Жизнь с привкусом мяты

            Pov Миён       Я еду в машине будто в какой-то прострации. Нога болит с неимоверной силой, внутри будто лихорадка разрастается переживание за мистера Ли, оно ломает мои кости и внутренности по лучше всякого маньяка. Я не слышала ни что мне говорили, ни что делали. В моей голове крутились лишь мысли о том, как его предупредить, как не дать ему попасть в эту ловушку. Как отвести его от могилы и дать прожить спокойно свои дни.       Подъехав к особняку, дверь машины открывает Намджун и помогает мне выйти. Подстраиваясь под мой ковыляющий шаг, мы добираемся до комнаты на втором этаже. Он открывает дверь и садит меня на кресло, перед выходом на балкон. Я откидываюсь на кресло, позволяя себе минутку отдыха от всего, свидетелем чего я стала. Я закрываю глаза, но вижу не темноту, а людей, которых сегодня постигла не лучшая участь. Мои нервы натягиваются как в одну струну из-за новой волны переживания за мистера Ли, страх увидеть его на месте тех людей окутывает меня с головой.       Намджун аккуратно берет мою ногу и кладет на подставку. Он снимает ткань, которой пришлось перевязать ногу, чтобы остановить кровотечение. Она не приятно отдирается вместе с частичками кожи, я шиплю и дергаю ногой.       - Прости, но по-другому никак, - Намджун смотрит на рану под разными углами. – Тут бы лучше зашить, я пойду вызову врача и принесу что-нибудь обработать ногу, подожди здесь.       - Как будто у меня есть варианты, - усмехаюсь я и опять откидываю голову назад.       Намджун не заставляет себя долго ждать и уже через пару минут заходит в комнату с аптечкой под мышкой и двумя чашками чего-то горячего. Он ставит напитки на столик и достает что-то из аптечки. Он как заботливый, но одновременно грозный папа-мишка обрабатывает мне ногу и заматывает ее стерильным бинтом.       - Почему ты так добр ко мне? Я тебе никто, а заботишься обо мне как папа. Говоришь, что поможешь с побегом, приносишь напитки, помогаешь добраться до дома. Кто ты такой Ким Намджун? – Вглядываясь ему в глаза спрашиваю я.       - Я и в правду тебе никто, - вздыхает он. – А вот Джин для меня все…       - Джин? Почему ты постоянно о нем говоришь? – заинтересовано подаюсь я вперед. – Но и для него я никто, уж поверь. Даже он бы о моем спасении не просил.       - Ты ошибаешься, он переживает и место себе не находит. – откидывается на второе кресло Намджун. – Он мне никогда в жизни столько не звонил, даже тогда, когда я мог умереть.       Намджун усмехается, а в его глазах, смотрящих куда-то далеко в пустоту, я вижу опять тот взгляд боли и отчаяния. Он вздыхает, закрывая глаза и продолжает.       - Он привязался к тебе, он был против твоего похищения. Он… Он убил бы меня, увидев твою ногу, - усмехается Намджун в очередной раз. – А отвечая на твой вопрос, кто он для меня… Он моя вселенная, мой мир, то, без чего мне трудно дышать… Он мой истинный… Тот, кого я потерял, по своей глупости…       Я теряюсь, я не готова была услышать это. Самый яркий человек, которого мне посчастливилось узнать в своей жизни, мог страдать? Почему я этого не замечала? Я протянула руки к столику перед креслами и взяла 2 кружки. От них пахло кофе с мятой. Я протянула один стакан Намджуну, а второй взяла себе.       - Я подумал, тебе это захочется выпить. Ну после того, что ты видела. Я сделал марочино и немного добавил мяты, как джин учил. – сказал он и взял один из стаканов в свои руки.       - Расскажешь, что произошло? – поинтересовалась я. Он глубоко вздохнул и откинулся на спинку, я лишь повторила его движение и стала слушать тишину наполнявшую комнату. Через несколько минут он начал говорить.       - Все началось 5 лет назад. Я работал на клан и пытался получить место как можно выше, больше заработать, значить что-то в жизни. В то лето в особняк приехали некие люди из другого клана, они хотели установить союз с кланом Чон и привезли с собой своего сына омегу. Это был он…

