Непрошеный гость

Пит упёрся, будто врос ступнями в пол, и повторил в сотый раз: - Я никуда не пойду. Вегас устало потёр переносицу. Представил себе, как вносит этого дикаря на плече в учебную часть и окончательно убедился в том, что это плохая идея. - Почему? - постарался мило улыбнуться. Но клыки, прорезавшиеся из-за сдерживаемого бешенства, всё испортили. - Я не пойду один. Мне нужно посоветоваться с Поршем и Че. И Че тоже, может, захочет. - Твой Че позже будет принят в Академию. А Порш… Порш занят. Он уехал. Вернётся, не знаю, когда. Пит всё так же недоверчиво смотрел на демона. - Я никуда не поеду. - Почему?! - уже зарычал Вегас. Почему? Как сказать, что страшно? Пит сглотнул. Он не хотел… не хотел быть один, среди незнакомцев, без знания языка… страшно так, что спрятаться хочется. И даже собственное давнее желание сбежать в Академию сейчас казалось глупым баловством. Как он будет там один? И все будут смотреть… и все знают, что Пит с Вегасом. Стыдно. Во дворце - это одно, здесь Пита почти никто не видит, слуги сами прячутся от него, только иногда украдкой поглядывают. А там… Пит, как человек родившийся и выросший в очень закрытой и совсем небольшой общине, испытывал ужас даже от мысли, что он попадёт в незнакомую среду. Привычный маленький мир с одними и теми же лицами изо дня в день сделал своё дело. Пит испытывал звериный ужас от предстоящего зачисления в Академию и обучения там. Страх неизвестности, страх чего-то огромного, непонятного и чувство тотального одиночества - всё и сразу свалилось на голову бедного Пита. Сейчас он осознал, что действительно дикарь. Самый настоящий. И дикарь сейчас пребывал в ужасе, почти задыхаясь. Вегас внимательно наблюдал за тем, как мальчишка сначала бледнеет, а потом по его щекам разливается нездоровый румянец и на лбу появляется испарина. Будто дикарь чего-то испугался. И тут же в груди толкнулось незнакомое, тоскливое и слабое, потянувшееся к Питу. Такое невыносимое, что демон был готов на что угодно, лишь бы избавиться от этого чувства. Моментально поддался ему, в два огромных шага оказался близко, притянул к себе, прижимая. Уткнулся в тёмную макушку, запуская ладонь в волосы, зашептал: - Что случилось? Чего ты так испугался? - полностью забывая, что бесился всего пару мгновений назад. Пит уткнулся Вегасу в грудь, вдыхая его запах, будто обезболивающее, медленно расслабляясь в руках. Но всё ещё не находя слов, чтобы объясниться. А Вегас приходил в себя. Дикарь жался, был таким мягким и покладистым. Рука на пояснице чувствовала тело сквозь ткань, а ладонь удобно лежала у Пита на затылке. Заставил поднять голову и поцеловал. Пит не сопротивлялся. Ему хотелось хотя бы так найти для себя утешение в Вегасе. Он с готовностью подставил губы для поцелуя. Но демону этого было уже мало. Близкий, но такой недоступный Пит сводил Вегаса с ума, каждую минуту находясь рядом, соблазнял и раздражал своей недоступностью и глупостью. Прижал к себе крепче, заставляя отступать назад, усадил на постель. Сам опустился на пол, укладывая ладони на колени и глядя исподлобья. - Боишься идти в Академию? - спросил, криво улыбаясь. Пит кивнул, думая, что сейчас они наконец-то поговорят. Нельзя сказать, что Пит надеялся на уговоры или попытки его успокоить, но всё же рассчитывал на разговор, в котором Вегас хотя бы что-то объяснит. - А со мной оставаться не боишься? - Пальцы сжали ткань ханьфу на коленях и начали собирать её, поднимая подол. Пит настороженно следил за этими действиями, ещё плохо понимая, к чему ведёт Вегас. Демон, конечно, был вредным и