леона, он оставил ему старую калымагу "Преисподнюю" и больше не интересовался судьбой мальчишки, полностью поглощённый молодой женой. Когда же Джозеф скоропостижно скончался в результате несчастного случая - он подавился рыбной косточкой во время обеда, - Леону показалось забавным, что грозного пирата прикончила жалкая рыбёшка, а не один из многочисленных врагов. На похоронах он встретился с Ребеккой, а точнее с тем, что осталось от жизнерадостной молодой девушки. Смерть мужа самым ужасным образом сказалась на ней. Всего за неделю она сбросила в весе настолько, что стала похожа на спичку, под глазами залегли тёмные круги, ранее живой и яркий взгляд потускнел и не выражал ровным счётом ничего. Юношеское доброе сердце мальчишки не могло не оценить любовь мачехи к его отцу, но обиженный ребёнок, сидевший в его душе с тех пор, как отец променял его и их дело на обычную женщину, возненавидел ее. -Мне тоже не хватает его, - сказала ему Ребекка после похорон. -Да пошла ты, - мальчик поспешил удрать из укромного уголка, где он скорбил по усопшему отцу, несмотря на их взаимоотношения последние годы, пока ненавистная ему женщина не увидела предательских слез, стоявшие в глазах. -Отец оставил тебе письмо, если захочешь его забрать или поговорить - я всегда к твоим услугам - Леон пропустил мимо ушей слова мачехи и тем же вечером уплыл, не попрощавшись. Будучи парнишей любопытным, Леон спустя пару недель вернулся за письмом отца. Его встретил пустой дом, в котором когда-то проживала семейная чета Пэррот. Столы, кровати, тумбочки и зеркала - все покрылось легким слоем пыли, что означало только одно - здесь никто не проживал уже как с неделю. На кухонном столе он нашел два белоснежных листа бумаги: один, исписанный корявым почерком отца, и второй, на котором значилось аккуратное “Ребе”. Перевернув лист от мачехи, Леон фыркнул, прочитав написанное. “Если ты читаешь это письмо, значит, не смотря на свой своенравный характер, ты все-таки вернулся. Думаю, ты задаешься вопросом, куда же я подевалась? Отвечаю - я решила вернуться на службу в монастырь Святого Георгия с которого однажды меня забрал Джо. Надеюсь это была наша не последняя встреча. В любом случае, ты знаешь где меня искать. Ребекка Ривен” Письмо отца было сухим и неискренним, с просьбой не винить и не оставлять мачеху после его смерти. Единственное, что привлекло внимание Леона, так это то, что Джозеф говорил о своей смерти как уже запланированное событие. Словно он знал как и когда встретит свою кончину. В сознании промелькнула мысль о возможном самоубийстве отца, но Леон тут же отмел эту абсурдную догадку. Оглядев комнату последний раз, Львиное Сердце навсегда покинул гавань, которая однажды стала пристанищем блудного пирата Джозефа Пэррота. С того самого дня прошло уже более десяти лет. За это время юный и неопытный Леон Пэррот стал настоящей грозой Карибов. Из нескладного юноши он превратился в крупного и сильного мужчину. Львиное Сердце был самым настоящим “дьяволом во плоти”: чертовски красив, невероятно умен и до безумия бесстрашен. Среди морских волков он прослыл возмездием, обрушивающееся на головы бесчестных пиратов, что провинились по здешним законам. Все знали, если Львиное Сердце рыщет по чью-то душу - на нем клеймо предателя. Так-то, даже среди кровожадных пиратов были свои борцы за справедливость. Одним отвратительным утром Леон, сидя за барной стойкой в обнимку с кружкой рома, впервые всерьез задумался об окончании пиратской карьеры. Вчера ему стукнуло три десятка. Проведя пол дня в постели с известной красавицей Молли, вечером он отправился пьянствовать со своими товарищами и напился до такой степени, что уснул прямо за грязным столом таверны "Пеликан". На утро над ним откровенно посмеивался его близкий друг и правая рука на корабле, Лойал, потому что напившись до состояния вяленого мяса, Леон впервые заговорил об охватившем его отчаянии. К тридцати