***

      Pov Намджун.        5 лет назад       - Намджун, я поручаю тебе встретить гостей и проводить их в мой кабинет. Я побуду там до их прибытия. – проговорил глава       - Конечно, Господин Чон, - ответив, я пошел на выход из особняка       На улице была чудесная летняя погода, сегодня должна была состояться важная для всего клана сделка. Соседний клан Чой приедет просить покровительства и защиты у главы нашего клана. Я мало во что посвящен, но значимость этого я понимал, как никогда. Я ждал машины, греясь в лучах яркого солнца, когда мимо меня словно ураган пронесся секретарь главы, он явно был чем-то обеспокоен. Я проводил его взглядом и продолжил ждать.       Через некоторое время на территорию особняка заехало три машины. Всем по рации передали пятиминутную готовность. Моя задача была проста и сложна одновременно. Так Намджун, успокойся и сделай все правильно, главное не налажать и никого не оскорбить, а то не сносить мне головы. Я еще раз оглядел все вокруг, а после спустился к подъезжающим машинам. Несколько человек вышли из машины и один из них открыл двери центрального автомобиля. Оттуда вышли два одетых с иголочки мужчины. Я низко поклонился.       - Здравствуйте, добро пожаловать на территорию клана Чон. Меня зовут Ким Намджун, я провожу вас в кабинет господина Чона.       Один из людей в ответ кивнул мне головой. Я стал разворачиваться, чтобы начать наш маршрут, как боковым зрением заметил, самого красивого омегу в своей жизни. Он элегантно вылез из машины, надевая солнцезащитные очки и осматриваясь вокруг. Сказать, что я завис на этой картине, это ничего не сказать.       - Прошу подождать сына главы Чой, после этого мы можем идти. - я сам и не понял, как я вообще смог кивнуть в этой ситуации.       Он мягкой и легкой походкой направился в нашу сторону. Он как никогда подходил, этому сезону года, его черные волосы легко колыхались от походки. Его губы были невероятно манящими, а пальцы эстетично длинными, когда они касались его губ, создавался невероятный коктейль потери меня. Чем ближе он становился, тем меньше воздуха находилось. Я нервничал, как первоклашка. Все перестало существовать в тот момент. Он остановился возле отца и поклонился мне.       - Я Чой Сокджин, рад знакомству. – проговорил он, а я понял, что пропал его голос отзывался в моей голове тысячью непонятных для меня импульсов. Мое сердце забилось в несколько раз быстрее, а внутри будто вырос сад цветов. Его запах апельсина забивал, мне все дыхательные пути. Я не мог отвести от него взгляд и не мог вымолвить хоть слово.       Он прокашлялся и улыбнулся мне. Я понял, что проиграл ему в очередной раз, только в этом случае его улыбке. А еще я понял, что стою как дебил, возможно даже с открытым ртом.       - Да… Извините, меня зовут Ким Намджун, я провожу вас в кабинет господина Чона. – я развернулся и поспешил зайти в дом, еще немного и меня кастрируют за такие выходки в сторону сына главы, которого еще сватают в семью главы моего клана.       Мы поднялись на второй этаж особняка, подойдя к кабинету главы, я постучался и получив одобрительный ответ, открыл дверь пропуская вперед гостей. Последним в кабинет заходил Сокджин, проводив его мечтательным взглядом, я все пытался задержать запах апельсина как можно дольше в своих легких.       Я стоял возле кабинета и ждал дальнейших указаний примерно полчаса. За это время из кабинета разносились разные звуки, от доброжелательных до звуков негодования и гнева. Меня это не касалось, да и право у меня никакого не было подслушивать или выяснять, что происходит за дверью этой комнаты. Я бы и дальше так стоял, если бы в один момент не услышал звуки выстрелов. Мое тело сработало быстрее моего мозга, я отварил дверь и глазами стал искать единственного человека, кто заставил так бешено стучать мое сердце и одновременно сжиматься от страха. Мои глаза судорожно бегали по кабинету пока в углу я не увидел его, он был весь в крови, он был напуган и отчаянным взглядом смотрел на тело мертвого отца. Я сделал шаг в его сторону, пока не услышал.       - Кто разрешал тебе входить Намджун. Это конечно похвально, что ты за меня переживаешь, но не смей так просто вторгаться сюда.       Я перевел взгляд на своего босса. Он стоял за столом, в руках у него был пистолет, из которого он только что прикончил двух людей, главу клана Чой и его правую руку. Он был спокоен как никогда, взяв рацию, он проговорил.       - Всех крысенышей из клана Чой, что оказались на моей территории убить немедленно. Не жалеть никого. Мёнвон собирай наших и сегодня же выдвигаемся на территорию клана Чой, надо забрать все земли. – Отчетливо прочеканил он и стал двигаться на выход. – А этого сдайте в какой-нибудь бордель.       Глаза Сокджина стали еще больше, он стал умолять его никуда не отправлять. Просил, чтобы его отпустили, он был в агонии. Мое сердце разрывалось от этих чувств, все мое тело стремилось хоть как-то ему помочь. Хоть что-то сделать. А он продолжал молить. Я понимаю, что я бессилен, я ничего не могу сделать.       - Умоляю, убейте в таком случае, пытайте. Хоть что сделайте, только не отправляйте туда. – кричал он.       - Прости, но политика такова невиновных омег не убиваем, к сожалению, тебе просто не повезло родиться в семье такой крысы. – В комнату забежали 2 человека. – Заберите его.       Они стали приближать к Сокджину, а я собой больше не владел. В тот момент, как рука одного из вошедших коснулась плеча Сокджина, мой зверь вырвался наружу. Я схватил его за голову и ударил о свою коленку, второго я с ноги впечатал в стенку. Я бил и бил их, пока в комнате не стало на 2 трупа больше. Остыв, я посмотрел на Сокджина, который свернувшись тихо плакал.       - Объяснишься? – Услышал я голос главы. Я упал на колени и согнулся перед ним.       - Я приношу искренние извинения за то, что вмешался. Но я прошу забрать этого омегу себе. – проговорил я на одном дыхании, а потом услышал щелчок взвода пистолета.       - Против меня пошел, щенок. Не красиво так поступать с тем, кто тебя пригрел. – Я почувствовал холодный метал на своей голове.       - Я еще раз приношу свои извинения за случившееся, но я не отступлюсь от своей просьбы. Я могу его выкупить, если будет таково ваше желание. Я за него умру, потому что он мой истинный и я не отступлюсь.       - Лучше бы своему клану так в верности клялся и готов был поставить свою жизнь на кон. – он убрал пистолет. – Забирай его, отработаешь.       Он вышел из своего кабинета, а я почувствовал вкус воздуха. Я заново задышал, не потому что я мог только что умереть, а лишь потому, что смог спасти его. Я повернул свою голову, он сидел, поджав колени и смотрел на меня с непониманием и удивлением. Я не знал, что мне теперь делать и что следует сказать человеку, у которого несколько минут убили отца, самого его чуть в рабство не продали, а спас его дебил из этого же клана. Я просто продолжал смотреть на него и пытаться придумать план действий.       - Ты мог погибнуть… Ты знаешь об этом? — В слезах произнес он. А я не мог понять, почему он это спрашивает, ведь это самое последнее, что как я думал мог услышать.       - Я знаю… Просто я не знал, как по-другому тебя спасти. – все что я мог выдать в тот момент.       Он встал с пола, подошел ко мне и со всей силы меня обнял.       - Спасибо, что спас меня, - пролепетал он и залился слезами

***

      Pov Миён       Намджун светился от счастья вспоминая эти моменты своей жизни. Он все также держал кружку в своей руке и смотрел куда-то вдаль. Я ощущала себя ребенком, которому рассказывают историю знакомства родителей.       - Все шло просто замечательно, я сделал ему предложение через 2 года после нашей встречи. Мы купили небольшой домик в спальном районе. Я работал сверх своих сил, чтобы у главы даже мысли не было о том, чтобы усомниться в моей преданности клану. Я уставал неимоверно, но приходя домой меня ждало облако счастья и заботы. Ему никогда не нравилось, что я продолжаю работать на клан. Он очень много раз просил меня уйти и найти нормальную работу, но я его не слушал. Мой страх потерять его из-за того, что в моей верности могли усомниться, был сильнее всего. Наши разговоры по этому поводу быстро сходили на нет, и наша семейная жизнь продолжала идти своим чередом. Все до того момента… Момента, который перевернул все…       Намджун встал с кресла, поставив кружку на стол, он двинулся в сторону балкона. Я не могла последовать за ним, но надеялась, что отсюда я смогу также хорошо расслышать историю полностью. Я наклонилась ближе к выходу на балкон, чтобы не упустить ни один звук и ни одно его движение. Он стоял, оперевшись руками на перила, как будто всей душой и телом пытался покинуть это место. Намджун достал из заднего кармана своих джинсов пачку сигарет и закурил. Я все ждала продолжение, но не хотела случайно нарушить его границы.       Спустя какое-то время он развернулся ко мне лицом и откинулся спиной назад. Он поднял голову к небу и на долю секунды я заметила его влажные глаза.       - Этот злосчастный день… День, когда умер Мёнвон, он был правой рукой главы. Его застрелили на одном из заданий. Я слишком перестарался, играя в игру покажи свои преданность клану. Замена правой руки нашлась быстро, кроме меня на эту роль никто не подходил. По воле случая я был назначен, несмотря на все что происходило и той философии, которой я придерживался, я был рад своему назначению. Я даже не понял, как это случилось, в миг все что я считал лишь частью защитой Джина, обрело для меня смысл и вес в моей жизни. Я шел домой переполненный радостью и огромным желанием рассказать все ему.