злым. Настоящая куница. Но Пит его не боялся. Не боялся и всё. - Нет? - Вегас резко задрал подол, оголяя бёдра Пита. - Можешь не идти в Академию, раз тебе так страшно. Но я останусь с тобой, - резко раздвинул бёдра и приник губами к теплой, покрывшейся мурашками коже. Пит во все глаза наблюдал за его действиями, а когда губы, а затем и язык прикоснулись к нему, задохнулся. Его моментально прошибло сильным возбуждением. Таким, что, казалось, все волоски приподнялись на теле, а в лёгких воздуха не осталось. Не осталось ничего, кроме тягучих поцелуев, которые поднимались по внутренней части бедра всё выше и выше, распространяя по телу молнии. Вегас вылизывал, иногда прихватывал кожу губами, посасывая, ловя у себя над головой судорожные вдохи. Ну вот. И никаких глупых страхов. Подумаешь, опоздают на пару часов в учебную часть. Ничего особенного: дождутся, ещё и извинятся. На всякий случай. Протянул руку, упираясь ею в грудь Пита, и толкнул его, заставляя откинуться на постель. Пит бездумно подчинился, утопая в острой, практически невыносимой страсти. Он и не знал, что так можно… что это даёт такие ощущения. Вегас же, воодушевлённый отсутствием обычного сопротивления, медленно продвигался дальше. Выцеловывая хитрые узоры, прочерчивая линии языком, собирая хитрый рисунок на теле Пита. Но, когда Вегас ещё шире распахнул ханьфу, поднимая нижние рубахи и касаясь кончиками пальцев возбуждённой плоти, Пит дёрнулся и поднялся на локтях, пытаясь скрестить ноги и увернуться, смещаясь набок. - Нет! - хрипло выплюнул и прищурился. Пит испугался, что не сможет справиться с собственными желаниями и поддастся Вегасу. А Вегас… Вегас, скорее всего, не оставил свою странную идею вставить то, что никак не могло поместиться. В последнем Пит как целитель был уверен. Вегас даже не расстроился. Он крепко зафиксировал бёдра и, демонстративно разглядывая возбуждённое тело Пита, ответил: - Или я продолжаю, или мы едем в Академию. Третьего варианта не дано. Пит, который был готов на что угодно, лишь бы Вегас перестал разглядывать его член с таким плотоядным видом и вообще перестал делать такие стыдные вещи, дёрнулся: - Ладно. Я пойду… Вегас не отпустил его сразу, прижал щекой возбуждённую плоть к животу Пита, бросил хитрый взгляд на мальчишку, красного от стыда, и проговорил медленно, растягивая слова: - Если ты опять начнёшь ныть или упираться, я быстро верну тебя сюда и мы продолжим с того же места, - резко отпуская и отстраняясь. Пит моментально свернулся калачиком, торопливо прикрывая свой позор подолами ханьфу и нижних рубашек. Через секунду уже стоял, трясущимися руками пытаясь привести себя в порядок. - Зато теперь ты не боишься, - Вегас самодовольно его оглядел. - Куница, - прошептал Пит. Вегас пропустил мимо ушей, уже раскрывая двери спальни и провожая своего дикаря из покоев. Решено было ехать в санях, а не идти сквозь складки пространства. Вегасу хотелось показать Питу столицу. Провести по галереям Академии, мимо классов и лабораторий. Да и сразу продемонстрировать остальным, кому принадлежит Пит. Чтобы близко не подходили. Пит хранил молчание. Его выбило из колеи произошедшее. Было дико стыдно. Весь его прошлый опыт с Вегасом происходил в полумраке, который скрывал всё. А сейчас… холодное, безжалостно яркое зимнее утро бесстыдно показало Питу всё, что не стоило бы видеть… Ещё и Вегас… как он смотрел… Пит закрыл лицо руками и отвернулся. Сидеть в санях напротив демона, который недавно делал такое… - Получается, ты всё-таки меня боишься, - очень довольно проговорил Вегас, наблюдая, как у дикаря опять