годам он имел блестящую карьеру морского волка, приличное состояние и нежелание оставаться пиратом. Он просто хотел спокойной жизни... Ад и все дьяволы, видимо он начинает стареть. Отмахнувшись от Лойала как он надоедливой мухи, капитан поплёлся к барной стойке за которой стоял хозяин "Пеликана" - одноногий Пит. Ему хватило одного взгляда, чтобы молча поставить перед капитаном кружку лучшего рома и удалиться, оставив его наедине со своими мыслями. Помимо Леона, в зале также были Лойал, увлекшийся очередной перепалкой с Питом, несколько завсегдаев заведения и спящие матросы "Возмездия". Громкая беседа сопровождалась взрывами хохота, болью отдававшиеся в голове мужчины, но сил не хватало даже развернуться и заткнуть молодняк. По звуку открывшейся двери капитан понял, что пришёл кто-то, и о боги, своим присутствием установил такую блаженную тишину, что Леон чуть не застонал от удовольствия. Уронив голову на руки, он был безмерно благодарен незнакомцу за предоставленную тишину. -Кто-нибудь может не просто глазеть на меня, а принести что-нибудь съедобное? - веселый голос прозвучал у самого уха мужчины, от чего головная боль неизмеримо усилилась. -Заткни свой рот, черт тебя подери, иначе чем-то съедобным окажешься ты рыбам в море, - он поднял голову и полным злобы взглядом уставился на собеседника. На него смотрела точная его копия. Молодой парень с озорной улыбкой и лукавым взглядом был удивлен не менее самого капитана. Взлохматив чёрную гриву волос, он издевательски расхохотался, что болезненным эхом отдалось в голове Леона. -А я то думал матушка бредила, когда говорила, будто Великое Львиное Сердце мой единокровный брат, - светло-карие глаза с любопытством уставились на хмурого пирата. -Вот так да! Это что теперь, я левая рука ещё одного Пэррота? За что мне все это, - в притворном ужасе завопил Лойал. Доселе хранивший молчание Леон, схватил за грудки незнакомца и отшвырнул в другой конец таверны. Выхватив пистоль из за пояса, он навёл курок в лоб улыбающегося, во весь рот, красавца. -Остынь, братец. Может сначала покумекаем о том, о сем, а уж потом будем порохом разбрасываться. Поразмышляв с минуту, капитан опустил оружие и кивком пригласил парня к стойке. -Как твоё имя? - хриплым голосом поинтересовался он. -Ноа, Ноа Пэррот. -Если не перестанешь так мерзко ухмыляться, вышвырну с острова, ты и глазом моргнуть не успеешь, - чёрные глаза сверлили Ноа на протяжении минуты, но тот даже не шелохнулся. -Говорят наш батька то отбросил коньки? - весело поинтересовался молодой человек. -Ты за этим здесь объявился? Чтобы сцапать половину нажитого им? - резко бросил капитан. Искренний смех Ноа в который раз застал Леона врасплох. Он не понимал причины веселья этого сумасбродного юнца, именуемого его братом. Но отрицать их схожесть было сущей глупостью. Они были одинаково высоки, еле проходя в проем двери, оба с густыми чёрными волосами, высокими лбами и кустистыми чёрными бровями. Орлиными носами и пухлыми губами, которым может позавидовать любая девушка. Упрямым волевым подбородком, выделяющейся мускулатурой и неестественной стройностью мужского тела. Единственное их внешнее отличие были глаза. У Ноа они были светло-карими, больше похожими на выдержанный шотландский виски, тогда как у Леона они были чёрными, как непроглядная ночь. Ноа смотрел на мир с наивным любопытством, озорством и весельем, чем несказанно раздражал своего старшего брата. Восприятие мира Леона было полной противоположностью - бессердечным, жестоким и грубым, циничным и меркантильным. Как эти два брата могут быть близнецами - остаётся загадкой. -Нет, дорогой братец, я здесь, чтобы рассказать тебе о своём существовании и смерти нашей матушки, - капитану даже на секунду показалось, что глаза Ноа застелила глубокая печаль, но в следующее мгновение парень уже лучезарно улыбался, щебеча как сорока. - Ты не представляешь себе как быстро я тебя нашёл. В каждом порту