***

       Pov Намджун       - Джини, малыш я дома, - радостно пролепетал я, услышав шум на кухне я уже точно знал, что он там.       Зайдя на кухню, я увидел самую замечательную картину в своей жизни, за плитой в наушниках стоял Джин. Он танцевал и подпевал какой-то группе, параллельно помешивая что-то в кастрюле. Такую картину я мог наблюдать часами, поэтому чтобы ему не мешать я тихонечко присел на барный стул и стал просто смотреть на него. Песня подходила к своему завершению, Джин развернулся и пропев последнюю ноту, заметил меня.       - Любимый! – воскликнул он, - ты уже пришел, а я и не надеялся тебя увидеть раньше десяти.       Джин подбежал ко мне и со спины крепко обнял, после чмокнув легонька в щеку, побежал обратно к плите с криками, что у него сейчас что-то убежит. Я посмеялся и предложил свою помощь.       - О нет бедствие мое, ты только все разрушишь, если хоть один твой пальчик коснется моих шедевров, беды не миновать. Иди лучше переоденься и душ прими пока я тут закончу. Я меня очень важная новость. – Повернулся он ко мне и улыбнулся как солнце в середине дня.       - Хорошо, хорошо, ухожу. Мне тоже надо будет тебе кое-что рассказать.       Поцеловав его в лоб, я направился в душ. Через полчаса я зашел на кухню, где невероятно вкусно пахло едой. На столе стояло два блюда и два черных бокала, которые я подарил Джину на свадьбу.       - Присаживайся, - пролепетал он. – еда остынет и станет не вкусной.       - Твоя еда в любом виде вкусная. – Улыбнулся я и сел за стол.       Вечер проходил как обычно. Мы много разговаривали, Джин делился новыми знаниями в области кулинарии и светился каждый раз, когда получал в ответ от меня похвалу.       - Я хочу открыть свой ресторан, я уже подыскал место. Земля совсем не дорогая, на наши сбережения мы можем построить там кафе для начала, а потом разрастись в целую сеть. Я буду готовить блюда, а ты будешь боссом, который будет набирать персонал и следить за нашими деньгами. Это просто замечательная идея, не находишь Джун? – радостно лепетал он.       - Джини, мы это обсуждали много раз, мы не можем так сделать. Ты можешь заняться этим один, а я просто буду тебе помогать по мере возможностей.       - Нет, Джун тебе пора оставить это все, я устал повторять, что не хочу жить такой жизнью и каждый раз бояться, что сегодня ты не вернешься домой! – практически прокричал он.       - Джини, малыш послушай….       - Нет, это ты меня послушай, ты бросаешь это все, мы переезжаем и начинаем новую жизнь. И никаких но Ким Намджун, мне вообще нельзя нервничать сейчас и ближайшее время, пока я ношу нашего ребенка под сердцем. – проговорил он и отвернулся.       Я вскочи и уже хотел ему возразить, но потом застыл как вкопанный. Мне послышалось? Он что сейчас сказал? Я не мог поверить в эти слова. Все внутри меня переворачивалось, а до моего мозга все никак не могла дойти эта информация. Я сел обратно на стул и уставился на Джина, который развернулся ко мне и своими сияющими глазами прямо мне в душу.       - Я… Я стану отцом? – шепотом произнес я.       - Да балда, 3 недели уже как ты будущий отец.       После этой фразы я подхватил Джина на руки и закружил его по кухне. Внутри меня рождалась что-то непонятное. Оно было вперемешку с неимоверным счастьем. Я поставил Джина на пол и крепко сжал, настолько крепко, что, если бы не его ай, я бы сломал пару костей от счастья. Я стал целовать его от макушки до кончиков пальцев на ногах. В ответ Джин лишь смеялся и шутил надо мной.       - Как это произошло? Когда ты об этом узнал? – тараторил я.       - Ни мне тебе рассказывать, как это произошло. – засмеялся Джин.       - Да… Я… Хорошо, это ведь надо новый дом подыскать, чтобы у ребенка была своя спальня там, кроватка, вещи и игрушки, чтобы он ни в чем не нуждался. Это просто невероятная новость, Джини. Солнце мое, малыш, мое ты счастье. – не унимался я и сжимал Джини в своих объятиях.       - Задушишь, балбес, отпусти пока не сломал мне что-нибудь       - Я так счастлив, что словами не передать. Как хорошо, что меня сегодня повысили, деньги и мой статус нам сейчас как-никогда понадобятся.       Продолжал радоваться я, бегая по комнате. Джин много смеялся и улыбался, пока в один момент он не остановил меня за руку. Взглянув на него, я увидел, что былой радости не осталось на его лице.       - Что ты сказал? Намджун, что значит, что тебя повысили?       - Я теперь правая рука, главы клана, малыш. Мы теперь вообще ни в чем не будем нуждаться и наш будущий ребенок тоже, - радостно проговорил я, ответом мне послужил лишь тихий вздох Джина.       - Нам, какое повышение, ты в своем уме. Я не буду растить и рожать ребенка в обители этой… этой, - начал психовать он       - В чем Джин? – начал раздражаться я в ответ       - В преступности Нам! Что я должен буду сказать ребенку, когда его отец однажды не вернется домой, потому что его где-то грохнули. Он будет расти и видеть весь этот криминал, у него не будет нормальной жизни! Он даже не сможет выбрать свой путь! Ты это понимаешь!? – кричал с каждым словом громче Джин. – Я прожил так 22 года, я ненавижу все чем ты занимаешься и чем занимался мой отец, но у меня не было выбора. Я не мог пойти против него. А наш малыш может увидеть другую жизнь, у него будет выбор по жизни, как ты этого не поймешь?       - Джини, я лишь хочу защитить тебя…       - Прошу, оставь все и уедем в другой город, откроем кофейню… - проговорил Джин, гладя меня по щеке       - Я не могу, малыш…       Его рука повисла вдоль тела, словно она принадлежит не человеку, а кукле. Он отпустил голову, я попытался прикоснуться к нему, но он лишь отвел голову в сторону и отшагнул назад. Развернувшись, он направился в комнату, он больше не был похож на тот огонечек, который был здесь еще несколько минут назад. Он превратился в призрака на ножках, я не знал, как я могу ему помочь.       - Малыш…       - Не сейчас, Намджун. Мне надо побыть одному. Поговорим завтра. – Последнее, что я услышал это звук закрывающейся двери.       Время неумолимо летело, как практически каждый наш вечер заканчивался ссорой. Джин настаивал на переезде, а я продолжал стоять на своем. Я не мог нормально спать, не отдыхал. С каждым днем я стал все больше загружать себя работой, в надежде, что это хоть как-то поможет не думать о том, что происходит дома. Я стал жестче, агрессивнее, ведь Джин не давал мне и шанса все нормально объяснить. Он полностью не разделял мою точку зрения, как я его.       Единственное, что нас объединяло это поход по магазинам. Ведь там, хоть на короткий миг, мы забывали про все разногласия и наслаждались временем, проведенным за выбором одежды или игрушек малышу. К Джину в такие моменты возвращалась радость и вкус жизни, а я не мог не радоваться такому раскладу. Хоть Джини и решил, что лучшим вариантом будет не знать пол ребенка, я его воззрений не разделял и при удобном случае пытался уговорить сходить на узи вместе, чтобы выяснить кто у нас будет.       Несмотря на все хлопоты, я не начал жить вместе со своей работой. Я мог сорваться по среди ночи в другой город, чтобы решить вопросы касаемо клана. Мой авторитет рос, а мой босс каждый раз говорил, что он сделал правильное решение, назначив меня на место своей правой руки. Я был идеальным исполнителем. Но у всего есть свой минус, вместе со страхом в глазах врагов и авторитетом в своем клане, росла и жажда мести. Меня множество раз пытались убить или пытались вычислить мои слабые точки, но я никогда не подпускал их ближе, чем мне это было нужно.       В один из вечеров я сидел на диване, выбирая новую квартиру для нашей семьи, как мне на телефон поступил звонок от главы. Я схватил телефон и тут же ответил.       - Я вроде давал четкие указания, как поступить со всем грузом от Ченгов. В том числе это касалось всех людей, что там были. Почему мне сейчас говорят, что по моим улицам гуляет крыса с их клана. Уберите этот мусор Намджун, на моей территории не должно быть проблем, а он может их создать.       Звонок тут же сбросили. Поняв в чем дело, я сразу принялся собираться. На звуки из комнаты вышел сонный джин.       - Ты опять уходишь по среди ночи?       - Прости, малыш, нужно закончить пару делишек. Я вернусь сразу как со всем разберусь. – Поцеловав Джини, я взял ключи с тумбочки и направился на выход.       - Будь аккуратен, Джун       - Все будет хорошо, не ходи никуда пока я не вернусь. Пей витаминки. – послав воздушный поцелуй, я вышел.       