начинается приступ придури. Пит не повернулся, только ещё больше влип в окно и вжал пальцы в щёки. Вегасу это не понравилось. Следы же останутся… - Руки убери, - склонился и, вцепившись в локоть, потянул руку Пита от лица, - следы оставишь. Пит плотно сомкнул губы, прищурившись, глянул на демона: - Ну и что? - дёрнулся, вырываясь, замахал на него руками. - И вообще не смотри на меня! И не трогай меня! Вегас слегка опешил. Почему "не смотри"? И "не трогай"? Пересел на сторону Пита, обхватил его руками, заглядывая в лицо. Из чистой зловредности. А не из желания разобраться, что же случилось. - Почему? Пит не выдержал и скосил глаза на демона. Еле выдавил сквозь плотно сжатые зубы: - Стыдно… Вегас ещё раз опешил. Стыдно… стыдно проиграть. Стыдно оказаться слабым. Стыдно уступить. Стыдно, когда над тобой смеются. Хотя нет. От этого не стыдно. От этого только злость поднимает голову и хочется всех передушить. - Что стыдно? - покрепче сжал в руках. Пит же просил не трогать. А он должен привыкать, что Вегас делает только то, что считает нужным, и не собирается слушаться дикаря. Для Пита же все его действия имели несколько иной смысл. Пит решил, что Вегас действительно хочет понять, что происходит. И через объятия успокоить. Оттого и решился объяснить, хоть недоверие и шептало в мыслях, что этот демон опять преследует свои цели. - Просто… стыдно… такое, - так и не отлипая от окна. - Что “такое”? - Вегас искренне не понимал. И его уже начинала подбешивать загадочная придурь дикаря. - Ну… - Пит, даже если бы и знал, каким словом назвать то, что произошло между ними недавно в спальне, всё равно бы не смог выдавить это из себя, - то, что было… сейчас… Вегас устроил острый подбородок на груди Пита и задумался. Дикарю стыдно… потому, что они не закончили?.. Нахмурился… Стыдно то, что происходило… И тут до него дошло. Он резко выпрямился, выпуская из рук. - А что стыдного-то. Это было приятно и хорошо. И было бы ещё лучше, если бы ты не начал брыкаться. Пит хмуро глянул на Вегаса. Извращенец. И развратник. Всё ясно. Вновь влип в окно. И, может быть, Пит такой же. До Академии добрались в молчании. Вегас всё перебирал в мыслях этот бестолковый разговор и пришёл к выводу, что стыдно - это с непривычки. А если Пит привыкнет, то и стыдно не будет. А значит, один повод, провоцирующий придурь, отвалится. Значит, нужно чаще его зажимать и раскладывать. При любом удобном случае. Только делать это, хитро выбирая момент. И останавливаться при первом же признаке сопротивления. Вообще запереть бы его на пару дней. Или недель. И Пит бы забыл, что такое стыд (как такого вообще можно стыдиться, это же естественно)… но Тьма не позволит удерживать его насильно, даже из благих побуждений. Поэтому и придётся держать себя под строгим контролем, чтобы вовремя остановиться. Пит же постарался быстрее отвлечься от мыслей и воспоминаний: жутких, липких, противных и постыдных. Решил заглушить в себе весь тот мерзкий ворох эмоций, разглядывая неторопливо проплывающие заснеженные улицы. Всё вокруг было необычным и красивым. Особенно высокие каменные дома, стройные и строгие, с коваными заборами и калитками. Серые, белые, светло-коричневые. Уютные и нарядные. На многих дверях висели венки из острых еловых лап с вплетёнными ярко-красными цветами, мерно горели мелкие огонёчки на окнах. Где-то в домах на подоконниках были выставлены свечи в высоких подсвечниках, развешаны ленты. Интересно. И очень необычно. Незнакомая красота затянула, и Пит действительно забыл. А проезжая мимо торгового ряда, и вовсе похлопал Вегаса по ноге: - Что это? - указывая на богато украшенные витрины. Вегас безразлично посмотрел на ярко изукрашенные сферы, изображающие колыбели, которые местные развесили в огромных витринах и над входами в магазины. Венки из еловых лап и обычных голых веток, переплетённые пёстрыми лентами, унизанные бусинами и маленькими пряничками. Он и забыл (собственно, никогда и не обращал внимания на эти глупые простонародные традиции). Близился большой праздник. - Это колыбели, - указал на сферы, - точнее, имитация магических колыбелей. В них переносят детёнышей. Или таких, как ты. Магиков, которых забрали из Крунга. Символы плодородия и удачи. А это венки. Как знак бесконечности, кольцо, замкнутый круг. Бесконечности Тьмы, нашей матери. Через три недели самая длинная ночь в году. Ночь, которая полностью принадлежит Тьме. Она спустится в мир, чтобы благословить своих детей. И не только. Всех, кто готов открыться ей. Пит был очарован праздничной обстановкой, но слова о Тьме несколько его остудили. Тьму всегда называли скверной. Он вдруг вспомнил, что видел Тьму тогда, в храме. И она не была опасной, грязной.. она была прекрасна… Как ночное небо с мириадами звезд. И подарила такое чувство, будто Пит вернулся домой после долгого и изнуряющего пути. - И как эту ночь празднуют? - спросил только, чтобы хоть что-то сказать, поддержать разговор, чтобы слушать, а не полностью утонуть в своих мыслях. Он понял: очень странно, что он забыл такую поразительную встречу с самой Тьмой. Вообще не вспоминал и не размышлял об этом. И ему захотелось погрузиться в образы из собственной памяти, но что-то внутри подсказало ему, что не стоит этого делать. - Ну… кто как. Кто-то - дома с семьей, кто-то - с друзьями. В последнюю праздничную неделю начнутся показательные бои во дворце. На тренировочной площадке. Двери дворца откроются, и любой желающий сможет его посетить и побывать на этих боях. Вегас сразу подумал, что странно, что ещё не начались тренировки. И что стоит узнать у Кинна, нужно ли им будет выходить на арену. Пит понял, что может отвлечь этим Порша и решил выпросить разрешения сходить на эту площадку. Косо глянул на Вегаса. У него вряд ли допросишься. Лучше сразу обратиться к Кинну. Наконец, сани достигли высоких ворот. Будто юркнули под их защиту, оказавшись в просторном заснеженном поле. Вдалеке будто разлеглось, широко и вольготно раскинув руки-корпуса, невысокое, но очень красивое здание. Будто огромное прекрасное существо удобно устроилось на белом пуховом одеяле, широко распластав свои конечности: постройки общежитий, учебные корпуса и хозяйственные домики. - Моя Академия, - с явной гордостью сказал Вегас, открывая двери саней, не дожидаясь слуг. Пит выбрался следом, с открытым ртом оглядывая главный корпус, по широким ступеням которого к ним уже кто-то спешил. Вегас взмахом руки заткнул только собирающегося открыть рот спустившегося к ним секретаря. - Сначала в учебную часть, - небрежно скомандовал. Пит зачарованно следовал за Вегасом и его секретарём, оглядывая всё, что их окружало. По пути им встречались студенты и преподаватели, которые низко кланялись деснице и не решались поднять глаз на Пита. И Пит понял, что и здесь уже все знают, кто он. Рабочий кабинет Вегаса поразил Пита в самое сердце. Стол покоился под грудой свитков, шкафы наполнены книгами, на полу непонятные колбы, в которых что-то недобро шуршало, мигало и вибрировало. Пит завис, разглядывая колбы и размышляя, что руками их лучше не трогать. Да и ходить рядом не стоит. И дышать. Что-то враждебное и мерзкое будто смотрело сквозь стекло