Коньки и снежинки

Феликс нервно постукивает ногой, и каждые пять секунд смотрит на экран телефона. Хёнджин не отвечает на сообщения и звонки, а в универе его след простыл. Никто не знает про него совсем ничего, а поэтому Ли мечется в неизвестности. Желание уйти с последних пар все больше возрастает, и не даёт сосредоточиться. "А если он больше не хочет общаться? А вдруг я сделал что-то не так?" Несуразные мысли атаковали все с большей силой, заставляя нервничать. Возможно Феликс слишком приувеличивает, но он был всегда чувствителен к критическим ситуациям. Наконец преподаватель объявляет о перерыве, и Ликс первый кто срывается с места, бежит сразу вниз. Ему все равно, влетит ему за это, или нет, но если не узнать, что случилось с Хёнджином, то он взорвётся от переполняющих его чувств, даже не обращая внимания на сильный ветер, который пробирает до костей. Возможно он слишком сильно привязался к нему всего за два дня, но это никак не мешает. Феликс был слишком мягким для этого мира, обращая внимания на каждую детальку, пытаясь помочь каждому, а поэтому сейчас бежит к еле знакомому подъезду, успевая заскочить туда вслед за девушкой, которая тоже только что зашла внутрь. Быстро её опросив, насчёт квартиры Хёнджина, кивнул в знак благодарности, и потопал на 3 этаж. Сначала ему довольно долго не открывали, но когда Ликс поднял кулак для повторного стука, дверь наконец отворилась. Перед ним стоял Хёнджин, живой-здоровый, слегка наколонив голову, как котёнок, пытаясь понять кто перед ним стоит, на что Ли украдкой улыбнулся. —Прости, я только что заметил твои звонки. —Ничего, главное я убедился что ты живой. Хван кивнул, и замолчал на несколько секунд, раздумывая, что ему делать дальше. Потом спохватился, и шире открыл входную дверь. —Заходи, раз пришёл, нечего там стоять, и только попробуй не согласиться! — Он в шутку пригрозил пальцем, и закрыл за Ли дверь. Запах мятного чая распространялся по маленькой кухоньке, пока Феликс рассматривал пространство вокруг себя. Квартира сама по себе была не шибко просторной, но даже так в ней чувствувался комфорт, возможно по большей части из-за хозяина. Тот в это же время уже переливал чай в кружки, и ставил на стол, садясь напротив гостя. —Ты прости что не отвечал тебе, просто только недавно проснулся. И по нему это видно. Растрепанные волосы, слегка опухшее лицо, родинка под глазом которую Феликс видит впервые. —Ничего, но ты не заболел случаем? Выглядишь уставшим. — Ликс ещё больше вгляделся в лицо напротив, но его как магнитом тянуло к той родинке под правым глазом. Почему-то её очень хотелось потрогать, ощутить. —Нет, не заболел, просто немного не по себе с утра было. Феликс хочет что-то ответить, но опускает глаза вниз и видит что на него пристально смотрят большие, жёлтые глаза. Перепугаться можно было знатно, но Ли даже ничего понять не успел, как из-под стола грациозно вышла белоснежная кошка. Кинув ещё один призрительный взгляд в сторону незнакомца, она скрылась в коридоре. У Феликса сразу же загорелись глаза. —У тебя есть кошка? Почему ты сразу не сказал? Хван же глупо улыбнулся. —Да ты особо и не спрашивал. — увидев оживление гостя, предупредил — Только вряд ли у тебя получится её потискать. Она очень принципиальная и брезгливая, даже ко мне не идёт, а незнакомых совсем не любит. —а я все равно её затискую, не может быть такого, что кошки не любят ласки. —Ну, ну, я посмотрю. — Хёнджин все ещё глупо улыбался, прячась за чашкой чая, осторожно наблюдая. Феликс тем временем уже перестал обращать внимания на кошку, и переключился на собеседника. —Я когда про тебя спрашивал у людей в университете, все только руками разводили, и головой качали, говорили что ничего про тебя не знают. Ты ни с кем не общаешься? Вопрос прямо по больному. Да, у Хёнджина не было друзей, да даже знакомых. Он ни с кем не общался, а остальные в свою очередь к нему и не лезли, будто не замечали. Возможно это из-за того, что с ним и поговорить не о чем нельзя. Все кто пытался вскоре быстро находили ему замену, и забывали. Хёнджин вроде никогда и не тянулся к людям, поэтому его это и не сильно затрагивало, но неприятный осадок все же оставался. Вроде в одиночестве было хорошо, но что-то все время мешало наслаждаться этим временем. Юноша опустил взгляд, и поджал губы, надеясь что ему не придётся что-то говорить, ведь тут итак все факты на лицо, и Ли к счастью понял. Чуть сщюрил глаза, а потом похлопал того по руке. —Хочешь я буду твоим другом? — вопрос прозвучал странно, ведь они вроде уже несколько дней достаточно близко общаются, но это не помешало сердце брюнета чуть дёрнуться. Сначала он взял уже пустые чашки со стола, а потом издал приглушенное "хочу". Ликс сразу взбодрился, встал, и подошёл к Хвану, положив сначала руки, а потом и подбородок на его плечо. —Отлично! Давай я тебе помогу? Тебе итак было плохо. В итоге юноша оказался на стуле, наблюдая за тем как Феликс мыл чашки. Блондин был с ним до вечера, утверждая, что если у Хёнджина еще что-то заботит, то он будет рядом. Хван только отмахивался и отшучивался, но глубоко внутри был очень польщён и признателен. К нему не каждый проявлял такую заботу, поэтому сейчас это было чем-то непривычным. А может Хван уже в сотый раз уверял себя в том, что просто он отвык от общения.