Ночь была не из лучших, мы прочесывали город с ребятами. В разных уголках нашей территории вспыхивали бойни, что-то подрывали, где-то развязывалась драка, кого-то подстрелили. Я был на взводе, весь город стоял на ушах, это ужасно мешало работать. В одном из переулков я наткнулся на очередного подрывника, я подошел к нему со спины и всадил нож прямо в шею. Другой, который был за коробками, выстрелил в меня раня мое плечо. Я зашипел, а после второй рукой быстро достал свой пистолет и всадил ему пулю между глаз. Рука неприятно болела, я набрал ребятам, чтобы они помогли мне убрать взрывчатку с улицы.       Был уже рассвет, когда на улицах более-менее наступило спокойствие. Я хотел позвонить главе, чтобы сообщить об успехах, но увидел, что Джин отправил мне фотографию. Поругавшись про себя, что он опять не спит и ждет меня, я открыл фотографию. На ней я увидел то, чего я больше всего боялся. На фотографии была моя кухня, она была вся в крови. Та самая кухня, на которой самый дорогой для меня человек готовил еду. На которой он танцевал и пел. То самое пространство, куда мне запрещалось лезть, потому что я мог разрушить или поломать драгоценное место моего омеги. В середине этой неприкосновенной обители лежала моя душа, окрашенная в красный свет…       Телефон выпал из моих рук, ничего не объясняя людям я бросился к машине. Я ехал по так знакомому мне маршруту в обитель моего «спокойствия», впервые поверив во все, чему могут поклоняться люди. Я выжимал из машины все что мог, меня не волновало все вокруг, да я и не замечал ничего. Я успею, все хорошо, это шутка, все не так как я видела, все совсем по-другому.       Забежав в квартиру, я молил лишь обо одном, чтобы он был жив. Я залетел на кухню и увидел его, лежащего в луже собственной крови. Я подбежал к нему и схватил за руку, пульс был слабый, но был. У меня появилась хоть небольшая надежда. Я схватил его голову и начал бить его по щекам.       - Джини, милый ты меня слышишь? Открой глазки. Я здесь, все хорошо. Все будет хорошо.       Как в бреду лепетал я, но он не отвечал. Не открывал глаза. Он не реагировал. Я подхватил его на руки и понес к машине, открыв заднюю дверь и положил его на сиденья. Только сейчас я заметил, как из его живота торчал нож. Обычный кухонный нож, находился в его теле. Меня покрыло холодом, я боялся потерять его. Захлопнув дверь, я сел на водительское сидение и помчался в ближайшую больницу. Я был там уже через 5 минут. Схватив Джина, я забежал в больницу и стал орать, чтобы хоть кто-нибудь позвал врача.       Его забрали в операционную… А я… Я не мог понять, как я этого допустил. Я не мог поверить, что подверг его такому. Я ведь должен был защищать его, так почему моя защита дала сбой. Почему он там? Я не находил себе места, я умирал с ходом каждой секунды и возрождался вновь. Больше всего я ненавидел себя. Я просто ничтожество… Я не достоин его…       Очнулся от своих мыслей я только тогда, когда на мое плечо легла чья-то рука.       - Операция прошла успешно, состояние средней тяжести. Завтра, мы переведем его в обычную палату, и вы сможете увидеться. – сказал врач.       - А ребенок, - заикаясь пролепетал я       - К сожалению, он уже был мертв, когда вы приехали. Мне жаль… Вам бы домой съездить отмыться от крови, все равно вас к нему сегодня не пустят.       Мои руки задрожали, моя душа кричала или это я кричал на все помещение, раздирая глотку. Вокруг меня что-то происходило, но я ничего не понимал. В глазах была лишь белая пелена, мое лицо и руки были все мокрые от слез. Я умирал… Умирал окончательно… Я во всем виноват… Лишь я… Я не понимал, что происходило вокруг, весь мир окрасился черно-белыми красками боли и отчаяния. Меня скрутили, я вырывался я хотел, чтобы все это было лишь сном и я очнулся, проснулся от запаха блинчиков Джини. Еще хоть раз… В мою руку что-то вонзилось, позволяя всем мышцам расслабиться, закрыть глаза и умереть вместе с моим не родившимся ребенком.       Я очнулся, все вокруг было белым, где-то пищал монитор. Я лежал на кровати и смотрел в потолок не понимая, почему я все еще жив. Поднявшись с кровати, я огляделся и увидел кровать рядом. На этой кровати лежало бледное, потухшее мое солнце. Я попытался встать и подойти к нему, но как только мои ноги коснулись земли, я упал. Это меня не остановило и продолжил ползти к его кровати. Я лишь хотел прикоснуться к нему, узнать, что он жив и это не мои иллюзии. Добравшись до кровати, я увидел мертво-бледное тело моего Джини, он был весь усеян трубками.       - Джини, малыш. – лепетал я, гладя его по голове. – Ты как? Открой глаза. С тобой все в порядке? Джини… Скажи лишь слово.       Я не мог успокоиться, стоя перед его кроватью на коленях, прося его открыть глаза. В палату зашли врачи и пытались оттащить меня от него, постоянно что-то говоря. Я не мог его оставить, ни теперь. Никогда в жизни я больше его не оставлю. Я на все согласен, все будет так, как он скажет. Только открой глазки, Джини и все будет так, я обещаю.       Меня вывели и объяснили, что ему нужно время, чтобы прийти в себя.       - Ему нужен покой, лучше всего сейчас оставить его. Вы можете его навещать днем, но для начала вам нужно отправиться домой и поспать нормально. Приведите себя в порядок и возвращайтесь завтра. Вы меня слышите?       Я слушал слова врача, но не слышал. Я смотрел лишь на дверь, за которой лежал мой омега. Я хотел отдать ему свою жизнь, принести все к его ногам, но понимал, что это бессмысленно.       - Послушайте, пожалуйста, я вам позвоню. Приезжайте завтра, я вас очень прошу.       Прошла неделя с того момента, я не находил себе места. Пока Джин не пришел в себя, я проводил у его постели все свое время. Я верил, что он очнется и все будет хорошо. Я ему помогу в реабилитации, сделаю все, что он хочет. Мы уедем и начнем яркую новую жизнь, у нас вместе все получиться. Но моим желаниям не суждено было сбыться, как только он очнулся, меня выставили за дверь. Я рвался к нему, но меня не пускали врачи. На следующий день, я зашел к нему и принес цветы и его любимые вкусняшки, но он не отвечал сколько бы я не просил. Он просто смотрел в окно, не произнося и звука. Я просил, умолял хоть слово, но он не реагировал на меня.       Я сходил сума, дни повторялись один за другим, а я ничего не мог с этим поделать. Я каждый день приходил к нему и просил, но в ответ лишь слышал тишину и его дыхание. Когда меня выгоняли из отделения из-за не приемных часов, я спал в машине, потому что вернуться домой я просто не мог. Там был уже не дом, там были воспоминания, разрывающие мне душу.       Прошла неделя с того момента, как он очнулся. Врачи говорили о том, что он приходит в норму, скоро можно будет забирать домой. Я был счастлив, что мой Джини наконец-то выздоровел и его жизни больше ничего не угрожает, но меня разрывала боль от того, что он не хочет со мной говорить и видимо видеть не особо хочет.       Я зашел к нему в палату, в очередной раз, сел на постель и стал гладить его ногу через одеяло.       - Милый, поговори со мной, пожалуйста. – В ответ мне была лишь тишина. – Врачи говорят, что скоро я могу забрать тебя домой. Я куплю новую квартиру, слышишь? Все будет, как ты хочешь, мы уедем…       Я смотрел на него, но тут как будто никого не было. Будто я сошел с ума, как будто он умер еще в тот день на полу кухни, а я не могу смириться с этим, поэтому разговариваю в пустой палате с выдуманным Джином. Я положил, свою голову к нему на руку.       - Я схожу сума. Прошу, скажи мне что все будет хорошо, как только мы уедем. – Из глаз потекли слезы.       - Просто уйди… - первые слова прогремели неожиданно и тихо, я поднял голову и посмотрел на него.       - Джини, милый… - я взял его за руку, целуя ее. Он вырвал руку у меня и впервые посмотрел мне в глаза       - Просто исчезни Намджун, это все из-за тебя. Я видеть тебя не хочу, слышать не хочу и быть с тобой я тем более не хочу. Ты его убил, ты меня убил, у тебя никого нет. В той квартире умерла вся твоя семья, вот иди и похорони ее, а сюда больше не приходи. – Он отвернулся обратно к окну, а я, замотав головой, резко вскочил с кровати.       - Что ты такое говоришь, все будет в порядке. Мы уедем начнем новую жизнь, - Я не мог поверить в то, что я слышу.       - Твоя семья мертва Намджун, нечего больше начинать.       Я встал, как вкопанный, мой мир рушился, как карточный домик. Все внутри меня рассыпалось и превращалось пепел. Я попытался сделать к нему, но он только отвернулся к окну и взял пульт с тумбочки, нажав какаю-то кнопку. Через несколько секунд в комнату зашли, какие-то люди. Я не знал, кто зашел, я видел только профиль такого родного, но в этот момент ставшего таким не достижимым, мужа.       - Извините, могу я вас попросить увести этого человека из палаты и не пускать его ко мне. Я не чувствую себя безопасно рядом с ним.       - Конечно, мистер Ким Сокджин. – человек повернувшись ко мне, продолжил. – Прошу вас покинуть палату или мне придется вызвать охрану.       Мне было все равно, на все, что происходило вокруг. Я видел только его и пустое пепелище наших чувств в его глазах. Это была не палата, это было помещение состоящие из двоих мертвых людей, разбитых полностью и безвозвратно. Я даже не заметил, как меня взяли за руки и потащили на выход. Мне было все равно, я лишь пытался поверить в то, что это сон. Мой кошмар, который скоро закончиться. Но он не заканчивался…       Оказавшись на улице, я долго не мог отойти от входа в больницу. На улице был ужаснейший ливень, люди слонялись туда-сюда. У всех продолжалась какая-то жизнь. В моих глазах был лишь образ моего Джини… Я не знаю сколько времени прошло и сколько я там простоял, что произошло за эти часы или дни, но проснулся я на полу нашего домика. Жуткая головная боль, жажда, говорили о том, что вечер я провел с бутылкой. Но стоило мне осмотреться в поисках воды, как всего меня окатило волной неимоверной боли. Я мог выдержать любые пытки, но эти чувства разрезали на части получше профессионального мясника.       Встав на ноги, я нашел недопитую бутылку виски, опустившись в коридоре на пол, я уперся спиной во входную дверь и стал пить, пытаясь отключить себя вновь. Я пил и пил, находил все новые бутылки и пытался их опустошить. Спустя какое-то время я сидел на траве перед полыхающим нашим с Джини домом… Я пил за похороны нашей семьи…       - Ты прав Джини, если моя семья погибла в тот день, то сегодня в этом пожаре сгорел и я…

***

Pov Миён       Намджун выкуривал очередную сигарету, пытаясь унять все, что у него вновь вспыхнуло внутри. По его глазам было видно, что он очень корит себя за все, что произошло. Мне было очень жалко его и Сокджина, но еще больше мне было жалко их так ужасно разрушенную любовь, их так и не родившегося ребенка. Они же до сих пор оба страдают очень сильно.       Намджун выкинул сигарету и зашел внутрь, а после сел в соседнее кресло.       - Я видел, как он выписывался из больницы, как он поселился в небольшой квартире на окраине города, как боялся выходить из нее даже за продуктами. Я наблюдал за ним, оставлял еду около двери, чтобы ему не приходилось лишний раз выходить из дома. А через месяц подарил ему землю в центре города и построил лучший ресторан в городе. Я заходил к нему много раз, всегда предупреждая его о своем визите. Я боялся снова причинить ему боль, поэтому держался на расстоянии. Ему становилось лучше, он стал вновь улыбаться и занимался своими любимым делом. У нас даже немного улучшились отношения в последнее время. – Он вздохнул и небольшая улыбка тронула его лицо.       - Я думаю, что пройдет время и все восстановиться. Я уверена, что он сможет впустить тебя снова в свое сердце. Но ты так и не ответил, почему вы оба на моей стороне?       - Знаешь, в больнице Джин спросил у хирургов, которые его оперировали, кто должен был у нас родиться… Ему сказали, что должна была родиться девочка омега. Не знаю с чем это связано, но увидев тебя, он решил, что ты была бы очень похожа на нашего ребенка. Он любит тебя, как дочь…       - Я…       Только я хотела ответить, как в дверь постучались. Намджун вскочил с дивана и двинулся к двери. Открыв ее, он пропустил вперед какого-то мужчину. Он поклонился мне и сказал, что он врач. Осмотрев мою ногу, он ввел мне обезболивающее, а после стал зашивать мою ногу.       - В ближайшие дни тебе нельзя ее напрягать, а то швы разойдутся. Завтра я тебя навещу и все проверю.       Я кивнула в ответ, после чего врач собрал все свои вещи и покинул комнату. Я думала, что Намджун сядет рядом и мы сможем продолжить свой разговор, но он собрал кружки со столика и двинулся в сторону двери.       - Прости, я сам не знаю, что на меня нашло, что я аж всю душу излил. Я спланировал побег, через 2 дня. Все расскажу позже, отдыхай.       После этих слов он удалился, а у меня в душе происходило что-то не понятное. В моем сердце нашлось место теперь и для этих двоих. Я верила, что еще есть надежда, на счастье этих двоих.       Погруженная в свои мысли, я повернулась на бок, стараясь уложиться поудобнее. Как неожиданно дверь со всей силы распахнулась и в комнату зашел человек.       - Ну что, привет Лисенок… Самое время поразвлечься