только и судачат о Львином Сердце. -Кем была наша мать? - перебил он его. -Устраивайся поудобнее, это долгая и занимательная история. Начнём с того, что наша матушка, Адора Гарсия, была в своё время самой известной и востребованной проституткой старого рыбацкого городка Виго. Однажды Джозеф с "Преисподней" причалили к берегам города, чтобы пополнить запасы трюмов, отдохнуть и подлатать корабль. Адора сразу же узнала, что в их глубинку наведался известный уважаемый пират Пэррот, и начала его упорно преследовать. Джо всячески избегал ее, но в тот раз удача повернулась к нему спиной. Напившись до нестоячего состояния он не понимал, что делает и куда идёт. Утром он проснулся уже в постели Гарсии мало что помня. Даже не верится, что великий герой-любовник Джозеф не отдался на милость нашей матери. Спустя год после этого случая, в портах начали ходить слухи о нашем рождении. Отец конечно не поверил и решил убедиться в этом сам. Объявившись на острове, он застал Гарсию с двумя мальчиками близнецами. Говорят его ярости не было конца. Но позже, он решил, что дела не так уж и плохи, ведь пора бы и задуматься о наследнике, которому в последствии он передаст свое дело. Забрав первого попавшегося, судя по всему тебя, малыша, Джозеф оставил ей меня и несколько сундуков с украшениями, золотом и монетами. После этого он больше никогда не появлялся вблизи берегов Виго. Глубокая морщинка прорезала смуглый лоб капитана. Леон никогда не задумывался о том, где его мать и вообще кто она, но сейчас ему пришлось столкнуться с тайной своего рождения. Задумчиво крутя деревянную кружку с ромом в руках, он обдумывал полученную информацию. Недалеко от барной стойки зашевелилось грузное тело старого друга отца, Хью Нейтона. Внимательно оглядев братьев, он выдал следующее: -Если хотите узнать что-то больше о вашем рождении, можете попробовать поискать старшую из сестер Гарсия. -Но у матери не было сестёр, - вспоминая произнёс Ноа. - Она лишь упоминала о своём брате, которого забрала чума ещё в детстве. -Их было трое сестер - Рэмира, Клэриса и Бернардита, - начал свой рассказ старый мужчина, но младший из братьев тут же его перебил. -Рэмира? Рэмира Гарсия? Это та самая шаманка с Кармоны? С ума сойти, я думал мы просто однофамильцы, а это моя родная тетка! - реакция Ноа была неподдельной, отчего Леон больше заинтересовался рассказом Хью. -Не спеши радоваться, сынок. Сестры не общаются уже более двадцати лет, - Хью тяжело вздохнул и продолжил. - Когда-то давно разразился семейный конфликт, от чего Адора, средняя из сестер, ушла из дома. Это был сильный удар по семье Гарсия, которые испокон веков гордились своей сплоченностью. В конечном итоге, внутри семьи произошел такой раскол, который привел к ссоре Рэмиры и юной Бернардиты. Долго не думая, Рэми ушла вслед за Адорой строить свою жизнь самостоятельно. На почве всего произошедшего, в скором времени разошлись и родители девочек, Одэлис и Парла Гарсия. Как вы знаете Адора пошла по скользкому пути проституции, Рэмира начала изучать шаманизм и пошла по стопам своей бабушки, а Бернардита погибла при нападении пиратов. Ваш отец несколько лет тому назад напал на испанское торговое судно, которое оказалось во владении Одэлиса Гарсия. Он вез на продажу сукно, мыло, фарфор и шелк - все то, чем славилась Испания на товарном рынке. Была с ним и Бернардита, единственная дочь, что осталась с ним. Думаю, бедняга Одэлис проклинал себя долгое время за то, что именно на тот заплыв он сдался просьбам дочери и взял ее с собой. А женушка его - Парла, выскочила второй раз замуж, да неудачно, муж оказался одним из пиратов, потопивших ее мужа и дочь. -Даже забавно получается, что детей он заимел именно от дочери своего посмертного “знакомого”, - саркастически добавил Леон. - А откуда ты знаешь историю их семьи то? -А вы думаете кто был тем самым вторым мужем Парлы? - Хью расхохотался, заметив удивленные взгляды парней.