на Пита. Пока дикарь испуганно разглядывал остатки старых Вегасовских экспериментов, сам Вегас очень быстро расправился с документами, необходимыми для поступления Пита. Собственно, на каждом листе, которые спешно готовил секретарь, убив на это это несколько ночей и последние нервные клетки, Вегас ставил свою магическую печать, быстро пробегая взглядом, проверяя, не забыли ли указать, что Пит - часть правящей семьи. Затем чуть ли не за шкирку вытащил своего придурочного дикаря и поволок его в учебную часть. Там уже ждали преподаватели, декан факультета целителей и Ноп. Последний как раз оставлял оттиск своей печати на договоре. Академия нанимала его тьютором. Вегас никому другому не мог доверить Пита. Все остальные вызывали в нём приступы бешеной ревности и дикой злости. Да, Ноп совершенно не тот демон, который блестяще справится с тьюторстовом. Но зато Ноп совершенно точно обеспечит Питу полную безопасность. И это сейчас было для Вегаса самым главным. Под безопасностью десница понимал тотальный контроль и оберегание Пита от лишних контактов с сокурсниками. Идеально. - А у меня тут, - Ноп говорил на демонском, указывая на строчку, где было прописано имя Че. Вегас с непонятным выражением на лице несколько раз прочитал. - Порчей? Это брат Капитана? Пит тут же встрял: - Что Порчей? Че? Вегас даже не посмотрел на него, но вперился медленно наливающимися злостью глазами в растерянного секретаря: - Что это? - указывая когтём на строчку со злополучным именем. Секретарь, который уже решил, что ему повезло и всё так, как и должно было быть, нервно сглотнул и сдержался от желания рухнуть на колени и вжаться лбом в пол. Проблема была в том, что документы ему выдали не только на супруга десницы, но и на брата Капитана. Когда секретарь попытался отмахаться от довеска, ему прямым текстом было сказано, что Пит будет зачислен в Академию только вместе с Порчеем. И у них должно быть всё одинаково. И часы лекций, и часы практики, и один тьютор на двоих. Личное распоряжение правителя. Секретарь не решился сразу бежать к господину Вегасу. В конце-концов, может быть, он чего-то не знает или не понимает. Может быть, эти магики - друзья… да, собственно, их и принесли вместе во дворец. Может быть, так и нужно. - Личное распоряжение правителя, - протараторил несчастный, и всё-таки не смог устоять на ногах, и рухнул на колени, упираясь раскрытыми ладонями в пол. Вегас поморщился и бросил косой взгляд на Нопа, который с насмешливым сочувствием разглядывал поникшего секретаря. - Принимай. Будут у тебя здесь двое, - поморщился. - Как изволите, - декан почтительно кивнул деснице. - Занятия начнутся завтра. Мы будем ждать двух наших новых студентов на первой лекции, - и забрал документы у Нопа и десницы. Пит хмуро слушал шипение и пытался хотя бы по интонациям догадаться, о чём речь. Из разыгравшейся сценки он ничего не понял. А вот из слов Вегаса выходило, что учиться он будет вместе с Че. И сразу как-то стало легче на душе. И светлее. Жаль, что Порша сюда не затащить. - Пойдем я кое-что тебе покажу, - Вегас хитро глянул на Пита. - Тебе понравится. Пит подумал, что у них с Вегасом разное понимание того, что может понравиться. Но спустя два коридорных перехода и одну лестницу, когда Вегас раскрыл перед ним тяжелую, окованную железом и окутанную заклятиями, дубовую дверь, Пит забыл, как дышать. Ровные столы, несколько каминов, магические горелки, маленькие очаги, стройные ряды шкафов с котелками, черпаками и мерными стаканами. А ещё шкафы с прозрачными дверцами, полные ингредиентов... Пит сделал шаг и пропал.